Миссионерско-апологетический проект "К Истине": "Иисус сказал… Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня" (Ин.14:6)

РазделыНовоеСоцсетиПоиск


Священномученик Серафим Чичагов - творения


Серафим Чичагов. Слова и речи

Память: 25 января / 7 февраля (Собор новомучеников Российских), 28 ноября / 11 декабря

Храбрый офицер, священник, а потом архипастырь-мученик, автор многих литературно-исторических трудов, в частности "Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря", послужившей канонизации преподобного Серафима Саровского, композитор, иконописец, врач, исследователь, разработавший своеобразную медицинскую систему.

Священномученик Серафим Чичагов

***

Содержание

В этой книге собраны слова и речи Преосвященного Серафима, ныне Епископа Кишиневского и Хотинского, произнесенные им в бытность его еще священником и архимандритом в Москве и во Владимирской епархии, где он настоятельствовал в Суздальском Спасо-Евфимиевском монастыре и затем в Московском Воскресенском, именуемом Новым Иерусалимом. В виду того, что Преосвященный большей частью говорил живым словом, без предварительного написания проповедей, то таковых сохранилось немного. Некоторые слова в монастырях могут служить историческими документами для этих обителей и напечатание их доставит им приятный подарок. В конце книги приложены два летописных очерка, составленные Преосвященным, которые всегда будут читаться с интересом: а) о Зосимовой пустыне, приписанной к Свято-Троицкой Сергиевской лавре и б) о Суздальском Спасо-Евфимиевском монастыре, с житием Преподобного Евфимия. Последний очерк был издан к 500-летию кончины Преподобного Евфимия – 1 апреля 1904 года.

1. В Богородичный праздник. Ищите прежде Царствия Божия... Мф.6:33

Некоторые Евангельские истины, по мнению светских людей – не исполнимы, хотя они и доступны человеческому разуму. К таким истинам надо отнести учение Христа о том, что для каждого дня нашей жизни довольно своей заботы и поэтому не следует заботиться о завтрашнем дне. Эта истина совершенно отвергается людьми, обремененными семьями, делами, службой или имуществом. Но странно однако, что светские люди забывают при этом исторические факты и что не может существовать такой Евангельской истины, которая бы не оправдалась в жизни христиан и не подтверждалась на примерах. Не благоразумно, да и не справедливо отвергать жизнеописания многочисленных христианских подвижников.

Действительно, заботились ли святители, преподобные, бессребреники и многочисленные подвижники русской земли, об одежде, пище, о жилище, безопасности среди своих врагов? Искали ли власти, чести, средств к существованию? Нуждались ли в чем? Нет, они пользовались всем и сами помогали неимущим; заботились лишь о делах небесных, духовных, о благочестии и спасении души; решительно отрекались от дел мира и последовали слову Христа: ищите прежде Царствия Божия и правды Его и сия вся приложатся вам! И многие другие прославились на весь мир своею жизнью, хотя были люди женатые, семейные и со средствами. Следовательно, подобная жизнь возможна всем христианам и сомнения нашего светского разума – есть клевета и хула на Евангельскую истину.

Чем только не оправдываются светские люди! Будто бы Евангелие требует удаления в пустыню и отречения от мира, созданного, однако, для пользования людей; пища, одежда, жилище, знание и обучение не могут явиться сами собою и, по определению Божию, люди должны работать в поте лица и добывать себе необходимое.

О слепота духовная! Искание Царствия Божия – не есть удаление в пустыню или совершенное отречение от мира; такого требования не мог предъявить Господь, обличавший людей, что между ними много званных, но мало избранных. Удаление от мира для спасения своей души и для службы Богу, это одно, a искание Царствия Божия – другое. Отречение возможно лишь по особому призыву Божиему, вследствие ниспослания избранникам особого величайшего дара Божия. Человек не может по своему произволу отречься от мира, что подтверждается жизнью апостолов и других святых. Святитель Филарет Московский говорит (т.V стр. 86): "благо тому, кто сей дар обрел, с чистым расположением принял, хранит верно, употребляет деятельно! Этот дар не для всех!"

Иное дело – искание Царствия Божия; оно учит достижению того, чтобы дела мирские и земные не препятствовали делу духовному и небесному. Поэтому Христос и сказал, что надо прежде всего искать Царствия Божия и правды Его, а потом уже заботиться о своих земных делах, которые по милосердию Божию сами приложатся, устроятся, когда человек исполнением Христовых заповедей докажет свою любовь к Богу и стремление спасти душу свою. Следовательно, искание Царствия Божия не препятствует заниматься, без вреда для дела духовного, делами земными, исполнением своих обязанностей по службе, в семье, приобретением познаний в науках и прославлением Отца небесного в труде и благотворениях. Христианская жизнь требует только, чтобы впереди всех дел были поставлены заботы о душе и о будущей, вечной жизни.

Как искать Царствия Божия? Не плотию, не на земле и не делами мира ищется Царствие Божие, но духом, сердцем, мыслию, в небесном пространстве, горячею молитвою, воздыханиями, у ног Спасителя, коленопреклоненно пред Преблагословенною Материю Божиею. Молитвы, возношения духом не могут мешать заботам о семье, о хлебе насущном, работе и изучению наук и искусств. Но чтобы сердце могло найти путь и достигнуть врат Царствия Божия, оно должно быть чисто, свободно от страстей, подобно тем, которые блаженствуют в Царствии Божием. Такое очищенное, освященное сердце есть жилище Духа Святого, а потому Христос и сказал фарисеям: Се бо царствие Божие внутрь вас есть (Лк.17:21). Итак, искание Царствия Божия есть устроение в сердце своем жилища Святому Духу.

Ищите – правды Его. Но что такое правда Царствия Божия? Это конечно истина во всем, всегда, везде! Каждое слово Евангелия – есть величайшая правда, а потому желать усвоить себе слово Божие – значит искать правды.

Когда же ради Спасителя, вечной Истины, мы будем служить правде, существовать ею, обучать и воспитывать детей – правдой, истинно любить и поддерживать любовь – правдой, когда изгоним из сердца – лицемерие, мечтание о земном счастье, величии, богатстве, ибо все это ложь и прах, то возможно ли допустить, чтобы правда Божия – не воздала нам сторицею за все и не оправдала слов Христа – и сия вся приложится вам!

Не говорите, что вы любите Бога и ищете Царствия Его, если, просыпаясь по утру, прежде вспоминаете о делах и заботах, а потом благодарите Бога за прошедшую ночь и наступивший день! Никого вы не убедите, что живете правдой, когда прежде исполняете свои намерения, а потом просите у Бога помощи и успеха! Если хватает время на заботы о наживе, о красоте своей, о здравии и благоденствии и не находится несколько дней в году, чтобы посвятить их покаянию, очищению от внутренней нечистоты, исходящей из уст с каждым словом, то правда ли в сердце такого человека?

Ищите же Царствия Божия, по слову Христа! Прежде славьте Бога, благодарите и испрашивайте наставления, а потом заботьтесь о своих желаниях и решениях! Прежде согрейте свои сердца любовию ко Господу и ближним, любовию деятельною и живою, а потом получайте власть над ближними и становитесь их руководителями! Прежде познайте свою немощь, готовность ежеминутно преступить заповеди, свое бессилие в борьбе со страстями, а потом делайтесь решителями судеб, блюстителями порядка и закона! Прежде верьте, надейтесь и любите, а потом называйтесь высоким именем ученика Христова. Аминь.

2. В Богородичный праздник. Ищите прежде Царствия Божия...

Марфа, Марфа, печишися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу... сказал Господь наш Иисус Христос, – Мария же благую часть избра, яже не отъимется от нея. (Лк.10:41–42).

Что же именно: едино на потребу?

Слушать слово Божие, как Мария, стремиться уразуметь тайны царствия Божия, правды Его и искренно, всем сердцем отдаться Богу.

Ищите прежде царствия Божия и правды Его и все приложится вам, сказал Христос. И так не заботьтесь о завтрашнем дне (Мф.6).

Вот задача нашей жизни. Но человеческий разум боится и не хочет верить, что для собственного блага люди должны отвергнуться себя. Наш разум противится понять, как на земле, где человек зарабатывает свое существование в поте лица, может что-либо само приложиться. Так, отцы семейств убеждены, что если они не будут исключительно заботиться о завтрашнем дне и вообще о будущем своих детей, то конечно дети останутся неучами и нищими. Матери думают, что семьи безусловно держатся их бесконечными хлопотами о мелочах. Молодые люди все свое спасение усматривают в хлопотах о карьере и т.д. Все заблуждаются таким образом, потому что человеческий разум – горд и надеется лишь на себя. Самонадеянность и самоуверенность мешают людям просветиться истинным светом, которого источником есть и будет всегда Христос. Наше пристрастное сердце много препятствует избранию благой части.

Лжив человеческий разум и бесчувственно наше сердце! Точно отцы семейств не видят и не чувствуют, что не они дают благое детям, а Господь, Отец их небесный. Всем ли детям принесло покой и счастие то добро, которое скопили их отцы? Точно матери семейств не видят, что врожденные, худые наклонности их детей не поддаются коренному исправлению, что у заботливых иногда дети удаются меньше, чем у беззаботных и Господь всегда сохраняет и выращивает заброшенных, сирых и обиженных. Точно молодежь, а также заботящиеся о наживе и славе не видят и не чувствуют, что лживый разум обманывает их на каждом шагу, планы их распадаются как здания, построенные на песке.

Человеческое сердце лживо и бесчувственно к Богу! Между тем, евангельскую истину мы должны прежде всего уразуметь сердцем, а иначе наша воля никогда не подчинится этому разумению. Часто пред началом забот о таких вещах, о которых Христос не велел заботиться, мы на молитве взываем к Создателю, называя Его Отцом небесным и этим подтверждаем, что считаем себя – детьми, которыми Он управляет как всемогущий, всеведущий, всеблагий Отец. Можно ли из этого заключить, что мы сомневаемся в знании Им наших потребностей, желаний, мечтаний, тревог и горей? Конечно нет; призывание Отца в молитве Господней должно убеждать Создателя, что мы сознаем свое ничтожество, беспомощность и готовы быть искренними детьми Его. Но одновременно мы Ему не верим, сомневаемся, когда читаем, что едино на потребу бессильному человечеству. Мы как бы не во всем верим Христу и страшимся допустить, что за заботы о собственной душе все остальное приложится нам...

Не мы ли наставляем наших детей говоря: "вы должны почитать родителей и заботиться только об учении; остальные заботы лежат на нас". Разве не тоже самое говорит Христос: "ищите прежде Царствия Божия, т.е. заботьтесь о своих душах, а остальное приложится Отцом небесным!" И все-таки мы не верим этому, потому что в сердце нет любви к Богу. Известно, что кого любим, тому верим.

О, если бы мы все могли, как счастливая Мария, прочувствовать нашими сердцами беспредельную любовь к нам Христа, тогда бы явилась и вера. Мария сердцем уразумела, что истина – лишь в словах Христа, правда – в обещаниях Его, справедливость – в суде Иисуса и на устах Его, что Он – сама любовь, что только Он один сильно возрадовался ее возвращению к Отцу небесному, когда все окружающие, даже сестра Марфа, лишь обвинили и осудили ее, что только Он – Христос, Господь и Сын Божий, не отверг ее, простил, подал руку помощи и спас – в жизнь вечную!

Ужели каждый из нас, в известной степени, не чувствует то же? Непременно чувствует, но мы часто стремимся дать такому чувству ложное объяснение. Господь несомненно дает каждому по мере любви нашей к Нему; кто был прост, тот, любя Христа, делается мудрым; бедный, любя Христа, – прочно богатеет, слабый – укрепляется, немощный здоровеет и т.д. Все стремящиеся к Богу испытывают на себе исполнение Евангельских истин.

Возлюбленные! Что же потребуется для того, чтобы идти по пути счастливой Марии?

Отдать Богу наше сердце, то любящее, искреннее сердце, которым мы любим своих детей, родителей, благодетелей, друзей, в котором ощущаем сладость непритворной, чистой любви! Аминь.

3. Слово в день Рождества Пресвятой Богородицы. О воспитании детей

Предание подробно говорит о добродетелях Богоотцев Иоакима и Анны. Вся жизнь их была проникнута духом благоговейной любви к Богу и милосердия к ближним; ежегодно они отделяли две трети своих доходов в пользу храма и бедных, многих превосходили своею чистотою и святостию, но несли тяжелый крест бездетства. Поэтому, соотечественники всенародно ими пренебрегали и даже в храме. Когда же праведной Анне исполнилось 50 лет, то Иоаким еще более опечалился, в особенности после того, как он удостоверился из родословной, что все праведные мужи имели потомство и даже столетний Авраам не был лишен этого благословения Божия. Печаль его была на столько велика, что Иоаким отправился в горы, в дальнюю пустыню, где паслось его стадо, в решимости не возвращаться домой и там провел 40 дней в строгом посте и молитве, призывая на себя милосердие Божие и оплакивая свое бесчестие в людях. Тут-то Господь и возвестил ему чрез Ангела о скором зачатии жены его дщерию благословенною, выше всех дщерей земных. Одновременно молилась в саду и благочестивая Анна о даровании ей дитяти и, наконец, явился ей Ангел Божий и сказал: "молитва твоя услышана, воздыхания твои проникли облака и слезы твои канули пред Господом! Ты зачнешь и родишь дщерь благословенную, выше всех дщерей земных. Ради Ея благословятся все роды земные, Ею дастся спасение всему миру и наречется Она Мариею!" Услышав эти слова, Анна поклонилась Ангелу и сказала: "жив Господь Бог мой. Если у меня будет дитя, то отдам его Господу на служение, пусть оно служит Ему день и ночь, восхваляя святое Имя Его во всю жизнь". И прежняя печаль Анны обратилась в радость.

Немало есть и ныне бездетных супругов, которые тяготятся этим испытанием, но к кому они обращаются за помощью? Чаще – к науке, чем к Богу. Счастливые же родители, получающие от Господа в дар детей, весьма редко следуют примеру праведных Иоакима и Анны и дают обеты – воспитывать их по христиански. В самом нежном возрасте, большинство христианских детей, по вине родителей и под влиянием воспитателей, только питаются телесно и приучаются к бесполезным телесным упражнениям, a развитие, знания и навыки даются такие, которые полезны лишь для временной, земной жизни. Во всю последующую жизнь, они уже сами продолжают воспитывать себя и готовятся только для временных успехов и удач среди мира, совершенно не помышляя о Боге, о благоугождении Ему и о вечном спасении своем. Христианское же воспитание – должно начинаться с самого нежного детского возраста. Св. Макрина, сестра Василия Великого, вспоминая о своем детстве, говорила, что мать обыкновенно сажала ее на свои колена и заставляла слабым и лепечущим языком произносить сладчайшее Имя Иисуса Христа и, с тех пор, возгорелось в сердце Макрины любовь к Господу. "Душа младенца есть храм Божий, говорит блаженный Иероним, поэтому, надо наблюдать, чтобы она ничего не слышала и ничего не говорила, кроме истин евангельских; она не должна понимать ни бесстыдных басен, ни соблазнительных песней; ее нежный язык должен возноситься только к Богу".

Кажется, никто из святых отцов не писал и не говорил столько о воспитании, как Св. Златоуст. Ему принадлежит следующее строгое наставление: "родители, говорит он, которые пренебрегают воспитывать детей своих по христиански, беззаконнее детоубийц. Под долгом воспитывать своих детей, я разумею не одно то, чтобы не допускать их умереть с голоду, чем многие люди, кажется, ограничивают свои обязанности по отношению к детям. Для этого не нужно ни книг, ни постановлений; об этом весьма громко говорит природа. Я разумею о попечении образовать сердца детей в добродетели и благочестии; – долг священный, которого нельзя преступить, не сделавшись виновным в некоторого рода детоубийстве. Все у нас должно быть второстепенным в сравнении с заботой о детях и с тем, чтобы воспитывать их в наказании и учении Господнем. Не так полезно образовать сына, преподавая ему науки и внешние знания, посредством которых он станет приобретать деньги, сколько если научить его искусству презирать деньги. Богат не тот, кто заботится о большем стяжании имения и владеет многим, а тот, кто ни в чем не имеет нужды. Не заботьтесь о том, чтобы сделать сына известным по внешней учености и доставить ему славу, но старайтесь о том, чтобы научить его презирать славу настоящей жизни; от этого он будет славнее и знаменитее. Это возможно сделать и богатому и бедному; этому научаются не от светских учителей и не при пособии наук, а из божественных писаний".

Св. Тихон Задонский пишет: "напоминайте детям чаще о св. крещении, о данных ими тогда обетах, чаще внушайте им, что мы все рождаемся во грехах и возрождаемся в крещении не для временной жизни, не для приобретения чести, славы и богатства, но для жизни вечной".

Итак, христианское воспитание ребенка должно начаться с самых первых дней рождения его, после св. крещения. Но как воспитать так, чтобы дитя, пришедши в возраст, ничего более не желало, как быть истинным христианином и сознавать себя не только человеком или существом разумносвободным, но вместе с тем, вступившим в обязательство с Господом?

Надо окружить дитя святынею и добродетелями. Вера и благочестие родителей должны привести к церковности, к частому причащению св. Христовых тайн, сопровождающемуся чудесными исцелениями младенцев. Начатое же христианское воспитание необходимо продолжать и в детстве, и в отрочестве, и в юношестве. Когда у дитяти начинают пробуждаться силы, родителям должно усилить внимание, ибо грех, живущий в человеке, непременно возбудит борьбу с стремлением к Богу и дети не в силах сами бороться; тогда начинается борьба родителей с грехом, живущим в дитяти. Должно так вести и направлять силы телесные и душевные ребенка, чтобы не отдать их в плен плотоугодию, пытливости, своеволию и самоуслаждению. Это главное, в этом мудрость христианского воспитания.

Светское воспитание, излюбленное в наше время, которое нельзя назвать христианским, есть большой грех. Св. Златоуст говорит, что такой грех никогда не простится родителям. "Даруя нам детей, пишет святитель, Господь вверяет их нашему попечению и предоставляет нам власть над ними. Чем оправдаемся мы пред Господом? Не тем ли, что дети нас не слушают? Но родители обязаны предотвращать такую гибель детей, должны овладеть первыми их впечатлениями, наложить на них узду, когда они еще не имели силы разорвать ее, а не ждать, пока страсти, усилясь постепенным развитием, сделаются необузданными и неукротимыми.

О, родители! Не забывайте же, как велик ответ ваш пред Господом за детей, как трудна, многосложна ваша обязанность, как свят и добродетелен ваш подвиг. Хотите спасти ваших детей и спасти самих себя, – воспитывайте детей в наказании и учении Господнем. Вашим детям ЕДИНО НА ПОТРЕБУ – вера, религия. Религия есть броня против ударов судьбы и ухищрений врага; она есть сила для борьбы со страстями и соблазнами; она есть ручательство, что дети проживут честно, добродетельно и не совершат безумных преступлений; наконец, только религия дает возможность претерпеть невзгоды до конца и понести свой крест за Христом, до дверей рая. Аминь.

4. На день Покрова Пресвятой Богородицы. Радуйтеся, яко с вами есмь во вся дни!

Св. Православная церковь вспоминает ныне благодеяние, чудесно оказанное Божией Материю христианам в 910 году в Константинополе, при Греческом Императоре Льве Премудром. Сарацины с большими силами напали на город и грозили ему совершенным разрушением. Не видя ниоткуда помощи, греки во множестве стеклись во Влахернский храм, в котором хранилась риза Богоматери и молились, как вдруг св. Андрей Христа ради юродивый, бывший тут с своим учеником Епифанием, увидел под самыми сводами величественного храма Богоматерь со множеством Ангелов и святых, стоящую в воздухе, сияющую как солнце, с омофором в руках, молящуюся о всем мире и о спасении града и жителей в нем. На следующий день, неприятель был рассеян без всякого кровопролития и греки одержали победу, по заступлению Божией Матери.

Но мы празднуем сегодня не только событие, бывшее в Константинополе, но воспоминание о любвеобильном покрове Божией Матери над всеми христианами, прибегающими к Ее предстательству и заступлению от бед и напастей; мы празднуем этот день в честь испытанного каждым из нас в жизни милосердия Богородицы!

Когда в третий день по Своем Успении, Она явилась св. апостолам во славе воскресения, то сказала им:

"Радуйтеся, яко с вами есмь во вся дни!"

С тех пор Ее видели многие св. угодники Божии, которым Она являлась в сопровождена св. апостолов, св. мучеников и мучениц, св. Предтечи Иоанна Крестителя, Святителя Николая Чудотворца и других, но от нас – грешных, отнята возможность, по нечистоте нашей, лицезреть Богородицу, охраняющую и нас также Своим Покровом и за нас молящуюся Господу Своему и Сыну.... Мы не могли – бы выдержать лицезрения славы Ее нашими телесными очами.... Но, несомненно, мы видим Матерь Божию духовными, сердечными очами и прямо ощущаем, сознаем Ее помощь и заступление. Просим, молим и Она помогает.

Поэтому, радуйтесь, дети, радуйтеся, сироты! Вас питает, растит, просвещает в науках и учит любить Бога, – Сама Матерь Божия, ибо Она с вами во вся дни! Вы, часто брошенные родителями, забытые, голодные и сирые, сохраняетесь любовию и заботами Богоматери, несравненно лучше, чем все, так называемые, – счастливые дети.

Радуйтесь, хранящие девство и целомудрие! В миру ли вы или в монастырях, но о вас особенно печется Матерь Божия, как о самых близких сердцу детях своих и уневестившихся Христу, Сыну Ея. Не бойтесь козней врага человечества, не бойтесь соблазнов злобствующего на вас мира, но мужайтесь, Сама Матерь Божия с вами есть во вся дни..

Радуйтесь, подвизающиеся в вере, желающие спасения! Матерь Божия конечно с вами, искренними учениками Сына и Бога Своего, ибо в лице св. апостола Иоанна, Сам Христос – усыновил вас Богоматери. Что было бы с вами без Ее заступления и предстательства?! Чем бы вы победили врага, возненавидевшего вас силою своего адского сердца и оклеветавшего, очернившего и обвинившего вас пред людьми в небывалых преступлениях? Кто бы утешил вас, утер вам слезы, придал силы, для терпения неправды, нападков и скорбей, если бы не была с вами во вся дни Пречистая и Всесильная Царица Небесная!

Радуйтесь, ревнители слова истины! Положите всю надежду, ваше упование на Матерь Божию, Матерь Истины, Которая с вами во вся дни... Она непрестанно молит Господа о даровании вам премудрости и силы для борьбы с житейскою ложью, гордостию – высокоумных и заблуждением – неверующих...

Радуйтесь, любящие, благочестивые родители и горячо молящиеся материнские сердца! Ваша молитва сильна пред Господом и Богоматерию! Царице Небесной, рожденной по слезным молитвам праведных родителей, воспитанной в доме Божием, соделавшейся Материю Христа и мученицей за Него, Ей ли не понять ваших просьб, молитв и слез, после того, как оружие пронзило Ее материнское сердце и Ей ли не сочувствовать вашим воздыханиям? Теперь, когда Она сильна славою небесною, могущественна дерзновением ко Господу и Ею усыновлен весь человеческий род, теперь Богородица во Имя заслуг Христа, Сына Своего, а также ради Своих прошедших страданий, вымолит спасение, радость и вечную жизнь детям вашим и с вами будет во вся дни!

Радуйтесь, подвизающиеся в терпении и уповании на Бога! Великими скорбями и испытаниями, может быть даже лишениями, голодом, бессонными ночами, идете вы по своему крестному пути, но радуйтесь, ибо идете путем Христа, св. апостолов, мучеников и поэтому пути в величайшем смирении шла Сама Матерь Божия. Ныне Она охраняет этот единственный путь в Царство Ея Сына и Бога и, облегчая, идущих по нем, нареклась радостию всех скорбящих.

Не предавайтесь отчаянию и заблудшие отроки, потерявшие свою чистоту юноши; совратившиеся с духовного пути люди и все, живущие в забвении! Не падайте духом, ибо и вас Матерь Божия любит больше, чем вы себя! Она хочет вашего спасения, вашего вразумления, и покаяния! Она смотрит на вас, как на детей Христа, ради которых также Он страдал и чрез это Она мучилась! В усердных молитвах ко Господу Матерь Божия просит вас спасти и даровать вам дух раскаяния. Радуйтесь, что имеете такую любвеобильную Матерь, но поболейте сердцем, посетуйте, что столько раз Ее оскорбляли своими грехами. Покайтесь и присоединитесь к тем, с которыми Матерь Божия пребывает во вся дни. Аминь.

5. Слово в день Покрова Пресвятой Богородицы. О молитве

Вспоминая ныне явление Богоматери, молившейся во Влахернском храме за весь род человеческий, о чем же нам и беседовать, как не о значении молитвы в нашей жизни и о необходимости молитв; для каждого человека. Если без молитвы ничего не делается на небе, то как же она нам нужна на земле. Херувимы, серафимы, святые и преподобные, блаженствуя в раю и участвуя в славе Христа, Сына Божия, – все непрестанно молятся. Нельзя это сказать о людях, живущих на земле и предназначенных для прославления своего Создателя.

Человечество увлечено иными стремлениями и целями, созданными себе во вред и на пагубу. Есть люди, которые совсем не молятся, не чувствуют в этом необходимости, не понимают смысла молитвословия и не верят в возможность быть услышанными Богом; весьма многие люди молятся – редко и всегда неохотно, с принуждением и тяготою. Таким образом, очень мало людей, живущих горячей, сильной, искренней, умной и непрестанной молитвой, по заповеди Христа и наставлениям святых апостолов; надо полагать, что эти люди и есть те праведники, ради которых спасаются страны, города и веси.

Молитва есть дыхание Божественной жизни в человеке. св. апостол говорит: Сам дух ходатайствует о нас воздыхании неизглаголанными (Рим.8:26), т. е. Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными. Где есть хотя слабые начатки дыхания молитвенного, там есть признаки жизни, a где нет дыхания, там нет жизни. Поэтому, как для жизни естественной, прежде всего нужно возбудить дыхание, так для жизни духовной, прежде всего надо возбудить дух молитвы. На этом основании св. Апостол и писал: Молю прежде всех творити молитвы (1Тим.2:1–2). Дело молитвы должно быть прежде всех, потому что без этого не может совершиться никакое другое дело благое. Как без молитвы найти путь Господень и пройти его в действительности; как уразуметь истину, распять свою плоть со страстьми и похотьми – покаянием, очистить себя от скверны плоти и духа; как воскреснуть посредством веры без молитвы и просветиться светом Христовым в сердце? Как может найти путь тот, кто не видит истины и не разумеет ее, или как может идти путем тот, в ком нет жизни? (М. Филарет). Так и св. Златоуст говорит, что кто не молится Богу, тот мертв, бездушен, бессмыслен. Что может быть святее того, кто беседует с Богом, что праведнее, что достославнее, что премудрее? Если часто беседующие с мужами мудрыми сами становятся мудрыми, то что сказать о тех, которые в молитве своей беседуют с Богом?

Когда Марфа принимала Господа, а при ногах его сидела Мария, то в обеих сестрах сказалось прекрасное усердие; однако, дела их были различны. Господь одобрил обеих, но предпочел Марию. Марфа – образ деятельного служения другим; Мария – образ созерцательного предстояния Богу в молитве, но Мария благую часть избрала. (Лк.10:42). "Если, пишет Святитель Василий Великий, и ты хочешь быть тайником Христовым, сядь – при ногах Его и пребывай в молитвенном созерцали Его!"

В древности люди всему предпочитали молитву и святые отцы при свидании всегда спрашивали друг друга о том, как идет или действует молитва? Действие молитвы было у них признаком духовной жизни, но не всякое молитвословие и стояние на молитве они признавали за истинную молитву. Так, поклоны пред иконами и чтение по книжке, заучивание молитвы на память и слышание чтения другого, они считали лишь за принадлежность молитвы. Сама молитва, по их определению, есть возникновение в сердце чувства самоуничижения, преданности, благодарения, славословия, прощения, сокрушения, покорности воле Божией и проч. Насколько легко класть поклоны и читать молитвы, настолько трудно возноситься сердцем к Богу. Полет духа требует возбуждения, a возбуждение – укрепления, дабы, как говорится, воспитать в себе молитвенный дух.

Следовательно, возлюбленные, чтобы молитва сделалась нашею необходимостью, нашею радостью, потребностью жизни и самым драгоценным даром для нас, надо воспитать в себе молитвенный дух. Из одного определения святыми отцами, что такое истинная молитва, можно понять, насколько важно это воспитание молитвенного духа. Действительно, молитва есть мать и глава всех добродетелей, ибо заимствует их из источника всех благ – Бога, с Которым молящийся пребывает в общении, а потому без молитвы нельзя сделаться добродетельным христианином. Только молитвой можно дойти до Всемогущего Бога, ибо она есть путь к Нему, и оживотвориться причащением к жизни. Святитель Митрополит Филарет Московский так объясняет движение молитвенного духа: "душа, погруженная в чувственность, рассеянная в мире, омраченная грехом, не чувствует, что по своему началу, она есть дыхание из уст Божиих, но сила этого чувства, без ее ведома возникает из глубины и движет сердце к Богу".

Но как воспитать в себе молитвенный дух? С чего надо начать? Всякое важное дело начинается с размышления и приготовления. Приступая к молитве, надо всегда отрезвить свои мысли, отвлечь их от земных дел и интересов и для этого, покойно постоять, посидеть, или походить по комнате. Затем, подумать, перед кем намерен встать и к кому обратиться, дабы явилось чувство смирения и самоуничижения. После этого следует положить несколько поклонов и начать молитвы, не спеша, вникая в смысл каждого слова и доводя их до сердца. Когда читаешь, – учат святые отцы, – очисти ны от всякия скверны, восчувствуй скверноту свою; читаешь: остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим, в душе своей прости всем, а сердцем проси у Господа себе прощения и т.д. Умение молиться прежде всего необходимо для воспитания в себе молитвенного духа и оно состоит в известном порядке мыслей на молитве. Этот порядок, однажды, открыл ангел св. иноку. (Леств. сл.28, гл.7). Начало молитвы должно состоять из славословия Бога, из благодарения за бесчисленные благодеяния Его; потом, мы должны принести Богу искреннее исповедание грехов наших в сокрушении духа и, в заключение, можем высказать с великим смирением наши прошения о нуждах душевных и телесных, предоставляя благоговейно исполнение и неисполнение этих прошений Его воле. Каждое подобное молитвословие оставить в душе след молитвы; ежедневное продолжение его вкоренит молитву, a терпение, без которого нельзя ничего добиться в жизни, несомненно привьет молитвенный дух.

Однажды братия спросила авву Агафона: какая добродетель труднее всех? Он ответил: "простите мне, я думаю, что труднее всего – молиться Богу. Когда человек захочет молиться, то враги стараются отвлечь его, ибо знают, что ничто им так не противодействует, как молитва Богу. Во всяком подвиге, какой бы не предпринял человек, он получает после усиленного труда – успокоение, а молитва до последней минуты жизни требует борьбы". И какой борьбы?! Весьма трудной и сложной, с плотию – расслабевающей, с собственным двоедушием, сомнением, неверием и – кознями врага спасения. Но Господь сказал: вся, елика аще воспросите в молитве, верующе, – приимите. (Мф.21:22). Следовательно, если воспросите неверующе или с сомнением, – не приимите и для получения какого либо блага у Бога, необходимо прежде молитвы приготовить себя к несомненной, крепкой вере, ибо сомнением мы оскорбляем Бога.

О, всемилостивая Царице–Богородице! Помози нам немощным, слабым, неразумным, скверным, неисправным, печальным, унылым, скорбным, отчаянным и покрый нас от всякаго зла честным Твоим омофором! Даруй нам дух молитвы! Единей бо точию Тебе, Пресвятей и Пречистей Матери Божией дадеся, да всякое прошение Твое исполнится. Помози нам, Ты наша радость и веселие, Ты упование, прибежище, надежда и спасение наше во веки веков! Аминь.

6. На день Введения во храм Пресвятой Богородицы. О службе Богу

Ныне святая, православная церковь празднует день Введения Пресвятой Девы в Иерусалимский храм Ее родителями, так как они дали обет посвятить Ее Богу. Велика была любовь родителей! Они отдали Господу свою единственную дочь, свою единственную радость, которую получили сами в утешение на старости лет. Младенец Мария только три года жила в доме своих родителей – Богоотец Иоакима и Анны, а на четвертом – Ее привели в храм для службы Господу.

В чем же могла заключаться Ея служба? Сначала, в прославлении Бога, Который всегда принимает хвалу из уст младенцев, а затем Пресвятая Дева приобрела благодать у Господа послушанием и своим смирением, что и доказала принятием на себя великих и страшных обязанностей Богоматери. Всю свою жизнь Она служила Богу, как истинная "раба Господня", то воспитывая Божественного Отрока, страшась за Его жизнь, оберегая Его от врагов; то мучаясь в ожидании Его прославления на земле, когда народ не признавал Его за Мессию, а потом апостолы не имели еще твердой веры; то невидимо для всех несла Она свой крест – бедность и заботилась о нуждах, испытуемых Самим Христом; то Она содрогалась при виде увеличивающейся с каждым днем вражды против Иисуса и, наконец, оружие пронзило Ея материнское сердце во время суда над Христом, когда Она увидала истерзанного, окровавленного и распятого на Кресте Сына Ее, дарованного человечеству на спасение; то мучилась Она неутешною скорбию одиночества, оставаясь на земле, по вознесении Спасителя; то служила Она Господу, исполняя апостольское назначение и утверждая христианскую церковь в языческих землях; то, наконец, томясь до преклонных лет на земле, ожидая своего переселения в небесное царство Ея Сына и Спасителя. Она служит и теперь Богу и людям, как Предстательница, Ходатайница, Молитвенница за грехи человечества, как Избавительница от бед и заслуженных наказаний, как Утешительница скорбящих; эта величайшая служба будет совершаться и продолжаться до второго пришествия Христа.

Если мы помним, что имеем от Бога наше бытие, силы, чувства, разум, сердце, волю, получаем от Господа все многочисленные блага и можем быть участниками блаженства и вечной жизни в царстве Его небесном, то мы не в состоянии сомневаться, что цель жизни каждого из нас – служить Богу и прославлять Создателя.

Но нужна – ли Господу наша служба? Она нужна настолько, насколько она доказывает нашу любовь к Нему, как нужны нам заботы о нас детей наших, когда мы здоровы и обеспечены. Эта служба по любви более всего необходима самим детям; она спасает людей от греха, дает силы для борьбы со страстями, доставляет честь и славу служащим, похвалу и любовь – учащимся, вечную признательность и благодарность воспитателям. Например: молясь, мы служим Богу, но эта молитва прежде всего необходима нам самим, так как только с помощью искренней молитвы человечество получает все необходимое. Удерживаясь от празднословия и осуждения, мы служим Богу, ибо исполняем заповедь Его, но главным образом спасаем себя от осуждения в день Страшного суда. Обучаясь священному писанию и всякой науке, мы служим Богу, так как познаем Закон Божий, заповеди, Самого Создателя, учимся по творениям познавать Творца, но одновременно сами совершенствуемся. В прилежании, в послушании родителей, в заботах о ближних и бедных, во всем хорошем мы служим Богу, как верные и честные дети, как истинные, любящие ученики Христовы, исполняющие Его волю.

Весьма важно, чтобы мы все, от малых и юных, до великих и старых непрестанно помнили, что служим Самому Богу. Только это сознание может утвердить порядок на земле и сделать людей справедливыми, честными, добродетельными и безупречными. Помня эту цель нашей жизни, мы принесем истинную пользу и тем у кого служим и всем соприкасающимся к нам людям. Как были бы могущественны государства, величественны их Цари и Повелители, счастливы их народы, если бы каждый гражданин, каждый подданный, всякий служащий и работающий, стремились к строгому исполнению своих обязанностей, сознавая, что они служат прежде всего Богу.

Но есть люди, которые не понимают ни цели своей жизни на земле, ни также значения теперешней величайшей службы Богоматери – христианам. Как известно, целые народы, по своей духовной слепоте, не видят, что милосердие Божие и всепрощение Христа – беспредельны только благодаря заслугам, молитвам и предстательству Матери Божией, Которая стоит между людьми и Христом.

Наши горя и страдания возбуждают боль ее настрадавшегося сердца и Она, как дерзновенная ко Господу, Сыну Своему, истинная раба Его и смиренная Мать–Царица, просит за нас, рожденных и живущих в грехе, слабых духом и разумом, слепых очами сердца, мучимых и сбиваемых с пути врагом. Христос Спаситель, положивший жизнь Свою в доказательство любви к людям, упросивший Отца Небесного ниспослать на землю Духа Святого для просвещения слабого человеческого разума и утверждения веры, не имеющий более иных путей к вразумлению падшего человечества, но несомненно все еще не желающий смерти грешника, – с любовию и радостию слушает призывающий, ласковый и любящий голос Матери Своей, дающий Ему возможность, по Правосудию, ради Ее заслуг на земле и славы на небе, еще ниспослать милости погибающим в страстях людям. И что же? Между этими людьми есть такие, которые не сознают всей своей преступности пред Богом, своей греховности, нечистоты, своего ничтожества, не видят, до чего они бездушны, жестоки, лицемерны, сребролюбивы, погружены в житейские расчеты и наслаждения, не чувствуют, как далеки они от Бога и воображают себе, будто они спасены уже страданиями Христа, как бы не грешили... Богородицу они ставят на ряду с человеческим ничтожеством. Безумные слепцы! Они лишают себя последней надежды на прощение.

Кто не чувствует на себе забот и милостей Божией Матери, тот совершенно слеп духовно. Некоторые великие подвижники, пустынники и старцы, имели у себя один только образ Богоматери, пред Которым неустанно клали поклоны, прося вознести их молитвы и воздыхания ко Христу и испросить им и другим христианам дары Духа Святаго. Исцеляя болящих, они свидетельствовали, что Царица Небесная, а не они, дарует им милость.

"Приидите, вси празднолюбцы", поет св. церковь, "честный покров Божия Матери ублажаем...!"

Милосердия двери отверзи нам, благословенная Богородице; надеющиеся на тя да не погибнем, но да избавимся тобою от бед: ты бо еси спасение рода христианскаго! Аминь.

7. На Рождество Христово. О мире на земле

Среди зимней, бесснежной, холодной ночи в Палестине, чарующей миллиардами блестящих звезд на небе, неожиданно предстал небесный Вестник радости, пред дремавшими Вифлеемскими пастухами и возвестил чрез них всему миру о рождении давно обетованного человечеству Мессии, Христа, Сына Божия. Весть о спасении человечества, страждущего столько веков, вызвала внезапные победные клики бесчисленного множества ангелов, которые прославили Создателя за столь беспредельную любовь Его к людям, восклицая: слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение (Лк.2:14)

По примеру небесных жителей и мы в св. церкви славословим Отца Небесного, повторяя благовестие о принесении Рождеством Христовым – мира на землю. Но, что это за мир? О каком мире говорится в славословии? Имеем ли мы этот мир на земле?

Мир был на земле тогда, когда человек повиновался воле своего Творца, когда благодать беспрепятственно изливалась на всю природу, сохраняя наших прародителей от познания греха, смерти и тления. Но как только первый же человек, наученный врагом мира, воспользовался во вред своей свободной волею и воспротивился воле Божией, то охраняющая его благодать отступила от него и он лишился блаженной жизни и душевного мира. Познание добра и зла, возбудило в нем непрестанную борьбу между плотью и духом. Затем, породившиеся страсти привели людей к болезням духа и плоти, к страданиям, к недовольству жизнью, к ропоту на Бога, к вражде и земля обагрилась кровью. Начались бедствия, землетрясения, бури...

Для восстановления мира на земле, предвечный Сын Божий должен был вочеловечиться. Св. Давид так пророчествовал о Спасителе мира: во днех Его возсияет правда и множество мира. (Пс.77:7) Но о каком мире говорит св. Пророк? Где тот мир, который должен был обновить землю, где эта правда, которая должна была воссиять в мире. Тотчас, – как св. ангелы огласили землю благовестием о рождении Спасителя, о пришествии мира на землю, царь Ирод, первосвященники и книжники в ярости избили 14 тысяч младенцев. Через 30 лет Сам Христос, выйдя на проповедь, возвестил людям, что Он пришел низвести на землю не мир, но меч. Думаете ли вы, сказал Христос, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение. (Лк.12:51.)

Не смотря на распространение христианства, даже в наше время, замечается упадок религии и нравственности по всей земле; войны и распри не умолкают. Вражда торжествует; родители идут против детей, дети – на родителей; домашние стали врагами человеку. Все это невольно заставляет многих недоумевать: принесло ли рождество Христово мир на землю?

Но разве Сын Божий вочеловечился, чтобы улучшить и изменить внешнюю жизнь людей, даровать им земной покой, попрать телесную смерть, уничтожить бедствия, бури, распри и войны? Он пришел в мир, чтобы изменить внутреннюю жизнь Своих учеников и последователей, спасти их души от духовной смерти, излить на них искупительную благодать Святого Духа, чрез Себя примирить и соединить с Отцом Небесным, привлечь в истинное Царство, которое не от мира сего и, наконец, чтобы даровать блаженство и жизнь вечную. Он принял позорную, крестную смерть, чтобы связать, обессилить древнего врага мира – диавола, чтобы научить людей бороться с ним и сделать их сильными в борьбе. Утверждая на земле новую жизнь, соделывая людей – новою тварью, Христос должен был Своим Божественным учением неизбежно возбудить вражду и разделение. Обличая всемогущим словом пороки мира, Он как бы духовным мечем отсекал заблуждения человеческого разума. Исцеляя болящих, просвещая невежд, умудряя язычников, Христос ставил их в пример и научение – высокоумным, самонадеянным и лживым первосвященникам и старейшинам, руководившим образованием еврейского народа. И поэтому, понятно, что с появлением христианства, внешняя борьба должна была усилиться и внешний мир еще больше нарушиться. Но все это имело конечную цель: возрождение внутреннего мира в человеческих душах. Продолжительная борьба лжи с истиной, порока с добродетелью, велась ожесточенно, но кто в этой борьбе оказался победителем, тот получил истинный душевный мир. Мир Христов – влился в душу каждого христианина, в христианскую семью и в христианское общество. Победа Христова смягчила жестокосердие людей, укротила страсти, заклеймила позором самоубийства, детоубийства, освободила узника, защитила пленника, восстановила слабого, призрела сиротствующего, возвела бедность из проклятия в блаженство, освятила брак, открыла красоту чистоты, освятила всю жизнь человека и спасла человеческие души, столь дорогие – для Сына Божия и возлюбленного Отца Небесного. Мир оставляю вам, говорил Христос, прощаясь с учениками, мир Мой даю вам, не якоже мир дает, (т.е. не такой, как мир дает,) аз даю вам: да не смущается сердце ваше, не устрашается. (Ин.14:27). Свой мир, не земной, а духовный, даровал и оставил нам Господь Иисус Христос. И мир Христов, как оставленное нам небесное семя, возрос на земле и дал обильный плод.

Но нельзя надеяться, чтобы на этой грешной земле, когда-нибудь был полнейший мир, так как и на небе нет отчасти внешнего мира; Господь имеет Свое небесное воинство, предназначенное для постоянной борьбы с многочисленными отпадшими духами. Мы видим, что с веками внешний мир все более и более нарушается и исчезает. Те истинные христиане, которые пользовались даром Христовым, душевным миром, не оставили этого необходимого достояния своим детям. В наше время земля вновь покрывается мглою неверия, вражды, борьбы, сомнения, отчаяния и непослушания. Многие общества стремятся к разрушению христианских начал. Но по слову Христа, на все это надо смотреть и не ужасаться (Мф.24:6). Подобает всем сим быти! Да не смущаются и не устрашаются сердца наши! Для чего же подобает быти? Чтобы человечество спаслось скорбями и покаянием. Когда оно допьет чашу бедствий до дна, познает свое безумие, тогда только оценит благодеяния Божия мира. "Земля наша, говорит один из св. отцов, не есть ли поле, на котором растут вместе пшеница и плевелы, но доброе сеяние и жатва принадлежат Спасителю мира, решающему когда исторгнуть плевелы и когда собрать и сберечь пшеницу. Искупительная благодать именно действует среди ожесточенного зла, порока и лжи, чтобы не допустить мира до гибели и извлечь из зла – возможное добро".

О беспредельная любовь Божия! Когда же она поймется людьми? Пойте Господу вашему, пойте! Пойте Цареви вашему, пойте! Слава в вышних Богу и на земли мир, в человецех благоволение! Аминь.

8. Слово в день Рождества Христова. О благодати

Сошествие на землю Сына Божия, явление Бога во плоти, есть столь чрезвычайное и великое событие, более которого никогда не было с начала существования мира. Об этом событии так повествует св. Иоанн Богослов: И слово плоть бысть и вселися в ны, и видехом славу Его; славу яко Единородного от Отца, исполнь благодати и истины... И от исполнения Его мы вси прияхом и благодать возблагодать: яко закон Моисеом дан бысть, благодать же и истина Иисусом Христом бысть (Ин.1:14–17), т.е. и Слово стало плотию и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу как Единородного от Отца... И от полноты Его все мы приняли и благодать на благодать; ибо закон дан чрез Моисея, благодать же и истина произошла чрез Иисуса Христа. Когда в мире не было греха, тогда природа оживотворялась благодатью и несомненно, благодать действовала даже ранее, чем был создан Богом свет. Она беспрепятственно изливалась на природу, исполняла ее благом и блаженством, но когда вошел в мир грех, то этим был нарушен первоначальный союз между природою и благодатью. Природа, оскверненная грехом, сделалась недостойною и неспособною принимать влияния благодати; поэтому, с грехом вошла в мир духовная смерть и вслед за нею телесная, а затем и вечная. Только при помощи благодати человек сохранял то, что получил первоначально от Бога и, конечно, не мог возвратить то, что утратил, без особой благодатной помощи. "Каждому из нас, говорит св. апостол Павел, дана благодать по мере дара Христова (Еф.4:7). Итак, укрепляйся, сын мой, в благодати Христом Иисусом!" (2Тим.2:1).

Но что такое благодать? По изъяснению святителя Митрополита Филарета Московского: благодать есть даяние от Благого, даяние благое, даяние по единой благости, без права, заслуги и достоинства нашего. Благодатью называется спасительная сила Божия, которая сообщаясь нам по заслугам Иисуса Христа, для нашего освящения и спасения, возрождает нас в жизнь духовную. Без нее мы не можем творить ничего доброго (Ин.15:5). Без возрождения благодатью Духа нельзя войти в царствие Божие (Ин.3:5). Источником и непосредственным началом благодати есть Бог Отец, Сын и Святой Дух. Отец подает ее, Иисус Христос приносит ее; Дух Святой вдыхает ее в души верующих и ею одушевляет их к жизни духовной, укрепляет и направляет к благотворной и спасительной деятельности.

Из этого, посильного людям, определения, что такое благодать, не трудно уразуметь, как она для нас необходима и вожделенна. Без благодати невозможно быть добродетельным, целомудренным, любвеобильным, честным, бескорыстным, милостивым, справедливым, правдивым, совестливым, счастливым; без благодати нельзя сознавать свою нечистоту, греховность, преступность пред Богом; нельзя иметь раскаяния и получить прощение в грехах; без благодати нет избавления скорбящему, болящему, страждущему и бедствующему; нет никому никакого блага, потому что всякое благо происходит от Единого Бога.

"Если будем рассматривать видимый мир", пишет святитель Филарет, "то найдем, что начало и основание бытия и совершенства есть та же непрестанно действующая благодать и сила Божия. Посмотрите на растительный мир, обновленный весною и подумайте, где начало и основание его. Скажете, что он возникает в земле? Но возьмите горсть земли, покрывающую корень растения и увидите, что она вовсе не имеет силы, ни красоты, ни питательности, ни благовонности, свойственных различным растениям. А чего не имеет, того и сообщить им не может. Скажете, что в растениях действуют силы солнца, воздуха и воды? Но и этим не объясняется их происхождение. Каким образом одно и тоже солнце, одна и та же земля, вода, воздух в одно время и в том же месте производят крепкий дуб, мягкую траву, благовонную розу и у одного и того же растения в стебле – твердость, в листьях мягкость, в цветах благовонность, в плоде питательность? Наконец, кто держит самую землю? Но лучше остановимся, чтобы, испытуя глубину, не низринуться в пропасть".

"Един Бог есть Основатель всякой твари и в Нем Едином ее глубочайшее основание. Рече Бог: да будет свет и бысть свет. (Быт.1:3): Рече Бог: да будет... и вот, коренное начало всех вещей. Сила Божия – слово Божие! Не должно представлять себе Слово Божие, подобно человеческому, которое исчезает в воздухе. В Боге нет ничего прекращаемого, ничего исчезающего; слово Его исходит, но не преходит. Глагол Господень пребывает во веки. (1Пет.1:23). Слово Божие есть основание бытия тварей; им сияет солнце, произрастает земля, живет, растет и совершенствуется всякая тварь".

Если бытие и благополучие низших тварей зависит от благости и силы Божией, тем более духовная жизнь и блаженство человека, сотворенного по образу Божию, ежеминутно, также и вечно, зависит от содействия благодати Божией. Поэтому, нельзя не удивляться невнимательности и слепоте людей, которые живут и действуют, вовсе не помышляя о благодати Божией. Чем они стремятся жить? Не разумом ли? Но надо им знать, что он давно уже осужден Богом на отвержение и погибель: Погублю премудрость премудрых и разум разумных сокрою. (Исх.29:14). "Где мудрец? – спрашивает св. апостол, где книжник, где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие? (Ис.33:18). Ибо когда мир своею мудростию не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди (Евангельской) спасти верующих". (1Кор.1:20–21).

"Молитесь, говорит св. Антоний Великий, да дарует вам Бог благодать, все ясно видеть и разуметь, чтоб вы верно могли различать, что добро и что зло".

Божия благодать всегда направляет нашу волю в добрую сторону, но так, что и от нас требует или ожидает соответственных усилий. Чтобы не дать своих даров беспечным, она нас пробуждает от беспечности; чтобы это даяние не казалось беспричинным, она низводит дары после нашего возжелания и труда. Но, однако, благодать всегда дается даром и с безмерною щедростью.

Итак, возлюбленные, мы спасены благодатию Иисуса Христа! (Еф.2:5). Возрадуемся о спасении! Христос рождается – славите! Христос с небес – срящите! Христос на земли – возноситеся! Аминь.

9. Сретение Гocподне. Существует ли ад?

В словах праведного Симеона, встретившего в Иерусалимском храме Пресвятую Богородицу с младенцем Иисусом, сказалась необычайная радость. Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему с миром, произнес Симеон, яко видесте очи мои спасение Твое (1Лк.2:22–40). Как сказано в св. Евангелии, он был муж благочестивый и праведный, чающий утешения Израилева, т.е. веровавший в пришествие Мессии, Сына Божия, Спасителя мира и Дух Святой был на нем. Ему было предсказано Духом Святым, что он не увидит смерти, доколе не увидит Христа Господня. И это обетование исполнилось! Теперь он лицезрел Божественного Младенца, Спасителя мира, предвечного Сына Божия, обещанного столько веков страждущему человечеству; он держал на своих руках Агнца Божия, Который должен был примирить Отца Небесного с людьми и открыть им двери рая; он благословил будущего победителя ада, свет ниспосланный для просвещения язычников, слово – дарованное для познания вечной истины! Радость праведного Симеона была так велика, что ее можно только сравнить с радостью погибающего, который вдруг увидел себя спасенным. Сердце его, скорбевшее за будущее, одержимое страхом смерти, тотчас преисполнилось мира, покоя, радости и отрады. Симеон хорошо знал, что по общему закону для всех людей, со времени грехопадения прародителей и ему, по смерти, будет суждено жить вне рая, вне царствия Божия. Земной путь его был труден, как всякого праведника, а впереди ждали опять испытания! Жизнь вдали от Бога составляет невыразимое мучение для души человеческой. Он глубоко верил, что обетование Отца Небесного о ниспослании Сына Божия, Спасителя мира, сбудется, и тогда человечество получит прощение, мир, свободу, а враг – князь мира сего, мучитель человечества, будет побежден и посрамлен; но когда явится миру Христос Спаситель, скоро ли возродится человечество к новой жизни, a любящие Бога получат свободу и награду за земные подвиги, это было великою тайною и для Симеона. Естественно, что весь он преисполнился невыразимой радостью, когда увидел своего Спасителя, принял Его в свои руки и сознал, что твердая его вера, потребовавшая в течении всей жизни столько труда, борьбы и подвигов, оправдалась и осуществилась. Страх смерти заменился радостью о будущей жизни пред лицом Божиим, в царстве небесном, где каждое дыхание обращено в блаженство, наслаждение, радость о Господе, в любовь, в правду, в славу и хвалу Божию. Симеон, как праведник, познавший тайны Божии и мира сего, возрадовался теперь духом о спасении всего человечества, столько веков заключенного и мучимого в аду. Он предвкушал приближение мира Христова для всего мира и наказания злейшего врага спасения.

Не удивительно ли, возлюбленные, что именно после совершившегося суда Божия над врагом человечества, люди начали сомневаться в его существовании? Понятие об аде и геенне стало с веками постепенно изменяться и можно сказать, что вера христиан в существование ада почти исчезла. Как не видеть в этом нового ухищрения врага христианства? Так, современные люди говорят разно: одни, что земля с ее испытаниями и горями – есть чистилище, ад; другие, что понятие о милосердии Божием не согласуется с существованием ада и третьи, – что нельзя понимать Евангельские слова – ад, геенна, неугасимый огонь, огненная пещь, тьма кромешная, в буквальном смысле. Но справедливы ли эти мнения?

Христианская религия учит, что ад есть место мучений, в котором грешники подвергаются казни за свои преступления на земле и он противоположен небу и раю, где праведники получают награду за их добродетели. Еврейский Шеол, греческое – Тартарос и Адис, латинское – Инфернус, ад выражают, в собственном смысле, место низкое и глубокое, гроб, жилище мертвых. Иудеи употребляли еще слово Геенна, потому что так называлась долина близ Иерусалима, в которой находилась печь, именуемая Тофель; в этой печи исступленные идолопоклонники содержали огонь, чтобы приносить жертвы и посвящать детей своих идолу Молоху. Поэтому поводу в Новом Завете, ад часто называется геенною – огненною, долиною огня. Священное писание повествует, как Бог, изгоняя Адама из рая, изрек: что он будет подвергаться на земле страданиям, доколе не возвратится в землю, из которой он взят (Быт.3:19). Господь не сказал, что он пойдет в землю одною плотью. Все праведники Ветхого Завета всегда признавали местом ада земные недра; так утверждали св. Патриарх Иаков, многострадальный Иов, боговдохновенный законодатель Моисей. Св. Давид пророчествовал: милость Твоя велия на мне и избавил ecи душу мою от ада преисподнейшего! (Пс.65:13). Пророк Исаия говорил сатане: во ад снидеши и в основания земли (Исх.14:15). Сам Господь Иисус Христос сказал: будет Сын человеческий в сердце земли три дня и три нощи. Св. апостол Петр (IПет.3:19) и Апостол Павел (Еф.4:9) свидетельствуют, что Христос сходил в преисподнюю земли до ада. Не менее достоверно известно, что некоторые святые видели ад и поведали о том своим современникам. В Четьи Минеях от 28-го марта говорится о воине Таксиоте, который умер от укушения змия и через 6 часов после погребения воскрес. На четвертые сутки, придя в себя, он все рассказал Архиепископу, блаженному Тарасию, как его похитили демоны с блудного мытарства и свели из воздушного пространства на землю и спустили по смрадным ходам в преисподнюю, где души грешников затворены в вечной тьме и в вечной муке. Особенно подробно поведала о своей кончине и о видении демонов преподобная Феодора.

Вера наша требует сердечного убеждения в истине каждого слова Евангелия и что все есть и будет, как сказал Христос. Он же сказал, что пошлет грешников в огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его.(Мф.25:41). Некоторые думают, что Христос сказал это только для угрозы и вразумления грешников. "Если писание о будущем составлено для угрозы, говорить св. Златоуст, то никто не может отвергать прошлого, уже исполнившегося. Кто не слыхал о потопе? Разве о нем предсказывалось только для угрозы? А праведник в продолжении 100 лет возвещал о потопе и никто ему не верил. Вспомним о Содоме и Гоморре. Кто путешествовал по Палестине, тот видел эту землю, напоминающую о гневе Божием. Там плоды, прекрасные с виду, оказываются при разрезе совершенно пустыми и из них вылетает пыль и прах. У Содомлян было одно тяжкое преступление и за это они сожжены; теперь же совершаются бесчисленные и тягчайшие преступления, но такого наказания не бывает. Почему? Потому, что приготовлен другой огонь, никогда неугасимый. Мы сберегаемся не для того, чтобы вовсе не терпеть наказания, но чтобы потерпеть большее, если не исправимся".

Если нет ада, то где же понесут наказание прелюбодеи, грабители, убийцы и другие, умершие не наказанными на земле? Совершенный Бог может ли быть несправедлив к одним, которые терпят на земле за грехи и милостив к другим неуспевшим понести наказание до смерти? Существование ада вполне совместимо с понятием о благости, премудрости и милосердии Божием. Будем ли мы виноваты, если наши дети расточат, данное им благосостояние? Нет, так и Бог, не хотящий смерти грешников, не виноват, если некоторые Его дети расточат в греховной жизни все дары, ниспосланные на них и умрут без покаяния.

Верьте, возлюбленные, что каждое слово Евангелия есть вечная истина и что Господь бесконечно милосерд к грешникам, но только к тем, которые не бесконечно совершают смертные грехи и очищают себе путь в царство Христово покаянием. Аминь.

10. Преображение Господне

Свидетелями Преображения Господа Иисуса Христа были три любимейших Его ученика – Петр, Иоанн и Иаков. Петр – первый по вере, Иоанн – первый по любви и Иаков – первый по терпению и мученическому венцу. Но, как известно, они не оставили нам собственноручных описаний этого величайшего события в земной жизни Спасителя. Апостол Петр упоминает только в послании своем, что он и другие ученики были на св. горе со Христом, когда принесся к Нему глас Отца Небесного (2Пет.1:16–18). Подробно повествуют св. апостолы Матфей, Марк и Лука, хотя они не всходили вместе с Учителем на Фаворскую гору, не созерцали славы Сына Божия и могли только впоследствии слышать о произошедшем от любимейших учеников, которым Христос запретил рассказывать виденное, до Его воскресения. Не удивительно ли это? И чем можно объяснить такое явление? Чтобы никто не сомневался в Преображении Иисуса Христа на Фаворе, об этом пишут не один, а три Евангелиста, но вместе с тем все они не были очевидцами события!

Исследуем же, возлюбленные, почему и ради кого Божественный Промысл избрал для засвидетельствования истины тех провозвестников силы и славы Преображения Господня, которые сами не были очевидцами этой славы. По вере нашей мы не можем сомневаться, что если Промысл Божий избрал сперва трех любимейших апостолов свидетелями, a затем трех Евангелистов благовестителями того же события, то на это имелась особая необходимость. На причину избрания любимейших учеников свидетелями славы Преображения указывает нам св. Евангелист Лука. Он так начинает свое повествование: Бысть же по словесех сих яко дний осмь и поем Петра, и Иоанна, и Иакова, взыде на гору помолитися, т.е. после сих слов дней через восемь, взяв Петра, Иоанна и Иакова, взошел Он на гору помолиться (Лк.9:28). Какие это были слова, после которых Господь взошел на Фавор? Что произошло за 8 дней до Преображения? Не без причины св. Евангелист обозначает время, когда совершилось это великое событие, а именно через восемь дней после другого события; следовательно, между ними есть тесная, внутренняя связь.

Произошло следующее: во-первых, Петр, вопреки мнению народа, почитавшего Иисуса за Илию или за единого от Пророк, исповедал Его Сыном Божиим. Во-вторых, тот же Петр, услыхав в первый раз о предстоящей крестной смерти Христа, счел своим долгом прекословить Ему, высказывая мысль, что такая ужасная участь совершенно не совместима с достоинством Сына Божия! (Мф.16:22–23). Следовательно, вот после каких событий Господь взял с Собою на гору Петра, Иоанна и Иакова, как более готовых и способных к созерцанию истинной славы Его. Надо было, чтобы Христос, после Своего явления "в зраке раба", тайно показал и царствие Свое. Он именно пророчески сказал ученикам за восемь дней до Преображения Своего: "говорю же вам истинно: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят Царствие Божие". (Лк.9:27). Необходимо было, чтобы апостолы, хотя на мгновение ока увидели царствие Божие, пришедшее в силе, укрепились в едва зарождавшейся в них истинной вере, ибо приближался уже страшный час добровольного предания Сына Божия в руки врагов и те же ученики должны были сделаться свидетелями Его страданий, мучений, унижений и смерти на кресте. Такова была цель Преображения Господня и в этом его внутреннее значение!

Созерцая славу Божию, апостолы увидели пророков Илию и Моисея, беседующих со Христом. Войдя в облако, т.е. славу Самого Сына Божия, они услышали глас Отца Небесного, удостоверивший Божественные достоинства Своего Сына и повелевающий оказывать Ему послушание или повиновение. Внимая беседе пророков о кресте, они слышали, что Сын Божий предает Себя добровольно распятию и это необходимо для спасения человечества.

Но любимейшие ученики созерцали славу Христову только телесными очами, так как они в то время не могли еще духовно уразуметь божественные цели прославления Сына Божия на Фаворе и значения этого события для всех будущих последователей Иисуса Христа. Только по сошествии на них Духа Святого, открылось в них духовное зрение. Егда же приидет Утешитель, Его же Аз послю вам от Отца, Той свидетельствует о Мне, сказал им Христос, и вы же свидетельствуете, яко искони со мною есте (Ин.15:26–27). Поэтому, все одиннадцать апостолов, на которых сошел Святой Дух в Сионской горнице, а затем, вновь избранный Павел, сделались и были истинными свидетелями жизни, славы и крестной смерти Христа Спасителя, так как Дух Святой свидетельствовал им о Сыне Божием и они были сначала с Ним.

Однако, избрание трех Евангелистов благовестителями события имеет еще иную божественную цель. Это сделано для нас и ради нас. Вы слышали сегодня, возлюбленные, песнопения великого праздника, сложенные святыми отцами. На литургии поется: Приидите, взыдем на гору Господню и в дом Бога нашего и узрим славу Преображения Его! Святая церковь приглашает всех нас созерцать славу Преображения Господня. А если она зовет, то значит это необходимо и вполне возможно. Каким же образом мы должны созерцать славу Сына Божия? Конечно духовно, как созерцали св. Евангелисты после сошествия на них Святого Духа и что не могли уразуметь любимейшие ученики во время Преображения Господня. Мы все приняли Духа Святого преемственно от апостолов – в таинствах церкви, начиная от св. крещения, а потому и нам даровано духовное зрение. Понятно теперь, что Промысл Божий для того и избрал трех Евангелистов, а не трех учеников, бывших с Господом на Фаворе, благовестителями Преображения Господня, чтобы удостоверить нас в возможности духовного созерцания и нам, как и ученикам Христовым. Следовательно, это совершено нам в пример, в научение и для побуждения к подражанию в вере.

Но, возлюбленные, для христианской жизни недостаточно только разуметь истину, но необходимо еще верить истине, что так есть, должно быть и потому следовать ей. Святой апостол Павел говорит, что Преображение Господне есть событие, которое должно повториться над всеми истинными последователями Христа (2Кор.3:18). Если кто не знает, что в нас есть внутренний, потаенный сердца человек, как выражаются св. апостолы (2Кор.3:18; 1Пет.3:3–4; Еф.3:16), тот не христианин. Этого-то внутреннего человека мы обязаны возводить от совершенства к совершенству, от славы в славу, усваивая истины веры, искореняя страсти, приобретая добродетели и храня благодать, даруемую таинствами церкви. Те, которые не преобразятся внутренне из земных в небесных, не войдут в славу Единородного Сына Божия!

Мы все обязаны понять в христианстве, что есть Божие и что человеческое. Поэтому, можем ли прекословить Христу, как это сделал Петр и сомневаться, что крестная смерть не совместима с достоинством Сына Божия или, что наши страдания, испытания, наши кресты, несовместимы с любовию Божиею к христианам? Будем ли доказывать, по непониманию, что наше внутреннее преображение или возрождение невозможно, при современных, тяжелых условиях жизни и при непосильной борьбе со грехом? Подобные доказательства и оправдания легко опровергаются Евангелием, которое читалось сегодня. В нем излагалось, при каких ужасных обстоятельствах совершилось Преображение Господне, насколько душа Сына Божия была преисполнена мыслью о предстоящих страданиях и кресте, в каком молитвенном единении Он пребывал с Отцом Небесным и как вел беседу с Пророками о предстоящих страданиях и о Своем распятии. Следовательно, и наше внутреннее преображение возможно также при самых тяжелых условиях жизни, ибо оно требует только молитвенного единения со Христом и безропотного несения своего креста. Крест есть единый, верный путь к славному преображению! И когда наш разум смирится пред непрестанными доказательствами беспредельной любви Божией к человечеству, тогда наша душа преисполнится мыслью о спасительной заповеди Христовой: Иже хощет по Мне идти, да отвержется себе и возмет крест свой. Аминь.

11. Слово в Богородичный праздник. О неповинном страдании

Испытующий человеческий разум до сих пор считает непонятным и загадочным, почему Бог допускает бедствия для человечества, а главное: бедствуют неповинные, а виновные или совсем не страдают, или наказуются не соразмерно с их виною? Видя это, слабый верою подвергается искушению, склонный к пороку разрешает загадку, говоря, что нет пользы быть добродетельным, а вовсе неверующий доказывает, что в мире и в человеческих делах господствует случай.

Вопрос серьезный, требующий обстоятельного исследования, насколько это возможно в кратком церковном слове. Особенно внушительно и ясно говорит об этом вопросе в своих проповедях Митрополит Филарет Московский; воспользуемся его, неподражаемым по глубине, объяснением. "Бедствия и страдания человечества, говорит великий святитель, это – странность и противоречие самой природы себе; противоречие, которое должно погрузить размышляющего в безутешное уныние, если он не откроет источника утешения и надежды, выше природы. Та же природа, которая внушает отвращение и ужас от страдания, особенно неповинного, та же самая природа возвещает, что страдание, даже и неповинное, неизбежно. Пройдите по всем степеням видимых тварей, пройдите по всем областям природы: где нет страдания? Что не страдает? Агнец трепещет от волка, кроткая птица от хищной; все, что есть лучшего в растениях, терзается и разрушается животными, составляя их пищу. Всякое благо, всякая радость, всякое удовольствие в природе, более или менее дорого покупается страданиями. Зерно должно расторгнуться и совсем погибнуть, чтобы родилось растение и плод; приятность питания – соразмеряется голодом. Солнце согревает, но и палит зноем; холод укрепляет, но и убивает; вода орошает, но и потопляет; ветер освежает, но и наносит болезни; земля приносит человеку хлеб, но требует от него пота. С начала жизни человек страдает от недостатка сил, от несовершенного развития способностей, под конец жизни, от утраты сил и способностей. Человек никогда не находит своих желаний удовлетворенными и терпит множество разнообразных случайностей. Такова участь: страдать не хочется, но страдать надобно!"

"Не было бы никакого зла на земле и никакого бедствия в человеках, если бы не было греха. Единым человеком грех в мир вниде и грехом смерть (Рим.5:12). Человек, потеряв опыт первоначального бытия, потерял и понятие о нем. Как рыба, движущаяся в воде, не знает лучшей и более совершенной жизни, как например, живут в воздухе, так бедная человеческая душа, погруженная в грубый и тленный мир, не знает тонкой и нетленной жизни райской. Отсюда недоумения испытующего разума".

Людям, просвещенным свыше, человечество представляется в таком виде: все согрешили и лишены славы Божией (Рим.3:23), говорит св. апостол. Кто будет чист от греха? – спрашивает Иов и отвечает: никто, если и один день прожил на земле. Все человеки согрешили еще в Адаме, который не мог нам дать, чего сам не имел: безгрешности и нетления, а естественно передал нам то, что имел – грех и тление. Таким образом, вопрос: почему бедствуют и невинные? – не только разрешается, но и уничтожается, потому что, по строгому суждению, нет на земле невинных и все бедствующие – виновны. Если признаем, что бедствующий – грешен и если знаем, что всякий грех есть отступление от закона, следовательно, восстание против воли Бога-законодателя, мятеж в царстве Божиим, оскорбление вечного величества Божия, то скажите, какой грех слишком мал для временного бедствия и какое временное бедствие слишком велико – для греха? – спрашивает святитель Филарет. Нет спора о том, что не все грехи равно тяжки, но кто из нас может взвесить эту тяжесть и точно определить степень. Для этого надо положить на весы не только видимое дело, но и невидимое желание, сокровенное намерение, тайную мысль, силу и немощь, познание и неведение, закоснелость и раскаяние, ожесточение и сокрушение. Но кому возможно все это, разве единому Испытующему сердца и утробы? Бог действует на жизнь человека не только в качестве судии, но более как врач; это совсем другой расчет. Есть болезненные состояния, которые кажутся маловажными и не угрожающими, но против которых сведущий врач находит нужным употребить жестокие врачебные средства. Притом, Врач небесный не всегда начинает врачевать болезнь душевную; взор Его проницает в глубину души и, открывая там зародыш греха, страсти, самоволия, примесь зла к добрым склонностям, Он орудием искушений извлекает наружу эти болезненные начала для их уврачевания и для возведения души к высшей чистоте. Он любит, милосердует, очищает, врачует, приготовляет к блаженству, а мы смотрим и говорим: как он тяжко посещает!

Мы страдаем по воле Божией и по воле Того, от Которого всякое деяние благо и всяк дар совершен сходит свыше (Иак.1:17), по воле Того, Который питает птицу, не стоящею ассария, Который траву сельную одевает великолепнее, нежели Соломон облачался в славе своей. Как можно, чтобы Тот, Который бережет воробья и траву, не хранил человека, хотя бы проводил его сквозь огнь и воду, когда находит нужным?! Как можно, чтобы Тот, Который являет милосердие Свое даже злым, не явил правосудия Своего невинно страждущим? Если Благий посылает страдания, то конечно и в страдании есть некоторое благо, говорит святитель Филарет. Если же есть неповинно страждущие в своих делах, то правосудие и благость Божия с избытком является над ними в делах чудесных, совершаемых в воздаяние за неповинное страдание. Пример в Евангельском слепорожденном.

Наконец, согласимся, что есть бедствия, о которых совсем нельзя спрашивать: за что они посланы? но разве: к чему посланы? в которых не нужно обвинять человека, но надобно только уметь оправдать и возлюбить Провидение. Таковы бедствия Иова, Пророков, Апостолов и Пресвятой Девы.

"О, благословенная в женах! Непорочнейшая из дщерей человеческих! – восклицает святитель Филарет. И тебе премудрый старец Симеон неусумнился предложить сию грозную загадку: И Тебе Самой душу пройдет оружие (Лк.2:35). Теперь, когда Ты пребываешь в Божественной славе Сына Твоего, для Тебя уже разгадана эта загадка необычайного события; теперь – Ты видишь во свете Божием, для чего надлежало пройти оружию и Твою чистую душу и как это согласно и с бесконечною премудростью, правдою и благодатию Провидения и с Твоим бесконечным блаженством!".

Матерь Света! Низведи нам искру света от ума Христова, дабы уразуметь и нам тайну бед и скорбей земных, на сколько нужно для нашего мира и спасения! Аминь.

12. Слово в Богородичный праздник. О многословии и молчании

Для светских людей нет ничего труднее, как выучиться управлять своим языком. Каждый сознает вред многословия, но избавиться от столь пагубной привычки нет никаких сил. Почему же это так, возлюбленные? Подумаем и объясним причины. Язык наш приводится в движение ничем иным, как сердцем. Все излишне, накопившееся в сердце, изливается языком и обратно, все недостающее приобретается и укореняется в сердце чрез разговор. Но какие чувства заставляют сердце изливаться чрез слово? Несомненно – недобрые, ибо добрые чувства всегда молчаливы. Наблюдите, возлюбленные, за собою!.. Мы потому многоглагольствуем, что это льстит нашему самолюбию и будто бы выказывает нас с лучшей стороны. Некоторые говорят много вследствие гордости, самомнения и воображения, что они умны, многосведущи и суждения их поразительно правильны. Такие люди испытывают неудержимое желание высказаться и поэтому, объясняют свои мысли обильною речью с многократными повторениями и настаивают, чтобы все удивлялись их красноречию и уму. Когда же разговор касается вещей маловажных, то многоглаголание превращается в пусторечие, от которого происходит бесконечное зло. Пустословием люди уничтожают в своем сердце всякое чувство теплоты, благоговения и добродетели, допуская войти страстям и решениям, пагубным для души. Святые отцы говорят так: "пусторечие есть дверь к осуждению и клеветам, разносительница ложных вестей и мнений, сеятельница разногласий и раздоров. Оно подавляет вкус к умственным трудам и всегда почти служит прикрышкой отсутствия основательного ведения. От многословия, когда пройдет чад самодовольства, всегда остается некое чувство тоскливости и разленения".

После этого, не трудно объяснить причину многоречия и пустословия в людях. Сердце их пусто, лишено благодати и преисполнено страстей, гордости, самомнения и тщеславия!

Молчание же любят те, которые не надеются на себя, а на одного Бога. Молчание есть великая сила для внутренней борьбы со страстями и верная надежда на одержание победы. Святые отцы прославляют молчание, говоря, что оно есть блюстительница священной молитвы и дивная помощница при упражнении в добродетелях, a вместе и признак духовной мудрости.

Величественно было молчание смиренной Мариами! Ныне вспоминается Ее дивное слово, сказанное в ответ Архангелу Гавриилу, но до этого слова Мариам безмолвствовала и после него снова умолкла.

"Вслушаемся в молчание Мариино и поучимся от Нее!" говорит Святитель Митрополит Филарет Московский. Что значит непонятный подвиг этот? То, что Мариам есть совершенный сосуд Благодати. Как не годен употребляемый сосуд, когда он течет, так не имеет достоинств и духовный сосуд, если не хранит полученной благодати в смиренном молчании, но течет и освобождается праздным, не скромным, не терпеливым или тщеславным словом. Как будет совершен сосуд, хранящий без малейшей утраты и содержимое и дух его, не разрушающийся ни от удара, ни от огня, так будет совершен и духовный сосуд, который в таинстве веры, в чистой совести, в покое сердца и безмолвии всего существа своего, хранит вверенную ему благодать с такою твердостью, что никакие удары скорбей и бед, никакая страсть, никакое искушение разрушить не могут. В молчании Мариами совершилась непрестанная, чистая и великая жертва Богу – Слову, ибо Она даже Иосифу не открыла своей тайны. Ни высочайшая радость, ни глубочайшая скорбь не могли изменить этой главной черты Ее духа. Смотрите! Рождается Христос, – ангелы славословят, пастыри проповедуют, а Матерь Божия слагает глаголы в сердце своем. Симеон пронзает душу Ее своим грозным пророчеством, Иисус с юных лет Ее оставляет, а Она соблюдает все глаголы в сердце своем. Наконец, стоит Она при кресте. Что следовало ожидать от Матери, когда все плакали и рыдали? Жалоб, воплей и терзаний! Она молча лишилась чувств".

Таков священный образ духовного молчания в Богородице. Кому, как не нам православным, следует понимать сокровенную и величественную красоту Ее подвига молчания. Наш долг не только познавать, но возлюбить этот подвиг и подражать ему. Так св. отцы учат, что когда встретим что-либо непонятное в вере, то не нужно тотчас любопытствовать и прекословить, но в молчании внимать слову веры и терпеливо ждать времени, когда Дух Святой изъяснит это живым словом или опытом. Замечаем ли в словах и действиях других что-либо странное, неправильное, не следует торопиться обличать и судить, если нет к тому обязанности начальника или пастыря, но быть праведным, как благий и кроткий Иосиф, в молчании хранивший свои подозрения о Мариами. Получаем ли радость, благополучие, не следует открывать всем сердце, но слагать благодарение Богу втайне. Постигает ли нас бедствие, скорбь, нельзя предаваться плачу и стону, ибо в них отголосок непокорности судьбам Вышнего!

О, Пресвятая Богородице! К Тебе прибегаем и молимся Ти: посети немощствующие наши души и испроси у возлюбленного Сына Твоего и Бога нашего дати нам прощение, Едина Пречистая и Благословенная! Аминь.

13. Слово в день Св. Пасхи на вечерни. Христос Воскресе!

Мы прощены, мы спасены и искуплены – Христос воскресе! В этих двух словах все сказано. На них основана наша вера, наша надежда, любовь, христианская жизнь, вся наша премудрость, просвещение, святая церковь, сердечная молитва и вся наша будущность. Двумя этими словами уничтожены все бедствия человеческие, смерть, зло и дарованы – жизнь, блаженство и свобода! Какая чудодейственная сила! Можно ли устать повторять: Христос воскресе! Может ли надоесть нам слушать: Христос воскресе!

Но все ли мы понимаем истинное значение этих слов: Христос воскресе? Что значит: Христос воскресе? Ведь Христос воскрес не сегодня, не вчера, а много, много веков тому назад. Кто же в наше время может сомневаться, что Христос действительно воскрес на третий день по смерти? Никто! А потому, что же мы свидетельствуем, отвечая на привет: Христос Воскресе! словами: воистину воскресе? Свидетельствуем ли мы только нашу веру или еще другое?

Христиане должны участвовать в самом воскресении Христа. Аще Христос не воста, суетна вера наша (IКор.15:17) говорит святой Апостол и, следовательно, мы празднуем величайший христианский праздник, праздник – всех праздников, ибо на Воскресении Христовом основано само христианство. Но должно ли состоять это празднование лишь в соблюдении церковного устава и в одном нашем присутствии в храмах? Где же внутренний, духовный смысл праздника? Одно воспоминание о великом мировом событии, воскресении Христовом, может ли принести нам спасение? Нет, христиане должны участвовать в самом воскресении Христа! Как участвовать? Таинством покаяния и причащения Святого Тела и животворящей Крови Спасителя, дабы соединиться с Ним Воскресшим – Искупителем. В дни Великого поста, в дни покаяния, очищения и возрождения, мы должны обновить свои сердца, дабы воскрес в них Христос. Поэтому, кто не участвовал в самом воскресении Христовом, тот не разумеет и не вмещает в себе истинное значение этих слов: Христос воскресе! и ответа: воистину воскресе!

Воскресение Христа в нас, в наших сердцах, доказывается также не одним ответом: воистину воскресе! Оно подтверждается радостью о Господе и доказывается любовию ко Христу. Кто любит, тот понимает любовь Божию и не сомневается в ней. Но вспомните, возлюбленные братья и сестры, вашу недавнюю исповедь, как вы каялись в том, что иногда ропщете на Бога, сомневаясь в Его милосердии, как вы обвиняли Господа в своих незаслуженных скорбях и непосильных страданиях, даже в нежелании услышать ваши молитвы! Вспомните, как живя во грехе, вы были склонны считать Господа немилосердым, глухим и слепым к вашим горям и нуждам! Но теперь, воссоединившись со Христом, сознали ли вы, что Он – Бог любви, Бог милующий, а не наказующий? Если вы действительно сознали эту истину, то, несомненно, поняли Бога в Его промышлении, полюбили Господа от чистого сердца, Христос воскрес в вас и можете теперь сознательно ответить на радостный привет христианский: Христос воскресе! словами: воистину воскресе! Аминь.

14. Вознесение Господне. Лк.24:50–52

Какое чудесное, величественное, страшное и небесное зрелище! Воскресший Господь наш Иисус Христос, в прославленном теле, с зияющими ранами на руках и ногах, облаченный в белую, как снег, одежду, выводит среди дня св. Апостолов и других учеников из царственного града Иерусалима, на дорогу в Вифанию и направляется с ними к Елеонской горе. Его окружают множество людей, воодушевленных пламенною любовию к Нему. Св. Апостолы, уверовавшие, наконец, в спасительное Воскресение Господа, пережившие за последние шесть недель столько тревог, скорбей, радостей и сомнений, возрожденные духом и разумом к познанию Писаний и, волнующиеся от сердечного восторга и трепета, идут молча за Иисусом Христом, не ведая, куда и зачем и боятся нарушить таинственную тишину каким-либо словом. Даже пылкий и любознательный Петр ни о чем не вопрошает Учителя. Все они ни на минуту не отрывают своих глаз от Божественного Лика Спасителя и с недоумением всматриваются в изменившиеся и просветившиеся черты Иисуса. Боясь верить своему счастью, что они снова со Христом и, ощущая от лицезрения Его невыразимый страх, они напрягают слух, чтобы уловить каждое слово Спасителя. Около Господа идут любимейшие ученики: Иоанн и Петр, из которых первый ранее всех уверовал, в глубине своего сердца, тайно, в воскресение Сына Божия, как только увидел ризы едины лежащие в гробу; (он не видевший, но уверовавший) и второй – сомневавшийся и дивившийся сам себе бывшему (Лк.24:12), пока не удостоился особого явления Воскресшего (Лк.24:34; 1Кор.15:5). Тут же с ними, сияющая небесною радостью, Преблагословенная Богоматерь, совершеннейший сосуд благодати, слагающая глаголы в сердце Своем. Впереди других провозвестница чудесного воскресения Господа из мертвых, беспредельно преданная и безмерно любящая Мария Магдалина. Вблизи Господа и другие: апостол Фома, избранный Провидением, за его пытливость, для удостоверения в истине воскресения настоящих и будущих христиан, благоговейный Иаков, кроткий Андрей, Лука и Клеопа, которых сопутствовал Христос в Еммаус, воскрешенный Лазарь, теперь плачущий в свою очередь от радости, что видит воскресшего Спасителя своего, возлюбленные Господом сестры его – Мария и Марфа, Филипп и Варфоломей, Иаков Алфеев и Иуда – брат Иакова. Все они были свидетелями многочисленных чудес, явленных Сыном Божиим в Иерусалиме и Галилее, по воскресении. Целый сонм жен мироносиц и других учеников окружает прославленного Сына – Человеческого, смертию смерть поправшего, победителя ада, в Котором благоволение Отца Небесного. Какое же человеческое слово в силе изобразить это небесное, не земное шествие?!

Но, Господи, прости нас, недоумевающих и дерзающих мыслить, при виде Твоего дивного исхождения из царственного града на Елеонскую гору: почто не соблаговолил Ты вознестись на небо из Иерусалима, на виду распявших и неверующих в Тебя Иудеев? О, если бы первосвященники, фарисеи и книжники могли лицезреть Тебя воскресшего, идущего снова по улицам и площадям, входящего в храм, учащего народ и возносящегося в славе Своею силою на небо?! О, если бы они были допущены к осязанию рук, ног и язв Твоих? Что было бы с ними? Неужели они не поверили бы, что это идет ожидаемый ими Мессия, Которого Царство не от мира сего, Сын Божий, непризнанный ими по жестокосердию, осужденный ими по беззаконию? Может быть, эти злодеи, пораженные величием Твоего вознесения, познали бы, что Ты воистину от Бога исшел и снова к Богу отходишь? (Ин.16:28). Но Ты, Господи, не явился им после Твоего дивного воскресения из мертвых.

Ты знал, Сердцеведче, что никакие чудеса не могут уже смягчить ожесточенные сердца Иудеев. Если они до сих пор все, явленные Тобою, силы признали за вельзевуловы; если после того, как Ты воскресил четверодневного Лазаря, они не уверовали, но положили убить Тебя; если они и тогда, когда Ты Сам воскрес, не поверили сему чуду, но подкупили воинов сказать, будто ученики Твои украли тело Твое, то, конечно, и преславное вознесение Твое не могло уже спасти их и они приписали бы его действию князя бесовского. О, Иерусалим, Иерусалим! если бы ты хотя в сей день узнал, что служит к миру твоему! Но сие сокрыто ныне от глаз твоих, ибо ты не познал времени посещения твоего!

Не далек был путь от Иерусалима до Елеона. Елеонская гора – свидетельница скорбей и уничижения Сына Божия. Здесь Господь молился пред страданиями до кровавого пота. Отсюда Он был взять на крестную смерть, как преступник и не потому ли Христос ныне избрал ее местом Своего прославления?

Дойдя до вершины горы, Господь остановился, собрал кругом Себя Апостолов и велел им не отлучаться из Иерусалима, но ждать обещанного от Отца, о чем они заранее слышали от Него. "Иоанн крестил водою, сказал Иисус Христос, а вы чрез несколько дней будете крещены Духом Святым". Теперь Апостолы решились спросить Господа о том, что более всего их интересовало, "Не в сие ли время, Господи, Ты восстановляешь царство Израилю"? – сказали они. О, несмысленные и косные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки (Лк.24:25). Они не нашли в своем сердце другого слова, даже в последнюю минуту пред разлукою с возлюбленным Сыном Божиим. – "Не ваше дело знать времена и сроки, ответил им Господь, которые Отец положил в Своей власти; но вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святой и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли!".

С этими словами Христос поднял руки и благословил всех. Такое действие Господа должно было привести учеников в недоумение и смущение; этого никогда не случалось до сих пор. Но не успели Апостолы опомниться, как настало время преславного вознесения Господня на небо. Они увидели, что Сын Божий начал отделяться от них и подыматься на воздух. Такая неожиданность, в виду новой разлуки со Христом, привела их не только в страх и трепет, но и в отчаяние. Сын Божий стал возноситься на небо Своею силою, без помощи ангелов и непрестанно посылал им благословение за благословением. Они почувствовали, что ни вопль, ни плач и слезы, ни молитвы и просьбы, ничто не может уже вернуть теперь возлюбленного Учителя, с Которым разлука тяжелее всех испытаний и страданий на земле. На небо возносится их радость, любовь, счастье и блаженство! Какая страшная минута в жизни св. учеников Христа Спасителя!

Наконец, блестящее облако скрыло Господа от их взоров... Долго бы смотрели Апостолы на небо, если бы не предстали пред ними два ангела в белых одеждах. "Мужи Галилейские! сказали они, что вы стоите и смотрите на небо? Сей Иисус, вознесшийся от вас на небо, приидет таким же образом, как вы видели Его восходящим на небо!" (Деян.1:4–11). Эти слова заставили их прийти в себя. Радуясь благовестию о том, что разлука с возлюбленнейшим Христом не будет вечною и обетованию Сына Божия, что чрез несколько дней им будет ниспослан Святой Дух – Утешитель, Который наставит их на всякую истину, они пали ниц и поклонились Иисусу Христу, вошедшему в Свою славу.

Затем, св. апостолы и ученики поспешили назад в Иерусалим с радостью велиею, прославляя Сына Божия, чтобы в общей молитве готовиться к принятию Духа – Утешителя. Так совершилось преславное вознесение Господне.

Возлюбленные! Господь наш вознесся от нас на небо, да ходатайствует о нас к Богу Отцу. Поклонимся же и мы Ему в духе и истине! Что было бы с нами, если бы Сын Божий не восшел на небо, превыше всякого начальства, и власти, и силы, и господства, (Еф.1:20–21) – и не посылал бы нам Духа – Утешителя? И ныне многие верующие и хотящие жить благочестиво бывают гонимы, многие неповинные подвергаются страданиям, многие добродетельные приводятся в озлобление. Сколько людей страдает от бед, скорбей, напастей, нищеты, голода, жажды, холода, наготы и болезней! И ныне многие томятся в узах и темницах! Кто из нас не нуждается в помощи и утешении? Знаем, что если бы Сын Божий не восшел к Отцу, то Утешитель не пришел бы к нам!

О, гряди убо Господи, гряди и посли нам Утешителя! Да возрадуются все, скорбящие о Тебе Боге нашем! Да поклонятся Тебе, глаголюще: воистину Божий Сын еси! Аминь.

15. Слово в Духов день. Подобает всем родиться свыше

Дух Святой, как Бог, вездесущ. Как же мы говорим, что Он сошел на Апостолов? Если Он вездесущ, то, значит, везде есть и все исполняет, Ему неоткуда нисходить и некуда приходить.

Все эти выражения, говорит св. Златоуст, употребляются о Боге по нужде, ибо на человеческом языке нет слов к выражению Божеских действий. В сошествии Св. Духа на апостолов надо понимать новое явление силы Божией. Святой Дух действовал и прежде в роде человеческом, как то в Патриархах, в Пророках, во всякой чистой душе; без Него никогда не совершалось ни одного истинно-доброго дела, но по вознесении Христовом Дух Святой пришел явно, в особом виде, чтобы занять место Сына Божия и совершить то, что Им было начато.

Бог вдохнул в первого человека дыхание божественной жизни, но грех умертвил его; тогда Бог дал человеку новый дух (Иез.36:26), вдохнул в него новое дыхание жизни и животворящая сила Божия явилась на этот раз видимо в Сионской горнице (M. Филарет). Если бы Дух Святой не сошел на апостолов, то они не могли бы проповедовать миру о Спасителе, мир не знал бы о Христе и человечество осталось бы во тьме идолопоклонства. Как Сын Божий явился на землю видимо, говорит св. Григорий Богослов, так и Духу Святому надлежало явиться видимо. (Бес.44). Если бы Дух Святой не сошел на апостолов, мы не могли бы возродиться для новой жизни. Подобает вам родиться свыше (Ин.3:7), сказал Сам Христос, Спаситель наш.

Но возлюбленные, все ли мы чувствуем, сознаем, понимаем и помним, что рождены Свыше, чрез посредство Апостолов и таинств Христовой церкви? Отдаем ли себе отчет в этом, ценим ли дары Божии, храним ли свои преимущества и соблюдаем ли святую связь с Господом Христом? Святой Апостол говорит: "тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Который имеете вы от Бога" (IКор.6:19). Ощущаем ли мы присутствие Святого Духа в наших сердцах? Наконец, знаем ли мы признаки присутствия Святого Духа в человеке?

Не удивляйтесь моему вопросу! Если все христиане при святом крещении рождаются Свыше, водою и духом, не только одною водою, ибо тогда крещение не многим отличалось бы от простого омовения и не заслуживало бы наименования таинства, то и мы с вами, значит, крещены Духом, во Имя Святого Духа. А если мы крестились во Христа, то это доказывает, что и облеклись во Христа. Но тот, кто облекается в Бога, чувствует, конечно, во что облекается, подобно как нагой телом чувствует, когда на него одевают одежду, так и обнаженный душою познает, когда он облекается в Бога. Не чувствуют только мертвые, если их одевают. И что же? Имеем ли мы все явное и осязательное чувство присутствия в нас благодати, блаженны ли мы? Пребывают ли в нас дары Святого, Духа: любовь, радость о Господе, мир, долготерпение, кротость, благочестие? Если нет, не во всех, то это свидетельствует, что у некоторых нет более той одежды, которую дали им при крещении, что они не облечены в Бога.

Какая причина, почему? – это легко понять при рассмотрении притчи о Царстве небесном. Господь уподобил Царство небесное сокровищу, скрытому в поле. Нашедший это сокровище утаил его и, чтобы купить поле, продал для этого все свое имущество. Поле есть человек, а сокровище – сердце человеческое, которому при святом крещении ниспосланы все дары Святого Духа. Но последовали ли люди, потерявшие свою одежду, примеру этого человека, нашедшего сокровище, обрели ли его в своем сердце, сокрыли ли его от татей, врагов своих, пожертвовали ли своим достоянием, т.е. страстями и свободною волею, чтобы приобрести сокровище, блаженную жизнь и добродетели? Если они ничего такого не сделали, то сокровище остается без употребления и не отдадут ли они за это ответ Богу? Следовательно, страсти и грехи лишили их блаженной одежды.

"Всякий, рожденный от Бога, говорит Апостол, не делает греха, потому что семя Его пребывает в нем и он не может грешить, потому что рожден от Бога" (1Ин.3:9). Как это понять? Так, что благодать Божия, как посеянное семя, для начала новой жизни в человеке, одушевляет его верою и любовию, непрестанно производит в нем добрые мысли, намерения и дела, а потому не сродно ему творить грех и находить в нем удовольствие. Следовательно, с одной стороны есть причины думать, что мы рождены духовно чрез святое крещение, но с другой стороны имеются основания к сомнению, что в нас и ныне обитает Святой Дух. (М. Филарет).

Вот признаки присутствия Святого Духа в человеке: Правда, мир и радость о Духе Святом (Рим.14:17). Что такое правда? Это правдивость, справедливость, праведность, правда во всем и ко всем. Кто живет правдою, тот к высшим – почтителен, к равным – уважителен, к низшим – снисходителен, к начальникам – благопокорен, к подчиненным – внимателен, к посторонним – дружелюбен, к виновным – правосуден, к несчастным – сострадателен и ко всем – доброжелателен. В ком обитает Святой Дух, тот не преувеличивает своих достоинств, не гордится, не надмевается над другими, не потворствует своим страстям, подкрепляет себя непрестанною молитвою, никогда не лукавит, не лжет, не обманывает; он старается делать только то, что угодно Богу, избегает всяких поводов к вражде, уклоняется от зла, охотно прощает обиды, молится за врагов. Совесть его не беспокоит, страсти не волнуют, зависть не мучает. Исполненный Святого Духа радуется о Господе, радуется о своем спасении!

Итак, многие христиане лишены даров Святого Духа за их грехи. Но чем же они оправдаются, что не стяжали благодатных даров, имея на это столько средств? Истинно, надо удивляться, что находятся христиане, которые живут и умирают без благодати Святого Духа. Чего только не соделала Премудрость Божия, чтобы каждый мог не только стяжать, но не был в состоянии избежать Духа благодати! Она сотворила для этого целый новый, благодатный мир, церковь Христову. Святая церковь берет нас из рук родителей в первые же дни рождения и возрождает нас водою и духом, в таинстве крещения. С нашим возрастом возрастают и средства спасения. Св. церковь дарует каждому в слове Божием духовный свет, в таинствах – духовное питание и врачество. В церкви, говорят св. отцы, есть такая манна для всех, какой нет на самом небе, это брашно Тела и Крови Христовой. Тело и Кровь Христовы могут ли быть без Духа Христова? От какой болезни, от какого падения, не сильны восставить – покаяние и исповедь?

Иным, может быть, кажется чрезвычайно трудным стяжать дары Святого Духа. О, братья и сестры во Христе! Для этого достаточно последовать примеру Апостолов, которые пребывали после вознесения Господня в Сионской горнице, в течении 10 дней, в терпеливом ожидании и единодушной молитве. Чтобы стяжать дары Святого Духа, мы также должны пребыть в посте и молитве столько же дней. Благодать Св. Духа приидет и вселится в нас. Тогда ощутительно и явно познаем, что вновь облеклись в Бога, ибо Он очистит нас от всякой скверны. Тогда то мы возрадуемся о Господе и о своем спасении. Буди Господи! Аминь.

16. В Неделю о мытаре и фарисее. О гордости

Корень и причина всех человеческих страданий и падений есть гордость. Все грехи мерзки пред Богом, говорят св. отцы, но мерзостнее всех – гордость; она выражается тщеславием, самомнением, самонадеянностью и есть доказательство скудости ума. Гордость есть отвержение Бога, бесовское изобретение, матерь осуждения, источник гнева, дверь лицемерия, хранилище грехов, повод к немилосердию, неведение страдания, бесчеловечный судия, корень Хулы. (Иоан. Леств). Поэтому, гордым Бог противится; гордого и добрые люди не терпят.

Преподобному Арсению Великому было однажды такое видение: ему представились два человека, которые, сколько не силились пронести бревно в отворенные двери церкви, никак не могли достигнуть своей цели, потому что они несли бревно поперек дверей, не давая друг другу зайти вперед. Ангел объяснил преподобному, что эти люди оба добродетельные, но гордые, не желающие смириться друг пред другом и поэтому остающиеся вне Царства Небесного.

Такой страшный порок, как гордость, особенно трудно сознается людьми. Дух фарисейства или дух гордости не допускает поселения в человеческом сердце благодати Божией, а между тем, сколько людей прикрывают свое фарисейство ложным смирением и наружным благочестием. Они уверены, что действительно смирены, братолюбивы, добродетельны и даже благодатны, а между тем в их сердцах кроется тщеславие и пагубное сознание: будто они нечто важное.

Возлюбленные, всмотритесь в жизнь и вы увидите, что большинство людей весьма высокого мнения о себе, о своем значении вообще и о влиянии на окружающих. Обыкновенно благодать Божия приводить гордых и самонадеянных, для познания самих себя, к падению в то самое прегрешение, которое казалось им прежде невозможным. Так, отцы семейства теряют состояние, по неумению управлять ими, растрачивают последние средства, а семьи продолжают существовать Божиею помощию и даже кормят несчастных отцов; матери раскаиваются в своих прежних воззрениях на воспитание детей и в своих житейских заботах, видя, что дети их выросли слабыми духом и телом, малодушными и маловерными; начальники делаются виновными в ошибках подчиненных или в беспорядках и убеждаются в своей прежней самонадеянности; высокомнившие о себе государственные и общественные деятели получают, по аттестации их подчиненных, славу неспособных и мало практичных дельцов и т. д. Не трудно нам убедиться, что несчастия, бедствия, скорби и телесные болезни, посылаются нам – людям заблудшим, самонадеянным, гордым, для Того, чтобы мы пришли в самопознание и смирились. Стоит только один день наблюсти за своими Помыслами, словами, делами и поступками, чтобы обличить себя в неправде, в лицемерии, в увлечении и в гордости. Как говорит св. Апостол: "если бы мы судили сами себя, то не были бы судимы. Но мы судимся Господом (терпим скорби, болезни, испытания), чтобы не быть осужденными с миром" (1Кор. 11:31–32), т.е. чтобы не подвергнуться вечному наказанию с теми, которые не очищены покаянием и плачем.

Гордость потому трудно сознаётся людьми, что она имеет много видов и степеней. Святой Иоанн Лествичник так определяет степени этого порока: начало гордости есть тщеславие, середина – уничижение ближнего, бесстыдное проповедание о своих трудах, самохвальство в сердце, ненавидение обличения; а наконец, – отвержение Божией помощи, высокомерное упование на себя, бесовский нрав. Для борьбы с гордостью и уничтожения в себе тщеславия, самомнения и самонадеянности, св. старцы советуют, во первых: убедиться, что мы сами собою не можем делать истинного добра, достойного Царствия Небесного и поэтому, представляем из себя полнейшее ничтожество. Убеждение это может получиться путем ясного и правильного мышления. Рождаемся мы наги и плачем, говорит Святитель Тихон Задонский, живем в бедах, напастях и грехах; умираем со страхом, болезнью и воздыханием, погребаемся в землю и в землю обращаемся. Тут не видно, где богатый, где нищий, где благородный, где слуга, где господин, где раб, где мудрый и где неразумный лежит. Все там сравняемся, ибо все в землю обратимся. Почто земля и гной возносится?

"Только тот знает себя наилучшим образом, говорит св. Златоуст, кто думает о себе, что он ничто. Мы не должны воображать, что становимся ниже своего достоинства, когда сами смиряемся; наоборот, тогда-то и бываем выше и достойны почтения. Сатана был ангел и превознесся, а потому не более ли всех унижен, живя только на земле, будучи всеми хулим и порицаем. Апостол Павел, будучи человеком, уничижил себя и что же? Его почитают, хвалят и прославляют, он друг Христов и часто повелевает диаволом, как невольником".

Во вторых, для уничтожения в себе тщеславия, самонадеянности и самомнения, надо отречься от себя, от мира и искать помощи в смиренных и теплых молитвах. Прося необходимое, полезное, доброе, а тем более дары Св. Духа, нельзя сомневаться, что мы действительно получим их. В третьих, необходимо научиться отражать действия злого духа, ибо при этом надо быть до известной степени осторожным и помнить, что враги наши – бесчислены и борьба с ними непосильна для людей, ибо злые духи лукавы, неутомимы, изобретательны, преображаются в призрачное или ложное добро и на пути добродетельной жизни тайно расставляют козни и сети. Излишняя резкость и самонадеянность в отношении к миру злых духов, вредна в духовном отношении. В четвертых, совершая падения, проявляя самонадеянность, самомнение, тщеславие и гордость вообще, не надо, смущаться, задумываться и терять время, a скорее искать спасение в покаянии и в сознании своей немощности. Бог для того и попускает падения, чтобы мы лучше познали свои слабости и чрез это научились презирать свои страсти. Истинное смирение основывается на познании на опыте своего бессилия и своей ненадежности. Наконец, для уничтожения в себе гордости, надо помнить слова Самого Господа Иисуса Христа: без Мене Не можете творити ничесоже (Ин.15:5).

На кого воззрю: токмо на кроткого, смиренного и трепещущего словес Моих, говорит Господь (Ис.66:2). А таким был мытарь, но не фарисей. Последний был убежден, что он не способен на всякий грех, на всякую нечистоту и что он обладает сильною волею, а потому в его сердце таилась безумная надежда на земную славу, за его великие добродетели и он был склонен к самонадеянности, самомнению и осуждению.

О, человек! О, христианин! Кто бы ты не был и чем бы ты не был, имеешь ли богатство, знатность, здоровье, красоту, одарен ли ты властью над ближними, знаниями, добродетелями, помни постоянно одно: земля еси и в землю отъидеши! Твое достояние увянет, как цветок или трава. Воспоминание о тебе исчезнет, как дым, ибо все близкие, облагодетельствованные тобою также исчезнут с лица земли. Вспомни историю царств и народов. Сколько было славных и великих, богатых и знатных, мудрых и ученых и не все ли они обратились в прах и землю? Кто из них может гордиться пред живущими теперь людьми? Настанет время и не только люди, но и все величайшие сооружения, здания, даже города, превратятся в пепел, прах и землю. Такова судьба житейской гордости и тщеславия человеческого ума!

Хотите спастись? Последуйте примеру истинных учеников Христа, детей Божиих. Смирихся и спасе мя (Пс.214:5), говорит царь Давид. Хотите получить оправдание? Считайте всякого человека превосходнее себя и взывайте вместе с мытарем: Боже, милостив буди мне грешному! (Лк.18:10–15). Аминь.

17. В неделю о блудном сыне. О посте

Возможно ли покаяние без поста? По мнению многих людей, покаяние не только возможно без поста, но должно быть в сердце человеческом, не зависимо от принимаемой пищи, ибо между покаянием и постом нет ничего общего; пост влияет на плоть, a покаяние есть действие совести. Чувственный человек ни против чего не восстает так, как против св. поста, находя, что он противоречит здравым понятиям о человеческой природе, о здоровье и требованиям нашей жизни на земле.

В действительности же, покаяние без поста – немыслимо. Хотя пост, по наружности, кажется законом для чрева, но в сущности, он есть закон для ума и сердца. Чем это доказывается? Не только научными исследованиями, но и жизненным опытом человека, на котором основана и притча Христа Спасителя о блудном сыне. Пока блудный сын не стал лишать себя роскошной пищи, за неимением средств, не начал питаться, вследствие голода, пищей животных, сердце его было непреклонно, ум мечтателен и весь он нецеломудрен, ленив, уныл, тщеславен и горд. Только пост его образумил и спас.

Невольно является желание спросить противников поста: признают ли они себя грешными, больными духом и телом, имеющими нужду в исцелении и истреблении страстей? Если никакая телесная болезнь не лечится пресыщением, то почему же такое врачевание необходимо душе? Не странное ли это противоречие? Ведь лечение всякой болезни начинается врачебной диетой, без опасения, что таким изнурением тела увеличится недуг, но при церковном посте, употребляемом в отсутствии недуга, когда человек совершенно здоров, является боязнь вредно повлиять на телесные силы. Начало поста, каков бы он не был, врачебный или церковный, всегда ослабляет тело; в этом и выражаются целебные силы поста. Но не следует этого пугаться и, от первого впечатления, разочаровываться в пользе поста; необходимо быть терпеливым и продолжать врачевство. По прошествии первых дней, когда чувствуется неудовлетворение и некоторое раздражение, вследствие испытываемого лишения в обычной пище, тело начинает постепенно успокаиваться и оживать. Неудивительно, что и церковный пост, духовное врачевство, начинает свое действие, как выражаются св. отцы, ослаблением нашего ското-человека и раздражением организма, но затем вскоре смущение заменяется сердечным покаянием, довольством и бодростью.

Святой пост действует на восстановление сил, а не на упадок их и это не трудно доказать. Ведь тело наше есть искуснейшая машина, которая приводится в движение двумя способами: дыханием и питанием. Хотя дыхание действует непрестанно, однако же оно требует известной равномерности и также умеренности. Питание же, при всем разнообразии своего состава, необходимо человеческому организму в значительно меньшем количестве, чем принято его употреблять вообще, по привычке. Непрестанное питание причинило бы смерть и это надо считать за указание самой природы – на пост, как на средство к поддержанию здоровья. От многоядения расстраиваются органы питания и порождается множество болезней, нарушающих кровообращение. Вследствие этого, врачебная наука стремится прежде всего восстановить действия органов питания. Но как восстановить? Естественно, что для этого надо прекратить изнурительную работу органов, остановить употребление пищи. Не имея нового материала для работы, органы пищеварения истощают собственный запас, а также излишки, и кровь получает необходимую свободу в кровеносных сосудах. Жизненная сила пробуждается и начинает исправлять произошедшие повреждения. Таким образом, с научной точки зрения, пост восстановляет здоровье, а не разрушает его.

С духовной же точки зрения, истинный пост состоит не только в воздержании от насыщения, ибо чтобы примириться с Богом, недостаточно одного воздержания. Так как оправдание и помилование доставлены нам заслугами и крестной смертью Сына Божия, то и удовлетворить правде Божией за грехи свои можно лишь верою в заслуги и смерть Спасителя, упованием на помощь Божию и глубочайшим смирением. Все это добывается молитвою, самоиспытанием, сокрушением о грехах, слезами, мучениями совести, возненавидением греха, строжайшим постом, размышлениями и чтением слова Божия. Как говорит св. Василий Великий: "истинный пост есть устранение от злых дел. Сколько отнимаете от плоти, столько придаете душе, чтобы сиять ей духовным здравием, потому что не телесными силами, но постоянством души и терпением в скорбях одерживается победа... Берегитесь измерять пост простым воздержанием от пищи. Те, которые воздерживаются от пищи, а ведут себя дурно, уподобляются диаволу, который, хотя ничего не ест, однако ж не перестает грешить".

Адам в раю был более совершенным, чем мы, но вообразив что он может обойтись без поста, – погиб. "Как телесная пища утучняет тело, учит св. Златоуст, так пост укрепляет душу, сообщая ей легкий полет, делает ее способною подниматься на высоту, помышлять о горних и поставлять небесное выше удовольствий и приятностей жизни... Постись, потому что согрешил, постись, чтобы не грешить; постись, чтобы получить все доброе, постись, чтобы не потерять того, что имеешь!"

"Основа страстей в плоти, говорит другой святитель, и без поста одолеть страсти было бы чудом, похожим на то, чтобы быть в огне и не обгореть".

"Да и что такое пост, учит св. Варсонофий, как не наказание тела для того, чтобы усмирить тело здоровое и сделать его немощным для страстей, по слову апостола: я благоденствую в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях за Христа, ибо, когда я немощен, тогда силен" (2Кор.12:10).

Если порицатели поста и без него добродетельны, то пусть покажут силу и твердость в обуздании чувственных пожеланий! Если они и без поста – истинные христиане, то пусть докажут это покорностью распоряжениям церкви Христовой! Если же вы, возлюбленные, желаете исполнять уставы церкви, но отказываетесь поститься по немощи, то старайтесь вникнуть в намерения Св. Церкви, ибо она не накладывает постом на кого – либо новой тяжести, а слагает со всех прежний, невыносимый гнет. Не можете поститься, сколько желали бы, поститесь – сколько можете и таким образом, сами увидите, что вы можете гораздо больше, нежели думаете.

Если же кто испытал достоинства поста, то следуйте примеру блудного сына, о котором нам читали ныне в Евангелии: В себе же пришед, рече: востав иду ко отцу моему и реку ему, отче, согреших на небо и пред тобою и уже несмь достоин нарещися сын твой (Лк.15:17–19). Аминь.

18. В неделю Православия, первую Великого поста. О предании анафеме

Принадлежа к истинной православной Апостольской Церкви, большинство из нас растет и воспитывается в сознании своей духовной правоты и силы. Поэтому, мы снисходительно относимся к другим религиям и верованиям, т.е. мы веротерпимы. Но этот религиозно-нравственный покой с другой стороны, развивает в нас и некоторые недостатки; так многие совсем не изучают и не исследует священного писания, творений святых отцов и не имея основательных знаний, чрез это делаются способными к заблуждениям, к подпаданию под влияние сектантов и еретиков, которые завлекают своими исследованиями писаний и ложными их объяснениями в свою пользу.

По этой же причине наше образованное общество относится с нерасположением и осуждением к совершаемому на первой неделе Великого поста, в соборах, обряду предания анафеме богоотступников и врагов Божиих, так как святая Церковь празднует победу Православия над всеми ересями. Эти, образованные светски, но не духовно, порицатели наши считают церковное постановление отжившим, лишним, не согласным с христианской религией, которая основана на любви. А в народе слово анафема сделалось бранным и ненавистным.

Удивительно еще то, что смысл этого духовного суда столько раз был объяснен современным христианам и образованному обществу самыми выдающимися богословами и святителями – проповедниками, столько об этом писалось и печаталось, но осуждения и заблуждения все таки продолжаются и знания не приобретаются. Постараемся вкратце еще раз изложить суть дела.

Прежде всего надо себе выяснить: почему и когда установлен этот праздник, а также, что означает оглашение анафемы? Праздник установлен в 9-м веке по Рождестве Христовом, после победы Церкви православной над ересью иконоборцев, отвергавшей святые иконы. Греческая царица Феодора окончательно восстановила почитание св. икон в своей Империи и в 842-м году, в первое воскресение Великого поста, был совершен праздник Православия, в ознаменование победы над всеми ересями, осужденными на прежних вселенских соборах и вообще над всеми нечестивыми учениями, противными учению Господа Иисуса Христа и святых Апостолов. Возглашение анафемы означает отлучение от Церкви, т.е. от общества верующих и лишение благословения Божия, благ Царства Небесного.

Рассмотрим теперь: имеет ли право святая Церковь так поступать должна ли она отлучать богохульников, согласно ли это с духом любви христианской и необходимо ли до сих пор соблюдать этот обряд предания анафеме?

Всякое действие в православной Церкви основывается только на повелениях, заповедях и установлениях Самого Господа Иисуса Христа и на апостольских правилах и постановлениях, утвержденных при основе Христианской церкви. Потому наша Церковь и именуется православною, что ничего не имеет самочинного, а во всем действует правильно и славит Господа непогрешительно, как научил св. апостолов Дух Святой. Беседуя с апостолами о людях, оказывающих неповиновение церкви, Иисус Христос сказал: Аще же согрешит к тебе брат твой, иди и обличи его между тобою и тем единем; аще ли тебе не послушает, поими с собою еще единого или два, да при устех двоих или троих свидетелей станет всяк глагол; аще же не послушает их, повеждь церкви; аще же и церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мытарь (Мф.18:15–17).

Следовательно, Иисус Христос установил церковный суд над теми из членов христианской церкви, которые оказывают неповиновение и при этом он должен состоять из следующих действий: сперва надо обличить виновного наедине, если не поможет, повторить обвинение при двух или трех свидетелях, если и тогда не исправится – поведать Церкви, всему собранию верующих, но если не послушается и всей церкви, то следует виновного совершенно отвергнуть, отлучить от общения с церковью, или предать анафеме. Чтобы подтвердить права апостольские и священнические в христианской церкви, Господь затем добавил своим ученикам: Аминь глаголю вам, елика аще свяжете на земли, будут связана на небеси и елика аще разрешите на земли, будут разрешена на небесах (Мф.18:18). Из этих слов Сына Божия совершенно ясно, что в виду имеющейся потребности, на пастырях Церкви лежит прямая обязанность судить и связывать некоторых людей, т.е. отлучать от Церкви и всех преимуществ ее. Если для спасения людей, необходимо, чтобы они были христианами, то естественно, должен существовать церковный суд, ибо святая Церковь обязана оберегать чистоту христианской веры со всею строгостью, чтобы спасти заблудших от вечной гибели и привести их к покаянию. Господь Иисус Христос еще сказал: Иже аще речет слово на Сына Человеческого, отпустится ему: а иже речет на Духа Святого, не отпустится ему ни в сей век, ни в будущий. Что же делают еретики и некоторые сектанты, как не произносят хулу на Святого Духа; в этом то и есть ужас их греха, а потому святые отцы и говорят, что вышеприведенные слова Господа тоже, что анафема.

Церковный суд основан Господом и не богохульство ли говорить, что в нем нет любви? Неужели, эти порицатели предания анафеме никогда не читали Священного Писания и не встречали там, например, такого изречения Псалмопевца: Прокляты уклоняющиися от заповедей Твоих (Пс.118:21). Этот псалом ежедневно читается в церкви. Являлось ли у них желание осудить боговдохновенного царя Давида? Не видели ли они таких слов в Апостольском послании: Если бы мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема! (Гал. 1:8–9). Намеревались ли они обвинить боговдохновенного апостола в недостатке кротости? Если же никто не может признать, что пророк и апостол произнесли строгие суждения по данной от Бога премудрости, то должно признать, что и ныне Св. Церковь те же суждения произносит согласно с тою же премудростью (M. Филарет).

В способах обличения и приведения к покаянию грешников, указанных Христом для церковного суда, естественно, видны только любовь и терпение. Это доказывается и молитвословиями, из которых состоит обряд Православия. Несомненно порицатели обряда никогда не читали этих молитв, но торжество отлучения противников православной веры сопровождается чтением прошений к Богу об умягчении их ожесточения, об обращении к познанию истины и сопричислении к избранному стаду.

Анафема есть последний предостерегательный глас Церкви к заблудшим, но глас предостережения, как бы не был громок, не есть ли глас любви? Изводя на позор заблудших, Церковь этим самым отнимает прелесть особенной, обольщающей мудрости и заблуждений, поражая их именем Божиим; она отнимает надежду на безопасность, но не лишает путей к покаянию и двери милосердия, столько раз для них напрасно отверзавшиеся, еще могут быть снова отверсты (М. Филарет). И не жестокости и строгости церковного закона подобает удивляться, а злобе, вражде и адской силе тех грешников, которые не повинуются суду Божию, не покоряются Церкви Христовой и продолжают враждовать, не смотря на увещания, обличения, суд и наконец, отвержение Церковью. Таким людям не может быть доступно представление о чувстве любви; богоотступники горды, как сам враг человечества, которого не спасла любовь Божия; они себя ставят выше Христовой Церкви и поневоле их остается только отвергнуть и предать анафеме!

Удивляются, зачем мы до сих пор соблюдаем предание анафеме? Но разве бесполезно провозглашение анафемы отступников Ария, Македония и проч., когда между нами являются ныне еще более страшные, дерзкие и богохульные проповедники, цареубийцы и враги Христовы? Что остается делать Церкви? По любви к Богу и людям, по твердому убеждению в своем долге, громко произносить суд, который повторяется на Небе, над позорным богоотступничеством, над изменой отечеству и затем коленнопреклонно молить о спасении заблудших.

Возлюбленные! Вместо осуждения церкви, на каждом члене ее лежит обязанность рассматривать свою совесть. Св. Апостол пишет: "вы ищете доказательство на то, что Христос ли мною говорит? Испытайте лучше самих себя, в вере ли вы?!" (2Кор.13:5). И ныне Св. Церковь вынуждена обратиться с таким же вопросом, к некоторым христианам: в вере ли вы, когда не убеждены, что церковь столп и утверждение истины? (1Тим.3:15). В вере ли вы, когда желаете, чтобы Церковь не возвышала своего голоса для поражения заблуждения, когда враги истины едва не к Небу простирают хульные уста свои, дабы изрекать поругание и соблазны? (Иннокентий Херсон.).

Итак, суд, произносимый ныне Церковью, есть суд страшный, но суд любви. Смотрите на него очами любви, внимайте ему слухом любви! Разделяйте с Церковью ее молитвы о заблудших, просите им духа покаяния и смиренномудрия. Но да будет голос Церкви всегда слышен, всегда тверд, силен и действен! Аминь.

19. Слово к говеющим перед исповедью. О покаянии

Какая теперь радость на небе! Отец Небесный со святыми ангелами радуется о кающихся грешниках. Иисус Христос сказал, что радость бывает пред ангелами Божиими о едином кающемся грешнике. (Лк.15:10).

Все вы как дети Отца Небесного, пришли в дом Божий и Отчий, чтобы испросить себе прощение. Если вы плачете, вам страшно, больно и стыдно, тем лучше, ибо радость у ангелов Божиих полнее и совершеннее. Если вы смущены холодностью сердца вашего, неимением духа покаяния, недостатком слез или неуверенностью, что ваше сокрушение и покаяние истинное и будет спасительное, то не отчаивайтесь, будьте только искренними детьми своего Отца Небесного. Смущение есть уже недовольство собою, a детская робость – признак смирения.

Спасительно то, что вы себя сознаете и чувствуете – детьми Божиими, но не мечтайте же, при таком чувстве быстро вырасти духовно, ибо вам неизбежно пройти еще юношество, чтобы войти в зрелый, духовный возраст. В духовной жизни требуется постепенный рост, как и во всякой другой жизни, но еще более осторожный, ибо сила духовная возрастает только соразмерно собственным трудам и зависит от укрепления добродетелями и развития чистоты в сердце. Чем чище сердце, свободнее от страстей, тем оно ближе к Богу, тем благодатнее и дерзновеннее в мольбах и прошениях ко Господу. Если же вы будете продолжать работать на духовном пути, без саможаления, то сокрушение и дерзновение сами явятся у вас.

Что требуется от приступающего к таинству покаяния? Требуется, главным образом, твердое намерение впредь исправить свою жизнь. Такое намерение может явиться только тогда, когда человек ясно сознает весь ужас своих грехов. Поэтому св. Василии Великий и говорит: "что не тот исповедует грех свой, кто сказал: я согрешил, и потом остается в грехе, но тот, кто по слову псалма: обрел грех свой и возненавидел!" Следовательно, для покаяния нужно: обрести или сознать свой грех и его возненавидеть! Но кто возненавидел грех, тому не трудно сказать искренно своему любящему Отцу: прости, не буду! Какие же дети затруднятся произнести эти два слова, а они быстро пройдут небеса и явятся ходатаем у Престола Божия!

Кто предстоит Отцу Небесному с детскою робостью, тот должен сознавать, что ему не утвердиться своей силой, в намерении исправить свою жизнь. Некоторые люди думают, что от нас самих зависит жить праведно и не совершать беззаконие, так как человеку даны и воля и свобода; грех же не отымает свободы. Но так размышляют только те, которые не принимались еще за духовную жизнь, не испытали скорбей и болезней и не чувствовали на себе силу покаяния. Влечение к страстям до такой степени извращает человеческую волю, что люди часто не могут отказаться от греха. Хотя грех не отымает свободы, но он делает из человека слабого ребенка, своего раба и для него не возможно без чужой помощи не только восстать, но и помыслить об исправлении.

Те же люди, которые чувствуют свое бессилие, начинают понимать истину Св. Евангелия и им ясно представляется, что человек своей силой ничего не может достигнуть, а только одному Богу все возможно. И намерение исправиться заставляет их неотступно просить силы и помощи у Христа-Спасителя и Его Пречистой Матери. Какое дитя убоится взывать о помощи и спасении, когда находится в опасности и каким родителям было бы трудно кинуться на родной и дорогой зов?!

Покаянию мешает еще иногда сознание, что вслед за прощением, – неизбежно новое падение. Но Господь допускает падения только тех людей, которых труд был недостаточен и они прибегали к Его помощи с маловерием и без упования. Кто еще несовершенно познал свою немощь, тот непременно совершит падения, ибо надеется еще на себя, свой ум, свои силы.

Но если вы сознаете себя детьми в духовной жизни, то боязнь упасть и согрешить снова не должна смущать вас; это неизбежно. Кто же опытен, возрос духовно, тот хорошо понимает, что от падения зависит преуспеяние, восстание и, наконец, совершенное освобождение от страсти.

О безумие! У многих сила покаяния уничтожается чувством страха и стыда пред духовным отцом. Это последнее средство борьбы врага спасения. Кто же не знает, что непризнание греха пред духовным отцом ведет к неизбежному признанию его пред всем миром на страшном суде! Кто может сомневаться, что за собственное присуждение себя к малому наказанию, уязвлению самолюбия, мы немедленно получаем оправдание и свободу! Этот безумный страх пред духовным отцом является лишь у тех, кто плохо приготовился к исповеди, но, верьте, возлюбленные, что пребывшие в посте, в уединении, в бдениях и молитвах, без чего нельзя приобрести сокрушение и покаяние, готовы всегда объявить свои оплаканные и возненавиденные грехи, не только пред духовником, но и пред целым светом!

Пред смиренным и немощным человеком восстает образ Спасителя, единой Надежды, единой Истины, единой Любви и тогда Он говорит: "Ты Сам, Отче, знаешь и видишь, что я бессильный и немощный, ненавижу свои страсти, свои грехи, что искренно хочу победить себя, что я плачу и все таки оскорбляю Тебя своею нечистотою, неисправимостью! Сколько раз я решался не повторять греха ради Тебя, Твоей любви, Твоего неизреченного милосердия ко мне! Сколько раз я временно удерживался и, затем, как бы еще с большею силою и страстию совершал падения. Все мои слезы, просьбы, страхи за будущую жизнь, боязнь наказания и болезней, – все было напрасно, грех победил меня! Не остави же мя, Твое создание, Твое дитя! Ты в одно мгновение можешь меня сделать сильным, любящим и праведным!"

О, если бы мы все молились так, со слезами и искренним покаянием, то велика была бы радость святых ангелов на небеси! Аминь.

20. Слово к причастникам

Возлюбленные! Не весте ли, яко храм Божий есте (1Кор.3:16) и Сам Христос в вас. Блюдите же святость храма своего, храните чистоту своего сердца! Молитесь Спасителю, пребывающему в вас, молитесь не словами, а духом, созерцая в себе Сокровище, молитесь радостно, искренно, усердно, восторженно и непрестанно. Славьте любовь Сына Божия, предавшего Себя добровольно на крестную смерть ради вашего спасения, славьте беспредельное милосердие Его, допустившего вас до покаяния, возрождения, прощения и нового воскресения; славьте не устами только, но всем сердцем, чувствами, мыслями и каждым дыханием, как это делают святые ангелы в храмах, окружая у престола Агнца Божия! Ведь душа ваша искала Господа и обрела! Она томилась, скучала, тревожилась, болела и Христос все это уничтожил, даровав вам Свой мир. Вы были слабы, немощны, бессильны для борьбы и Господь Сил соединил вас с Собой, чтобы жить с вами, страдать с вами и бороться за вас. Вы просвещены божественным светом, уже нет прежнего неведения. Чего больше желать вам и искать, куда еще устремлять ваше сердце, когда вы оправданы, вновь крещены, очищены и святы?

Прошлое осуждено, оно далеко, оно изглажено, неужели вам снова возвращаться к этой жизни, которая лишила вас мира, радости, покоя совести, чистоты, разумения истины, смирения, кротости, воздержания и отдалила от Отца Небесного? Если бы вас можно было вернуть к детству, к молодости, к далекому прошлому, дабы вы снова начали жизнь, то разве вы повторили бы прежние ошибки, падения, согрешения? Конечно, вы воспользовались бы своим опытом и начали бы осторожно жить, оберегаться от увлечений и знакомых ошибок.

О, возлюбленные, вы сейчас вернулись не только к далекому прошлому, но к самому началу жизни, к своему крещению и вам дана возможность иметь и в ум и в сердце, воспоминание о всех содеянных согрешениях, которые грозили вам погибелью. Начните же новую жизнь, пользуясь прежним опытом, насладитесь своим счастьем, удержите в себе Господа-Христа, ваш свет, вашу силу, ваш покой, вашу радость! Близ Господь сокрушенных сердцем и смиренных духом спасет (Пс. 33). Аминь.

21. Слово в Великом посту. О свете Христовом

В преждеосвященную литургию, во время чтений ветхозаветных паремий, отверзаются Царские врата, служащий выходит с зажженной свечой и кадильницею, знаменует молящихся во образ креста и возглашает: Свет Христов просвещает всех!

Зачем, однако, установлен св. отцами такой порядок в служении? Не желает ли Св. Церковь напомнить этим, что во многих людях не достает истинного света и, что некоторые ищут света не там, откуда он исходит и не там, где могут его найти? Свет есмь миру (Ин.9:5), сказал Сам Господь наш Иисус Христос. Свет, как на языке духовных писателей, так и на обыкновенном языке человеческом, есть символ духовного озарения, просвещения особенного религиозно-нравственного состояния, блаженного и радостного, тогда как тьма, есть состояние духовного невежества, ослепления, развращения и вообще греха. Св. Златоуст говорит, что св. апостол Иоанн называет Христа светом и жизнью потому, что Он дал нам свет познания и в сем свете жизнь. И свет во тьме светится и тьма его не объят (Ин.1:5). Вследствие отпадения человечества от Бога, истинное боговедение постепенно затемнялось, истина превращалась в ложь и до воплощения Слова во всем мире была тьма, люди сидели во тьме и сени смертней (Мф.4:16). Но Бог избрал народ, которому и даровал чистое откровение о Себе, вверил ему истину богопознания и богопочтения, до времени обновления всего мира. Таким образом, во тьме всеобщей, языческой лжи, охватившей почти все человечество, в еврейском народе был светоч истины в законе Моисеевом, в пророчествах и в обетованиях. Так, Слово было светом мира не только со времени воплощения своего, но во все времена. И тьма не объяла его, как не сильна была тьма, объявшая все человечество, она не осилила, не одолела, не подавила этого света, не затмила совсем лучей его; он продолжал светиться во тьме и когда пришло определенное время, он озарил всю вселенную, в устроении воплотившимся Словом Церкви своей, в которой в полноте открыта истина. (Толк. Еп. Михаила).

Во свете Твоем узрим свет – говорит царь Давид (Пс.35:10). Что это за свет, в котором человек увидит еще свет? Это именно свет Христов – в свете пророчеств и Моисеева закона.

Итак, чтобы созерцать ясно и чисто Слово Божие, тайны царствия Божия, спасительное учение и спасительные дела Христовы, потребен человеку свет Божественный, свет Христов, свет Духа Святого и раскрытие ума силою сего света. До сих пор, говорит Митрополит Филарет Московский, пока это совершится в человеке, он хотя и слышит слово Божие и видит действие его, но не постигает его пространства, высоты и глубины. Так Апостолы, после того как увидели своими телесными очами воскресение сына вдовы Наинской, не могли еще возвыситься созерцающим умом до разрешения вопроса: что значит воскреснуть из мертвых? Вот почему и Господь сказал Апостолам, что Он имеет еще многое сказать им, но они не могут вместить теперь. Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину (Ин.16:12–13). По воскресении Богочеловек является солнцем всего человечества и начинает разделять мрак и окружающие облака. Тогда отверзи им ум разумети писания (Лк.24:45).

Но если око наше слабо, говорит тот же святитель, чтобы в полноте наслаждаться светом, которым воскресший Господь отверзает умы, то на минуту обратим взоры в противоположную сторону, на тьму, чтобы тем более возлюбить чудный свет, в который мы призываемся. Посмотрите, как одновременно, вера в Воскресшего отверзает ум Апостолов и неверие в Воскресшего заключает ум Иудеев в глубокую тьму. Что говорили и что думали Иудеи о воскресении Христа? Старейшины учили воинов сказать, что ученики Христовы, пришедши ночью, украли Его, когда они спали. И пронеслось слово сие между Иудеями до сего дня (Мф. 28:13–15). Как можно было украсть Христа, когда старейшины окружили гроб воинами? Они спали, говорят Иудеи. Военные стражи спали? Так, по мнению Иудеев. Неужели все до одного? Неужели ни один не проснулся, когда для похищения тела необходимо было отвалить камень велий зело, для чего потребно было несколько человек и что не могло совершиться без шума! Ни один не проснулся. Но кто же свидетельствует о том, что тело украдено? Те же стражи, которые спали и не проснулись, свидетельствуют о том, что произошло во время сна их и чего они не слыхали. Но если сделалось известно, что совершено похищение из-под печати правительства и похитители известны: то преданы ли суду стражи и похитители? Отнюдь нет. Возможно ли, чтоб и после этого, сочиненная басня о похищении тела Иисусова существовала. Возможно, потому что закоснелый в неверии ум, говорит святитель, как ночная птица, видит только во тьме и убегает от света истины, который жжет ему глаза.

Свет Христов просвещает всех!... – и самых мудрых, ученых, великих и славных земными делами, открывая им тайны царствия Божия, – и самых простых, неученых людей, открывая им очи и уши сердечные для понимания священного писания, окружающей природы, цели человеческой жизни; – и богатых, научая их богатеть не в себя, а в Бога, раздавать достатки бедных, прославлять добрыми делами Создателя, утирать слезы скорбящим; – и бедных, показывая им цену внутреннего богатства; – и знатных, напоминая им о значении Владыки небесного; – и старцев, обещая им успокоение от всех трудов; – и юношей, располагая их к борьбе со страстями; – и младенцев, отверзая им уста на хваление Господа. Свет Христов просвещает всех!

Св. Феоктист, творец канона умилительного к Господу нашему Иисусу Христу, в 5-й песни взывает: Просвещение во тьме лежащих, спасение отчаянных, Христе Спасе мой, к Тебе утренюю Царю мира, просвети мя сиянием Твоим: иного бо разве Тебе Бога не знаю! Аминь.

22. Во вторую неделю Великого поста. О покаянии и плаче

Святое Евангелие напоминает нам ныне о необходимости покаяния. Для того, чтобы доказать людям, что Сыну Божию дана власть прощать грехи человеческие за их веру и покаяние, Господь наш Иисус Христос, исцеляя расслабленного, произнес: "Чадо, отпущаются тебе греси твои!" (Мк.2:1–12).

Сила покаяния – чудодейственна, но оно прежде всего зависит от того, видим ли мы свои грехи, замечаем ли их, помним ли свои падения, согрешения и беззакония? Сердце и ум грешника обыкновенно теряют эту способность и человек перестает ощущать, видеть и замечать свои согрешения, которые он привыкает совершать ежедневно, так что ему представляется, будто он не может без них обойтись. На этом основании, святые отцы сравнивают совесть грешника с давно нечитанной книгою, пропитанной пылью и поеденной молью, так что, если кто вздумает взять эту книгу для чтения, то встретит большое затруднение, вследствие того, что много мест будет повреждено и не хватит терпения для разбора слов.

Те христиане, которые по привычке к беспечной и невнимательной жизни, совершенно не сознают и не чувствуют своих грехов и не видят грозящей им опасности, конечно не разумеют, что претерпеваемые ими скорби, испытания и неудачи, давят их только вследствие накопившихся грехов и, что сердце их холодно, сухо, бесчувственно, только вследствие отдаления от Бога и Святой Церкви, а что ум их безжизнен, ограничен, безцветен, угрюм и всем не доволен, потому что старается жить и наслаждаться лишь собственными мыслями и отвергает необходимость изучения священного писания и слова Божия. Наоборот, эти люди считают себя безусловно не дурными, свободными от пороков и не видят необходимости часто говеть и приступать к таинству. Некоторые до такой степени забываются, что открыто признают себя почти праведными. По их убеждению, они следуют всем требованиям христианского учения, честно трудятся для своих семей, лишают себя иногда прихотей, ради детей, служат непорочно, никого не обижают, ничем чужим не пользуются, ни с кем не ссорятся, никого не лишили жизни и т. д. Время их проходит в постоянных заботах семейных и служебных, а потому, совершенно естественно, что у них не достает свободных часов для исполнения церковных обрядов. К тому же, по их мнению, христианская религия вовсе не требует соблюдения одних обрядов, установленных отцами Церкви. Господь ищет поклонения Ему духом, требует дел милосердия и любви, а не хождения по церквам, долгих стояний в храмах и соблюдения изнурительных и вредных для здоровья постов. В существование ада и вечных мук они, конечно, не верят.

Сколько таких людей теперь встречается среди образованного общества, перепутавших по своей нецерковности, решительно все догматы веры, с понятиями об обрядах, слепых сердцем, безблагодатных и считающихся еще верующими и хорошими христианами. Согласно таким то убеждениям своим, основанным на непонимании истинной христианской жизни и духа Евангельского учения, эти заблуждающиеся приступают к таинству покаяния и исповеданию своих незначительных, будто бы обыденных грехов, только раз в год и за неимением времени, они являются на исповедь без приготовления, без предварительного размышления о грехах, без ясного сознания своей вины пред Отцом Небесным, т.е. говоря справедливо, без раскаяния.

В действительности же, только те люди не видят своих грехов, которые еще работают греху. Человек ни за что не овладеет собою, пока не раскается, не раскается – пока не осудит себя и не осудит себя, пока не познает своих грехов. Поэтому, понимающему необходимость постоянного покаяния следует чаще отдавать себе ясный отчет: видит ли он и сознает ли свои грехи? Обязательно знать свои грехи – точно, ясно по числу и все раздельно. Размышляя о своих грехах, следует определить по ним особенности своего характера, расположения сердца и, так сказать, дух своей жизни. Надо строго выяснить, кому мы служим: Господу, себе или греху? Имеем ли в виду всегда Господа, славу Его или себя? За чье имя стоим мы: за Имя Божие или за свое? Кающийся грешник должен все это видеть и сознавать и тогда он, несомненно, признает себя виновным в бесчисленном множестве грехов. Все мы столько согрешаем от невнимания, дурных склонностей, от стремления к земному благосостоянию, к телесному покою, от немощи, увлечения, дурных примеров, от снисхождения к себе и другим, от неведения, что если углубимся в себя и сличим состояние нашей души с тем, каким оно должно быть по правде, по учению Спасителя, тогда сами устрашимся тяжести наших грехов.

"Кто познал свои многочисленные грехи, тот обязан, говорит Св. Златоуст, не гневаться, не раздражаться, но сокрушаться, ибо он есть осужденный, не имеющий дерзновения, обличенный, ожидающий спасения от одной милости, оказавшийся непризнательным к Благодетелю, неблагодарным, бесчестным и достойным бесчисленных мучений!.. Стенай не о том, что тебя накажут, но о том, что ты оскорбил Бога твоего, столь милосердного, тебя любящего и заботящегося о твоем спасении, что Он предал, ради тебя, Сына Своего на смерть!".

Но, возлюбленные, не всякое покаяние есть спасительное покаяние и истинное раскаяние имеет свои отличительные приметы. Так, святые отцы утверждают, что люди, не имеющие слез и плача, но говорящие, что сознают свою греховность и каются, только прельщают себя и других. Нет в нас покаяния, ни истинного намерения изменить свою жизнь, ни страха Божия в сердце, ни сознания своей виновности, ни самоосуждения, душа наша не была еще в чувстве будущего суда и вечных мук, если мы не плачем. Святой Апостол Петр после отречения изшед вон и плакася горько. Без плача никак нельзя умягчить свое жестокосердие, стяжать духовное смирение и соединиться, поэтому, с Господом, освящающею благодатию Святого Духа. Но бывает плач и без духовного смирения, по жалости к себе, вследствие нервного состояния, и ошибаются те, которые думают, что такой плач очищает грехи. Те люди, которые не имеют смирения, но плачут, легко воспламеняются гневом, раздражаются, и не могут совершенно отказаться от мирских увлечений. Такой плач, без духовного смирения, не порождает в человеке сладости Духа и не привлекает Божией благодати.

Когда к Пимену Великому обратился один из его учеников с вопросом: что ему делать с его грехами, то старец ответил: "желающий избавиться от живущих в нем грехов плачем избавляется от них, и желающий не впадать в грехи плачем избегает их; это путь покаяния, преданный нам Писанием и отцами, которые сказали: плачьте, другого пути, кроме плача нет!" Но, что же мне делать со страстями моими, возмущающими меня? – спросил тот же инок. Старец сказал: "будем всеусильно плакать пред благостию Божиею, доколе она не сотворит милости с нами!"

Не понятны эти слова только тем, которые не испытали борьбы с своими грехами и страстями, но опытные в духовной жизни, не примут таких советов с недоумением или осуждением, ибо они касаются вовсе не одних монахов, a всех христиан, стремящихся избавиться от оскорбительных, благодатному сердцу страстей своих, заставляющих гневить Бога и отвечать неблагодарностью Тому, Которого нельзя не славить, не благодарить, не любить от всего сердца, за непрестанные благодеяния, всепрощение, беспредельное милосердие! Люди, желающие не совершать оскорбительных грехопадений и борющиеся с собою, всякими доступными им средствами, постом, молитвой, исполнением церковных установлений, покаянием, в конце концов приходят к тому сознанию, что свои силы – ничтожны, недостаточны, не действительны и спасение возможно только, если Сам Христос совершит его, по Своей любви и благости и благодать Божия отнимет страсти, избавить страждущего от губительной их силы. Без Господа ничего нельзя сделать и достигнуть! Остается тогда в совершенном бессилии и при полном смирении достигать плачем совершенного покаяния. О, как это ясно истинно кающемуся и непонятно несознающему своих непрестанных согрешений! Аминь.

23. В неделю четвертую Великого поста. О лествице духовной

В четвертую неделю Великого поста, вслед за поклонением честному и животворящему Кресту, святая православная Церковь постановила поминать преподобного и Богоносного отца нашего Иоанна, списателя Лествицы духовной. Но почему же приводится нам на память именно преподобный Иоанн, а не другой святой? Для того, чтобы мы в течение поста и наших молитвенных подвигов имели пред глазами живой пример человека, достигшего духовного совершенства, великого наставника и не забыли о необходимости каждому христианину изучить его боговдохновенную книгу, Лествицу духовную, в которой он изобразил все христианские добродетели в той постепенности, как они должны утверждаться в человеке, дабы привести его к единению с Богом и чтобы нас понудить через это к самоисправлению.

С такою же целью, чтобы уничтожить в нас пагубное чувство саможаления, Св. Церковь поминает в пятое воскресение Преподобную Марию Египетскую, которая несмотря на свою долголетнюю греховную жизнь, достигла духовного совершенства ревностным самоисправлением. Вспоминая этих подвижников благочестия, все наши сомнения о возможности нам достигнуть христианского совершенства, при наших недостатках и слабых силах, должны поневоле уступить явному доказательству, что при искренней вере в слово Божие и при нашем желании можно соделаться чистым телом, сердцем и умом и даже праведным и святым. Еже аще, что можете веровати, вся возможна верующему (Мк.9:23), сказал Господь наш Иисус Христос несчастному отцу, просившему исцелить его бесноватого отрока, о котором читалось сегодня в Св. Евангелии.

Жизнь преподобного Иоанна малоизвестна. Как избранник Божий, он с юных лет возлюбил Господа, но никто из его учеников не упоминает о том, кто были его родители, где он родился и воспитывался. По их словам, преподобный Иоанн был выдающимся человеком по дарованиям, способностям и образованию. Шестнадцати лет он оставил мир и удалился на гору Синай, в монастырь, чтобы жить под руководством опытных и боговдохновенных старцев. В его жизнеописании сказано, что уже тогда он был тысячелетен разумом и на Синае достиг такого совершенства, что имел душу, как бы без разума и воли, совершенно свободную и сиявшую небесной простотою. По кончине своего наставника, стремясь еще к большим подвигам, преподобный Иоанн решился наложить на себя обет безмолвия, для чего избрал невдалеке от храма Господня удобное место, где и провел 40 лет. Пост и молитва возвели его на высокую степень чистоты и сделали сосудом особенных дарований Божиих – прозорливости, дерзновения в молитве и чудотворений. Когда же Синайскому монастырю надо было избрать настоятеля, то вся братия единодушно упросила преподобного Иоанна вернуться в обитель. Во время настоятельства, он и написал свою книгу – Лествицу духовную, в которой изобразил весь путь к христианскому совершенству и как надо постепенно совершенствоваться для нашего спасения.

Может быть, возлюбленные, некоторые из вас предполагают, что преподобный Иоанн составил свою Лествицу исключительно для монахов, а не для светских людей, так как нет ничего общего между жизнью вашею, т.е. отцов и матерей семейств и светских, молодых людей и жизнью монахов, затворников, пустынников и безмолвников? Поэтому-то, Лествица никем не читается в миру и ею никто не руководится в светской жизни.

К сожалению, так мыслят многие христиане! Но, возлюбленные, разве Св. Церковь постановила поминать сегодня преподобного Иоанна только монахам, а не всем православным христианам? Разве постановления Церкви могут быть неосновательны или погрешительны? Хотя между жизнью светских людей и монахов мало общего, но, однако, все христиане должны восходить по одной лестнице духовной в дом Отца Небесного и при одинаковых условиях. Все мы отличаемся друг от друга внешним видом, званиями, положением, одеждами, но правосудие Божие требует, чтобы все входящие в Царство небесное, в обители праведников и святых, походили друг на друга внутренними качествами, добродетелями, чистотою душ и праведностью. Следовательно, у всех христиан цель жизни одна: достигнуть спасения и для того совершенствоваться духовно.

От монаха требуется: отречение от мира, послушание или жизнь не по своей воле и безмолвие, или стремление быть в сердце своем наедине с Богом. Но разве не требуется тоже самое и от светского человека? Рассмотрим, для чего инок удаляется в монастырь или пустыню? Для того, чтобы избежать соблазнов, чтобы было легче следить за собой, для борьбы со страстями, чтобы пребывать в молитве и учиться простой, суровой жизни. Но разве светские люди не обязаны так устраивать свою жизнь, чтобы им можно было избегать соблазнов, опасных сообществ, безнравственных зрелищ, пустых разговоров, чтобы они могли посещать храмы, исполнять молитвенные правила, бороться со своими страстями? И светский христианин должен, ради спасения, отречься от пагубного, развращенного мира, погибающего в гордости, самолюбии, сребролюбии и забвении заповедей Божиих. А кто оставляет греховную жизнь и борется с своими страстями, тот делает тоже, что монах, расстающийся с миром и поступающий в обитель.

Почему монахи-подвижники стремятся приобрести совершенное послушание и для этого отдаются в волю настоятелей, старцев и руководителей? Потому, что иначе нельзя выучиться исполнять заповеди Божии. Но разве послушание и исполнение заповедей Божиих не одинаково обязательно мирянам? Чтобы выучиться этому, светские люди должны себя отдать в волю своих духовных отцов.

Наконец, должны ли миряне безмолвствовать? Конечно, нет, ответят многие. Но я не говорю о наружном безмолвии, ибо и монахи трудятся в монастыре, исполняют разные обязанности, служат и помогают светским людям, a следовательно не безмолвствуют. Существует другое безмолвие, которое необходимо как монаху, так и светскому человеку: это безмолвие внутреннее, т.е. стремление быть в своем сердце наедине с Богом. При этом человек углубляется в самого себя, разбирается в своих мыслях и действиях, пребывает в непрестанной молитве и памятовании о Боге. По апостольскому слову, мы все должны непрестанно лицезреть сердечными очами Христа Спасителя, т.е. везде, в доме, на улице, в постели, во время работы и отдыха, и учиться у Него смирению, любви, терпению и покорности. Кто так живет, тот безмолвник и пустынник, хотя и пребывает в миру (по Еп. Феофану).

Итак, возлюбленные, каждый из нас не только может, но и должен сделаться подражателем преподобного Иоанна и изучить его боговдохновенную книгу – Лествицу духовную. Это необходимо для нашего спасения и потому Св. Церковь нам напоминает о том сегодня. Стоит только пожелать потрудиться, потому что вся возможна верующему! Аминь.

24. В неделю Вайи. О страданиях Христа за нас

Никогда народ не встречал Иисуса Христа столь торжественно и с такими царскими почестями, как во время его шествия в Иерусалим на крестные страдания и добровольную смерть. В то время, когда первосвященники и книжники положили предать Христа позорной смерти и многие из жителей Иерусалима готовы были содействовать своим старейшинам, многочисленные толпы иудеев, собравшихся на праздник, во главе с их детьми, неожиданно и чудесным образом, вышли в сретение Господа Иисуса Христа и прославили Его, как давно ожидаемого своего Царя и Спасителя. Не удивительно-ли это? Как объяснить такое чудесное явление? Оно станет понятным, когда мы уясним себе мировое значение происходившего события и увидим, что над Иерусалимом на малое время открылось тогда Царство Небесное. Если ангелы, взирая на беспредельную любовь Сына Божия к человечеству, на совершенное Его послушание воле Отца Небесного, на самоуничижение Его, кротость, терпение и готовность претерпеть самые страшные муки для удовлетворения правды Божией за людей, если сами небесные силы с трепетом взирали на Предвечного Сына Божия и прославляли Его в хвалебных возгласах, если даже безгласная природа была готова возопить по слову Христа, вместо людей, то естественно, что чистые сердцем дети, привлекаемые божественною благодатью и избранный народ Божий не могли безмолвствовать, шли в сретение Сына Божия, обещанного Мессии, не видя даже, по своей сердечной слепоте, что над Иерусалимом раскрылось на мгновение Царство Небесное.

Мне кажется, возлюбленные, что и мы никогда не встречаем Господа с такою торжественности и при таком многолюдстве в храмах, как в день воспоминания о вхождении Иисуса Христа в Иерусалим, в неделю Ваий. А это почему? Не потому ли, что мы глубоко сознаем значение для нас величайшего подвига любви Сына Божия? Не потому ли, что ясно понимаем, как наши страсти, грехи и падения увеличивают тяжесть Его Креста и усиливают Его крестные страдания? Наконец, не потому ли спешим в храмы, что хотим возблагодарить и прославить Господа, пострадавшего не только за прежних людей, но и за нас? О! если бы мы действительно приходили сюда в совершенном сознании этой великой истины! Если бы мы чувствовали и понимали, что Христос пострадал за всех, за грехи всех времен прошедших, настоящих и будущих, что без искупительной жертвы Сына Божия мы также, как и древние люди, погибли бы во зле, то тогда наши сердца горели бы беспредельною любовию к Спасителю нашему и не искали бы никакой другой любви и привязанности в земной жизни. Тогда бы не было неверующих, лжеучителей, хулителей и порицателей христианской веры; тогда бы человеческие науки привлекли бы людей к прославлению Отца Небесного и не существовало бы того убийственного равнодушия к Св. Церкви, которое в наше время подрывает все основы жизни семейной и государственной. Тогда бы мы все жили во Христе и со Христом!

Не странно ли, в самом деле, что человечество и даже христианство, просвещенное Духом Святым, так трудно стало усваивать себе правду Божию и цель своей жизни на земле? Что служит теперь препятствием? Эта правда ведь не скрыта ни от наших глаз, ни от ума, ни от сердца; она возвещена нам самим Христом, разъяснена святыми апостолами и, наконец, доказана и растолкована святыми отцами Церкви. Следовательно, остается предположить, что современные люди хотят дойти до познания этой правды самостоятельно и потому не прибегают к помощи Священного Писания. Когда же этому будет конец, так как последующие поколения в свою очередь пожелают начать исследования тоже сначала? В таком случае, современные мыслители не одержимы ли бесовскою гордостью, ибо поступки их доказывают, что они считают себя умнее всех живших до сих пор на свете?

Правда Божия прежде всего требует, чтобы за заслуги людей получалось воздаяние, а за вину их – наказание. Если мы не будем верить, что первые люди были созданы безгрешными, святыми, хотя здравый смысл должен нас убедить, что совершенный Бог не мог создать ничего несовершенного, то признавая себя грешными, виновными перед Богом, мы, по совести, не можем отрицать, что и первые люди, подобные нам, заслуживали наказания. Они и получили заслуженное. Неужели же всеправедный Бог должен был нарушить этот закон в пользу человека, когда Он не нарушил его и для отпавших ангелов? Но так как Бог есть любовь по существу и само существо любви, то Он предопределил павшему человеку новый путь к спасению и совершенному возрождению чрез прекращение в нем греха.

По требованию правды Божией, человек должен был принести правосудию Божию удовлетворение за свой грех. Но что он мог принести в жертву? Свое раскаяние, свою жизнь? Но раскаяние только смягчает наказание, а не избавляет от него, ибо не уничтожает преступления. Ведь никто не прощает преступников за одно раскаяние. Жизнь же есть дар Божий, а потому она не может быть искупительной жертвой, тем более, что со времени падения человека его жизнь сделалась жертвою смерти. Бог смерти не сотвори, а создал все для жизни (Прем.1:13). Таким образом, человек остался неоплатным должником пред Богом и вечным пленником смерти и диавола. Истребление в себе греховности было невозможно для человека, ибо он получил наклонность ко злу, вместе с бытием, с душою и плотью. Следовательно, воссоздать человека мог только его Создатель и только Божеское всемогущество могло уничтожить естественные следствия греха, как смерть и зло. Но спасти человека без его хотения, против его воли, насильно, было не достойно как Бога, даровавшего человеку свободу, так и человека, существа свободного. Св. Ефрем говорит: "кто хочет, чтобы его вели насильно, тот не достоин милости!" Нет спора, говорят другие святые отцы, что неистощимая Божия премудрость могла измыслить много средств для спасения человека, но Создатель избрал – воплощение и смерть Своего Сына. Единородный Сын Божий, Единосущный Богу Отцу принял на Себя человеческую природу, соединил ее в Своем Лице с Божеством и, таким образом, восстановил в Себе человечество – чистое, совершенное и безгрешное, какое было в Адаме до грехопадения. Своею земною жизнью и всеми своими делами, Он оказывал совершеннейшее послушание воле Отца, с полным отречением от Своей воли, терпел все назначенные человеку, правдою Божьею, скорби, страдания и самую смерть и такою же жертвою вполне удовлетворил Божескому правосудию за все человечество, падшее и виновное пред Богом. Чрез воплощение Божие мы стали братьями Единородного, сделались Его сонаследниками, соединились с Ним, как тело с Главою. Христос заплатил гораздо больше, нежели чем было должно; Его уплата, в сравнении с долгом, тоже что безмерное море с малою каплею. На этой бесконечной цене искупительной жертвы, принесенной на Кресте и основывается право Искупителя прощать грехи кающимся, очищать и освящать их души Своею кровью. По силе крестных заслуг Христовых изливаются на верующих благодатные дары и они даются Богом Христу и нам – во Христе и чрез Христа Иисуса.

Итак, чтобы не погибнуть, нам теперь нужно прилепиться всем сердцем и всеми помышлениями к Господу нашему Иисусу Христу, ибо никто не может делать ничего достойного спасения, если не пребудет в Нем (Ин.15:4–6). О, возлюбленные, как же велик, знаменателен и важен сегодняшний праздник для всех христиан! Христос шел за нас на вольную страсть, на крестную смерть. И небо и земля трепетали, при виде уничиженного, Единородного Сына Божия, смирившегося и послушного до предания Себя на распятие. Из уст младенец и грудных детей Отец Небесный совершил хвалу Своему Возлюбленному Сыну. Слепые сердцем иудеи и те постилали свои одежды по пути Христову и славили Спасителя, восклицая: благословен грядый во Имя Господне! Как же нам, – спасенным и возрожденным Христом и освященным Духом Святым, оставаться безмолвными в такой день и не наполнять храмы Божии, для прославления Его беспредельной любви к человечеству. "В том любовь, говорит св. апостол, что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши". (1Ин.4:10). "Будем же любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас!" (1Ин.4:19). Аминь.

25. В великий пяток

Мы пришли, отцы, матери, братья и сестры, как ученики Христовы, чтобы лицезреть Спасителя нашего, снятого со Креста и плащаницею обвитого. Еще вчера мы мысленно присутствовали при страданиях Его, при суде и бичевании и видели, как Он Весь в крови шел на пропятие. Великое множество народа и женщин шли за Ним, плакали и рыдали... Иисус же, обратившись к женам, сказал: "Не плачитеся обо Мне, обаче себе плачите и чад ваших!" т.е. не плачьте обо Мне, но плачьте о себе и детях ваших! (Лк.23:28).

О человеколюбец! Падая под тяжестью Своего Креста, Ты еще утешаешь нас...: не плачьте обо Мне! За несколько часов до жестокой смерти Ты еще даешь нам последнюю спасительную заповедь: плачьте о себе и детях ваших! И пригвожденный ко Кресту, умоляешь Отца Небесного принять наши слезы и взываешь: Отче отпусти им: не ведят бо, что творят! (Лк.23:34)

Как нам не плакать о себе! Ты, Агнец Божий, вземлющий грехи не только Иерусалима или Израиля, но всего мира, Сама любовь и истина, добровольно отдал Себя на такие невыразимые оскорбления, муки и позорную крестную смерть, чтобы доказать Свою любовь – Отцу и людям, дабы спасти человечество, чтобы мы все могли вновь считаться детьми Божиими, блаженствовать в Царствии Небесном со святыми и радоваться с ангелами; Ты взял с Собою на Крест грехи всего мира, а мы, ни ради Тебя, ни Отца Небесного, ни ради нашей будущей жизни, ни даже, наконец, своего благоденствия на земле, не в силах отрешиться от пагубных страстей, самоволия, самолюбия и гордости! И этот мир не только не плачет, но все еще наслаждается и веселится!

Как нам не плакать о себе, в сознании, что мы, омытые и спасенные Твоею невинною кровью, никак не можем полюбить Тебя всем сердцем и не в состоянии ради Тебя не только претерпеть испытание или лишение, но даже резкого слова, не можем простить чистосердечно ближнему, подать милостыню без осуждения, посетить несчастных или страждущих, когда многое готовы перенести ради своих детей, жен, мужей, друзей и благодетелей. Наша любовь холодная, бесчувственная, безжизненная; сегодня плачем, а завтра оскорбляем, сегодня благодарим, а завтра ропщем, негодуем...

Как нам не плакать о себе, когда в нас нет правды! Вся жизнь наша есть непослушание, сопротивление Твоим заповедям, самонадеянность, лицемерие и вопиющая ложь. Мы лжем и лицемерим даже на молитве: просим избавления от страстей и греха, но знаем и чувствуем, что не уступим этого греха и непременно повторим его, по любви к нему, по страсти. Мы просим исполнения Твоей, а не нашей воли, но когда надежды наши оказываются тщетными, боремся против неугодного нам! В часы испытаний и горя мы отвергаем Твою чистую, беспредельную и святую любовь к нам. В требованиях жить по уставам Церкви признаем насилие, запрещение наслаждаться дарами природы и радостями земной жизни. В стремлении некоторых людей науки доказать миру, что христианское учение уже отжило свое время, чуть не видим победу над религией и забываем, что христианство вывело науки на путь свободы, света и истины...

Как нам не плакать о наших детях! Они не могут быть лучше нас; жизнь их наверное пройдет при еще более тяжких условиях. Ведь мы не сумели научить их любить Тебя, Господи, более нас – родителей, а потому и их любовь к нам бывает холодная. Мы не приучили благодарить Тебя за все, а не нас отцов и матерей, которые сами все получают от Тебя, а чрез это и благодарность их к нам чисто наружная, бесчувственная! Молились ли мы с ними вместе со дня первого их детского лепета? Служили ли мы им всегда примером веры в Тебя, примером дружбы, благочестия, правдивости, честности, доброты и участия к бедным? Или любовь наша заключалась только в даровании им полной воли, которая развила их страсти!..

Как нам не плакать о тех наших детях, которые без твердой веры, без истинных знаний, без понимания цели земной жизни, без веры в будущую жизнь, вступают на свой жизненный путь, и мы часто не видим от них ни любви, ни радости, ни участия, ни внимания, ни даже теплого слова!

Боже великий и милосердый! Как нам не плакать о себе и детях наших, когда ныне суд над ними; суд сердца, разума и совести... Что скажем себе в извинение, когда еще вчера, еще сегодня, мы грешили и с завтрашнего дня собираемся наслаждаться забавами этого порочного мира? Кто не знает, что этот гроб, зияющие раны и невинно пролитая кровь – все дело человеческой совести?!

О человеколюбче! Да не яростию Твоею обличиши нас, ниже гневом Твоим накажеши нас! Твое бо есть, еже миловати нас: младенцы воспитай, юность настави, старость поддержи, малодушныя утеши, расточенныя собери, прельщенныя обрати и всех спаси!

Воскресни, Боже наш, да вознесется рука Твоя и не забуди убогих Твоих до конца! Аминь.

26. В неделю о Фоме. О неверии

Не буди неверен, но верен (Ин.20:27), сказал Господь наш Иисус Христос Апостолу Фоме, который не хотел верить воскресению Его до тех пор, пока не осязает своими руками язв и ран Спасителя. При чтении этого события в Св. Евангелии, невольно поражаешься упорством Фомы в неверии, а также его дерзновенным требованием. Все верили, а он один сомневался; он отверг даже показания и уверения других любимейших апостолов, как Петра, Иакова и Иоанна.

Но так надлежало быть, таковы пути Промысла Божия! Для удостоверения воскресения Пресвятой Богородицы, Христос избрал того же маловерного апостола Фому, хотя в то время он был уже просвещен Духом Святым и научен Им всякой истине. Ясно, что неверие Фомы должно было впоследствии удостоверить многих неверующих. Сам Господь Иисус Христос не нашел нужным обличить упорство Фомы – упреками, укорами или угрозами и приказал ему коснуться рукою и перстами ран и язв Своих. Следовательно, Спаситель не счел великим грехом желание Фомы найти пути и средства к разрешению своих сомнений, дабы сделаться верующим. Когда же он, осязанием ран Спасителя, вполне удостоверился в истине воскресения и воскликнул от радости, что видит Христа: "Господь мой и Бог мой!", то Сын Божий сказал ему: яко видев Мя, веровал еси: блаженни не видевшии и веровавшие (Ин. 20:29).

Это событие, по Воскресении Христовом, чрезвычайно поучительно для всех нас и во многих отношениях. Между нами и теперь есть люди, которые считаются верующими, готовыми всегда воспринять божественные тайны и истины христианской веры, но лишь на одном непременном условии. На каком? Чтобы эти тайны и истины имели для них ясные доказательства. Такое требование считается даже естественным и правильными Однако, чтобы решить, правильно ли действуют подобные люди, надо ранее отдать себе отчет: в чем заключаются их требования? Не приводит ли их в такое состояние самомнение и высокоумие? Св. отцы говорят, что не может ум жить безумием и отсутствием всякой мысли; не может сердце жить в состоянии неверия, холодности ко всему. Если эти люди верят только себе, своему уму, то они не будут верить никому другому. Состояние неверия не есть ли состояние болезненное? Несомненно, это болезнь духа, а может быть отчасти и ума. Эти гордые люди, большею частью, не верят по привычке во всем сомневаться, относиться ко всему подозрительно. Некоторые доходят до того, что не хотят верить не только тому, чего не видят, но и тому, что видят. Следовательно, без веры нельзя ни жить на земле, ни иметь знания. Вера нужна для ума, для души, для сердца, для всех пяти наших чувств – зрения, слуха, обоняния, вкуса и осязания. Надо быть уверенным, что ум мыслит правильно, душа и сердце чувствуют безошибочно, а глаза видят верно и. т.д. Вера нужна для сознания достоверности того, в чем убеждают нас другие. Всеведение совершенно невозможно человеку и потому Христос показал нам в примере апостола Фомы, что не следует оставаться в неверии, но – быть верующими.

Насколько возможно верить тому, что мы и не видим, это доказывается самим Воскресением Христовым. Смотрите, возлюбленные, как поступил св. апостол Иоанн! Он не нашел Господа во гробе, не видел его воскресшим как это лицезрела Мария Магдалина, но имел в себе достаточные основания, чтобы поверить Его воскресению. Многие из вас читали в Св. Евангелии о посещении апостолами гроба Господня, на утро Воскресения, но, вероятно, по трудности понимания этого повествования, остались в неведении произошедшего. Обратимся же к толкованию святых отцов.

Когда Христос явился своим ученикам, то в горнице никого не было, кроме апостолов. Он сказал Апостолу Фоме: яко видев Мя, веровал eси! Но эти слова относились ли к одному Фоме? Несомненно, Он сказал это всем апостолам, кроме одного из них, ибо они все поверили Воскресению Христову только потому, что увидели Его воскресшим. Следовательно, между Фомою и остальными апостолами не было в этом отношении никакой разницы, разве только в том, что Фома требовал – для разрешения сомнений осязательного удостоверения, когда остальные поверили Господу на основании одного лицезрения рук, ног, ребер и язв Спасителя. Чтобы укрепилась вера апостолов в истину Воскресения Христос дунул на них и произнес: приимите Дух Свят! Одного Фомы не было в это время. Поэтому, при втором Своем явлении, Христос, смотря на апостола Фому, но обращаясь ко всем апостолам, сказал: яко видев Мя, веровал eси! Но для кого же он присовокупил еще: блажени не видевшии и веровавше? К кому могла относиться эта заповедь блаженства? Неужели ко всем тем, которые отсутствовали в горнице? У Христа было много учеников, жен мироносиц и не они ли уверовали, не видевши Его? Наконец, Господь не сказал ли это о будущих христианах, о всех нас, которые не могли видеть Воскресения Спасителя, но веровали и веруют. Конечно нет, ибо невозможно, чтобы остальные ученики Христовы жены мироносицы, a тем более мы, были блаженнее св. апостолов. Следовательно, в этих словах Спасителя – сокрыта тайна.

Уразумеемте же, возлюбленные, Христову тайну, исследуя другое повествование Св. Евангелия о посещении двумя учениками гроба Господня в утро Воскресения. Евангелист Иоанн пишет: вниде и другий ученик, пришедый прежде ко гробу, и виде, и верова. Что же он видел? Без сомнения тоже, что видел первый ученик, апостол Петр: ризы едины лежащия. А чему же он поверил? Тому ли, что возвестила ему только что Мария Магдалина, а именно, что взяли Господа и она не знает, где положили Его? Но чему тут было верить? Нет, второй ученик, его же любяще Иисус, поверил тому, к чему он не был приготовлен никаким Писанием, и поверил один, в своем сердце, тайно, молча, потому что любил Спасителя более других. Эта необычайная, живая любовь его возбудила в нем непоколебимую веру. Одна мысль, что ризы, обвивавшие тело Иисусово не могли отделиться сами собой, убедила его уже в Воскресении. В глубине своего горячего сердца он тотчас ощутил, что Возлюбленный живет, восстал, воскрес и он Его увидит.

После всего выясненного, беседа Господа с Фомою получает совсем иное освещение. Смотря на Фому и обращаясь незаметно ко всем апостолам, Христос произнес: видев Мя, веровалъ eси, но взглянув одобрительно на Иоанна, Он добавил: блажени не видевшии и веровавше!

Итак, возлюбленные, неверие Фомы было доброе, ибо продолжалось недолго и доказывало лишь его пытливость. Иное дело спорить о вере и иное испытывать писания. Дозволив Фоме осязать Свои раны и язвы, Христос показал нам, что не грешно искать уверения, если сомневаемся в вопросах веры и Он подаст нам вразумление, если искренно будем добиваться истины. Но состязаться о вере, рассуждать о том, что выше нашей меры – непозволительно и греховно.

Дивные дела веры! "Сия есть победа, победившая мир, вера наша" (1Ин.5:4). Аминь.

27. В неделю св. жен мироносиц. Что делать современным женщинам?

Нынешний воскресный день определен Св. Церковью Христовою к ублажению памяти св. жен мироносиц. Кто были жены мироносицы? Все Евангелисты прежде всего указывают на Марию, рожденную в Галилейском городе Магдалы, ту самую, из которой Иисус изгнал семь бесов. За такое благодеяние Мария Магдалина платила Господу пламенною любовию. Вторая мироносица – Мария Иосиева, мать Иакова и Иосии, следовала за Спасителем до самого гроба. Сын этой Марии, Иаков Алфеев был один из 12-ти апостолов. Саломия была матерью сынов Заведеевых, апостолов Иоанна и Иакова. Кроме Марии Магдалины и Марии Иаковлевой, св. апостол Лука указывает на жен мироносиц – Иоанну и еще других, не называя их по именам (Лк.24:10). Кто была эта Иоанна? Жена Хузы, домоправителя Иродова, исцеленная также Господом. По словам св. Апостола Луки, между женами была несомненно Сусанна (Лк.8:1–3) и многие другие, которые служили Христу своим достоянием. Конечно к числу жен мироносиц принадлежали Мария и Марфа, сестры Лазаревы, столь пламенно любившие Господа.

Святая Церковь Христова ублажает память всех святых и особенно дороги христианам эти жены мироносицы, счастливые спутницы Христовы, которые служили Учителю не только своим достоянием, но и трудами рук своих, преданные ему всем сердцем, страдавшие вместе с Господом, окружавшие Его не только во время путешествий, но и на крестном пути, на Голгофе, у самого креста. Воспоминания о их самоотвержении, подвигах, о их несравненной и нежной любви ко Христу, наполняют сердца верующих людей тою же любовию ко Господу и стремлением служить Ему до самой смерти!

Христос не выбирал жен мироносиц и не звал их следовать за Собою, подобно апостолам и 70-ти ученикам, но они сами пошли за Ним, как за единою целью своей возрожденной жизни, как за вечной истиной, как за своим Спасителем и Сыном Божиим, не смотря на Его видимую бедность, простоту и явную враждебность к Нему первосвященников и народных наставников. Они сами покинули свои дома, дела, имущество, семьи и пошли за Господом, радуясь, что хоть чем-нибудь могут быть полезными Христу и Его общине. Во время Крестного шествия Христа на Голгофу, только женщины мироносицы плакали и рыдали. Господь услышал вопли жен и обратился к ним со словом утешения. Что должны были испытать эти любящие жены, стоя у Креста Спасителя и видя весь позор, ужас и, наконец, смерть своего возлюбленного Учителя?! Все ученики от страха разбежались, даже апостол Петр, обещавший умереть с Иисусом и трижды отрекшийся от Него и только Богоматерь с Иоанном Богословом и жены мироносицы остались у самого Креста. Затем Богоматерь унесли на руках, ибо Она лишилась чувств, но Мария Магдалина и другие жены мироносицы, которых толпа народа отодвинула от Креста, пребывали здесь до самого конца. Когда Сын Божий испустил дух, те же жены мироносицы поспешили домой, чтобы уготовить ароматы и миро, a Мария Магдалина и Мария Иосиева смотрели, где полагали тело Иисусово во гроб. Они ушли только по наступлении совершенной темноты, чтобы пред рассветом опять прийти ко гробу. И за свое усердие к Сыну Божию, за решимость воздать Ему почестями при погребении, за свою непоколебимую веру, эти святые жены первыми из человеков получили удостоверение о воскресении Христа и сделались первыми и сильными проповедницами, как познавшие это из уст ангела.

Итак, возлюбленные матери, жены и сестры, пример благоверных жен мироносиц пред нами! Жизнь их многопоучительна и теперь для современных христиан. Они не отличались добродетелями, пока не знали Христа; Мария Магдалина была жилищем злого духа, Марфа была образцом житейских влечений и мирской суеты, но божественное учение Спасителя, чудеса Сына Божия и благодать Христова совершенно их возродили.

По примеру жен мироносиц, многие христианские женщины впоследствии обратились с живою верою к вознесшемуся на небо Христу. В истории христианства мы видим множество матерей и жен, возлюбивших учение Христа и святую церковь более, чем свое знатное происхождение, земную славу, почести, богатства, наслаждения мира, более, чем родителей, мужей и своих детей, предпочитавших смерть отречению от Христа и Его заповедей. Мы знаем даже таких матерей, которые вели на казнь за Христа своих отроков и с радостью отдали их в жертву людям, дабы прославить в Царствии Божием. Некоторые с великим мужеством и терпением распространяли учение Христово и просветили целые страны. Многие храмы и монастыри строились благочестивыми царицами, княгинями и боярынями.

Святая Церковь и ныне с упованием смотрит на вас, благочестивых жен и сестер! Вы поддерживаете еще веру в ваших семьях и заботитесь об украшении и благолепии храмов. Но в наше время является множество жен с небывалым еще в истории христианства направлением и состоянием духа. Я хочу сказать вам о тех, которые не находят себе никакой деятельности, томятся своею жизнью, жалуются на скуку и чистосердечно спрашивают всех: что им делать, чем заняться? Они признают в себе недостаток энергии, здоровья и отсутствие всяких стремлений, желаний, дарований и любви к чему бы то ни было. Точно на них не лежит никаких обязанностей, они не дочери своих отцов и матерей, не матери своих детей, не жены своих мужей!?

Спрашивается: что делать тем, которые имеют на руках престарелых родителей и скучают? Покоить родителей и помогать им готовиться к переходу в загробную жизнь. Это ли не обязанность, не дело, не служба родителям, а главное Богу? Что делать замужним женщинам? Сохранять то, что зарабатывают их мужья, создавать приятный очаг мужьям, воспитывать детей, блюсти в домах Дух Божий, быть примером христианской жизни для младших и служащих. Насколько дети окажутся подготовленными к духовной жизни и к борьбе со страстями, настолько жизнь их будет легче и избавлена от скорбей, испытаний и искушений. Но чтобы мать семейства могла свято исполнить свои важные обязанности, ей необходимо: знание веры, искренняя вера, понимание любви Божией, любовь к Богу и неразлучная жизнь со Святою Церковью. У кого нет собственных детей, они могут посвятить жизнь чужим детям, часто бедствующим, заброшенным, осиротевшим, часто впадающим в грех по неведению. Спрашивают еще: где найти отдых от ежедневных забот и попечений? Странный вопрос для светского человека! Ведь столько в миру придумано развлечений и удовольствий, но надо признать, следовательно, что светские удовольствия не развлекают и не дают отдыха, а только денежно разоряют. Оно несомненно так; поэтому, пусть эти жены и девицы научатся истинной жизни у прежних христианок, у своих предков, которые находили покой и отдых в духовном чтении, в молитве, в церковной жизни, в благотворительности и в просвещении народа.

Возлюбленные сестры во Христе, – помогайте пастырям, служите – Господу! Аминь.

28. В неделю четвертую. O лечении верою

Ничего нет нужнее веры для человека. "От нее, говорит один из святителей, зависит не только блаженство будущей жизни, но и благополучие настоящей жизни, и не только благополучие каждого из нас, но благосостояние целых обществ. Исторгните солнце из мира: что будет с миром? Исторгните сердце из тела: что будет с телом? Исторгните истину Божию и Христову из человечества: с ним будет тоже, что с телом без сердца, что с миром без солнца. A закоснелый в неверии ум, как ночная птица, видит только во тьме неверия, любит только свои грезы и убегает от света истины, который жжет ему глаза!" (М. Филарет)

Ныне, как и в первые времена христианства, редко встречаются люди, которые отвергают силу веры, но спросите их в кого и во что они верят? Люди науки, слову "вера" часто придают значение или воображения или неразумия; так, самый безбожный человек и тот признает, что во многих лечениях помогает только вера. В устах некоторых лиц вера имеет совсем особый и недопустимый смысл, как например, у людей, не признающих Бога, убежденных, что мир создался химическим путем, по воле природы, которая есть ничто иное, как естественная наука, всем атеистам хорошо известная. Эти люди производят слово "вера" от глагола верить, например, слову профессора, научному выводу, на слово товарищу. И таким образом, оно получает смысл доверия. Другие, светские люди, готовые по временам поститься и молиться, но молящиеся больше, так сказать, нервами и впечатлительности воображения, чем душою, которая беспрестанно жаждет земных благ, также упоминают на каждом шагу о вере, придают ей духовное значение, но в их сердцах слово это имеет безотчетный смысл. Они верят одинаково всему и всем: Богу, врачу, рекомендованному им, книгам, газетам, небесным явлениям, колдунам, гадальщикам, знахарям и т.д. Они даже убеждены, что их вера именно и есть та самая, которая проповедуется в Евангелии. Если евангельский слепой говорил: "Господи, помилуй мя"!, думают они, и это доказывало его веру, за которую он был исцелен Христом, то почему те же мои слова не заслужат одинаковой милости? "Я верю по-своему", говорят также многие. Печальный результат безверия! Достойно удивления, что всех учат грамматике, дабы никто не писал по-своему, а по правилам; всем стараются дать правильное произношение, чтобы никто не говорил по-своему; правительство издает законы, чтобы все жили по правилам, а не по-своему; принято считать время и часы по правилам, а не по-своему; не дозволяется строить дома без применения строительных правил, чтобы они по-своему не разрушились бы, a веровать может каждый по-своему и это считается допустимым и чуть не законным. Вероятно, никакая власть не в состоянии запретить каждому заблуждаться по-своему!

Несомненно, что вера исцеляет болящих, но не всякая вера, а только истинная в Господа Иисуса Христа Сына Божия и такая вера не требует присутствия врачей и употребления их лекарств. Следует поэтому себе выяснить, что такое значит лечиться верою, кто лечится верою и что для этого требуется от болящего? Чтобы понять Св. Евангелие и уразуметь слова Христа Спасителя, явившегося на землю для избавления людей от вечных мук, надо перенестись всецело и во всех отношениях ко времени жизни Иисуса Христа. Если Он сошел на землю для спасения всего рода человеческого, прославился исцелениями всяких недужных и страждущих, был постоянно окружен множеством болящих, то возможно ли, чтобы Христос не учил народ, как и чем надо облегчать болезни и чем лечить свои недуги?

В то время иудеи жили по законам Моисея, не прощая никому обид, не имея понятия о любви и вера их была основана на скрижалях закона и явлении истинного Бога их пророку и вождю. Они твердо верили, что должен явиться Спаситель их, Мессия, обещанный им, но не допускали мысли, что Он сойдет на землю, явится миру, не так как являлся Бог пророку Моисею, с громом, землетрясением, огненной молнией, но в виде простого смертного человека и только по высоте и глубине учения Его, должны будут все современники узнать в Нем Сына Божия. Когда же Господь Иисус Христос вышел на проповедь и в Нем признали иудеи сына известных бедных родителей, живших в малом и ничтожном городе, то народ пришел в смятение. Христос в Своих речах равнял Себя с Богом и это казалось иудеям величайшим грехом и богохульством. Только весьма немногие, всматриваясь в черты Лица Иисусова, чувствовали сильное влечение к Нему; даже апостолы, будучи ежедневно свидетелями Его чудес, не были способны уверовать во Христа всем сердцем, слушали Его и не понимали, смотрели и не видели, но более дивились и не отдавали себе отчета в происходившем. В обращениях к Иисусу Христу они даже называли Его не по достоинству, именуя Учителем, Раввуни! В тоже самое время, какой-нибудь сотник Капернаумский, несмотря на свою рассеянную, военную жизнь, доходил до такой веры, что на обещание Христа прийти к нему и исцелить его слугу, ответил: "Господи, я не достоин, чтобы Ты вошел под кров мой; но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой; ибо я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: "пойди", и идет; и другому: "приди", и приходит; и слуге моему: "сделай то", и делает!" (Мф.8:5–13). Сотник не назвал Христа учителем, или пророком, но – Господом! Какой-нибудь прокаженный, увидев Иисуса Христа в первый раз, немедленно бросался Ему в ноги и восклицал: "Господи, если хочешь, можешь меня очистить!" Можно подумать, что такой прокаженный действовал под влиянием рассказов о чудесах появившегося пророка? Но он не называл его пророком, или учителем, но из глубины души воскликнул: "Господи!" и затем выразил полную уверенность, что стоит Ему пожелать его спасти и он будет чист.

Откуда явилась у него такая вера? Конечно подобная, истинная вера, рождается в людях только среди бесконечных и сильных страданий. Прокаженный, брошенный всеми на произвол судьбы, как распространяющий заразу, должен был глубоко чувствовать бессердечие людей и заботу о нем только одного Бога. Живя уже не плотью, а исключительно духовною стороною своею, он был одарен способностью познавать в людях дух Божий и сердце его почувствовало тотчас, что великий чудотворец никто иной, как Сам Бог, Мессия, обещанный еврейскому народу. И Христос, видя его веру, ответил: хочу, очистись! Такая же вера сказалась в расслабленном и в кровоточивой женщине. Сын Божий никому не говорил: "изволь, Я тебя исцелю или спасу", но совершая чудеса, добавлял: "вера твоя спасла тебя", или "да будет по вере твоей!"

Следовательно, возлюбленные, спасительна только собственная вера в милосердного и всемогущего Бога, а не в целебное свойство какого-нибудь лекарства или во врача. Спасительна та вера, которая не допускает сомнения и основана на духовном совершенстве человека.

Есть люди, которые повторением слов благоразумного разбойника, распятого вместе со Христом, стремятся выразить Господу свою сильную веру, но какая величайшая разница между словами этого человека, познавшего в крестных муках своих Сына Божия, невинно замученного и тоже распятого – и нашими теперь! Как смысл этих слов был велик на Голгофе, так он ничтожен в наших устах! Если от свидетелей земной жизни и страданий Христа требовалось в доказательство их веры признание в Иисусе Христе – Сына Божия, то от нас, учеников Христовых, требуется: отречение от мира, несение своего креста за Христом и сораспятие с Ним.

Поэтому, только истинные праведники лечатся спасительною верою. Они избегают обращаться за помощью к науке, ибо науку считают бессильною, сложною, не всегда сведущею, а благодать Святого Духа – могущественною и всесильною. Вот как праведники лечатся верою: при заболевании спешат причаститься Св. Таин, пьют св. воду, молятся. Зачем им другие средства, когда они знают, что спасительна только их внутренняя вера? Это говорил и учил Иисус Христос.

Итак, для исцеления от недугов, недостаточно одной уверенности или доверия. Недостаточно также в доказательство своей веры сказать: я верю в Бога. "И бесы веруют, что есть Бог и даже трепещут пред Ним", говорит св. апостол Иаков. Однако, кто назовет их верными? Следовательно, верить тому, что о Боге нам известно из Писания, это еще не настоящая спасительная вера: это одно лишь знание веры. Вера состоит в сердечном убеждении, что спасение рода человеческого действительно совершилось так, как проповедуется в Евангелии и что Господь мгновенно исполняет наши молитвы, исходящие из любящего и всецело преданного Ему сердца. Дело, без сомнения, не станет за милосердием Божиим, но нужно, чтобы оно не стало за нашею колеблющеюся верою! Истинно так. Да возвеселятся вси уповающие на Господа! Аминь.

29. В неделю святых отец. О жизни вечной

Молясь Отцу Небесному, Иисус Христос произнес: се же есть живот вечный, да знают Тебе единого истинного Бога и Его же послал eси Иисуса Христа! (Ин.17:3).

Что святые апостолы не поняли этих слов, пока не облеклись силою свыше и не просветились Духом Святым, совершенно естественно; но почему те же слова и ныне не разумеются ясно людьми, отнюдь нельзя объяснить недостатком просвещения. Вообще у большинства современных людей, будущая вечная жизнь не является сознательною целью настоящей земной жизни и как будто потому, что о ней ничего неизвестно и она совсем непонятна. Замечается единственная цель: наслаждаться земною жизнью до старости, пока есть энергия, рассудок, a затем навсегда заснуть. Желать же того, что неизвестно, им кажется безумием! Пусть же эти люди не обижаются, если мы скажем, что они стремятся к одной участи с животными.

Но Господь создал людей не по образу животных. Он дал им душу и свободную волю. Когда же эта воля привела их к грехопадению и осуждению, то Отец Небесный не пожалел для их спасения вочеловечить и предать мучениям до самой смерти Своего Единородного Сына. Воскресением Своим Христос уничтожил вечную смерть, положенную человеческому роду за грехопадение прародителей. Следовательно, Отец Небесный пожелал, чтобы его дети, находящиеся на земле, могли переселиться к Нему в Царство Небесное и были вечно с Ним. Наконец, ради совершенного Христом искупления, Отец Небесный ниспослал на апостолов и чрез них преемственно на всех христиан Духа Святого, дабы на земле утвердилась вера в Сына Божия, царствовала любовь к Богу и ближним и человечество познало тайны царствия Божия. Люди чрез Иисуса Христа воссоединились с вечным Богом и снова получили вечную жизнь. Как бы теперь не мудрили и не старались извратить закон Божий, но вечная смерть человеческих душ уничтожена и им неизбежна вечная жизнь! Вопрос только в том, стоит ли работать для временной жизни, когда предстоит вечная и где мы будем в этой вечной жизни?

"Наше жительство на небесах, писал св. апостол, откуда мы и Спасителя ожидаем, Господа нашего Иисуса Христа, Который уничиженное тело наше преобразил так силою, которою Он действует и покоряет Себе все, что оно будет сообразно славному телу Его" (Флп.3:20–21).

Ангелы и люди, как создания, имеющие душу и дух Божий в себе, пользуются высшим даром, а именно подобием Божиим и свободою. Следовательно, мы сами выбираем себе жилища и будем жить вечно там, где наши дела уготовят нам обитель. Добродетелями мы можем заслужить Небесное Царствие, где вечное блаженство и грехами – вечные муки в царствии диавола. Вечные муки хуже, чем вечная смерть!

Святой Варсонофий так объяснял своим ученикам земную жизнь: "вы пришли сюда не на покой, говорил он, а на скорбь, ибо так заповедано Господом апостолам: скорбь на земли и печаль имате (Ин.16:23). Если последуете Господу Иисусу, то и Он с вами пребудет; если же отвергните Его, то и Он отвергнет вас. Желающий получить благословение от Бога слушает Его, как Он Сам сказал: храняяй слово Мое не умрет во век (Ин.8:51). Ищущий же жизни вечные старается сохранить слово Его до пролития крови, т.е. отсекать волю свою, ибо никто, ища воли своей, не угодит Богу и не имеет части со Христом".

Многие же надеются, рассчитывают и предполагают, что милосердие Божие так велико, что покроет все их грехи, как бы они не грешили и все люди будут помилованы. Так думать, значит не понимать истины, правды Божией и учения Христа! Бог не может быть пристрастен в решениях, ибо Он совершен. Его милосердие было распространено до бесконечности в предании Единородного Сына за грехи человечества и заключается в путях Промысла для спасения грешников. Господь продолжает творить чудеса на земле для вразумления заблудших и призывает их к покаянию – скорбями, испытаниями, явлениями, снами, болезнями, лишениями, бедствиями и проч. Но кто не вразумляется до последнего часа своей жизни, тот будет осужден, ибо Господь справедлив и другим быть не может.

Итак, жизнь вечная в том, чтобы знать Единого Истинного Бога и посланного Им Иисуса Христа. Знать Бога значит любить Его, исполнять заповеди и слушаться Христовой Церкви. Земная наша жизнь должна быть началом вечной жизни и наше соединение с Богом в будущем веке опытно познается еще на земле, ибо Он и здесь должен быть для нас источником света, мира, радости и блаженства. Это чувствуется на молитве, когда наша душа всецело бывает обращена к Богу; тогда на сердце делается так легко, покойно, радостно и светло. Господь вечная жизнь наша, Господь избавление от вечной смерти! Будем же Ему одному служить, чтобы и вечно жить с Ним! Аминь.

30. В неделю первую всех святых. О вере и исповедании ее

Господь наш Иисус Христос сказал: Всяк убо иже исповесть Мя пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем Моим, Иже на небесех (Мф.10:32). Следовательно, исповедание Христа пред человеки есть необходимое, спасительное дело для истинного ученика Христова. Тот, кто только верует в сердце и таит свою веру, неугоден Господу. Почему же так, удивляются некоторые, разве Богом не признается одна вера без слов, без свидетельства пред людьми?

Святой апостол Павел дает на этот вопрос прямой и ясный ответ. Объясняя отношение между верою и исповеданием ее, он говорит: Сердцем веруется в правду, усты же исповедуется во спасение (Рим.10:10), т. е. сердечная вера приводит к праведности, а устное исповедание ведет ко спасению. Вот разница; следовательно, для праведности нужна сердечная вера, а для спасения, что больше праведности, необходимо устное исповедание. Вера и исповедание, конечно, две стороны одного и того же, ибо вера сокровенная в глубине сердца и обнаруженная во вне, пред всеми людьми, и словом, и делом, называется исповеданием; вера и исповедание – неразлучны. Что за вера, если она в благопотребное время не являет себя? И что за исповедание, когда оно только в устах, а не пребывает в сердце и не оправдывается в делах?

Святые отцы говорят так: "потребность является, как в истинной и твердой вере, так и в исповедании, произносимом с дерзновением, чтобы сердце украшалось несомненностью веры и язык просиял, проповедуя небоязненно истину" (Феодорит). "Сердце имеет нужду в устах: ибо что пользы веровать в душе и не исповедовать пред людьми? Хотя вера оправдывает в уме, но спасение зависит от исповедания, ибо тогда вера пользует многих. Но и уста имеют нужду в сердце. Многие исповедуют Христа лицемерно, а сердце их далеко отстоит от Него" (Феофил). Вера без исповедания есть вера притворная, скрытая, несовершенная.

Исповедание имеет свои собственные обязанности. По учению святых отцов, человек должен иметь не какую-нибудь веру, а именно одну, определенную, единую истинную веру. Если Бог – един, неизменен и человеческая природа одна, то и отношение между Богом и человеком – истинное может быть только одно, а потому и выражение сего отношения, т.е. исповедание истинное есть едино. Это-то единное и должен содержать человек, а иначе что же он будет вмещать в себе – ложь, мечтания и призраки? Подобный человек уподобляется нищему, который во сне видит, что он обладает несчетными сокровищами. Ложная религия есть посмеяние над людьми.

Всякий человек обязан испытать свою веру и увериться, истинна ли та вера, которой он держится и если она окажется ложною, то отыскать, где единая, истинная, которая ведет к истинному Богу и дарует вечное спасение. Христос, чтобы расположить слушателей к вере в Себя и Свое учение, говорил: Испытайте писания (Ин.5:39), а апостолы привлекали к вере тоже убеждением, а не насилием. Но как, спросите вы, увериться и каким путем испытать? Существуют два способа: внешний – научный и внутренний – путь веры. Первый необходим, но он не всеобщий, ибо в основании содержит знания, не для всех доступные; второй – путь веры, более доступный, искренний, живой и многоплодный, это усердная молитва к единому, истинному Богу о вразумлении. Таким путем испросили себе веру – Корнилий сотник и святая Великомученица Екатерина. Посмотрите на мир, кругом себя и увидите, что все искренно верующие веруют на таких основаниях и вследствие личного опыта, а не по науке.

Далее, имеющий веру истинную обязан всецело покоряться ей. Вера эта, говорят св. отцы, идет от Бога, есть Его царский указ к нам – подданным, объявленный с намерением и желанием, чтобы мы приняли ее и спасались ею. Поэтому, кто не покоряется вере, противится Богу, смертельно грешит и творит хулу на Святого Духа. Послушание веры требует, чтобы люди связывали свой разум и обязывали его соглашаться на все беспрекословно, что ни проповедует вера, но разум более всего противится этой покорности. Мы хотим все видеть, когда и ангелы, стоя пред престолом Божиим, не в силах смотреть на все и закрывают свои лица. Известно, что пытливость есть разорение веры.

Человек должен изучать самым делом свою веру, но только когда он с покорностью принимает все, что содержит его вера, а иначе что же выйдет: иметь веру и не знать ее, не знать во что веруешь? Это есть оскорбление и веры, и себя. Но что значит: познать свою веру? Это значит довести себя до состояния ясно, точно и определенно созерцать и высказывать те истины, которые содержит святая, православная вера; быть способным дать ответ всякому. Это не значить уметь разгадывать все тайны; нет, тайны навсегда останутся тайнами, но познавать свою веру означает принимать уроки святой веры, смиренно и беспрекословно.

Кто же узнал и возлюбил единую, истинную веру, тот может ли воздержаться от свидетельствования своей преданности ей? Как определил Сам Господь Иисус Христос: От избытка сердца говорят уста (Мф.12:34) и сего требует искренность убеждения. Поэтому, если кто боится жить открыто по своей вере, тот приводит в подозрение самую веру. В исповедании веры должна сказываться не только вера, но еще и твердая уверенность в истине, ибо вера бывает столь же различна, как и любовь. Христос же много прощал. только тем, которые возлюбили много.

Каждый из нас испытал, что малая, немощная, слабая и холодная вера весьма легко побеждается сомнениями и недоумениями. Например, мы знаем и твердо веруем, что Господь ненавидит вся делающие беззакония (Пс.5:6–7), но при виде беззаконников, лжецов, обманщиков или убийц, остающихся на земле ненаказанными, наш ум начинает бороть веру и доказывать, что Бог только стращает, но не наказывает, допускает нарушение основ нравственности. Не потому ли мы бываем злопамятны, мстительны, даже жестоки иногда, что в нас недостает уверенности в словах Божиих, что исполнится сказанное: Не мстите за себя, возлюбленные, пишет св. апостол (Рим. 12:19), но дайте место гневу Божию, ибо написано: мне отмщение, Я воздам, говорит Господь (Втор.32:35)? Не потому ли мы боимся за наших детей, за наши семьи, дела, обязанности и нужды, что не имеем уверенности в обещании Господа приложить все это, за наше попечение о своей душе? Следовательно, истинною и совершенною верою называется только та, которая имеет непоколебимую уверенность. Люди, обладающие ею, как например, святые отцы, мученики и другие подвижники, исповедовали Христа своими трудами, проповедями, всею своею жизнью, претерпеваемыми скорбями, страданиями, мучениями и даже самою смертью. Истинно так: ни любовь, ни правда, ни благодарность никогда не умолчат, а всегда будут исповедовать свою любовь, эту правду и сердечную благодарность. Так и вера, если она ясная, твердая, сознательная и воодушевляет человека, никогда не умолчит о истине Христовой, дабы прославить Его, по потребности своего сердца. Аминь.

31. В неделю двадцать пятую. О милосердии Лк.10:25–37

До христианства люди не знали никакой благотворительности. Если богатые помогали бедным, то отнюдь не из человеколюбия, а из целей житейских, политических, из честолюбия и славолюбия. Богатые как бы откупались от бедных, чтобы только последние их не беспокоили. Поэтому, ничто так не изумляло язычников, как любовь среди первых христиан. Этой любви они не могли понять. Христианская община была одним семейством и чадами единого Отца Небесного. Всякий служил другому и каждый молился за других. Все было у них общее и благотворительность сделалась насущною потребностью; даже бедные, ничего не имевшие, нарочно постились для того, чтобы сделать сбережение и пожертвовать его на общее дело. Каждый обязан был трудиться и считалось великим грехом, если христианин принимал милостыню без особой нужды.

Чрез XIX веков эта благотворительность приняла такие размеры, что современные христианские народы готовы признать свой век – "веком милосердия". Сотни тысяч детей, сирот, вдов, калек, болящих, неимущих, старцев и старух призреваются приходскими попечительствами, учреждениями, носящими или знак Креста, или основанными во имя Спасителя, Божией Матери и св. угодников. Но нельзя не согласиться, что современное христианское общество не сохранило святости и чистоты первых христианских общин, а потому и благотворительность ее несомненно имеет не тот характер. Если дело власти и общественных представителей проверять действия благотворительных обществ, то обязанность Церкви – замечать отступления их от Евангельского учения о милосердии и призывать общество на путь апостольских общин, руководившихся наставлениями Христа и первых Его учеников. Каждый христианин вообще обязан проверять свои взгляды, действия, оценивать свои поступки, a тем более дела милосердия.

Слово – "милосердие" весьма многознаменательно и имеет обширный смысл. Милосердие нельзя смешивать с значением слова – добро, польза, благотворительность; оно только подобно слову – "любовь". Когда законник спросил Христа: кто мой ближний? то Спаситель ответил притчею о милосердом Самарянине, объяснив этим, что только те люди могут считаться нашими братьями и сестрами, которые выражают свою любовь самоотвержением, личною помощью или трудом в нашу пользу. Затем Христос учил, что милосердие заключается в таких действиях, как накормить алчущего, напоить жаждущего, одеть нагого, утешить скорбящего, посетить больного или заключенного и наставить заблудшего. Во всем этом Господь требует личного труда, в доказательство любви нашей к ближнему. Кто хочет быть милосердым, тот должен быть братом. Что милосердие есть добродетель возможная для человека, Христос засвидетельствовал данною нам заповедью:

– "Будите убо милосерди, яко же и Отец ваш милосерд есть" (Лк.6:36).

Большое добро делает человек, подающий милостыню, жертвующий своими излишками, но это еще не милосердие. Так ли поступают брат с братом? Мы должны делиться с ближними не только излишками, но последним куском хлеба; больше того, на нас лежит долг подчас лишать себя любимого, привычного и отдавать это в пользу брата или сестры.

Каждый из нас, смотря на обширные здания богаделен, лечебниц или приютов, с чувством благоговения относится к памяти основателей за содеянное им добро, но иной вопрос: можно ли на каждом здании сделать подпись "дом милосердия". Ведь такой же дом можно выстроить на излишек капитала и не заботиться о нем; призреваемые поминают на молитве имя своего благодетеля, но часто жалуются на дурное обращение, беспечность управителей, на скверное содержание и на отсутствие милосердия. Люди часто нуждаются не столько в крыше, как в участии и теплоте сердечной. Кто благодетельствует и тем, и другим, тот истинно милосерд.

Величайшее добро посвятить свою жизнь образованию и воспитанию юношества, но если стоящие во главе учебных заведений будут относиться к воспитанникам не как к своим младшим братьям, которых надо подчас исправлять и наставлять, а начнут всех шаловливых и порочных исключать из заведений, то их никто не назовет милосердыми.

Милосерд тот человек, который делает добро недостойным, ибо достойным принадлежит не милость, а воздаяние, как плата за труд. Не тот только милосерд, который творит дела милости, но и который хочет делать добро, да не может, хочет помочь просящему, да не имеет чем. Милосердие есть плод любви, присущий ей, как теплота неразлучна с огнем.

Наконец, приводит ли нам в пример милосердие человеческое, когда имеем пред собою образ распятого Христа Спасителя, Бога нашего?..

Что видим мы, смотря на Христа? Бесконечное милосердие Божие. Каждая язва каждая капля крови, каждая черта измученного Лика – громко свидетельствуют, что добровольная жертва принесена по любви, по милосердию и каждый наш грех выстрадан, выплакан, омыт невинною кровью Самого Бога.

Что чувствуем мы? Что и ныне эта же кровь, по милосердию Христа, омывает такие наши грехи, за которые ни один земной судия, не помиловал бы нас и мы сами по справедливости обрекли бы себя тяжелому наказанию. Но Христос, за слово любви и покаяния, берет на Себя наши грехи и дарует братьям и сестрам свободу. Хотите понять и прочувствовать сердцем, что такое милосердие, смотрите на страдания и муки Спасителя вашего. Больше этой любви, выше этого милосердия не только никогда не увидите, но и не почувствуете... Аминь.

32. О духовном делании человеческого ума

Для убеждения человека, что он должен возложить все упование на Господа и не надеяться на себя, не требуется продолжительной жизни и большого опыт. Уже в детском возрасте, при изучении наук, опытно понимается эта истина, а юноши, вступающие в самостоятельную жизнь и совершающие промахи вследствие самонадеянности, скоро убеждаются умом и сердцем в необходимости возложить все свое упование на Господа. Но для нашей жизни и спасения недостаточно одного неверия себе и упования на Бога без труда и подвигов. Если по слову Христа для того, чтобы сделаться христианином, надобно родиться водою и духом (Ин.3:5), то несомненно, чтобы остаться христианином в продолжении всей жизни, людям также необходимо жить духом, духовною жизнью. А духовная жизнь состоит в постоянной борьбе ума, плоти и духа, в отречении во всем от мира, в непрестанном труде и подвигах. Как тело наше слабеет, если мы не будем двигаться и упражнять наши мускулы, так и душа и сердце теряют способность борьбы, если мы не будем упражнять ум и волю в духовной работе.

Ум человеческий стремится ведать истину и необходимо его упражнять, чтобы избавить от омрачения и неведения. Чрез упражнения он делается светел, чист и способен различать добро от зла и истину от лжи. Только светлый и чистый ум в состоянии уловить страсти и укрепить душу добродетелями; только ум, ведающий истину, может бороться против порока и страсти, ибо враг всегда прикрывается хитростью, неведением, ложными помыслами и призрачным добром. Но как достигнуть ведения, чистоты и светлости ума – спросите вы? Св. отцы указывают два способа. Первый и самый необходимый есть молитва. Помощью теплой и сердечной молитвы к Св. Духу мы получаем благодать, изливающую божественный свет в наши сердца, но при условии, что мы действительно будем искать единого Бога и воли Его и охотно подчинять себя совету опытных духовных отцов. Второй способ есть изучение слова Божия, писаний св. отцов, толкований великих святителей, т. е. приобретение суждений о вещах, о божественной истине, упражнения ума в суждениях правого разума и Св. Духа, а не так, как судит человеческое чувство и мир. Тогда мы получим ясное разумение, что все любимое развращенным миром есть суета и ложь; слава, честь, богатство и удовольствия мира – ни что иное, как суета и смерть души, а клеветы, поношения и хуления, которыми мир преследует живущих в Боге – это истинная слава; скорби мира, вследствие недостатка средств, лишения в удовольствиях, унижения самолюбия – есть радость для живущих духом, а не плотью; истинное великодушие есть прощение врагов, молитва за клеветников, потому что такими действиями и чертами мы получаем богоподобие. Не тот должен считаться сильным в мире, кто властвует им, но тот, который доказывает свою силу и власть тем, что отрекается от мира и его дел. Не те обнаруживают мужество и твердость духа, которые подчиняют себе великих и властных, повелевая ими, но охотно подчиняющиеся другим, из послушания ради Христа. Смиренное самопознание гораздо важнее, труднее и славнее, чем высокое познание наук. Один из святых старцев даже так выразился: "побеждение и умерщвление своих похотей и страстей, как бы они не были незначительны, заслуживают большей похвалы, чем взятие многих крепостей, разбитие полчищ, чем даже творение чудес и воскрешение мертвых".

Св. Антоний Великий говорит, что люди обыкновенно именуются умными по неправильному употреблению сего слова. Не те умны, которые изучили наречия и писания древних мудрецов, но те, у которых душа умна, которые могут рассудить, что добро и что зло; и злого и вредного убегают, а о добром и душеполезном радеют; эти одни должны, по истине, именоваться людьми. Истинно умный человек имеет одну заботу: во всем повиноваться и угождать Богу, благодаря за горя и скорби, веруя, что они бывают нам на пользу. Умен тот, кто Богу угождает и больше молчит, или, если говорит, то говорит немного и только нужное, и Богу угодное. Ум, находящийся в чистой и боголюбивой душе, истинно зрит Бога – нерожденного, невидимого, неизглаголанного – Единого Чистого для чистых сердцем. (Доброт. 1:62–64).

Господь сказал: на суд Аз в мир сей приидох, да невидящие видят, и видящие слепы будут (Ин.9:39).

Этих слов Христа не могли равнодушно выслушать гордые мудрецы, фарисеи и праведники мира. Гордость есть по преимуществу грех ума, также как смирение есть по преимуществу добродетель ума. По этому, добродетель эта весьма часто именуется в священном писании смиренномудрием. Что такое смиренномудрие? Смиренномудрие есть правильное понятие человека о человечестве (Еп. Иг. Брян. том 4); следовательно, оно есть правильное понятие человека о самом себе. Гордый человек смотрит на себя, как на самобытное существо, а не как на создание Божие; земная жизнь представляется ему бесконечной, смерть и вечность – несуществующими. Промысла Божия нет для него. Он признает правителем мира разум человеческий. "Быть глупым по природе не составляет вины, говорит св. Златоуст, а сделаться глуп от злоупотребления ума не позволительно и влечет за собою большое наказание. Таковы те, которые по причине своей мудрости много о себе мечтают и впадают в крайнее высокоумие. Если начало премудрости есть страх Господень, то начало глупости есть неведение Господа. Люди, увлекаемые гордостью и высокоумием, делают себе из своего ума – идола. Ничего нет опаснее такого состояния, ибо оно трудно врачуется и почти неизлечимо. Гордость ума гораздо бедственнее, чем гордость воли и вот почему: гордость воли поддается наблюдению ума, который может настоять на подчинение себе воли, но когда ум горд и утверждает, что его мысли и суждения неоспоримы, лучше других, то кто и что может заставить ум подчинится? Поэтому св. апостол и писал: "если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым" (1Кор.3:18).

Итак, духовная работа уничтожает неведение ума, столь опасное для человека, но да страшится христианин противоположного недуга – многоведения и праздного любопытства, ибо в числе необходимых ведений могут быть приобретаемы стараниями врага спасения непотребные, суетные и вредные, которые только обессиливают ум. Враг обыкновенно скрывает свою горечь под видом сласти и создает призраки привлекательные и красивые, дабы обольстить умы подражанием истине. Диавол покушается победить сильных и крепких духовной жизнью – через ум, чтобы овладеть и умом, и сердцем. Для этого он обыкновенно влагает в них мысли высокие, тонкие, изумляющие самого человека и окружающих; скорее других поддаются этому обману остроумные люди. И увлекаясь своими высокими помыслами, они забывают блюсти чистоту сердца и смирять свой самодовольный ум. Истинно духовные люди, чтобы избежать высокоумия, не относятся страстно к делам и событиям мира, не прикладывают к ним своего сердца и поэтому, имеют вид отсталых, несовершенных людей. Как говорит св. Василий Великий: "да будет тебе горьким вкушением слышание мирских вестей и сотами меда – сказание мужей преподобных". Аминь.

33. О борьбе с воображение

Памятью и воображением сохраняется в человеке все чувственное, которое он видел, слышал, обонял, вкушал и осязал. Поэтому в жизни нашей должны иметь большое значение и память, и воображение, как силы, ведущие наше сердце по тем же хорошим или опасным путям, по которым шла наша жизнь в прошлом. Но так как строй светской жизни извращает наши внешние чувства, то не трудно понять какое величайшее зло приносят людям эти могучие силы – память и воображение, сохраняя в уме и сердце столь много греховного, пагубного и так мало светлого и спасительного. В виду этого, человеку необходимо бороться ради спасения, с памятью и воображением, более чем со страстями и своими явными недостатками.

Воображение есть сила неразумная. Оно действует механически, как выражаются св. отцы картинно, искусственно по законам сочетания образов. Эта деятельность соответствует только такой светской жизни, которая сама искусственна и не имеет свободы. Воображение отвлекает людей от Бога, направляя внимание на все суетное, греховное и возмущает в человеке мирный дух и доброе настроение. От воображения мы страдаем не только на яву, но и во сне. Таким образом, сохраняя в уме и сердце нашем все чувственное, плотское, воображение препятствует восхождению к Богу в духовной жизни, рассеивает мысли и оскверняет их нечистыми помыслами, воспоминаниями о прошлых падениях и наслаждениях. Это раздражает, отымает покой и лишает благодати. Для духовной жизни воображение есть сила вредная и пагубная.

Однако если в светской жизни воображение приносит не только вред, но и добро, когда оно направляет человека к представлению о блаженстве будущей жизни, помогает перенестись в небесный мир, то почему же в духовной жизни воображение только вредно?

Потому, что Вездесущий, Всемогущий и Всеправедный Бог – превыше всего и вне всякого воображения. Следовательно, воображение не может соединить человека с Богом. Это доказало падение ангела, возмечтавшего быть равным Богу и превратившегося в диавола. Он наполнил ум свой воображаемыми образами и сделался изобретателем этой силы, которой диавол пользуется для погубления людей. Святые отцы говорят, что демоны чрез воображение входят в человеческие души и превращают их в жилища злых и богопротивных помыслов. Ум первого человека, пишет св. Максим, был чистый, безвидный и чувственные предметы на него не действовали, но человекоубийца – диавол, как сам пал от мечтания о богоравенстве, так довел и Адама до того, что он стал мечтать о том же. После того, как человек ниспал в такое мечтательное состояние, всякие страсти родились в нем и он погряз во лжи. По выражению св. отцов, человек "наполнил нравоучение разными обольщениями, физику – многими лжеучениями, богословие – непотребными и нелепыми догматами и баснями. В человеке должна работать высшая сила души – ум, который и следует прежде всего очистить от страстей и воображаемых образов. И что особенно многобедственно, что они эту свою ложь заключили в объятия, держат крепко, как истину, выражающую действительность.

Возлюбленные! Не ясно ли, что не только духовные люди, желающие быть свободными от страстей, заблуждений и козней врага, должны мужественно бороться с воображением, но все люди – светские, двигатели наук, воспитатели юношества и государственные деятели, должны также вести внутреннюю брань с памятью и воображением всего чувственного дабы обнажить умы от нечистоты и воспринять истину, чрез озарение божественным светом! Свет Христов просвещает всех! Как учат св. отцы: "подвизайтесь хранить свой ум бесцветным, безобразным, безвидным и чистым, как создал его Бог"

Это достигается только одним: заключением ума в своем сердце. Надо возвратить ум, витающий в внешнем мире, в прежнее и естественное свое жилище для того, чтобы он исполнял свое назначение, молился вместе с сердцем, внимал действиям сердца, созерцал Бога, успокоился в Нем и таким образом, избавился от страстей, грехов и лжи. Для этого требуется заключить ум в тесное место, внутрь человека, дабы он не мог рассеиваться и развлекаться. Когда змий собирается сбросить с себя кожу, то он идет в тесное место и пробирается с усилием сквозь него. Так и ум, стремясь на путь спасения, пробирается сквозь сердце, с помощью непрестанной молитвы, совлекает с себя одежду воображения и делается чистым, светлым и годным к единению с Богом. Как лучи солнца бывают ослепительнее и более жгучи, когда их собирают в одну точку, так и ум, сосредоточенный в своем сердце, делается светоносным и пожигающим воображаемые образы. Этим путем, многие неученые и неграмотные сподобляются даров Св. Духа, ибо Сам Христос сказал: исповедаютися, Отче, Господи небесе и земли, яко утаил eси сия от премудрых и разумных и открыл еси та младенцем (Лк.10:21), т.е. славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл младенцам.

Что ум наш должен быть заключен в сердце, это ясно потому, что страсти и помыслы кроются, по слову Христа, в сердце, откуда исходят и борют нас. Св. Григорий Богослов и многие другие св. отцы учат, что враги наши укрываются около сердца, ибо Господь Сам сказал, что после крещения нечистый дух исходит из человека и опять возвращается в него, когда находит сердце свободным от благодати.

Итак, непрестанная молитва, помышление о Боге, о Царствии Небесном и пребывание человеческого ума в своем сердце, способствуют очищению его и души от страстей, просвещению истинным светом, приобретению положительных знаний и помогает работе, добыванию средств к жизни, исполнению хотя бы многочисленных обязанностей. Если же ум витает во внешнем мире, увлекается воображаемыми образами и чувствами, то он бесполезен ближним, вреден себе и бесплоден в жизни.

Имеющие уши да слышат, умом да разумеют и сердцем да познают великую истину, раскрытую Духом Божиим для всех, желающих сознательно следовать по указанному Господом пути.

О, Боже! Правда Твоя – правда во век и закон Твой – истина! (Пс.118:142) Аминь.

34. О беседах

Многие люди оправдывают свои грехи потребностью естества, хотя страсти вовсе не составляют присущей естеству потребности и этим оправданием они прикрывают от своего взора и наблюдения лишь действия врага спасения. Так, например, глаз создан, чтобы смотреть, но если он смотрит лукаво и с целью доставить удовольствие какой-нибудь страсти, то вина не может быть приписана потребности естества. Дар слова есть величайший дар и составляет потребность человека для выражения чувств, для обмена мыслями, впечатлениями и разговора, но ничем нельзя принести больше вреда ближним и ни от чего нельзя так легко погибнуть, как от многословия, которым враг пользуется хитро и особенно удачно для уловления людей в свои сети. Поэтому в Писании говорится: "смерть и жизнь во власти языка и любящие его вкусят от плодов его" (Притч.18:21). "Кто хранит уста свои, тот бережет душу свою" (Притч.13:3). Св. апостол Павел пишет: "слово ваше да будет всегда с благодатью, приправлено солью" (Кол.4:6). "Дети мои, восклицает св. апостол Иоанн, станем любить не словом и языком, но делом и истиною!" (1Ин.3:18).

Беседы должны доставлять людям пищу для ума и души, а также научение удовольствие, отдых и покой. Но светские люди получают ли все это обыкновенно и не замечают ли сами, что их беседы редко обходятся без осуждения и злословия? Пусть проверят себя мирские люди после обычного светского разговора и вникнут в свое внутренне состояние. Вряд ли они найдут в сердце своем покой и удовольствие, а скорее пустоту и скуку. В миру, по-видимому, было так во все времена. "Мы стали болтливы, говорит св. Златоуст, в нашей душе не держится ничего. Мы готовы на обвинения, скоры на осуждения; друг друга угрызаем друг друга терзаем, оскорбляя, обвиняя, клевеща, завидуя славе ближних. Не знаю, откуда вошла в людей эта болезнь".

Великий старец св. Варсонофий так наставлял своих учеников: в беседе все мы должны говорить весело, а внутри себя иметь серьезный и дельный помысел. Во время беседы необходимо проверять себя: говорим ли мы со смирением, рассудительно и безмятежно. Если нет, то важно прервать разговор. Только совершенные люди бывают совершенно внимательны к себе, подобно художнику, который несмотря на беседу с кем-нибудь, занимается одновременно своим делом и его ум всецело обращен к занятию. Плохой художник, беседуя во время работы, подвергает опасности свое произведение, так и собеседник, предающийся всецело веселости. Веселость в беседе не должна доходить до безумного смеха; слово безумных бывает смущено и лишено благодати, а страх Божий – чужд всякого смущения, беспорядка или смеха. Поэтому, прежде беседы следует утвердить себя в страхе Божием и тщательно вникнуть в свое сердце. Если же враг преследует нас и смущает, думая уловить и низложить нас, то не следует ослабевать в борьбе. Сказано: Седмерицею падет праведный и восстанет (Притч.24:16). Кто восстает, тот несомненно подвизается и призывает Имя Божие, ибо где Бог, там все благое. Воздержанная беседа и молчание скорее успокоят, чем свободное и веселое слово. Свободное слово равняется свободному обращению; увлекаясь им в разговорах, мы забываем о влиянии его на слушающих, на нас самих, а главное на окружающую молодежь. Свободное слово рождается от забывчивости и чаще от разнузданности. Чтобы не превзойти меры болтливости, веселости и многословия, необходимо думать о том, какой приносится вред пустыми беседами и убедиться, что ими ничего не приобретается, а все теряется. Бывают веселые и безгрешные разговоры, но не следует также увлекаться и бесполезными беседами, дабы от многословия не впасть во вражью сеть; от многословия легко рождается злословие. Однажды трудящийся инок пришел к своему руководителю, святому старцу и спросил его: "авва, скажи мне, как спастись?" Старец ответил ему: "если ты хочешь спастись, то когда придешь к кому, не начинай говорить, пока не спросят тебя".

Не удивительно ли, возлюбленные братья и сестры, насколько велика наша забывчивость в мирской жизни, вообще. Ведь мы совершенно забываем, что за каждое праздное слово отдадим ответ и это не предположение, не человеческое решение или постановление, а слово Самого Господа и не угроза. Иисус Христос сказал: Глаголю же вам, яко всяко слово праздное, еже аще рекут человецы, воздадят о нем слово в день судный (Мф.12:36). Как сказано, так и будет!

Спросите тех, которые испытали горя, скорби, болезни, бедствия и неудачи: что доставляло им истинное успокоение и наслаждение? Они скажут: духовные беседы и чтения священного писания, которое не от человека, а от Духа Святого. Но не думайте, возлюбленные, что дозволительно, вообще, со всеми вести духовные беседы; это даже запрещается. Святой Антоний Великий так говорит: "не со всяким веди беседы о благочестии и добром житии. Не по зависти говорю так, но думается мне, что пред неразумным ты покажешься смешным. Подобное подобному сочувствует, а для таких бесед немного слушателей, или вернее, они очень редки" (Добр.1:78). Еще сильнее пишет св. Григорий Богослов по этому поводу: "памятовать о Боге необходимее, нежели дышать, но любомудрствовать о Боге можно не всякому, не всегда, не пред всеми; должно знать когда, пред кем и сколько. Таким образом, запрещаю не памятовать о Боге, но богословствовать непрестанно. Говорить о Боге – великое дело, но гораздо больше – очищать себя для Бога. Учить дело великое, но учиться дело безопасное. Для чего представлять из себя пастыря, когда ты овца? Если ты о Христе муж, чувства у тебя обучены, и имеешь ясный свет ведения, то вещай Божию Премудрость и притом, когда откроется случай и будешь на это иметь поручение. Говори, когда имеешь нечто лучшее молчания; но похвально об ином говорить, иное только слушать, иное одобрять, а другое отвергать, но без огорчения".

Многие святые отцы учат, что беседовать ради Бога хорошо и не беседовать Бога ради также хорошо. Что бы это значило? Это значит, что беседуя о духовном, можно легко говорить по страсти, берясь за объяснение непосильного, возвышая себя, повествуя о своих подвигах, доказывая, что Бог даровал высшее разумение и т.д. Только беседа не по страсти хороша, ибо говорящий таким образом Бога ради говорит. Когда кто видит, что хочет сказать по страсти, то хорошо сделает, если промолчит, ибо он умолчит Бога ради. "Если хочешь говорить по Богу, наставляет великий Варсонофий, не заботься о том, что сказать; иначе ты не исполнишь заповеди, но предоставь это дело Богу и Он вложит в уста твои, что сказать для пользы. Бог силен препоясать нас немощных силою (1Цар.2:4). Нам следует помнить, что мы не делатели того, что говорим и, осуждая себя за это, беседующие должны чаще призывать Бога, говоря: "Господи! не осуди меня, говорившая братьям". Когда же беседа бывает по любви к Богу, то она не подает соблазна, а служит в назидание, согревает сердца. Беседа не по Богу холодит сердца, а всякая холодность исходит от диавола.

И так возлюбленные братья и сестры, скажу вам словами св. апостола: "дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною! Аминь.

35. О непрестанной молитв

Господь наш Иисус Христос сказал Своим ученикам: Бдите убо на всяко время, молящеся (Лк.21:36), т.е. бодрствуйте на всякое время и молитесь. Святой же апостол Павел писал Солунянам: Непрестано молитеся (1Сол.5:18).

Непрестанная молитва есть наилучшее оружие против врага, искушений его и доставляет человеку высшее, духовное наслаждение. Пусть не думают мирские люди, что это занятие сверхъестественное, отстраняющее от работы, исполнения обязанностей и потому вредное. Во все времена были споры о непрестанной молитве и многие впадали в ошибки. Некоторые, как Ориген, признавали добрые дела за молитву; другие укоряли монахов, уклоняющихся от труда, под предлогом молитвы; третьи судили о молитвенном подвиге, смотря на так называемых Евтихов, которые образовали секту и тщеславились тем, что непрестанно молятся. Эти сектанты действительно избегали труда, питались милостынею и сонными бродили по улицам. Разумеется, всегда было довольно людей, неправильно и бессмысленно исполнявших мудрую апостольскую заповедь о непрестанной молитве.

Но во все времена в христианстве обретались и настоящие молитвенники, которые именовали непрестанную молитву умной молитвой. Кроме церковных молитвословий, установленных для поддержания и возбуждения молитвенного бодрствования, святые старцы, живущие созерцательною жизнью постановили в известные часы дня произносить возможно чаще одну излюбленную каждым молитву. Так Палладий рассказывает о монахах, которые совершали молитву до 100 раз в день, а авва Павел, живший в пустыне, совершал ежедневно 300 молитв и, чтобы не ошибиться в счете, клал за пазуху 300 камней и при совершении каждой молитвы выбрасывал по камню. Однако, этот подвижник Павел узнал что в соседстве с ним проживала благочестивая дева, которая пять дней в неделю постилась и ежедневно совершала 700 молитв. Были святые, которые молились кряду несколько суток или проводили на молитве все ночи, в продолжении недели, до восхода солнца и потом только отдыхали. В древние времена в Египте жил преподобный Лукий, отличавшийся строгостью жизни, трудолюбием и ясным пониманием слова Божия; к нему пришли однажды люди, которые все спасение полагали в одной молитве и Лукий, между прочим, спросил их: "каким они занимаются рукоделием?" Они ответили, что не занимаются работой, но непрестанно молятся по заповеди апостольской. "А вы едите?" спросил старец. "Конечно," – ответили они. "А вы спите?" – еще спросил Лукий. "Как же не спать!" воскликнули молитвенники. "Кто же за вас молится, когда вы едите и спите?" – продолжал говорить старец. Они, конечно, не могли дать ответа. Тогда преподобный объяснил им, что они проповедуют неправду и можно непрестанно молиться, занимаясь рукоделием. "Например, я плету корзины из камыша, сказал Лукий, и читаю: помилуй мя, Боже... Разве это не молитва?" – "Молитва", ответили слушатели. "Так я провожу день в труде и молитве, пояснил преподобный, зарабатываю деньги, из которых половину даю нищим; они же за меня молятся, пока я ем, или сплю".

Непрестанная молитва есть наивысшая премудрость и она не заключается в словах, в чтении вслух, или в поклонах, в стоянии перец иконами, а требует только, чтобы мы везде и всегда помятовали о Боге, все предпринимали с мыслью о Нем и все совершали во славу Божию; тогда вся наша жизнь будет непрерывною и непрестанною молитвою. Эта молитва необходима каждому христианину для спасения, а не только одним монахам, как это понимается в миру. Кто хочет отрешиться от греха, стремится к уединению в своем сердце, с любовию ко Христу, кто добивается устроить монастырь или пустыню в себе самом, тот всего этого не достигнет без навыка в непрестанной молитве.

Чтобы заставить ум и сердце непрестанно памятовать о Боге, опытные духовные старцы избрали одну молитву и установили правила для ее произношения. Это установление весьма просто: надо стать своим умом в сердце, т.е. сосредоточить свои мысли и желания в собственном сердце, лишить ум рассеянности и заставить его предаться сердечным чувствам и тогда, став пред Господом, произносить Иисусову молитву: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного! Так молиться всюду, у себя дома, в пути, во время работы, в храме, всегда и везде, весь день.

На первый взгляд, подобное правило кажется неисполнимым, но непрестанная молитва зависит только от навыка и тогда она не препятствует никаким обязанностям и занятиям, потому что молиться можно мысленно и еще лучше иногда, чем устно.

Святые старцы, да и многие живые молитвенники, свидетельствуют, что это дело благое и стоит потрудиться над обучением себя непрестанной молитве. Отец Парфений Киевский, известный в свое время подвижник, картинно объяснил, что эта спасительная молитва бывает сначала трудовая, делательная, но если кто не поленится над нею, то она становится и самодвижною, начинает сама твориться и походит на ручеек, журчащий в сердце. Словом, непрестанная молитва приводит молящегося к тому, что сердце само молится, a тело трудится и совершает свое дело. Нужна привычка и потребность в непрестанной молитве, а сердце начинает жаждать такого подвига, как своей сладчайшей пищи. Подобная молитва очищает сердце человеческое от всего греховного и привлекает в него благодать Божию, вследствие чего весь человек перерождается и становится духоносным, просвещенным истиною Христовой и имеющим духовное зрение.

Возлюбленные братья и сестры! Ведь это блаженное состояние для человека! Так жить и трудиться всегда весело и отрадно, но уразуметь все сказанное могут только те, которые на опыте убедятся в справедливости слов и показаний христианских подвижников. Ни от кого не отнята возможность достигнуть непрестанной Иисусовой молитвой этого блаженного одухотворения и вкусит сладость приближения сердцем к Господу Христу. Да поможет и нам Сын Божий решиться на подобную молитву, чтобы познать истину и не разлучаться во временной жизни на земле с Ним, Сладчайшим Иисусом, по предстательству Владычицы нашей Богородицы и Небесных Сил. Аминь.

36. О непрестанной молитве

От христиан требуется не только частая, умная, ежедневная, но и непрестанная молитва. Она заповедана нам святым апостолом Павлом, который писал: непрестанно молитеся (1Сол.5:18), и Самим Господом нашим Иисусом Христом, сказавшим: бдите убо на всяко время, молящеся, т.е. бодрствуйте на всякое время и молитесь.

Кто понимает земную жизнь, влияние злого духа на мир и видит грозящие ежеминутно человеку опасности, тот не удивится необходимости следовать святой заповеди о непрестанной молитве, ибо людям нужна столь же непрестанная помощь Божия. Без этой помощи, без влияния благодати на нас, мы делаемся способными на всевозможные грехопадения и на все смертные грехи. Чтобы спастись, одно средство: бодрствовать на всякое время и молиться, т.е. непрестанно призывать помощь Божию.

"Такая молитва, говорят св. отцы, есть врачевание, убивающее не только страсти, но и самое действие их. Как врач пользует пластырем рану больного, причем страждущий не знает, как происходит излечение, точно так Имя Божие, будучи призываемо, убивает все страсти, хотя мы и не знаем, как это совершается" (Св. Варсонофий).

"Молитва не в том только состоит, говорит Святитель Тихон Задонский, чтобы в известный час стоять и кланяться телом пред Богом и читать написанные молитвы, но в том, чтобы молиться на всякое время и на всяком месте – умом и духом. Можешь возносить ум и сердце к Богу и просить от Него милости и помощи хотя, сидя, лежа, едучи, сидя за трапезою, совершая дела, в уединении и в народе, ибо Бог везде и на всяком месте".

Но мирским людям непрестанная молитва кажется неисполнимою, непонятною, вовсе не обязательною и составляющею принадлежность монахов, затворников, схимников, а не тех людей, которые заняты постоянно умственными работами и должны для отдыха проводить свободное время в удовольствиях и развлечениях. Прежде чем сомневаться в возможности и пользе непрестанной молитвы, следует, конечно, испробовать и испытать ее; тогда сомневающиеся убедятся, что сердечная молитва не только не мешает, но способствует работе, хотя бы она совершалась не одними руками, но и умом. Можно призывать Господа не только устами, но одним сердцем, в особенности во время чтения и занятий. Господь ведь Сердцеведец и взирает только на сердце. Если же кто занят такой работой, что ему нельзя тайно призвать имени Божия в своем сердце, что вряд ли справедливо, а только возможно вспоминать о Боге, то и это достаточно, ибо заменяет молитву. Следовательно, во время работы или беседы, прежде работы и после беседы, т.е. во всякое время и во всяком месте, можно и должно призывать себе на помощь Имя Божие. Только такая постоянная молитва заставляет нас жить на земле небесною жизнью, способствует достижению этой главной цели в христианской жизни, ибо соблюдает нас в чистоте, избавляет от врагов и искушений, делает терпеливыми и сильными для испытания и, наконец, согревает сердца.

Пусть же никто из христиан не думает, что только одним монахам надлежит непрестанно молиться; нет, все христиане обязаны исполнять эту заповедь. Константинопольский патриарх Филофей пишет в житии св. Григория Солунского, что последний имел возлюбленного друга, некоего Иова, человека простого и добродетельного, с которым беседуя однажды, он коснулся непрестанной молитвы и необходимости учиться ей мирянам. Долго беседовал Святитель и приводил в доказательство слова св. Григория Богослова, что "всем христианам надлежит чаще поминать в молитве Имя Божие, чем вдыхать воздух", но старец Иов не убедился. Когда же потом Иов молился наедине в своей келлии, ему явился Ангел, посланный от Бога, с укором, что он спорил со святым Григорием и противился явному делу, от которого зависит спасение христиан. Ангел возвестил Иову от Лица Божия, чтобы он впредь внимал себе и остерегался говорить что-либо против этого душеспасительного дела и даже в уме своем не держал бы противного помысла и не позволял себе мудрствовать. Иов тотчас поспешил к св. Григорию, упал ему в ноги, попросил прощения и открыл все, что ему сказал Ангел Господень.

Возлюбленные! Бог не заповедовал нам, конечно, ничего невозможного, а все только то, что мы в состоянии делать. Если бы непрестанная молитва была невозможна, то не нашлось бы в мире столько лиц, который исполнили спасительную заповедь. Отец св. Григория Солунского, дивный Константин, жил при дворе, назывался отцом и учителем царя Андроника, ежедневно занимался государственными делами, кроме своих обязанностей по семье и большому имуществу, и при всем этом был неотлучен от Бога и привязан к непрестанной, умной молитве.

"Не говори мне, пишет св. Златоуст, что для человека, занятого делом, невозможно проводить целый день в молитве. Можно и как легко. В молитве нужны не столько звуки, сколько мысль; не воздеяние рук, но возношение ума, не наружный вид, но внутренней смысл. Можно, идя на площадь, ходя по улицам, творить продолжительные молитвы; можно сидящему и занимающемуся работой посвящать Богу дух свой".

Какую же молитву св. отцы называют умной, непрестанной? Когда молящийся, собрав ум внутрь сердца, оттуда не гласным безмолвным словом воссылает к Богу молитву свою, славословя Его и благодаря, сокрушенно исповедуя пред Ним грехи свои и испрашивая у Него потребных себе благ духовных, душевных и телесных. Не словом только надо молиться, но и умом, и не умом только, но и сердцем, да ясно видит и понимает ум, что произносится словом, и сердце да чувствует, что помышляет при этом ум. Умною молитвою принято называть Иисусову молитву: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго! Святые отцы в своих правилах меняют некоторые слова, чтобы молитва была и за ближних и прошения принимались по ходатайству Матери Божией, а для этого произносят так: Господи Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй нас грешных, или Богородицею помилуй мя грешного!

Не забывайте же, братья и сестры, этой заповеди Христовой и Апостольской. Упражняйтесь в непрестанной молитве, изучайте это важное дело, ради спасения ваших душ. Всякое дело сначала трудно, но когда навыкнете, то познаете, как сладко Имя Господне! Св. апостол Павел не стал бы нас обязывать молитвою, если бы это было крайне трудно и невозможно. Будемте телом работать и в это время духом молиться! Внешний наш человек пусть исполняет свои житейские дела, а внутренне пусть будет весь посвящен на служение Богу. Это ангельское житие, ибо ангелы не имеют голоса, но умом приносят Богу непрестанное славословие; в том состоит все их дело и этому посвящается вся их жизнь. Вкусите и видите, яко благ Господь! Аминь.

37. О современном мученичестве

Господь наш Иисус Христос сказал: Блажени есте, егда поносят вам, и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы лжуще Мене ради. Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех! т.е. блажены вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправильно злословить за Меня; радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах! (Мф.5:11–12).

Некоторые могут подумать, что наставление Господа не страшится ненависти мира не относится к ним и дано совсем не для наших времен и обстоятельств. Мы не живем ныне, скажут они, среди врагов и гонителей христианства, как жили первые последователи Христовы; мы живем христиане между христианами; мир, который некогда ненавидел христианский род, в продолжении времен, сам переродился в мир христианский.

Выслушаем же, возлюбленные, неподражаемое слово по этому поводу великого святителя Митрополита Филарета Московского. Так, говорит он, мир действительно побежден, однако не уничтожен; он еще жив и по прежнему ненавидит тех, которые – Христовы, или стараются быть таковыми. Мир, побежденный верою, плененный в ее послушание, допущенный по сему в область ее, неприметно внес в нее с собою и распространил в ней свой собственный дух; таким образом, сей враг Христа и христианства очутился в пределах самого христианства, прикрывшись именем христианского мира, он действует свободно и учреждает себе мирское христианство; старается обратно переродить сынов веры в сынов мира, сынов мира не допустить до возрождения в истинную жизнь христианскую, а на непокорных ему вооружается ненавистью, лукавством, злословием, клеветою, презрением и всяким оружием неправды.

Тем, которые истинно Христовы и желают убедиться, как ненавидит мир и ныне, всегда это можно испытать на себе. Чем они будут совершеннее и приметнее для мира, тем скорее возбудится ненависть. Пусть они обратятся к премудрым и разумным века сего, например, с учением о премудрости Божией, или о повреждении человеческого естества, или о внутреннем человеке, или о жизни созерцательной, или о действии Святого Духа; чем они будут глубже излагать это бесконечно глубокое учение, тем разумные будут менее разуметь его и тем скорее, вследствие уверенности в превосходстве своего ума, они презрят их, как опасных учителей. Пусть кто – либо из состоятельных отважится, с полною христианскою решимостью, отвергнуть пышность и роскошь, забавы и зрелища, раздать имение нищим, решится жить исключительно церковью, какими уязвляющими взорами будут люди преследовать этого беглеца. Сколько стрел остроумия, или справедливее острого безумия на него посыплется! Нет сомнения, что найдутся люди, которые усомнятся в его здравомыслии потому только, что он решился мыслить и поступать по христиански, не применяясь к миру и его ложным понятиям.

Но, может быть, ненависть мира не есть еще мученичество? В таком случае определим: что значит поносить за веру и верность Христу? Это значит: бранить, насмехаться, издеваться, как поносили Самого Христа, называя Его самарянином и беснующимся и как смеялись над Ним, когда Он висел на кресте для спасения людей. Что значит быть изгнанным за правду? Это значит: быть лишенным общения с людьми, преследованным, угнетенным. Под правдою надо разумеют всякую добродетель, а гонителями ее бывают люди, преданные греху и нечестию. Так как ревнители благочестия и добродетели служат им обличением, то они делаются нетерпимыми. Св. Апостол Иоанн пишет, что всякий, делающий худые дела, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его, потому что они злы(Ин.3:20). Это ли не мученичество – подвергаться брани, насмешкам, издевательствам, быть лишенным общения с людьми, испытывать преследования, угнетения, лишаться средств к существованию, повергаться в нужды, беды, болезни? Это ли не медленная смерть, не тиранство, не терзание, которыми обусловливается мученичество? О существовании мученичества можно судить и по страху, который имеют некоторые люди к ненависти мира. Они угождают миру из малодушия и чтобы не подвергнуться этой ненависти. Люди, которые кажутся основательными и благоразумными, позволяют себе совершать дела легкомысленные и житейские; желающие быть честными людьми допускают себя впадать в дела бесчестные. Подчиненные, боясь потерять расположение начальников, подражают их дурным поступкам.

Чтобы понять, почему это так делается до ныне, почему мученичество современно нам, надо вникнуть в вопрос: кто эти мучители? Действительно, кто может среди самого христианства воздвигать вражды, раздоры, смятения, ненависти, гонения? Тот, кто наполнил первые века христианскими мучениками. Тот, который не давал покойного дня в жизни столпам православной церкви; кто терзал Василия Великого, Григория Богослова; кто несколько раз изгонял Афанасия, заточил Златоуста. Кто же производил и производить такие ужасы, как не мир, некогда побежденный верою нашею, но потом, о горе и бесславие христианству! – не редко побеждающий в нас веру нашу, не по ее немощи, но по нашему расслаблению и малодушию...

Вси хотящие благочестиво жити о Христе Иисусе, гоними будут, говорит св. Апостол(2Тим.3:12). Следовательно, гонимы будут все истинные христиане до скончания века; будут страдать от скорбей, печали, искушений, клеветы и бедствий, страданиями мира. Мы не должны смущаться таким порядком вещей. Человеку, который борется со злом, говорит Златоуст, не возможно не испытывать скорбей. Борцу нельзя предаваться неге, воину невозможно пиршествовать в сражении. Поэтому, пусть никто из находящихся в борьбе не ищет покоя, не предается наслаждениям. Настоящее время есть время борьбы, сражения, скорбей, воздыханий, есть поприще подвигов. Время покоя будет после; а теперь – время усилий и трудов. Праведники терпят бедствия для их испытания, a грешники – в наказание за свои грехи. Тот, кто знает священные писания, как должно знать, не соблазняется ничем случающимся, все переносит мужественно, иное принимает верою и приписывает непостижимому Промыслу Божию, а для иного видит основания и находит примеры в писаниях.

Вражда, гонения, мученичество – дело не новое, а потому Христос и учит взирать на это равнодушно, без страха, смятения и говорит нам: Аще мир вас ненавидит, ведите, яко Мене прежде вас возненавиде!(Ин.15:18)

Мужайтесь и да крепится сердце ваше, вси уповающии на Господа! Аминь.

38. Слово в столетнюю годовщину рождения Государя Императора Николая I

Сегодня исполнилась столетняя годовщина рождения Незабвенного Императора Николая Павловича. Исторические воспоминания о великом царствовании, имеющем уже мало живых современников, должны основываться не только на последствиях правления могучего, Державного Вождя русского народа, но и на показаниях выдающихся Его сподвижников, на их беспристрастных свидетельствованиях и объяснениях произошедших событий. Но до нас, представителей церкви, может касаться лишь религиозная сторона всякого царствования, насколько она содействовала просвещению народа и торжеству православия, правды Божией в стране. Одним из величайших сподвижников царствования Императора Николая I должен быть признан первосвятитель Московский, Митрополит Филарет, и нельзя в сегодняшний день обойти молчанием его взглядов на царствование почившего великого Государя и не коснуться государственного учения приснопамятного иерарха русской церкви. Поэтому, я позволю себе заимствовать у Святителя многие изречения из его слов современных этому царствованию.

Митрополит Филарет говорил, что, по учению православной веры, царь мудрый и благий есть дар Божий и такой дар, который должен быть заслуживаем и храним, ибо может быть теряем. Такова естественная связь между Царем и народом. Народ сознает и видит, что его благоденствие зависит от Царя, ибо за благочестие и правду Его Господь низводит благословение на все Царство, а за равнодушие к делам церкви и своим обязанностям сперва испытует бедствиями, a затем допускает войны и разрушение. Но судьба Царя зависит также от правды, благочестия и добродетелей Его поданных. По указанию Божию влияние это так сильно, что простирается на всю жизнь Царя, начиная от Его рождения. Поэтому, премудрость Божия, даруя народам такого или другого Царя, несомненно сообразуется с потребности времени, т.е. с качествами, недостатками и нуждами народов. Бывают такие нужды и недостатки, которые не зависят от человеческого произвола, но, по большей части, они исходят из полученной свободы, которая была, есть и будет всегда источником греха.

Итак, потребность времени слагается из качеств и недостатков, зависящих от людей, а Царь до своего рождения определяется, по нравственному состоянию народа. Каковы заслуги народа перед Богом, таков и Царь даруемый Отцом Небесным. Дальнейшая жизнь Помазанника Божия в той же зависимости от народа, ибо благочестие и добродетели подданных лучше всего украшают царский венец, служат источником силы и крепости для государства и противодействуют опасностями. Чего только не предпринимали и не совершали русские Цари, опираясь на веру народа, на преданность престолу и отечеству и готовность, ради Христа, повиноваться!

Если царь огражден молитвами и добродетелями народа, то может ли зло гнездиться у подножия престола? С другой стороны распущенный и развращенный народ есть тяжелый жребий для Царя. Может ли сделать что–либо искусство и усердие самого лучшего кормчего если ему достается управлять совершенно расстроенным кораблем среди непрестанных бурь и треволнений? Беззакония народа удаляют от земли благословение Божие, вследствие чего отымается успех у самых мудрых начинаний Царя. За грехи народа также сокращаются года жизни Царей, как это известно из истории Израиля. Наконец, состояние народа влияет на судьбу Царей и по их смерти, в жизни вечной, где они должны дать строгий отчет Богу о том, что сделано ими на земле. Что же значит после этого блеск всех венцов в мире, в сравнении с величайшею ответственностью, лежащею на раменах каждого Самодержца!

Благодарение Господу, благочестие и правда еще не иссякли в русском народе и Господь дарует нам Своих Помазанников – правителями и руководителями. Державною рукою своих возлюбленных Царей много раз спасалась Россия от величайших бед и в воспоминание такого события мы собрались сегодня в храм Божий, в столетнюю годовщину дня рождения императора Николая I, чтобы помолиться о душе Незабвенного Вождя русского народа.

В оправдание только что выясненного нами, на основании государственного учения Митрополита Филарета, взглянем также с духовной точки зрения на потребности и нужды русского народа, при вступлении на престол Императора Николая Павловича и постараемся определить основание, по которому Премудрость Божия даровала России такого могучего Царя, красовавшегося величием правды, благочестия и незыблемой твердой воли.

Народ того времени жил в истинной вере и преданности Престолу, что и доказал подвигами самоотвержения и любви в борьбе с двунадесятию языками. Благословение Божие было как на Царе, так и на народе! После великих испытаний, идол Франции сокрушился о могучую и терпеливую грудь России, которая и даровала Европе свободу и независимость, когда она поработилась призрачным величием и гением Наполеона. Только наша поврежденная уже и маловерная интеллигенция не имела в то время нравственных сил устоять против ложного просвещения западных народов, упавших под ударами гнева Божия. Возвращаясь после отечественной войны в свою сожженную и разоренную родину, эти люди, не вразумившись примером Франции, решили начать у себя борьбу с христианскими установлениями и прежде всего с самодержавием Помазанников Божиих. Тогда Господь неожиданно отнял у России благословенного и великого Царя! Неумолимый гнев Божий обрушился на русскую землю и вот что сказал приснопамятный святитель Филарет, стоя у гроба Александра I: "Не умею говорить и безмолвствовать – не умею! Александр еще в колыбели – радость и надежда отечества; Александр – в Порфирородном семействе – утеха и любовь; Александр в начале века на престоле – как солнце на востоке; Александр в России – отец народа, спаситель Империи; Александр в Европе – восстановитель царей, примиритель царств; Александр в Царствии Божием – избранное орудие Царя Христа; Александр на земле – архистратиг небесных сил, побеждающий Кровию Агнца, кротостию и смирением! Какие светлые виды! Какие величественные образы! Но как внезапно все они закрываются одною мрачною чертою: Александр во гробе"!

Но за правду и благочестие русского народа, не имевшего ничего общего с интеллигенцию, зараженною болезнью Запада, премудрость Божия предназначила России другого Царя, сильного волею, разумением и сердцем, чтобы сокрушить предательство образованного общества, врагов православия и обеспечить порядок в столь обширном государстве. Еще от рождения Господь предназначил в Цари того, которого никто не ожидал, по порядку престолонаследия, но одаренного волею, необходимою для вразумления заблуждающихся. И вот, тот же святитель Митрополит Московский Филарет говорил народу: "Сынам отечества, которые не младенчествуют умом, не трудно уразуметь, справедливо ли называю даром Божиим – рождение Царя праведно царствующего и благодеянием Божиим – такое царствование, коего первый день соделался днем спасения от разрушительного вихря злобы, который внезапно исторгся было из пропастей безумия"!

Что Император Николай I был истинным и драгоценным для народа даром Божиим, уже доказывается его наименованием – "незабвенным", а также что чрез сто лет по Его рождении мы все – таки пришли в храм Божий еще раз поблагодарить Отца Небесного за оказанную нашему отечеству милость дарованием Царя, который укрепил спасительное самодержавие в стране для истинной свободы русского народа от грозившего ему порабощения людьми, не просвещенными Духом Божиим.

Уразумевая благодеяния Императора Николая I и созерцая значение Самодержавия в нашем православном учении, не забудем же, возлюбленные что на нас лежит святой долг тоже правдою и благочестием облегчить путь и тяжесть служения только что помазанному на Царство молодому Императору Николаю Александровичу. Чистота жизни нашей и усердные молитвы могут низвести на Главу Его вечное милосердие и благословение неба! Аминь.

39. Слово в сороковой день кончины Юлия Николаевича Мельгунова, известного ученого, музыканта и пианиста, 27 апреля 1893 года

Яко Ты еси воскресение и живот, и покой усопшего раба твоего болярина Юлия, Христе Боже наш!.., говорим мы, молясь о дорогом нашем усопшем, столь неожиданно покинувшем этот мир. И сегодня наша молитва должна быть особенно сердечна и тепла, так как, по милосердию Божию и по заслугам Христа, он достиг высшего блаженства, предстал пред Лицом Самого Бога. По учению Христа, лицезрение Отца Небесного есть источник вечного блаженства, которого удостаиваются лишь чистые сердцем. Что это совершилось с нашим дорогим усопшим в 40 день по смерти, именно сегодня, мы должны верить Сыну Божию, показавшему на Себе тайны Царства Небесного.

Великий и страшный день для души Юлия Николаевича, любившего Бога и людей искренним, чистым сердцем! Будем молить Господа, чтобы душа новопреставленного вечно лицезрела любовь и милосердие Божие и чтобы блаженство ее не ограничилось только сегодняшним днем. Стоя здесь, пред престолом Божиим, мы как бы видим само небо, а потому должны с верою, любовию и трепетом взирать на предстояние нашего возлюбленного друга. Не забудем также, что Тело и Кровь Христовы принесенные в жертву за людей и сейчас в алтаре, на жертвеннике, а потому воззовем с верою к Спасителю: "Ты еси воскресение, и живот, и покой усопшего раба Твоего Юлия! Воздай ему, Христе Боже наш, за любовь его к нам!"

Что он всегда искренно жил в Боге и лишь в Нем находил себе покой, хорошо известно мне, а также многим его друзьям. Видевшие его кончину свидетельствуют, с какою верою и как покойно Юлий Николаевич оставил этот мир. Мы знаем также, что смерть застигла его в начале его земной славы; он надеялся в скором времени издать свои важные и превосходные работы по теории музыки, а также отпечатать исследования в области народно – музыкального творчества. Покорность воле Божией, которая им поразительно руководила всегда и при всех обстоятельствах жизни, ясно сказалась и в тяжелую минуту расставания его с упомянутыми рукописями, приготовленными к изданию и в оправдание пережитых им нападков и несправедливостей. Горькая минута для честного, терпеливого труженика! Это не была покорность вследствие болезни и слабости; нет, причина таилась, как всегда у него, в глубине сердца. Так, еще накануне смерти, Юлий Николаевич, вспоминая, сколько раз удавалось мне спасать его от воспаления в легком, сказал мне: "мы оба с Вами служим Богу!"

Да, честный, любящий, бескорыстный и много страдавший в жизни Юлий Николаевич, не мог иначе понимать своего служения искусству; он искренно служил Богу. Раз он проповедывал истину, которую уразумел в своем искусстве, несомненно, по милости Божией, а за нее терпел нападки и боролся с подобающей твердостью, то уже, конечно, он служил Богу. Наконец, как религиозный человек, он сознавал по опыту, что истинная мысль есть дыхание Святого Духа. Чувствуя к себе милосердие Божие, Юлий Николаевич вперед видел, какие плоды принесет его работа возрастающему поколению. Немного таких представителей искусства в конце 19-го столетия, каким был наш незабвенный друг!

Его взгляды на искусство были правильны, потому что в них он руководился религией. Насколько изучение каждой науки должно вести к познанию Бога, а в противном случае, она на ложном пути и никогда не откроет истины, настолько каждое искусство должно возвышать дух человеческий и приближать его к Богу, а иначе это искусство будет безжизненно, ложно и никогда не коснется высшей Божественной поэзии. Все плотское, телесное, а также низшее в поэзии и искусстве, тяготеет к земле, но поэтические идеалы и души человеческие, естественно, стремятся к своему духовному центру, или Первообразу – Богу. Поэтому, Юлий Николаевич смотрел на серьезную музыку, как на высшую поэзию, как на молитву, а искусство служило ему для прославления Бога. Так как он принадлежал, по рождению, воспитанию и образованию, к высшему кругу и вначале развивал свой талант исключительно для себя, то, естественно, он должен был внести в искусство что либо новое, соответствующее образованию и своему общему развитию. Известно, что в музыкальном мире, увлекаясь талантами, большею частью, забрасывают изучение общих наук. Юлий Николаевич, занимаясь отечественной музыкой, открыл, что особая, самобытная гамма лежит в основе всего народного творчества, a славянские песни вообще имеют особую ритмику. По самостоятельном изучении народных песен и составлены славянского ритмического учебника, у него родилась надежда, что он этим даст толчок отечественному знанию и творчеству, которое до сих пор более подражает, чем создает.

Очень немногие авторитеты знакомы с трудами покойного, а потому суждения их сейчас не могут быть правильны. Наш незабвенный друг верил в будущее, надеялся на молодежь, которая не боится борьбы и не бегает ее. Следовательно, этот труд свой, как оберегаемую им истину, а также и оружие для защиты ее, он оставил молодому поколению за которое он молится и будет всегда молить Отца Небесного.

Да укрепит Господь идущих вслед этому честному и бескорыстному труженику! Да послужит он примером всем слабым духом, верою, сердцем и познаниями! Да научатся они славить Бога, как он славил Его всю жизнь своим искусством и как, несомненно, молится за нас и сегодня, говоря:

"Господи! Даждь им всем наше счастье, нашу любовь к Тебе. Пусть уразумеют они сердцем, сколь Ты благ, близок к ним и что они всегда могут дышать, утешаться и укрепляться Тобою и иметь в Тебе покой! Какая в Тебе радость, какая свобода, какой мир, какой, свет! Прости и спаси всех, весь мир, а иначе затмится наше счастье наше блаженство!" Аминь.

40. Слово пред приведением воинов к присяге

Возлюбленные братья! Господь избрал вас для служения в рядах христолюбивого воинства и ныне настало время вам принести присягу на верность Царю, Его Наследнику и отечеству. Каждый христианин знает и понимает, что произношение клятвы есть великое и важное дело, а также что присяга есть клятва Именем Божиим, пред Его святым Крестом и святым Евангелием, в удостоверение даваемого обещания служить верою и правдою, не жалея себя, для пользы Помазанника Божия – Русского Царя и родины.

Однако случается, что люди исполняют положенное законом, как некоторый обряд церковный, не достаточно понимая значение и смысл его, а потому весьма важно мне предварительно объяснить вам основания на которых установлена воинская и всякая присяга. Вам необходимо приступить к исполнению святого долга вполне сознательно, чтобы в вашем сердце не было никакого сомнения, что клятва требуется законом на основании того, что она не только не противна Богу, но и освящена Самим Отцом Небесным и засвидетельствована Самим Спасителем, Иисусом Христом.

Многие смешивают божбу и клятву, произносимую в греховных беседах и строго запрещенную Богом, с клятвой законной, установленной в делах богоугодных, важных, для выяснения правды в судах, для блага и добра ближним. Бог никогда не запрещал клясться Его Именем, но велел людям не злоупотреблять клятвою вообще. Не клянитесь, говорит Бог, Именем Моим во лжи (Лев.19:12). Что же значит клясться Именем Божиим? Это значит призывать во свидетели Самого Бога Вездесущего и Всеведущего. Но мог ли Господь запретить людям, для которых он добровольно принял крестную смерть, брать Его в свидетели и именно ради правды и истины? Истину принес ведь на землю Сам Господь Иисус Христос. Нет, не мог запретить и мы знаем, что святые Апостолы приносили клятву. Так св. Апостол Павел начинает одно из своих посланий – клятвой: Бог свидетель, пишет он, что я люблю всех вас любовию Иисуса Xриста! (Флп.1:8).

Знайте же, возлюбленные, что и Сам Господь Иисус Христос на суде тоже принял присягу. Когда первосвященник, судивший Его, обратился к Иисусу со словами: "заклинаю Тебя Богом живым, скажи нам: Ты ли Христос, Сын Божий"(Мф.26:63), то Иисус Христос не только не сказал первосвященнику, что он спрашивает не должное, – присягу, но напротив тотчас ответил: Ты сказал! Присягая, евреи всегда произносили слова: или аминь, или – ты сказал, или – да будет так. Следовательно, Христос принял присягу на суде и под присягою показал, что Он действительно есть Мессия, Единородный Сын Божий.

Итак, клятва нам разрешена Господом, но не иначе как для блага, добра и выяснения правды в делах важных и законных. Зная это, мы христиане обязаны относиться к присяге, как к делу божескому и ясно разуметь, на сколько велик грех клятвопреступления или ложной присяги. В священной истории известны страшные наказания за клятвопреступления, ибо обман Самого Бога должен повлечь за собою справедливый гнев Божий, так как Бог поругаем не бывает (Гал.6:7). О Божиих наказаниях за лживые присяги читаем иногда и теперь. Грех клятвопреступления будет еще понятнее, если вспомним, что лжесвидетели и клятвопреступники, целуя ложно и бесстыдно святой Крест и св. Евангелие, уподобляются Иуде предателю, который предал Спасителя врагам Его коварным целованием.

Приступим же, возлюбленные братья, к исполнению святого долга каждого верноподданного, призовем в свидетели Господа, что любовь наша к законному Царю и дорогому отечеству нелицемерна и, прикладываясь к Святому Евангелию и Кресту Христову, каждый произносите громко: клянусь!

41. Слово в день памяти святого священномученика Харлампия в церкви румянцевского музея в Москве

Священномученик Харлампий был епископом в Азиатском городе Магнезии, в царствование нечестивого римского императора Севера. Он подвергся жестоким пыткам. Так, двое палачей строгали тело старца железными когтями до тех пор, пока не сняли всей кожи с головы до ног, но тело осталось невредимо. При виде этого чуда многие сочли святителя Харлампия за Христа, сошедшего на землю в образе старца, но градоначальник Лукий вознегодовал, заскрежетал зубами и сам начал строгать тело Харлампия. Требовалось чудо, чтобы показать людям их бессилие и могущество Христа. И что же? В одно мгновение у Лукия отсеклись руки по локоть и они повисли на теле Харлампия. Испытывая страшную боль, градоначальник Лукий не только опомнился, но и уверовал во Христа. По молитвам священномученика Харлампия он исцелился и затем через несколько дней принял крещение от неповинного епископа.

Когда святого Харлампия доставили к императору Северу, то последний приказал его жечь на медленном огне. Одна женщина, желая угодить императору, посыпала раскаленной золой голову, лицо и бороду Харлампия. Долго мучили несчастного, но безуспешно. Палачи изнемогли, огонь погас и тогда последовало приказание оставить старца. Он оказался по прежнему здоровым и невредимым. Поразился император Север; однако через некоторое время решился вновь удостовериться, действительно ли Харлампий святой и приказал привести к нему одного бесноватого, одержимого злобным духом более 30–ти лет и известного своею свирепостью. Не успел святой старец расспросить бесноватого, как нечистый дух вышел из него с бранью и криком. Но чудеса эти не удовлетворили мучителей. Через три дня Харлампий воскресил мертвого. Север все-таки не уверовал во Христа и опять возобновил свои преследования. Достославного епископа побивали камнями, зажигали ему бороду и терзали всячески. Но он продолжал существовать. Тогда через месяц император осудил святого Харлампия на посечение мечом. Узнав такое повеление, Харлампий начал радоваться приближающемуся концу и петь псалмы.

Когда священномученика Харлампия привели на место казни, он стал молиться. Чтобы прославить Своего священномученика и обратить заблудших на путь истины, Господь совершил величайшее чудо. Вдруг разверзлись небеса и Сам Иисус Христос, со множеством ангелов нисшел к великому страдальцу. Старец и некоторые другие ясно увидели Господа в величайшей славе. "Приступи ко Мне, друг Мой Харлампий," сказал Христос, "ты много пострадал ради Моего Имени, проси же у Меня, чего хочешь и Я исполню Твою просьбу"! Святой мученик стал просить у Господа, чтобы в стране, где будут положены его мощи не было бы голода, заразительных болезней, но были бы мир, тишина и благоденствие. Обещав исполнить прошения мученика, Господь восшел на небо, а за Ним вознеслась и святая душа Харлампия, так что мучителям – язычникам не пришлось и казнить его; труп лежал бездыханным на месте казни, у ног жестоких палачей.

Епископ Харлампий прославил Господа терпением скорбей и мучений до самой своей смерти. В то время, для распространения христианства, требовались мучения и чудеса, которые кажутся нам, современным людям, даже невероятными, но, возлюбленные братья и сестры, разве теперь не существуют также мученичества в христианств.? Ведь оно было в мире и до Рождества Спасителя. Еще св. пророк Давид говорил: "за Тебя (Бога) умерщвляют нас всякий день, считают нас за овец, обреченных на заклание"! (Пс.63:23). Тогда мучили за веру в истинного Бога. А теперь, спросите вы, за что мучить христиан? Ныне не требуется мученичества для утверждения веры, казалось бы, ибо всем известно, что сия есть победа, победившая мир, вера наша (1Ин.5:4). Но однако теперь также мучают за веру в истинного Бога, Господа Иисуса Христа и если не употребляют такие орудия пыток, как прежде, то придумали не менее жестокие страдания нравственные, которые приводят и к мучениям физическим, к нищенству, голоду, разорению, преследованию и семейным несчастиям. Об этом неподражаемо говорит великий святитель Митрополит Филарет Московский. Вот его слова о современном мученичестве.

"Мир действительно побежден верой христианской, но однако еще не уничтожен; он еще живет и по прежнему ненавидит тех, которые Христовы, или хотя стараются быть таковыми. Мир, побежденный верою, плененный в ее послушание, допущенный посему в ее область, неприметно внес в нее с собою и распространил в ней свой собственный дух; и таким образом этот враг Христа и христианства очутился в пределах самого христианства; прикрываясь именем христианского мира, он действует свободно и учреждает себе мирское христианство: старается обратно переродить сынов веры – в сынов мира, сынов мира не допускать до возрождения в истинную жизнь христианскую; а на непокорных ему вооружается ненавистию, лукавством, злословием; клеветою, презрением, всяким оружием неправды".

Итак, истинные христиане, борцы за правду, все живущие по Евангелию, в наше время тоже преследуются и подвергаются мученичеству. О, если вы, возлюбленные, сомневаетесь и хотите увериться, убедиться в этом, то только сбросьте лицемерную завесу с лица мира и хорошо увидите преступные черты его...

Смотрите на истинного христианина, он не терпим среди товарищей, которые, обыкновенно, служат всему житейскому, только тому, что им выгодно и кому хотите, но не Богу; он ненавистен старшим, хотя смирен и почтителен, потому что самостоятелен, не низкопоклонен и невольно иногда делается судиею их совести; он неудобен по службе, так как является сторонником других отношений, порядков и обычаев, а также взглядов на исполнение своих обязанностей. Истинный христианин ненавистен многим ученым сего мира, которые считают себя светилами и поэтому требуют себе поклонений, а учеников Евангелия признают за темных, заблудших и не развитых людей; он скучен и стеснителен для современного общества, потому что оно не имеет с ним ничего общего; он кажется часто тяжелым и безжизненным для своей семьи, так как большинство современных жен и в особенности детей желает наслаждаться всеми изобретениями века, не стесняясь полом, возрастом и христианскими установлениями. Для этого мира удобно и приятно только мирское, извращенное христианство, а потому он преследует учеников Евангелия и правдолюбцев с такою злобою, какая была у древних язычников и их палачей; их обвиняют в небывалых замыслах и проступках, забрасывают клеветами и всякою грязью, бесчестят печатно и всенародно, лишают часто службы, не смотря на их бедность и многосемейность, отымают последний кусок хлеба, расстраивают их семейную жизнь, стараются выдать за опасных и зловредных людей, ниспровергающих существующие обычаи, законы и общественную жизнь; их с восторгом и наслаждением отдают на поругание и насмешки толпы, со славою тупоумных и юродивых.

О, мир! О нем предупреждали еще святые Апостолы, говоря, что иже восхощет друг быть миру, враг Божий бывает (Иак.4:4). Но Христос Спаситель ранее того сказал: аще мир вас ненавидит, видите, яко Мене прежде вас возненавиде (Ин.15:18).

Не удивляйтесь, говорит св. Златоуст, когда видите, что праведный, совершающий подвиги, терпит множество бедствий; следовало бы удивляться противному, т.е. если бы диавол, будучи часто поражаем, оставался в покое и кротко переносил наносимые ему раны. Не удивительно, если змий, получая непрестанно удары, свирепеет и бросается на ударяющего. Бог же попускает испытания для того, чтобы праведник удостоился больших венцов, a диавол получил сильнейшее поражение; ибо, если праведник, делая добро и испытывая зло, за все благодарить Бога, тогда диавол поражается (43 Бес. 1 пос. к Кор.).

Такова воля Божия, чтобы возлюбленные Его пребывали в трудах, а не в заблуждении и страстях. Дух Божий не пребывает в тех, которые в покое. Темь и отличаются сыны Божии от прочих, что они живут в скорбях, a мир веселится и гордится роскошью и покоем. Многи скорби праведных и от всех их избавит Я Господь. Аминь.

42. Речь к кремлевским хоругвеносцам собора двунадесяти Апостолов, по случаю поднесения ими почетного знака своего общества

От всего сердца благодарю вас, дорогие братья, за вашу любовь! Поднесением этого знака вы хотели мне засвидетельствовать, что, не смотря на мой уход из Кремля, вы всегда считаете меня своим. Это истина, я всегда был ваш, как коренной русский человек, как постоянный посетитель Кремля, обращающийся к предательству и молитвам Святителей Московских, а также как служитель и обновитель собора Двунадесяти Апостолов и ревнитель благочестия и порядка в Кремле. Буду всегда считаться вашим Москвичом, желавшим и кости свои сложить в сердце России, в матушке Москве, но сейчас Господня воля сказалась иначе: я перевожусь, на время может быть, в Петербург. С гордостью буду носить этот чудный знак на моей груди и он всегда будет мне напоминать о моих трудах в Москве и утешать меня духовною радостью, так как значок вашего общества имеет для меня особый духовный смысл. Знаете ли, что такое хоругвь? Это знамя духовной победы. В жизни, духовная победа получается чрез терпение скорбей и испытаний, но с одним условием, чтобы все это нести с благодарением, а не с ропотом. Истинно так, вы хотели мне подтвердить этим подношением, что я искупил мой великий труд в Кремле, столь же великими скорбями. Я претерпел до конца, а потому могу носить эту золотую хоругвь с честью, как знамя духовной победы над врагом. Еще раз благодарю за любовь, внимание ваше и призываю на вас благословение Божие, за такой добрый и искренний ваш поступок.

43. Речь в церкви Румянцевского музея в Москве к депутации, которая поднесла громадную икону Иверской Божией Матери, точную копию с чудотворной иконы, с надписью от бывших прихожан и духовных детей, кончающеюся просьбою "не покидать Москвы"

Благодарю вас от всего сердца, возлюбленные братья и сестры! Слово любви дорого и приятно каждому сердцу, a тем более наболевшему и оскорбленному, пострадавшему и готовившемуся лишиться вас, своих дорогих духовных детей и прихожан. Теперь ясно, что любовь ваша и наши взаимные молитвы к Господу и Владычице были услышаны, ибо вашими молитвами руководила искренняя любовь к своему пастырю, а моими молитвами – любовь, теряющая своих возлюбленных пасомых, о которых я всегда со слезами молился Господу Иисусу Христу, стоя у престола Его. Такие молитвы приятны и угодны Богу и никогда не остаются без ответа. Ваше желание уже осуществляется и, по благословению Богоматери, я послал Высокопреосвященному Сергию Митрополиту Московскому письмо, в котором поведал Владыке, что я не в силах покинуть вас, моих братьев, сестер и детей, переехать на службу в Петербург и желал бы получить опять безприходный храм в Москве. Божественная Вратарница города Москвы, к заступничеству Которой я прибегал во все дни и часы испытаний, скорбей и мучительной тоски, ныне приостановила меня, как бы совершенно неожиданно, у оберегаемых Ею святых врат Первопрестольной столицы и Собою загородила мой путь. Теперь эту икону Божественной Вратарницы вы принесли в мой временный храм, и при виде Ее я еще более прозрел на все будущее. Стоя на коленях пред Милосердной Владычицей, могу ли я двигаться дальше и покинуть ваш и мой, любимый, святой град? Буди воля Господня! Да совершится надо мной предопределение Всевышнего! Благодарю и вас, дорогие мои духовные дети, кланяюсь вам низко, усердно прошу ваших молитв к Божественной Вратарнице, дабы Она еще помогла исполнению нашего общего желания. Спасибо за любовь и чудный подарок на всю жизнь.

44. Речь в соборе Суздальского Спасо-Евфимиевского монастыря, обращенная к братии при вступлении в управление обителью

Возлюбленные отцы и братии! Сердечно приветствую вас! Столь неожиданное назначение мое настоятелем Спасо-Евфимиевского монастыря убеждает меня, что не без воли Божией и не без желания Преподобного Евфимия совершилось оно. Это сознание успокаивает мое волнующееся сердце, но не без страха и смущения принял я начальнический жезл. Как орудием прошли чрез мое сердце слова Архипастыря, произнесенные им при моем посвящении: "утверждай паству твою, яко и слово имаши отдати за ню нашему Богу во дни суда!" Только вера во всемогущество благодати Святого Духа, только искреннее желание исполнить святое послушание монаха, только сознание, что я дошел до начальнического сана бесчисленными испытаниями, скорбями, трудом, многолетним учением, наконец, приобретенною опытностью в светской и духовной жизни, только все это придает мне бодрость. Страшусь ответа за мою паству, которую Христос стяжал Своею дражайшею Кровью, но и уповаю на милосердие Божие, крепко надеюсь на помощь великой Заступницы всех верующих – Матери Божией и на руководство самого Преподобнейшего настоятеля нашего, Священно – Архимандрита Евфимия. Прошу и вас всех, отцы и братия, поддержать меня вашими святыми молитвами. Верьте мне, что я пришел к Вам с искренним желанием, с чистым намерением быть вам отцом, братом и слугою. Надеюсь, что вы будете относиться ко мне в простоте духовной и с сыновнею откровенностью.

Монашеская жизнь – многотрудная, скорбная, подвижническая. Поэтому, светские люди редко понимают ее. Мирянам представляется, что мы живем праздно, в довольстве, небрежно, не приносим никакой пользы людям; весьма немногие из них постигают истинное значение молитвенного труда. Но великие, вселенские учители Церкви доказывают, что этот мир держится молитвами иноков. Действительно, молитва есть главное дело монаха, самая важная его забота, но и самая нужная и полезная его работа для мира. Любовь к ближним доказывается монахами прежде всего – их молитвами, но под словом "молитва" должно подразумевать всю монашескую жизнь по Богу, ибо молитва только тогда полезна и могущественна, когда исходит из чистого сердца, свободного от страстей. Монахи достигают высоты молитвы ежедневным строгим исполнением молитвенного правила и хождением на все церковные службы. По благоговейному совершению служб судят миряне о монашествующих и располагаются к обители. Нет выше церковного послушания! Великий и блаженный старец Серафим Саровский, наставляя братию, упрашивал: "никогда Боже упаси, ни ради кого не разговаривать в алтаре, как месте присутствования всегда Самого Господа и Сил Его. Кто же возглаголет пред лицем Его?! Никогда не прекословить во время службы священнослужителю; он – служитель Самого Господа. Если бы священнослужитель и незаслуженно оскорбил кого, все переносить молча, смиренно, лишь поклонившись ему. Ни под каким видом ничего не брать церковного из храма, боясь за то прещения Божия, ибо все, хотя и малое, взятое оттуда, есть как бы износимый огонь, все и вся попаляющий. Вытирая пыль и выметая сор из храма, никогда не бросать с небрежением, ибо прах храма Божия – свят уже есть"! Отец Серафим говорил, что нет послушания выше церкви и, если только тряпочкою притереть пол в доме Господнем, превыше всякого другого дела поставится у Бога.

Любовь к ближнему требует еще от монаха, как и от всех людей, дел милосердия. Тот монастырь, который не приносить пользы окружной местности трудами и благотворениями, не исполняет своего назначения, не следует заповеданному нам Христом Спасителем. Говоря о будущем страшном суде, Господь ясно выразил, в чем потребуется от нас ответь. Умершие в покаянии получат отпущение грехов от пастырей церкви, а не раскаявшиеся сами восчувствуют свое осуждение. Христос будет вопрошать только о том, что мы сделали на земле ради Него, принесшего Себя добровольно в жертву ради нас? Совершили ли, из любви к нему, из чувства благодарности, ради Него, хотя столь малое дело: напоили ли жаждущая водою, накормили ли куском хлеба голодная, утешили ли добрым словом скорбящая, наставили ли заблудшая, приняли ли под свой кров странствующего, помогли ли болящему, научили ли заповедям Божиим юная? Во истину не великого и не трудного требует от нас Господь! И какой ответь дадим Ему, если в монастыре не исполним всего этого? Заповеди милосердия требуют больше личного труда, чем средств.

Отцы и братие! Искренно прошу вашего содействия, доверия, вашей любви и святых молитв. Аминь.

45. На день памяти Преподобного Евфимия Суздальского. О молитвах святых

Мы собрались сегодня, чтобы ублажить память основателя нашей обители, преподобного, священноархимандрита Евфимия, Суздальского чудотворца и испросить у него предстательства, молитв за нас – грешных, скорбных, маловерных и слабых духом. Преподобный отче Евфимие, моли Бога о нас! – взываем мы.

Что церковь и мы обращаемся к святому, как к живущему, бессмертному, могущественному духу, в этом нельзя сомневаться, но когда наши просьбы не исполняются, не удовлетворяются, то не начинаем ли мы, по примеру маловерных людей и по старанию врага спасения, сомневаться в возможности быть услышанными святыми? Иным людям жилища святых представляются отстоящими на такое неизмеримое расстояние, что ни наши нужды, ни наши молитвы не могут быть известны им.

Подобное маловерие легко побеждается святым писанием. Что святые на небеси равны ангелам, мы знаем из уст Самого Христа, сказавшего, что все люди, которые достигли того века, не могут умереть, ибо они равны ангелам и суть сыны Божии, будучи сынами воскресения (Лк.20:35–36). А ангелы, по слову Божию, знают все, что относится к нашей духовной жизни.Тако глаголю вам, сказал Господь, радость бывает пред ангелы Божиими о едином грешнице кающемся (Лк.15:10). Следовательно, святым известны наши молитвы, наше покаяние, наши сердечные чувства и просьбы. Песнопения нашей православной церкви особенно убеждают молящихся, что святые Божии живут, молятся и радуются на небесах. Церковь прямо обращается к святым, как к живущим и блаженствующим и мы, сознавая их близость к Господу и к нам, невольно чувствуем радость их и поэтому взываем: "радуйся! т.е. ты достиг венца славы, ты велик, могуществен в царстве Христа, ты наш заступник, радуйся!" Некоторые святые оставили нам свои молитвы и мы, читая их, как бы продолжаем говорить с ними, поучаться и назидаться от них.

Если мы должны просить молитв у равных нам людей, то тем понятнее и естественнее обращаться с такими просьбами к святым, стоящим у Престола Божия. Молитесь о нас, пишет св. Апостол Павел христианам из евреев (Евр.13:18), научая их добродетельной жизни, благотворительности и покорности наставникам. Подумайте, возлюбленные, кто просит молитв? Апостол Павел, который некогда молился в темнице с такою духовною силою, что поколебались основания темницы, отворились двери от сильного землетрясения (Деян.16:25–26), – Павел, который воскрешал людей, спас при кораблекрушении 276 спутников, – Павел, которого Сам Господь нарек избранным сосудом благодати Своей. И этот праведник просит себе молитвенной помощи от простых мирян! Почему просит? По смирению. Бог полагает на избранных Своих образ духовной скудости и уничижения, чтобы лучше сберечь высоту их достоинства в глубине их смирения (M. Филарет).

Христос есть единый Ходатай за нас, по естеству, как Сын Божий, а святые наши ходатаи благодати Сына Божия, не сами собой, а силою Того, с Которым они находятся в такой же тесной связи, как члены одного тела. Отцы церкви говорят еще, что святые с верою и любовию к Богу и Его закону и с надеждою на благодатную помощь Божию твердо стояли против искушения и, действительно, получили благодатную помощь; они ревностно и постоянно упражнялись в добродетели и действительно прияли благодатную помощь совершать подвиги; они мужественно решались лучше пострадать и умереть, чем изменить истине и правде и, действительно, получили благодатную помощь победоносно пройти поприще неповинного страдания; поэтому, святые могут и другим помочь, так как в них вселилась сила Христова. Испытав искушение и подвиги, святые тем глубже сочувствуют и состраждут другим и тем ревностнее ищут им помощи, тем с большим дерзновением и предстательством пред Богом. У преподобного Даниила скитского некто просил помощи от искушения блудными помыслами. Старец послал его молиться на гроб мученицы Фомаиды и, действительно, искушение исчезло. Почему же помощь должна была прийти чрез эту мученицу? Потому, что она в жизни прошла чрез тяжкое искушение против ее целомудрия, совершила подвиг и мученически умерла за сохранение целомудрия (M. Филарет).

Святой Варсонофий говорит, что молитва святых восходить к Богу, как блистающая молния и как солнечные лучи, ибо о святых веселится Отец, радуется Сын и утешается Дух Святой!

У неверующих одно телесное зрение и, действительно, они не могут видеть то, что духовно и свято. Страсти и грехи наши мешают нам видеть небесное, чувствовать и понимать неземное. Так, слепые не видят солнца, луны, звезд, окружающих предметов, даже очертание целых городов, что создано для них, но разве это доказываете что ничего не существует. Вера есть духовное зрение чрез посредство человеческого сердца и каждому легко убедиться, как сердце видит быстро, далеко и ясно предметы духовного мира. Чем сердце свободнее, чище от грехов и страстей, тем оно быстрее, дальше и яснее видит. Несомненно это так! Вспомните, как трудно бывает молиться от всего сердца, когда мы проводим время в житейских заботах и особенно, когда не можем отвыкнуть от какой – нибудь страсти. Что – то нас не пускает, удерживает, приковывает к земле. Поэтому, молитва бывает холодная, пустая, не приносящая радости или утешения. Когда же совесть чиста у человека, молитва становится дерзновенною и благодатною. Если наши просьбы к людям не бывают убедительны и действительны, когда мы просим с сомнением и нерешительностью, тем более подобные молитвы не могут быть услышаны и исполнены святыми. Поэтому, прежде чем обратиться к святым с молитвою, нам необходимо очистить сердечное зрение и утвердиться в вере. Истинные христиане всегда бывают быстро услышаны святыми, потому что они одного духа с ними. Хорошо уповать на молитву святых, поучает св. Златоуст, но тогда, когда мы и сами трудимся. Если мы сами будем беспечны, никто не в состоянии будет помочь нам своими молитвами. Какую пользу принес Иеремия иудеям? Не троекратно ли он приступал к Богу и не троекратно ли слышал:"ты не молись об этих людях и не проси, ибо не услышу тебя!" (Иер.7:16). Или скажешь: молитвы не приносят никакой пользы? Приносят и большую, но когда и мы делаем что – нибудь, ибо молитвы содействуют и помогают, а содействовать и помогать можно только тому, кто уже сам действует.

Проси плачем, говорит св. Иоанн Лествичник, ищи послушанием, толцы долготерпением! Таким образом,просяй приемлет, ищай обретает и толкущему отверзется (Мф.7:8).

Преподобный отче Евфимие моли Бога о нас! Аминь.

46. Слово в Суздальском Спасо-Евфимиевском монастыре в день памяти Преподобного Евфимия. О послушании

Древняя наша обитель сегодня празднует и чествует память Преподобного и богоносного отца, Священноархимандрита Евфимия, ибо ныне 496 – ая годовщина его кончины. Знаменателен этот день не только для нас – монашествующих в основанной им обители, но и для всех жителей богоспасаемого града Суздаля, в котором великий подвижник, прозорливец и чудотворец был незаменимым наставником и руководителем в духовной жизни, а теперь сохраняет всех нас своими всесильными молитвами.

Поминайте наставники ваша! – повелевает нам святой Апостол (Евр.13:7). Для тех, которые были ближайшими учениками Преподобного, эта заповедь апостольская была более чем понятна и естественна, но как же она относится и до нас? Поминать или вспоминать и поэтому стремиться к подражанию добродетелям и мудрости наставников можно только по смерти их, но как же поминать тем, которые их не знали, не видели и не слышали? Святой Апостол объясняет, так: взирая на кончину их жизни, подражайте вере их, т.е. вспоминая их жизнь, подвиги, наставления, как они исполняли заповеди Божии, шли в смирении, послушании и трудолюбии за Христом, в полном подчинены своей воли воле Божией и видя, какого совершенства они достигли, – подражайте вере их. Для верующих понятно, что каждому дается по вере во Христа Иисуса, Господа нашего.

Возлюбленные! Вы собрались в обители Преподобного Евфимия, как послушные заповеди апостольской, и взирая ныне на кончину его, на нетленные святые мощи угодника Божия, свидетельствующие о блаженной жизни Преподобного, говорить ли мне с вами о неизбежности смерти для каждого, или постараться извлечь наставление к жизни, пока у нас не отнята возможность заслужить себе прощение покаянием и борьбой с страстями?

Жизнь Преподобного Евфимия многопоучительна. Не знаешь, чему больше удивляться: святости ли его с младенчества, силе ли веры, отречению ли от воли, подвижничеству ли или послушанию, трудолюбию, любви к ближним или постничеству? Когда его отдали в учение, то он выказал особую любовь к духовному чтению и младенческая душа его услаждалась не детскими играми, а словом Божиим и безмолвием. Непрестанное посещение храма было для него радостью и необходимостью. Когда он жил юношей в пещерах Преподобного Дионисия около Нижнего Новгорода в основанном им Печерском монастыре, то все дни проводил в неустанной работе, в исполнении послушаний, а ночи в молитве. Когда же ему исполнилось 36 лет, то Преп. Дионисий послал его в Суздаль, по просьбе благочестивого Великого Князя Суздальского и Нижегородского Бориса Константиновича, основать Спасо–Преображенский монастырь. Из всех послушаний это было для него самое трудное, ибо для истинно – смиренного и духовного инока разлучиться с своим возлюбленным старцем, отцом и руководителем, труднее, чем умереть. Он долго плакал у ног Дионисия и просил не отлучать его от себя, но прозорливый старец, видя предназначенное Евфимию в будущем, благословил его беспрекословно исполнить послушание. Тогда Евфимий тотчас же оказал повиновение.

В Суздале Преподобный, основывая обитель, трудился вместе с рабочими. Исполняя обязанности настоятеля и архимандрита, он вместе с тем вел строго подвижническую и постническую жизнь, преисполненную любви к ближним. Он помогал странникам, выкупал несчастных должников и освобождал из заключения невинно – осужденных. Сам Великий Князь и тысячи народа приходили к нему за наставлениями, советами, руководством и он принимал самое живое участие в делах и событиях своего отечества. Преподобные Сергий и Евфимий, оба были печальниками русской земли. Вот сколько примеров благочестия и добродетели видим и имеем мы ъ чистой и христианской жизни богоносного отца нашего Евфимия. Есть чему подивиться и чему подражать!

Святые отцы считают самою высшею добродетелью это послушание. Они говорят, что послушание паче поста и молитвы. Послушание всех приводит ко спасению, но, кажется, оно никогда так недоставало людям, как в наше время; это мы ежедневно наблюдаем. Воспитание и образование современного юношества постоянно подрывается и разрушается непослушанием детей, самоволием и стремлением к свободе. Семейная жизнь часто распадается от неподчинения жен и браки совершаются без разрешения родителей и расторгаются с такою же легкостью. Христова Церковь постепенно все более и более теряет свое влияние на спасете своих чад, вследствие их непокорности и непослушания. Строгое монашество, прославленное подвижничеством, которое спасало мир своими молитвами от величайших испытаний и бед, не имеет более подражателей и во всем виновато – непослушание.

Кто не знает, что земля до ныне подвергается бедам за непослушание первого человека, который вначале блаженствовал, потому что во всем исполнял волю Божию и тотчас лишился его, как только оказал противление божественной воле. Преступность непослушания доказывается уже тем, что чрез него проникли в мир чувственные пожелания, страсти, а за ним смерть. Тварь восстал против Творца, раб решился бороться с своим повелителем; такой поступок мы называем ныне безумием, дерзостью. Подданный восстал против своего Царя. Это – мятеж! Возлюбленное дитя стало враждовать с своим Отцом. Это – преступление! Следовательно, непослушание первого человека было ничем иным, как дерзостью, безумием, мятежом и преступлением против Творца, Отца Небесного. За такой бесконечно – великий грех, он лишился со всем своим последующим потомством райского блаженства и для искупления человеческого рода, потребовалась бесконечно великая жертва, могущая удовлетворить Правосудие Божие. Что непослушание есть ложь, обман, изобретение диавола, легко удостовериться. Если Бог совершен, то воля Его непогрешительна, а следовательно послушание воле Божией предохраняет и избавляет человека от погрешностей и заблуждений. Если Бог есть любовь, то и воля Его всеблага и послушание воле Божией ведет человека ко всякому благу. Как говорит один из великих святителей: "тварь без Творца есть ничто; только силою Творца она есть нечто". Что же будет значить воля человека, если она не прилепится к воле Божией послушанием?

Послушание по чувству страха и Праведному Судии не могло спасти людей и удовлетворить Отца Небесного. Необходимо было дать грешному роду человеческому пример и образ истинного послушания, для чего и вочеловечился Единородный Сын Божий. Вера во Христа Спасителя – научила человечество послушанию Богу – по вере, а затем, когда вера в Сына Божия вернула людям потерянное блаженство и единение с Богом, то в человечестве восстановилось истинное послушание к Богу – по любви. Под словом "послушание" надо разуметь отречение от своей воли, сотворенной Богом и зависимой от Него, для предания себя всецело в волю Самого Творца и Вседержителя. Ошибаются те, которые сомневаются в возможности каждую минуту знать волю Божию; она познается чрез нашу совесть и еще полнее из священных книг, в св. церкви и из примеров святых. Приходит благополучие, мы знаем, что воля Божия требует благодарения; почему же нам сомневаться, когда приходит бедствие, что та же воля Божия возвещает нам о необходимости терпения. Вспомните, какими словами встретила Богоматерь благовестие Архангела: Буди Мне по глаголу твоему! Христос при виде креста произнес: Не якоже Аз хощу, но якоже Ты, Отче! Вот исполнение воли Божией, братья и сестры.

Спасайтесь же, возлюбленные, совершенным послушанием святой Христовой церкви. Поступайте не как неразумные, но как мудрые, дорожа временем, потому что дни лукавы и обстоятельства тяжелые. Не будьте нерассудительны, но познавайте, что есть воля Божия. Повинуйтесь друг другу в страхе Божием. Жены, повинуйтесь своим мужьям, как Господу, потому что муж есть глава жены. Мужья, любите своих жен, как и Христос возлюбил Церковь. Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе, ибо сего требует справедливость (Еф.6:1). Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога (Рим.13:1). Повинуйтесь наставникам вашим (Евр. 13:17).

Итак, мир и любовь вам, братья и сестры, с верою от Бога Отца и Господа Иисуса Христа. Аминь.

47. Слово в Спасо–Евфимиевском Суздальском монастыре в день памяти Преподобного Евфимия. О поминании наставников

Поминайте наставники ваша, иже глаголаша вам слово Божие, говорит св. Апостол, ихже взирающе на скончание жительства, подражайте вере их, т.е. поминайте наставников ваших, которые проповедывали вам слово Божие, и, взирая на кончину их жизни, подражайте вере их, Такова заповедь апостольская.

Не указывает и не учит св. Апостол, чтобы христиане чествовали своих наставников, несомненно в надежде, что и так люди находят в себе признательность к тем, которые молились за них и способствовали их спасению, но повелевает поминать их, подражать вере наставников, смотря на их мирную и поучительную кончину. Кроме того св. Апостол, как бы провидя, что впоследствии люди не будут находить в современных наставниках тот же дух, те же силы, подвиги и добродетели, какие были у древних учителей и старцев, заботится о поминании нами уже умерших наставников, тех, которых более нет.

Не приходим ли мы сами к этой необходимости теперь и к тому же убеждению? Как часто приходится видеть, что народ ищет опытных, мудрых наставников, но не находит их и жалуется будто мир оскудел преподобными. Однако, такой великий и мудрый святитель, как Митрополит Филарет Московский, увещевает не преувеличивать сего мнения, ибо много или мало святых, но они должны быть, так как без святых мир не был бы достоин хранения Божия и не мог бы стоять. Если мы говорим, что нет ныне в Мире святых, то это подобно родителю Алексия, человека Божия, который считал, что у него нет сына и не знал, что сын живет в его доме в образе нищего. Справедливее нам скорбеть, что Богопросвещенные наставники и святые ныне слишком редки, живут в тайне, их не видно, что они скрыты Господом и, как выражается тот же святитель, что в людях духовных примечается незрелость духа. Как же нам утешиться в этой скорби? Поминайте наставники ваша, говорит св. Апостол, иже глаголаша вам слово Божие прежде.

Святой Апостол заповедует нам поминать умерших наставников еще потому, что каждый человек, живущий в теле, кто бы он не был, подвергается искушениям, преткновениям, и, падая, может увлечь за собою и тех, которые руководствовались его наставлениями. А наставник умерший, которого жизнь и кончина ознаменованы присутствием в нем благодати Божией, которого чистое учение оправдано святою жизнью, тот напротив того есть достоверный руководитель ко спасению и помощник тем более сильный и неизнемогающий, что, отложив тленность и немощь земной жизни, живет в беспрепятственном причастии света и силы Божией: преимущество высокое и несравненное! Так объясняет преимущества поминания почивших наставников святитель Филарет.

Возлюбленные! Мы боимся не найти ни одного духовного наставника близ себя, а Господь дает нам множество руководителей, бывших в Церкви Его во все времена. Не чудесное ли это устроение Отца Небесного?

Ныне мы призываем вас к исполнению именно этой заповеди Апостольской, к поминовению наставника Суздальского, Преподобного и Богоносного нашего Священно–Архимандрита Евфимия. Мне представляется среди нашей древней обители, обнесенной этими же высокими, каменными стенами и башнями, но покрытыми деревянною кровлею, не далеко от небольшой соборной церкви Преображения под тенью развесистых лип деревянный домик, с обыкновенным крыльцом и сенями и двумя комнатками, освященными теплящимися лампадами. Среди одной из них виднеется худощавый старец, среднего роста, украшенный сединами, с светящимся лицом, истощенным от постов, стоящий в изношенной одежде из овечьей шкуры, с тяжелыми цепями от вериг на груди и спине... и молящийся. Только по руке, подымающейся с трудом для крестного знамения, можно было заметить, как мало осталось в нем жизненных сил. Прошло уже 52 года с тех пор, как старец, основатель обители, поселился в этом доме и приближался час отхода его в иную жизнь. Испуганные и огорченные монахи, послушники, рабочие и мирские люди, духовные дети преподобного, заполняли всю обширную полянку перед домом и самое крыльцо и сени святой келлии. Вдали виднелись все такие же келлии, которые разместились по сторонам холодного Преображенского собора и теплого храма во имя Преподобного Иоанна Лествичника, с каменною трапезою. У всех, собравшихся у дома настоятеля, были горестные и заплаканные лица, в виду ожидаемой со страхом и уже приближающейся разлуки с их отцом, наставником и благодетелем. Все бы они хотели умереть с ним вместе и никто не мог бы их утешить в предстоящем сиротстве. Одних он воспитал с юности, других благодетельствовал, одевал и кормил, третьих освободил от помещиков и многих содержал милостынею. Великий старец помогал и жителям города, выкупая должников, освобождая узников и исцеляя болящих, по данной ему благодати.

Но вот, настал час скорби, час воли Божией. Уразумев близость своей кончины, преподобный Евфимий велел позвать всю братию монастыря. В одно мгновение, вся его келлия наполнилась плачущими и скорбящими. Видя их горе, Преподобный начал утешать детей своих, обещая, что это святое место не оскудеет после его кончины, если только братия будут жить во взаимной любви и посему уразумеют они о его дерзновении к Богу. Затем, старец стал просить у всех прощения, молитв, начал поочередно благословлять каждого и лобызать, a дети его с рыданием целовали его руки, ноги и одежду. Наконец, духовник приблизился к старцу с святыми Дарами, для его причащения, как умирающего. Только несколько монахов из старшей братии, остались при нем и поэтому были свидетелями мирной кончины преподобного. Как бы в легком сне, он предал душу свою Богу. Вся келлия тотчас наполнилась дивным благоуханием и лице Преподобного Евфимия еще стало светлее, чем оно было при жизни. Так, возлюбленные братья и сестры, представляется мне нынешний день, 498 лет тому назад. Великое горе постигло эту обитель и город Суздаль!

Но нам, не имевшим возможность лицезреть Преподобного и жить под его руководством, не следует, быть может, торжествовать в сегодняшний день кончины основателя монастыря нашего, ибо это все таки день скорби и всегда вспоминался более грустными песнопениями, чем теперь; мы же празднуем с ликованием и великою радостью. Нет, мы не грешим этим, ибо не для плача и сетования установила св. церковь поминание великих наставников и святых, прославленных нетлением. "Поминайте наставники ваша, говорит св. Апостол, подражая вере их". Вот истинная цель поминовения и прославления наших православных святых. Воспоминание должно приводить нас к подражанию вере Преподобного Евфимия, a прославление к радостным возгласам, что мы и делаем, читая установленный акафист, в котором обращаемся к нашему Богоносному отцу с восклицаниями: Радуйся! Радуйся, преподобный отче Евфимие, великий чудотворче!

Если бы братия самого Преподобного знала впредь, что мощи его не истлеют, прославятся чудесами, то никто бы не провожал его в могилу с плачем, а с хвалебными песнопениями, прославляющими Бога. Следовательно, нам ли горевать, что имеем теперь в Преподобном Евфимии еще более совершенного наставника, чем первоначальная братия обители? Он наш утешитель в скорбях, целитель в болезнях телесных и душевных, заступник и ходатай пред Христом Спасителем и Его Пречистой Матерью! Как учат святые отцы, близость духа не измеряется расстоянием местопребывания и временем, но зависит от мысли, желания, любви, созерцания, молитвы и веры. Вера нас сближает с умершим наставником почти также, как с живущим и посредством молитвы она приобретает его сильную помощь.

О, Преподобие, отче Евфимие! Ведуще бо Тя воистину и по смерти жива суща, Тебе припадаем и Тебе усердно молимся: не отступай от нас духом, сохраняя всех от искушений, бед, болезней, скорбей и напастей! Аминь.

48. Слово в Суздальском Ризоположенском женском монастыре в 200-летнюю годовщину открытия святых мощей Преподобной Ефросинии Суздальской

Торжественно празднуя сегодня двухсотлетие открытия святых мощей Преподобной и Благоверной Великой Княжны Ефросинии и прославляя ее благочестивую, подвижническую жизнь, нельзя не остановиться мыслью, на необыкновенной судьбе этой дивной избранницы Божией. Будучи старшею дочерью Великого Князя Михаила Черниговского, на шестнадцатом году жизни, она отреклась от окружавших ее царских почестей, от богатства, славы, забав мира и охотно посвятила себя иноческой, строгой жизни, полной скорбей и искушений, в бедном в то время, Ризположенском монастыре. Рожденная на юге России, она была призвана Господом для прославления далекого, неведомого ей севера и поддержания истинной веры в Суздальской стране. Дивно совершился ее отъезд из родительского дома. Чтобы склонить родителей к отъезду Великой Княжны и даровать ей духовную свободу для предстоящей подвижнической жизни, Провидение Божие устроило наречение ее невестою Князя Мины, владевшего имениями в Суздале, потомка Варяжского Князя Шимана, сотрудника Преподобного Фодосия Печерского.

Весть о неожиданной смерти Князя Мины застала Великую Княжну в пути и, видя в этом особое указание Божие, она прямо отправилась в Ризположенский монастырь, несколько лет перед этим основанный и как бы для нее приготовленный. Здесь преподобная Ефросиния прожила 31 год, исполняя все тяжелые послушания, претерпевая нужды и бедность, в особенности после мученической кончины ее родителя и будучи примером всем монашествующим. Слава о благочестивой и подвижнической жизни ее привлекала народ даже из далеких стран; а под конец жизни, она удостоилась от Господа дара чудотворений. Современники ее свидетельствуют о всеобщем народном горе, сказавшемся при ее кончине. Много тысяч людей лишились ее духовной помощи, наставлений, ласок и поддержки. Больные, страждущие, бедствующие видели в ней единственную себе помощь и отраду. Известно, что жители Суздаля спасались от разных бедствий и набега грозных татарских полчищ по неотступным молитвам преподобной Ефросинии. Все были убеждены, что дивная избранница Божия вскоре прославится открытием ее святых мощей; однако, прошло три столетия, пока новые разительные чудеса не обратили внимание духовных властей на могилу преподобной Ефросинии. Россия переживала в то время тяжелое царствование Иоанна Грозного. Господь многими знамениями и чудесами у гробниц святых поддерживал веру в народе и вразумлял ожесточенных правителей. В жизнеописании преподобной говорится, что в один год было удостоверено 56 случаев чудесных исцелений на могиле ее. Слава о чудесах вновь обратила сердца боголюбивых людей к Ризположенскому монастырю и тогда же был построен каменный храм, в котором мы ныне совершаем торжественное служение, a затем, по ходатайству епископа Варлаама, дивная избранница Божия была причислена к лику святых. Все ожидали открытия ее святых мощей, но повеления о том не последовало. Суждено было пройти еще столетию до этого радостного события, совершившегося, несомненно, по особой Божественной цели, в царствование Императора Петра I. Когда, казалось, никто и не думал об опальном Суздале, придерживавшимся старины, и никому не приходила в голову мысль о возможности теперь открытия св. мощей преподобной Ефросинии, тогда именно и сказалась воля Божия. 17-го Сентября 1700 года прибыл в Ризположенский монастырь, в сопровождена нескольких духовных лиц, Святитель Митрополит Илларион, всеми уважаемый и любимый за его благочестивую и подвижническую жизнь, (недавно перед этим свидетельствовавший, по повелению Императора, св. мощи Благоверного В. Князя Александра Невского) и сам отслужил молебен преподобной Ефросинии, всенощное бдение, после чего приказал копать землю над гробницею, при пении псалмов. 18-го числа, на рассвете, обрели нетленный гроб и св. мощи Преподобной, судьба которых была также необыкновенна, как и жизнь Ефросинии, ибо не смотря на множество чудес, св. мощи лежали под спудом около 450 лет.

Списатель жития Преподобной, повествуя о ее подвигах, добродетелях и деятельности в монастыре, ясно доказывает, что никто другой, а именно она породила духом Ризположенскую обитель, прославленную и утвержденную ею на веки. Известно, что наши благочестивые предки особенно любили и находили полезным основывать монастыри, но до наших дней из числа построенных в древности не сохранилось и половины. Это доказывает нам и история Суздаля. Так как в старину не ощущалось недостатка в богатых жертвователях и монастыри для своей подвижнической жизни довольствовались малым, то нельзя объяснить причину уничтожения обители неимением у них обеспечений. В основе лежит иная причина и несомненно духовная. Действительно, что требуется для основания, развития, процветания и прославления монастыря? Духовное воспитание, познание истинного пути к совершенству, живой пример, руководство или, выражаясь духовно, порождение духом. Только сила духовная, дух, пребывающий в чистом сердце, как источник благодати, может привлекать к себе людей, научить приходящих, объединить всех, утверждать в благом намерении и вести по пути христианского совершенства. Дух способен на столько перерождать людей, что все наученные и объединенные им приобретают сходный даже внешний облик. Так, до нашего времени, некоторые монахи древних монастырей сохраняют в себе отличительные духовные особенности основателей обители. Затем, подвижники благочестия своею святою жизнью освящали местности, на которых воздвигали обители, чем и обеспечивали их существование на вечные времена. Святыня никогда не предается совершенному запустению. Многие из этих обителей обладают и нетленными останками своих основателей. Поучителен пример одного монастыря, процветающего ныне, но 200 лет боровшегося за свое существование. Несколько раз уничтожались даже признаки его на местности, но затем он вновь восстановлялся. Находились люди, которые безотчетно или ради владения поместьем, стремились стереть с лица земли даже часовню, обозначавшую могилу основателя схимонаха Зосимы, лишенного надгробного памятника. Тогда неведомая сила привлекала других людей, заботившихся о сохранении дорогой могилы. Одни разрушали, сожигали или превращали часовню в хлев для свиней, a другие тотчас же строили новую, благоукрашали ее и вели борьбу с врагами. Однако, что это за сила боролась два столетия за право существования, когда то основанной обители? Несомненно, это была сила, сокрытая в глубине могилы старца; сила, доказывавшая, что там положено семя живое, святое, обладающее неудержимым ростом; сила, могущая заставить возопиять камни, если бы люди безмолствовали и перестали верить в невидимое, но существующее. Это была сила, доказывающая наше бессмертие и будущее воскресение, сила духовная, которая, касаясь приходящих на могилу чистых сердец, заставляла их биться непритворною любовию к Богу и к правде Его. Наконец, мы знаем, что существование обителей обеспечивалось еще при жизни основателей, усердными молитвами их к Преблагословенной Матери Божией. Так, Преподобный Сергий и блаженный Серафим получили лично от Царицы Небесной обещание, что их обители будут вечно под всесильным Покровом Ее. Преподобный Евфимий, пред кончиною обещал своей братии, что не оскудеет святое место и посему уразумеют они о его дерзновении к Богу. Следовательно, надо предпологат, что древние монастыри, которые затем постепенно закрывались, были основаны не духовными старцами, a светскими богатыми людьми. Еще первый русский летописец преподобный Нестор заметил разницу между обителями, порожденными духом и созданными с благотворительною целью. Так, он писал "вот уже много устроено монастырей князьями и боярами на их богатые вклады, да не таковы эти монастыри, как те, которые основаны слезами, постом и неусыпною молитвою". Не таков и Ризположенский монастырь преподобной Ефросинии, утвержденный ею, как известно, великими подвигами, неустанными молитвами и многими скорбями. Во истину блажены вы, возлюбленные матери и сестры, спасаясь в такой святой обители, порожденной духом дивной избранницы Божией. Сердце мое стремится, именно сегодня, напомнить вам это, чтобы вы еще более прониклись чувством благодарности за все к Матери Заступнице вашей, преподобной Ефросинии, оберегающей не только вас – детей своих, но и всех, кто к вам усерден, ласков, внимателен и доброжелателен. По человечеству, привыкая к монастырской обстановке и к святыни, вы естественно забываете, среди ваших неизбежных иноческих испытаний, о преимуществах вашего звания, о блаженном пути вашем, о святости местожительства. Но сегодня, воспевая заслуги и подвиги преподобной Ефросинии, чувства благодарности к ней должны во имя правды возобладать над немощами вашими и смущениями врага спасения.

Во истину и стократ вы блажены, будучи призваны к духовному трудничеству в этой святой обители, потому что в ней живет еще дух великой подвижницы Ефросинии, дух истинного благочестия, дух трудолюбия, дух послушания, смирения, простоты и иноческой скромности. Как утешаются, поучаются и подкрепляются этим миряне, ищущие в святых обителях истины и правды! Как поражаются многие, при виде простоты и убожества ваших келлий, в особенности начальницы обители, при отсутствии всякого излишества в одежде и обстановке! С каким восторженным умилением любуются, видя вас малосильных, утомленных духовными подвигами и домашними трудами, работающими еще с молитвою на устах в поле, добывающими себе пропитание, без помощи мужской силы! Не доказывает ли это, что в такой святой обители достигается все, что в миру считается невозможным?!

И мир, столь любящий следить за монастырями и строго судить их, смущающий начинающих подвижническую жизнь и стремящийся доказать, что в миру также хорошо можно спастись, как и в монастырях, особенно часто спрашивает вас: "счастливы ли вы? И неужели, вопрошающе не уходят посрамленными от стен обители? В таком вопросе отсутствует всякое знание и понимание. Каждый христианин несет свой крест и каждому он труден, скорбен и тяжел. Но светский человек, обыкновенно, старается избежать несения креста, что невозможно, и поэтому считает себя несчастным. А инок вовсе не в поисках за счастьем и не для того, чтобы избавиться от мирского креста, приходить в обитель. Монашество есть добровольное мученичество. В миру можно найти себе путь спасения, но никогда не удастся избрать путь к совершенству, на который призываются Господом только не многие могущие вместить его. Поэтому, возможно ли спрашивать труженика, падающего под тяжестью ноши: легко ли ему, а также терпеливого мученика: больно ли ему, счастливь ли он?

Возлюбленные братья и сестры! Мы приходим в обитель больными мирскими скорбями, в страхе за нашу жизнь, убедившись, что земная жизнь человека, кто бы он ни был и где бы не обитал – одна скорбь, видя, что мы бессильны помочь себе и быть полезными другим, обладая одними немощами. Здесь живя в молитве, трудолюбии, благочестии и самоуничижении, мы надеемся сохранить обещанное христианам в будущей жизни: именно счастье, блаженство в славе Христа, Сына Божия. Отдаваясь в волю наставника, мы оберегаем себя от пагубного самоволия и непослушания; усиливая телесные труды, умерщвляя плоть, мы приобретаем терпение для несения наших скорбей и искушений; терпеливо неся добровольное мученичество, невольно вспоминая иногда прежнюю жизнь в миру и сознавая, что там живется веселее нас, мы получаем в награду мирный дух, такой покой сердца, о котором светские люди не имеют представления. Кто преуспевает в подвигах, тот наконец услаждается ни с чем несравненною радостью о Господе. Все это добывается только самопожертвованием, скорбями и страданиями.Понеже с Ним страждем, говорит Апостол всему лику подвижников, да с Ним прославимся! (Рим. 8:17). Не ищите и вы, братья и сестры, счастья на земле, а ищите одного спасения. Тогда только уразумеете всю правду Божию. Претерпевый до конца, по вере в любовь в Божию, той спасен будет! Аминь.

49. Слово при освящении собора в Шуйском единоверческом женском монастыре 9 сентября 1901 года

Приветствую Вас, возлюбленные матери и сестры, с освящением величественного храма вашего, посвященного имени Пресвятой Владычицы нашей Богородицы! Совершилось дело великое, казавшееся несколько лет – невероятным, не посильным, не исполнимым. Совершилось дело святое, спасительное и небесное хотя и на земле. Утвержден и освящен новый Престол благодати Божией, создано новое святилище для приношения бескровной Жертвы о грехах ваших и всех православных христиан. В храме сем отверзлись врата небесные, чрез которые отныне будут восходить и нисходить св. Ангелы Божии, вознося молитвы ваши к престолу Божию на небе и принося оттуда благодать и милость. Юная и созданная, можно сказать, из ничего обитель ваша быстро распространилась и теперь возвеличилась громадным собором, могущим служить украшением столичного города. Не знаешь, чем больше восторгаться – наружными ли его очертаниями, или внутренним убранством, в особенности иконописью образов, живописью стен, величием иконостаса, или, что важнее, разумным сочетанием искусства с церковными требованиями. Воистину, храм сей есть венец св. обители Это драгоценный дар Божий, это благословение Божие обители благочестия! Пойте же Богу нашему, пойте; пойте Цареви нашему, поите! Да будут живущие и спасающиеся здесь непрестанно приносить славу, честь, благодарение и поклонение Господу Иисусу Христу и Его Пречистой Матери! Царица небесе и земли, отныне вселясь в Своем храме сем и, приняв вас под благодатный Свой покров, несомненно дарует вам все благопотребное, да тихое и безмолвное житие поживете во всяком благочестии и чистоте.

Но с окончанием и освящением собора, не оканчивается дело, начатое вами, возлюбленные матери и сестры, для создания духовного храма в ваших сердцах. Это еще не конец, а только начало,ибо не весте ли, яко храм Божий есте и Дух Божий живет в вас (1Кор.3:16). Господь живет не в рукотворных храмах и если он благоволил устроить место селения славы Своей посреди нас, то, конечно, не для Себя, а для нас, чтобы мы знали, где находить Его беспредельного и неописанного, где призывать Его – невидимого и неисследимого, куда притекать к Нему для принятия от Него света и истины, духа и жизни, благодати и милости. Если Он благоволил полагать сокровище благодати во святом храме Своем, то без сомнения для того, чтобы наши души и сердца освящались в жилище Божие. Этот внешний вещественный храм есть только средство к созданию, украшению и освящению в нас сам их духовного храма. Да будет же величественный собор ваш прежде всего непрестанно напоминать вам о необходимости приобрести истинную и совершенную Евангельскую веру, без которой немыслимо освящение человеческого сердца, избранная в Престол Божий, во внутреннем храме души нашей. Сыне, дождь Ми сердце твое! – говорит Господь. Каково сердце человека, таков и весь человек, такой весь образ его мыслей и суждений, таковы все его желания и стремления, таковы все слова и дела его. Да будет же этот храм напоминать о силе и совершенстве Евангельской веры потому, что его создала искренняя и крепкая вера двух дорогих вам людей, взявшихся за его сооружение.

Вспомните, из чего возникла ваша обитель, из какого малого зерна выросло это крепкое дерево. Вам известно, что сооружение собора началось без всяких запасных средств и потому не мудрость житейская, не опытность строителей, не случайность какая, a крепкая вера и христианское терпение воздвигли этот храм славы Божией. Вера руководила ими в столь многотрудном, святом деле; вера давала строителям силы для подъятия этого тяжелого бремени; верою претерпели они многочисленные скорби, заботы и испытания; вера их привлекла к себе сердца доброхотных жертвователей и, наконец, благодаря вере их, увенчался труд явным благословением Божиим. Сия есть победа победившая мир, вера наша. Кто есть побеждаяй мир? Только веруяй, яко Иисус есть Сын Божий (1Ин.5:4–5), говорит св. Апостол. Но совершенная вера требует еще уверенности в каждом слове Спасителя, что все так есть и будет, как говорил Христос. Недостаточно одной веры во Христа, но надо еще веровать и Христу. Поэтому, рассмотрите сами в вере ли вы? В вере ли те, которые не отверглись своей воли, своего разума, своих желаний и боятся всецело предаться в руки Божии? В вере ли мы, когда начинаем Божие дело с сомнениями и внутреннею борьбой? Вера, говорит св. Иоанн Лествичник, получает и то, чего не смеет надеяться. О, возлюбленные, приобретайте же совершенную, Евангельскую веру в этом дивном храме, воздвигнутом по вере создателей!

Приветствую и вас, благочестивые жертвователи и прихожане св. обители, с исполнением вашего общего желания, с освящением этого величественного храма вашего. Принесенные вами жертвы любви к благолепию дома Божия приняты Отцом небесным, да радость ваша будет совершена! Великая ревность ваша по вере особенно любезна и дорога нам, в настоящие дни тяжкого испытания для Церкви Христовой, когда св. вера подвергается еще небывалой опасности. Злочестие многих доходит до глумления над самыми основами веры, до отрицания св. Таинств и Божественности Христа – Спасителя. Некоторые фанатики печатно и письменно кощунствуют над священными верованиями нашими и даже разражаются глубокою бранью на Самого Господа Иисуса, Сына Божия. После этого понятно, что к святым храмам и монастырям они относятся с ненавистью и злобою и желают не процветания их, a уничижения и уничтожения. Не менее пагубно действует на благочестие, равнодушие и холодность многих ко св. вере. Тем утешительнее и радостнее нам видеть себя ныне в храме, переполненном христианами, именующими себя единоверцами с нами. О единоверцах и единоверии молил Иисус Христос Отца небесного, отходя на вольные страдания: Не о сих же молю токмо, взывал к Богу Отцу Спаситель, указывая на Апостолов, но и о верующих словесе их ради в Мя, да eси едино будут (Ин.17:20).

Следовательно, кто считает себя верующим, но не держится единства в вере и общения с Единою, Святою, Соборною и Апостольскою Церковью, тот ходит самочинно, путем погибельным. Ибо могут ли спастись те, за которых не принес молитвы Своей Ходатай Бога и человека, Сын Божий, Спаситель наш Господь Иисус Христос? Конечно, нет. Спасутся только те христиане, у которых: Един Господь, едина вера, едино крещение; един Бог и Отец всех, Иже над всеми, и чрез всех и во всех нас (Еф.4:4–5). Вот сколько оснований и причин к нашему единству с вами! Сколько надежд, утешения и радостей нам, пребывающим в единой вере и единой любви к Христу – Спасителю нашему!

О Царице небу и земли! Единеми усты и единем сердцем взываем к Тебе, Пресвятая Богородице, надеждо ненадежным, помощнице немощным и ходатаице всем грешным! Ты нас покрый и заступи от всех бед, нужд душевных и телесных и просвети, да ecи едино будем! Аминь.

50. Речь высокопреосвященнейшему Сергию, Архиепископу Владимирскому и Суздальскому, в день пятидесятилетия его службы, при поднесши ему драгоценного посоха от всех монастырей Владимирской епархии

Высокопреосвященнейший Владыка, Милостивейший Архипастырь и Отец!

В свидетельство того, что ты, прияв жезл начальственный, действовал не столько жезлом власти, сколько жезлом правости, благослови нас, в радостный день твой, вручить тебе от искреннего сердца сей драгоценный жезл, ибо власть твоя была нам всегда не тяжкая, а любезная и жезл твой, как жезл Господень, утешением в трудах наших.

51. Слово в столетний юбилей Пажеского Его Императорского Величества корпуса

Мы вновь в этом родном храме и по прошествии стольких лет! Опять мы собрались здесь, чтобы вознести Господу благодарение за благодеяния, полученные нами в возлюбленном Пажеском корпусе. Ничего нет дороже и приятнее каждому человеку этих воспоминаний о давно прошедшем детстве и юношестве, а потому, вступив в здание корпуса, в знаменательный день празднования столетнего юбилея его, в то самое здание, где большинство из нас росло с детского возраста, мы всецело переносимся в лучшую пору нашей жизни и как бы вновь переживаем святые, чистые, искренние и хорошие чувства, которые наполняли тогда наши юношеские сердца. Перед нашими глазами не только величественное, красивое здание корпуса, в котором каждая зала, комната, класс, коридор и даже дорога, ведущая от подъезда к воротам, полны драгоценных воспоминаний, но перед нами восстают дорогие образы наших незабвенных начальников, наставников, учителей, всех служащих в корпусе, наших товарищей и нас самих. Снова глядим мы, но уже сердечными очами, на давно прошедшее время, неизгладимое в нашей памяти, которое никогда нельзя перестать любить. И какое иное чувство может преисполнить наши возрадовавшиеся сердца ныне, кроме благодарности Богу за все пережитое в стенах этого родного корпуса!

Да, дорог и памятен нам возлюбленный Пажеский храм. Сколько лет ходили мы сюда молиться об облегчении наших детских скорбей и в покаянии, несли дорогому батюшке, нашему законоучителю, грехи наши, сконфуженные своею неисправностью.

Памятны нам недели говения в великом посту, когда некоторые из нас, с непреодолимым волнением пели "да исправится молитва моя", пред открытыми Царскими вратами. Мы любили свой корпусный храм, дорожили им. Как памятны нам все эти залы, классы и комнаты, по происходившим в них занятиям и учениям, по встречам высших начальников, по разным событиям нашей жизни! Как нам дорога по воспоминаниям даже эта въездная дорога, где мы столько раз имели счастье провожать обожаемых Государей, бегая за санями, выражая в криках наши беспредельные, верноподданнические чувства и в детских шалостях нашу невыразимую радость!

Воспоминания о наших начальниках, наставниках и руководителях вызывают особенно глубокие и искренние чувства. Многие из нас росли полусиротами и даже круглыми сиротами и не только по рассказам, но и по личному опыту, знаю, сколько эти замечательные педагоги, эти добрые воспитатели, эти сердечные люди, выказали нам участия, сочувствия, христианской любви, поддержки и братских чувств. Взаимная дружба была всегда отличительною чертою всех служивших в Пажеском корпусе. Черпая из этого христианского единения необходимые силы и крепость, для столь трудного и святого служения юношеству, они умели увлекающихся вразумлять, исправлять и направлять, но никогда не прибегали к мерам, которые могли бы погубить будущность их питомцев. Несомненно, многие из нас вспоминают на молитве дорогие имена: – Игнатьева, Озерова, Карла Карловича Жиравдота, Петра Николаевича Анчутина, Димитрия Христиановича Бушена и многих др.

Пажеский корпус обязан своим наставникам его традициями, утвердившимися в нем. Мы были воспитаны в вере и в православии, но если выходили из корпуса недостаточно проникнутыми церковностью, однако хорошо понимали, что православие есть сила, крепость и главная драгоценность нашей возлюбленной родины. Были мы так же воспитаны в страхе Божием и не ошибусь, если скажу, что страх Господень, как основа премудрости, был и основою традиций Пажеского корпуса. Св. Иоанн Златоуст свидетельствует, что, живя без страха Божия, нельзя совершить ничего благородного и удивительного. Поэтому, без страха Божия невозможно себе выработать правильных понятий о достоинствах, о чести и тех качествах, которые должны быть присущи людям образованным и благородным. На этом основании и наши наставники особенно заботились, чтобы мы все боялись Бога и еще тех людей, которые не боятся Бога.

Как пажи прошлых ста выпусков служили царям и родине, это свидетельствуют – отечественная история военного и мирного времени, громкие имена героев ее, наконец, эти черные доски, украшающие наш дорогой храм. Но не для перечисления заслуг бывших пажей собрались мы сегодня, а для воздаяния чести и благодарения родному Пажескому корпусу и всем тем, которые посвятили себя нашему воспитанию и образованию.

Да будут же теперешние пажи свидетелями наших слов и выразителями наших чувств пред будущей историей Пажеского корпуса. Пожелаем им, чтобы они были столь же тверды в вере, в любви и в служении Царям и России, как и пажи прошлых ста выпусков!

Мне же вашему товарищу, осчастливленному особым избранием Божиим, да будет дозволено, от всего благодарного сердца, призвать благословение Божие на всех бывших и настоящих пажей, наших наставников, предстоящих в храме и живущих в родном корпусе.

Благословение Господне на вас, Того благодатию и человеколюбием, всегда, ныне и присно, и во веки веков! Аминь.

52. Речь в Московском кремле, в мироварной палате, при наречении во епископа Сухумского

Милостивейшие Архипастыри и отцы! Когда один пресвитер, будучи избран на епископство, послал вопросить о том великого старца св. Варсонофия, то последний, чтобы утвердить его на пути призыва Божия, напомнил ему о приобретенном им уже в пресвитерстве духовном опыте и чрез него глубокой вере, что только Бог, богатый милостью, по своей великой любви, нас, мертвых прегрешениями, оживотворяет со Христом, уготовляет, очищает и спасает Своею благодатью (Еф.2:4–5), Сам избирает и призывает, ниспосылая в свое время духовные дарования, ибо не может человек приимати ничесоже, аще не будет дано ему с небесе (Ин.3:27).

Многоразлично совершается призыв Божий! Неизследимы пути Провидения Божия (Рим.11:33), предопределяющие пути человеку. Со мной, вот уже в третий раз, в продолжении последних двенадцати лет, происходят перевороты, которые, меняют весь строй моей жизни. Хотя я никогда не забывал молитвенно простирать руки к Богу, в надежде на Его милосердие и всепрощение, но мог ли себе представить, что мой первоначальный светский путь, казавшийся естественным и вполне соответственным моему рождению и воспитанию, продолжавшийся так долго и с таким успехом, не тот, который мне предназначен Богом? И как я должен был убедиться в этом? Несомненно, путем испытаний и скорбей, ибо известно, что скорби – это лучшие провозвестники воли Божией и от начала века они служили людям знамением избрания Божия. Испытав с восьмилетнего возраста сиротство, равнодушие людей, беспомощность и, убедившись в необходимости проложить себе жизненный путь собственным трудом и многолетним учением, я, по окончании образования, еще в молодости, прошел чрез все ужасы военного времени, подвиги самоотвержения, но сохраненный в живых дивным Промыслом Божиим, продолжал свой первоначальный путь, претерпевая многочисленные и разнообразные испытания, скорби и потрясения, которые окончились семейным несчастием – вдовством. Перенося столько скорбей, я вполне убедился, что этот мир, который так трудно перестать любить, делается через них нашим врагом и что мне предопределен в моей жизни особенный, тернистый путь.

Тяжело испытывать пути Божии! Не потому, что требуется безусловная покорность, совершенное послушание и всецелая преданность в волю Божию, даруемые испытуемым Самим Господом; нет, но от того, что мир, среди которого надо духовно подвизаться и нести свой крест, яко душевен человек не приемлет яже Духа Божия: юродство бо ему есть... Божия никтоже весть, точию Дух Божий (1Кор.2:11). Тяжело, потому что, как говорит Святитель Филарет, Митрополит Московский, мир, побежденный верою, плененный в ее послушание, допущенный по сему в область ее, неприметно внес в нее свой собственный дух; таким образом, сей враг Христа и христианства, очутился в пределах самого христианства; прикрывшись именем христианского мира, он действует свободно и учреждает себе мирское христианство, старается обратно переродить сынов веры – в сынов мира, сынов мира не допустить до возрождения в истинную жизнь христианскую, а на непокорных ему вооружается ненавистью, лукавством, злословием, клеветами, презрением и всяким орудием неправды (т. III, 374).

Поэтому, жизнь людей, взятых неожиданно из мира и поставленных на духовный путь, особенно многотрудная и многоскорбная. Такую жизнь Божественный Учитель начертал одному из Своих учеников, говоря: Егда же состареешися, воздежеши руце твои и ин тя пояшет, и ведет, аможе не хощеши (Ин.21:18). Подобное произошло и со мною. Иные опоясывали меня и вели туда, куда я не ожидал и не мечтал идти и эти люди были, конечно, высокой духовной жизни. Когда, по их святым молитвам, во мне открылось сознание, что Сам Господь требует от меня такой перемены в пути, ради Его Божественных целей, что это необходимо для всей моей будущей жизни, для предназначенных мне еще испытаний и скорбей, для моего сораспятия Христу, то не смотря ни на какие препятствия, поставленные мне миром, я исполнил святое послушание и сначала принял священство, а по вдовстве – монашество. Долго я переносил осуждения, за эти важные шаги в жизни, и хранил в глубине своего скорбного сердца истинную причину их. Но, наконец, Сам Господь оправдал мое монашество в ближайшем моем участии в прославлении великого чудотворца Преподобного Серафима. Ныне, по всеблагой воле Божией, я призываюсь на высокое служение в церкви Христовой в сане епископа.

Так совершилось дело, видимое в своих знамениях, но не видимое в существе своем; дело, имеющее вид человеческого по своим орудиям, но воистину Божественное по силе в нем действующей, не столько понятное для разума, сколько ощутительное верою (M. Филарет).

Богомудрые Архипастыри и отцы! Не безызвестны мне обязанности епископа и сопряженные с этим саном скорби. Большинство светских людей видит в Архиерейском сане удовлетворение человеческого тщеславия. Какое неведение подвига епископского служения, сто крат превосходящего испытания священства, которое, однако, святыми отцами именуется добровольным мученичеством! Не епископам ли прежде всех сказал Иисус Христос в лице Своих Апостолов:В мире скорбни будете(Ин.16:33), якоже от мира несте, но Аз избрах вы от мира, сего ради ненавидит вас мир? Хотя слово Божие громко вещает, что епископам вверены люди Господни и они имеют пасти Церковь Господа и Бога, юже стяжа Кровию Своею (Деян.20:28), что они несут тяжелую ответственность за каждую вверенную им душу и обязаны говорить, увещевать и обличать со всякою властию (Тит. 2:15) и что достойно начальствующим должно оказывать сугубую честь, особенно тем, которые трудятся в слове и учении (1Тим. 5:17), но в наши трудные и лукавые дни голос Святителей заглушается голосами и криками главарей разнообразных сект, проповедников бесчисленных вер, отрицаний и новых путей, а за последнее время сторонников беспримерного в истории безумия, христианства без Христа и человеколюбия без имени Божия. Современный дух, враждебный церкви и государству, религии и нравственности, на столько силен, что епископы обречены на неустанную, многостороннюю борьбу, глубокую душевную скорбь, вовлечены в невежественные состязания, от которых св. Апостол повелевает уклоняться, ибо они рождают ссоры (2Тим. 2:23), обременены бесчисленными судебными и всякого рода делами, жалобами, просьбами и требованиями, в большинстве своем не разрешимыми, ведущими лишь к недовольству просителей, поврежденных в вере и послушании Церкви, к недоразумениям с интеллигентными слоями общества и к бесконечному мученичеству. Кого не ужасает современное стремление образованного общества соделать православный русский народ равнодушным к вере и жизни вечной, и, таким образом, наложить на него иго худшее татарского, которое, как известно, стесняло нашу веру, но не уничтожало ее? Как тогда Россия была избавлена от этого тяжелого ига молитвами и подвигами Святителей и преподобных, так верую, что и ныне никто иной не может спасти ее от великой скорби, кроме поставленных пасти Церковь Господа и Бога и обязанных говорить, увещевать и обличать со всякою властью.

Мир даже не представляет себе всех трудностей постоянного церковного служения епископов, соединенного с частым рукоположением, проповедничеством, управлением обширной епархией и принадлежностью пастве, которая требует, не зная времени и часов, свободного доступа к ним, но всегда готова при малейшем стремлении епископов стать ближе к обществу, обвинить их в излишней светскости, а при удалении от него – в неподобающем аскетизме.

Малодоступны этим строгим судьям нужды, семейная обремененность и неудовлетворенность сельского духовенства, после полученного им образования и бесчисленные скорби младших членов клира, которые епископы обязаны облегчать, удовлетворять и, за неимением никаких материальных источников, частью покрывать из своего мнимого благосостояния. Кто из этих требовательных судей вдумывался когда – либо в скорби и безвыходное положение епископов, на руках которых всегда имеется известное число подчиненных, не выдержавших борьбы с нуждою, неудовлетворительности, семейными горями и падших, по слабости воли, в своих страстях?!

Итак, небезызвестны мне скорби епископов и предстоящий мне трудный путь, но преданность в волю Божию и обеты послушания обязывают меня с благоговейным трепетом преклониться пред Божественным Промыслом и принять все предназначенное мне Свыше с усердным и сыновним благодарением Святейшему Синоду и Возлюбленному Монарху. Уповаю на ваши святые молитвы, Милостивейшие Архипастыри и отцы, при моем рукоположении и на предстательство пред Христом Спасителем и Его Пречистою Матерью возлюбленного покровителя моего Преподобного Серафима, по молитвам которого, не сомневаюсь, я призываюсь ныне к новому служению и к новым подвигам. Аминь.

Летописный очерк Зосимовой пустыни приписанной к Св. – Троицкой Сергиевской лавре. Составил иеромонах Серафим Чичагов. Ульянова пустошь. Кто был схимонах Зосима?

Двести лет тому, назад в прежнем Переяслявль–Залесском в Кинельском стану, на холмистом берегу небольшой речки Молохчи, красовалась лесная пустошь, с небольшими полянами, заросшими травою, называемая Ульяновой и значительно удаленная от людского жилья. Не без воли Божией, в неведомый для нас день посетил эту пустошь некий старец Зосима, призываемый Богом к уединенной, отшельнической жизни. Понравилась старцу эта пустынь, красивый, вековой лес, извилистая речка и глубочайшая тишина, прерываемая лишь пением и перекрикиванием птиц. Помолился блаженный старец, испросил откровение воли Божией и, познав в своем чистом сердце, что именно это место предназначено ему для подвижничества и пустынножительства, он остался уже здесь навсегда...

Но кто был старец Зосима? Кого мы теперь спросим об этом? В каких летописях может говориться о тайных путях жизни его, о его уединенных подвигах, ведомых одному Богу? Или сама безмолвная могила блаженного старца, хорошо известная многим, ответит нам на наш вопрос? Или дела его, о которых громко гласит предание, или наконец, чудеса, совершаемые и ныне по молитвам святого старца, – достаточно ясно свидетельствуют, кто был блаженный старец Зосима?

Он был избранником Божиим. Это доказывается уже появлением старца в лесной пустоши, удаленной от человеческих взоров. Он был избран Самим Господом для пустынножительства, ибо такая жизнь не устраивается по произволу и разуму человеческому, но по особому смотрению, определению, призванию и откровению Божиему. Антоний Великий, глава монашества, учредитель пустынножития, удалился в пустыню для строжайшего безмолвия, по повелению Божественного гласа. Преподобному Макарию Великому явился херувим, который показал бесплодную дикую равнину, впоследствии знаменитый Египетский скит, и заповедал поместиться в ней на жительство, предсказав, что пустынная равнина населится множеством отшельников (Алфавит. Патерик). Арсений Великий, находясь в царских палатах, молил Бога, чтоб ему был указан путь спасения и услышал голос: Арсений! бегай от человеков и спасешься! (там же). Церковной истории известны отшельники и затворники, которые вступили на этот путь самопроизвольно, не призванные Богом, и они подвергались величайшим душевным бедствиям. Св. Иоанн Лествичник говорит, что склонные к высокоумию и другим душевным страстям никак не должны избирать себе уединенного жительства, а пребывать среди братства и спасаться деланием заповедей. От преждевременного затвора рождается бесовская прелесть, не только очевидная, но и невидимая по наружности: мысленная, нравственная, несравненно более опасная, нежели первая, как врачующаяся весьма трудно. Отшельническая жизнь весьма тягостна, объясняет св. Ефрем Сирин: это путь трудный для невежд, несносный для всякого юноши, скорбный для людей простосердечных (V, 291) Немного было иноков, пишет св. Макарий Великий, которые с добрым началом соединили добрый конец, дошли непреткновенно до цели, имели единую любовь к Единому Богу и отрешились от всего. Многие приходят в умиление, многие делаются причастниками небесной благодати, уязвляются небесною любовию, но не выдержав встретившихся на пути различных борений, подвигов, трудов и искушений от лукавого, остались в мире и погрязли в глубине его. A те, которые намерены действительно проходить доброе житие, должны руководствоваться одною небесною любовию, не примешивая к ней никакой другой привязанности чтобы не препятствовать духовному совершенствованию, не возвратиться вспять и, наконец, не лишиться жизни. Как обетования Божии велики, неизглаголаны и неисповедимы, так потребны нам вера и надежда, труды и великие подвиги, и долговременное испытание (Доброт. 1:195–96).

Св. Царь Давид пел:се удалюся бегая и водворюся в пустыни, буду чаять Бога, Спасающаго мя от малодушия и от бурии (Пс.54:8–9).

Так как нам известно, что старец Зосима жил в избранной им пустыне истинным подвижником и впоследствии прославился во всей окружной местности, в Александрове и в Москве, своею мудростью, святостью и чудесами, то мы можем утвердительно сказать, что он был несомненным избранником Божиим.

На вопрос: кто был старец Зосима? – летописец вправе еще ответить, что блаженный подвижник был из числа тех людей, о которых св. Апостол Павел говорит, что они скитались, терпя недостатки, скорби, озлобления и весь мир не был достоин их (Евр.11:37–38). В числе их были Антоний и Феодосий Печерские. Таким был преподобный Сергий который пришел в бесплодную и непроходимую пустыню, где долго жил в лишениях один с Единым Богом, а потом, когда нашлись такие люди, которые, узнав цену его, предпочли миру его пустыню и предали ему самих себя в послушание и управление, то он был первый в трудах и последний в успокоении, носил негодную для других одежду и ел гнилой хлеб. Таких людей мир сперва не понимает, ибо, как говорит св. Апостол, весь мир недостоин их, но затем мир их ищет в пустынях.

Отшельники удаляются от мира не только потому, что узнают цену его и не хотят принадлежать миру, но чаще потому, что пустыня призывает их и тихий, хотя печальный, голос ее для них стократ вожделеннее, нежели пустые радости мира. Кто гнал из мира преподобного Сергия, спрашивает свят. Филарет, "сие чудное отроча, которое оставило мир прежде, нежели имело случай узнать его"? Какая сила влекла его из мира и заставила скитаться в пустыне, в лишениях и скорбях? Узнаем эту тайну от Апостола, говорит святитель, от Апостола, который изобразил этих непостижимых людей. Эта сила – вера. Вера представила им, что они странники и пришельцы на земле, – мысль, которую знают и неверующие, но, слушая, пропускают мимо ушей, или, лучше сказать, мимо сердца и потому, хотя ежедневно видят подобных себе умирающих, однако живут в такой беспечности о будущем, с такою привязанностью к земному, как бы им жить здесь вечно! Вера вдохнула своим верным последователям глубокое чувство тленности мира и краткости жизни; красоты мира для них померкли, сладости чувственные преогорчились, земные сокровища превратились в уметы, мир явился для них пустынею, а пустыня – раем, и они побежали... Побежали от мира, где сообщество с мирскими непрестанно рассеивает их мысли, порабощает желания, возмущает душу и совесть. Побежали в пустыню, где отстраняясь от тварей, могли ближе ощущать Бога, и, удаляясь, так сказать, на самую границу видимого и невидимого мира, перенесли туда добровольно и благовременно и мысль, и сердце; и если принуждены были оставить бренное тело, то, по крайней мере, старались постом, бдением и другими подвигами очищать и утончать его так, чтобы не столько оно отягощало душу (Прем.9:15), сколько душа облегчала его и воскриляла, чтобы оно, сколько можно, менее препятствовало им подражать жизни бесплотных и принимать благодатные посещения Святого Духа (II. 121 – 123). Таким был блаженный старец Зосима.

Но кто он был по происхождению и откуда пришел? Старец Зосима был схимонах, а потому не мог быть молодым человеком, когда явился на указанную ему Господом и благословенную Ульянову пустошь. Без сомнения старец Зосима уже много лет монашествовал, жил сперва под руководством опытных духовных старцев, затем принял схиму и решился удалиться в пустыню. Когда он принял монашество – неизвестно.

Мир особенно противится поступлению молодых людей в монастыри, хотя в древности это не было так трудно и непозволительно, как теперь. Но Господь сказал людям: оставьте детей приходити ко Мне (Мк.10:14) и имеет ли право мир не допускать их до Христа Спасителя? Кто из живущих в миру может взяться определить каждому возраст, когда он призывается Господом и на какое дело?! Мы знаем, что св. Апостол похваляет изучившего измлада священные писания (2Тим.3:15) и еще повелевает воспитывать чад в наказании и учении Господни (Еф.6:4). Где же это воспитание безопаснее и вернее, как не в святых обителях, избранных с разсуждением.

Хотя нам неизвестно с каких лет был иноком блаженный старец схимонах Зосима, но мы не ошибемся, если скажем, что он был призван Господом с малолетства. В этом убеждают нас высокие добродетели схимонаха Зосимы. Чтобы достичь чистоты сердца, сделаться обителью Духа Святого и быть призванным к уединенному жительству в пустыне – надо трудиться на пути духовного делания очень долго, много десятков лет надо быть истинным монахом. А истинный монах только тот, говорить Лествичник, кто во всяком месте и деле, во всякое время руководствуется единственно Божиими заповедями и Божиим словом. Только исполнители правды Божией могут возобладать Твоим сердцем и своею плотью. Инок должен сперва обучаться деланию заповедей в обществе человеческом, в котором душевное делание сопряжено с деланием телесным, а потом уже, достигнув достаточного преуспеяния, заняться исключительно и душевным деланием в отшельничестве или безмолвии, если окажется способным к нему. Редкие способны к безмолвию и отшельничеству. Также надо много лет трудиться, терпеть искушения и скорби и бороться со страстями, чтобы сделаться истинным монахом, способным к пустынножительству. Св. Ефрем Сирин указываем на семь необходимых направлениях в духовном делании монаха. Первое – молчание, т.е. жизнь, провождаемая без развлечений, в удалении от всякого житейского попечения, чтобы монаху, становясь выше человеческого ублажения, можно было прилепиться к Богу. Второе – соразмерный пост, т.е. однократное вкушение в продолжении дня пищи и то не до сытости. Третье – соразмерное бдение, т.е. употребление одной половины ночи на псалмопение, вздыхание и слезы. Четвертое – псалмопение, т.е. телесная молитва, состоящая в псалмах и коленопреклонениях. Пятое – молитва духовная, совершаемая умом, удаляющая от себя всякую постороннюю мысль. Шестое – чтение житий св. отцов и их словес, совершенное удаление от светских учений, чтобы словесами отцов препобеждать страсти. Седьмое – вопрошение опытных о всяком слове и деле. Вот сколько труда, борьбы и занятий – каждому монаху. Поэтому, новоначальный или молодой монах не может вынести одного душевного делания и не способен к уединению. Приступающее к душевным деланиям вступают в мир духов, для чего именно опытные иноки, исполнители правды Божией и удаляются в пустыни. В мире духовном первоначально встречают христианина падшие духи и потому они легко побеждают неопытных и не приготовившихся к борьбе. Но так как схимонах Зосима, пришедший уединиться на живописный берег речки Молохчи, был исполнителем правды Божией, то из этого вероятно, что он монашествовал с юных лет [1].

Схимонах Зосима покинул свой монастырь.

Мир, относящийся всегда с нерасположением к монастырям, следящий за монашествующими и охотно осуждающий иноческие обители пожалуй, и в схимонахе Зосиме готов видеть доказательства, что обители не оправдывают своего назначения. Для чего существуют обители? До сих пор, спрашивает мир. Если для постоянной молитвы Богу, для нравственного совершенствования души, для утверждения жизни в христианской чистоте то это все и в мире возможно, и там есть примеры высоких христианских добродетелей. Если же обители наполняются иноками, для ограждения себя от мирских соблазнов, для подвигов высшей духовной жизни, то оправдывают ли обители такое назначение? И место ли им среди мирских поселений? Действительно, не потому ли ушел схимонах Зосима из своей обители в пустыню?.... Где ваше иночество? вопрошает мир. Покажите его миру! Ваше черное одеяние – не ответ; ваша многочисленность – не ответ; устройство монастырей – не ответ; ваши долгие богослужения – не доказательство; ваше уединение, ваши посты, ваша наружная обстановка и соблюдете уставов – не ответ. Ваши обеты? Но это только основание иночества, а еще не действительное иночество. Покажите ваше иночество из глубины душ ваших, из существа вашей жизни, из ваших дел, общих и личных. Покажите всю красоту и высоту иночества в его действительности, в полном осуществлены его идей и характера, в высших нравственных совершенствах. Тогда мир поймет, для чего существует монашество. Явись ты, инок, пред глазами мира во всей чистоте целомудрия, во всем бесстрастии евангельского нестяжания, во всей глубине самоотреченного смирения, во всем величии тяжелого, но с любовию и радостью носимого, креста во след Спасителя мира; покажи миру, что ты действительно в духе и жизни далеко от мира, выше его, спокойнее и счастливее в душе, что ты обладаешь такими совершенствами, каких в мире и с миром нельзя иметь христианину, тогда мы увидели бы такое сокровище иночества; тогда мир волею или неволею сам преклонился бы пред достоинством монашества. (Еп. Иоанн Смол. Слова 221).

О! ослепленный и маловерный мир! Где ты был и чем был занят, если не заметил даже таких великих и совершенных иноков, явленных тебе, как Великие – Антоний, Макарий, Пахомий, Василий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Иоанн Лествичник, Ефрем и Исаак Сирины и многие, многие другие!? Как ты не познал красоты иночества на Афоне?! Неужели до сих пор неизвестна маловерному миру история просвещения России, труды свят. – Кирилла и Мефодия, Антония и Феодосия и многочисленных святых Киево – Печерской Лавры. Ты не усмотрел нравственные совершенства в преподобном Сергии и его учениках. Не они ли явились 500 лет тому назад пред глазами мира в чистоте целомудрия, во всем бесстрастии евангельского нестяжания, во всей глубине самоотреченного смирения! Ты не приметил в вышедшем 200 лет тому назад из Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, схимонахе Зосиме, – инока, который был действительно далек в духе и жизни от мира, выше его, спокойнее и счастливее в душе! Мир и по ныне с величайшим трудом, непонятным неведением и равнодушием относится к бедным обителям, основанным многими этими великими иноками, которые почиют в мощах, благоухают, творят чудеса, как истинно живые, и порождают Духом собирающихся боголюбивых иноков на их могилах. Так ценил мир сокровище иночества тогда и так продолжает ценить теперь! Или мир особенно озлобляется только против современных иноков! Зачем же он тогда не чтит память предних, забрасывает их святые гробницы! Пусть этот мир сам достигнет того совершенства, чтобы понять, что и ныне нет обители без праведника! "Сетуют, что ныне нет святых, говорит святитель Филарет, но не может быть, чтобы их совсем не было, ибо без святых мир не был бы достоин хранения Божия и не мог бы стоять. Мы можем говорить, что нет ньне в мире святых, подобно как отец Алексия, человека Божия, сказал что у него в доме нет сына и нет святого, тогда как сын его жил у него в доме и был муж святой, но закрыт был и от отца и от других образом нищего (4:50)".

Мир! имеешь ли ты право ставить иночеству такие вопросы? Иночество есть дело совести. Мы можем ответить миру словами св. Апостола, кто из человеков знает, что в человек, кроме духа человеческого живущего в нем? Так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия. Душевный или мирской человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием и не может разуметь потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может, ибо кто познал ум Господень, чтобы мог судить Его? (1Кор.2:11–16).

Спросим же лучше у св. отцов, оставивших миру наставления и объяснения: почему схимонах Зосима покинул монастырь? Потому ли что обитель не оправдала его ожиданий, не могла дать ему спасения или по другим причинам.

"Все науки и искусства имеют свою цель и свой конец, говорят св. отцы. Земледелец терпит зной и холод, неутомимо трудится, распахивает землю, имея целью очистить ее от всякого стороннего сора и сделать плодородною; он убежден, что иначе не достигнет конца т.е. получения обильной жатвы для содержания себя и умножения своего достояния. Так и подвижничество наше имеет свою цель и свой конец, ради которого мы неутомимо и с удовольствием трудимся, нас не тяготят посты, веселят долгие бдения, не страшат недостатки во всем, ни даже ужасы пустынножительства. Конец нашей подвижнической жизни есть Царство Божие, a цель чистота сердца, без которой невозможно достигнуть того конца. Так св. Апостол Павел учит: плод ваш есть святость, а конец жизнь вечная (Рим.6:22). Этим он сказал как бы: цель ваша в чистоте сердца, а конец жизнь вечная. Итак, что может нас направить к сей цели, т.е. к чистоте сердца, тому мы должны следовать всею силою, что отвлекает от нее, того избегать, как гибельного и вредного. Для этой цели иногда приходится оставлять родителей, отечество, чины, богатство, утехи мира сего и все удовольствия; для этой цели удаляемся в пустыни, держим посты, занимаемся бдением телесною нищетой, чтением и прочими добродетелями. (Доброт. II:7 – 8). Господь заповедует: будите вы совершени, яко Отец ваш Небесный совершен есть (Мф.5:48). Самое совершенное и великое дело, которого только может желать и достигнуть человек, есть сближение с Богом и пребывание в уединении с Ним. Конечно, немногие достигают этого совершенства, "потому оно и невозможно без отшельничества. Монастыри для многих, а пустыня только для некоторых и естественно, что путь к отшельничеству пролегает чрез монастырь. Как трудно и в пустыне пребывать в уединении с Единым Богом, можно судить из творений блаженного Иеронима, который, желая освободиться от страстей и похотей, оставил богатство, блеск и удовольствия Рима, удалился на Восток в пустыню. "Сколько раз, пишет он, с тех пор, как я живу в пустыне, мне воображалось, будто я нахожусь еще среди увеселений Рима! Мое тело было уже почти мертво, а мои страсти все еще кипели. Не зная, где найти помощь, я повергался к стопам Иисуса, омывал их слезами и старался извести эту мятежную плоть, оставаясь по целым неделям без пищи. Помню, что нередко проводил и день и ночь, вопия непрестанно и ударяя себя в грудь, пока, наконец, Бог, запрещающий буре, подавал моей душе тишину. (М. Филарет 4:489).

Итак, причина, почему схимонах Зосима покинул монастырь, удобопонятна. Он стремился к совершенству, был исполнителем правды Божией, получил все блага и дары, какие только мыслимо приобрести подвижническою жизнью в монастыре, но по заповеди Христовой восхотел окончательно распять свою плоть на кресте отшельничества, в совершенно уединенной, созерцательной и мученической жизни, подражая вере великого и преподобного наставника Свято-Троицкой Лавры. Предание из уст благочестивого старца Симеона, который был несколько лет сторожем у могилы схимонаха Зосимы и хорошо запомнил много из рассказов своих предков, говорит, что блаженный старец был иноком Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.

Но кто был схимонах Зосима по рождению? После всего нами познанного и сказанного, этот вопрос нам кажется даже излишним, неинтересным. Знаем, прежде всего он был совершенный, истинный монах, a чем мог быть инок, призванный на этот путь с малолетства? Только дитятей, юношей, т.е. ничем. Зачем нам добиваться узнать его низшее звание, когда ведаем, что он достиг ангельского, небесного чина. Несомненно он был простым человеком. Ведь до сих пор неизвестно точно, к какому боярскому роду принадлежал Преподобный Сергий, но все знают, что он Богоносный отец русской земли. Откуда пришел Зосима в Сергиеву обитель? Думают по существованию в Зосимовой пустыни образа Пресвятой Богородицы Смоленской (Одигитрии), принадлежавшей, вероятно, самому старцу Зосиме, что он был родом из Смоленской губернии, где особенно чтится эта икона. Но наверное мы знаем, что он вышел из обители преподобного Сергия замечательным иноком, исполнителем правды Божией и также Богоносным отцом и на его святой могиле и поныне совершаются чудеса исцелений и обращения заблудших людей на путь христианской жизни и спасения в вечности.

Жизнь блаженного старца схимонаха Зосимы в пустыне 2

В старину, в России было много свободной, пустопорожней земли, которую иногда занимали отшельники, без дозволения и спроса владельцев или помещиков. Никто не противился их поселению, с одной стороны, потому что они занимали очень мало места своими хижинами или землянками, а с другой стороны, в древности православная вера была настолько крепка, что руководила всеми действиями людей, которые высоко чтили монахов, a тем более пустынно – жителей и отшельников, молившихся за владельцев их земли. Из истории иночества в нашем отечестве, мы знаем, например, как свободно избирали себе места для пустынно – жительства подвижники иноческой жизни, каковы: преподобный Сергий Радонежский, его ученики и др. Так же просто и свободно поселился на пустоши Ульяниной и схимонах Зосима, долго никем не тревожимый.

По писцовым книгам семнадцатого столетия, пустошь Ульянова значится принадлежащею дворянскому роду Тимоновых, в обладании которых и находилась до начала второй четверти нынешнего столетия. Предание из уст боголюбивого старца Симеона гласит, что схимонах Зосима поселился не один, а с другим монахом Ионою, которого и назвали впоследствии келейником старца. Оно и правдоподобно, потому что схимонах Зосима был уже не молодой человек, ему требовалась помощь и для постройки хижины или келлии и для хождения в ближайшие села за добыванием хлеба.

"Господи! Ты Один сердцеведец! Ты Един лицезрел тайные молитвы, стенание, плач и подвиги блаженного отца нашего схимонаха Зосимы! Ты Сам вывел верного раба Твоего в дремучий лес на подвиги пустынножительства, для стяжания добродетелей и наипаче – чистоты сердца! Господи, Ты любовию Своею привлек его на страдания, на самораспятие, да чистым сердцем узрит Тя, Бога своего! Отверзи же ныне уста наша да воздадим хвалу Тебе – Богу, Создателю и Спасителю нашему и верному рабу Твоему, претерпевшему до конца, прославившему Тя и иноческий чин Твой еще на земле, смиреннейшему отцу нашему схимонаху Зосиме. Верно слово Твое Господи: прославившего Тя – прославил Всеблагий! Видя тайное, Ты воздаешь явное и благослови грешным умом нашим проникнуть в тайные и сокровенные подвиги блаженного старца нашего!" Не знаем мы, сколько лет провел схимонах Зосима в отшельничестве, пока открыл его мир и народ стал стекаться к нему толпами за советами и наставлениями, но во всяком случае слава его возросла не более, как за десять лет до смерти (1710–13 году). Следовательно, он жил в пустыньке неведомый никем не много лет.

"Только испытавшие знают, говорит святитель Филарет, каким трудностям подвержена иноческая жизнь в совершенном уединении; эти трудности столь велики, что не испытавшие их с трудом верят повествованию о них, а иногда вовсе не верят, потому что в таком повествовании пред нами открывается совершенно иной мир, миру грешному вовсе неведомый". "Безмолвие, говорит св. Лествичник, есть матерь молитвы, возвращение из греховного плена, страж душевного пламени, надзиратель помыслов, соглядатай мысленных врагов, темница плача, источник слез, побуждение к воспоминанию о смерти, живое представление вечной муки, тщательное воображение страшного суда, учитель размышлений, неприметное восхождение на небо" (Доброт. II).

Пустынножительство есть вернейшее средство – достичь чистоты сердца. Один св. подвижник хорошо объяснил это следующим примером. Три ученые друга решились поступить в монашество. Один из них избрал себе дело – умиротворять ссорящихся, по писанию: блажени миротворцы (Мф. 5:9); другой – посещать больных, a третий пошел в пустыню на безмолвие. Первый, сколько не трудился, не мог прекратить раздоров между людьми и всех успокоить. Побежденный скукою, он пошел к тому, который услуживал больным и нашел, что и он изнемогает от малодушия и не в силах более исполнять заповеди. Тогда оба пошли посетить того, который живет в пустыне, рассказали ему свои дела, просили его сказать им, какую он получил пользу в уединении. Тот, немного помолчав, влил воду в сосуд и говорит им: посмотрите в воду. – Вода была мутна. Чрез несколько времени опять говорит им: посмотрите же, как вода сделалась светла. Те посмотрели и как в зеркале увидели свои лица. Тот сказал им: точно тоже бывает с нами, когда кто находится среди людей, – от людского шума и суетливости он не видит своих грехов; а когда находится в покое, особенно в уединении, то ясно может видеть свои грехи, а сподобившийся увидеть себя, свои грехи, по словам св. Исаака Сириянина, блаженнее сподобившегося увидеть ангела, конечно, потому что, видя свои грехи, можно очищать их и по чистоте сделать душу ангелоподобною (св.Григория Нисского ч. II стр. 447).

Чистота сердца имеет несколько степеней. Низшая степень есть чистосердечие, т. е. такое свойство души, когда действительно имеем доброе расположение к другим и говорим, что у нас на сердце. Средняя степень – это, когда сердце не допускает никаких нечистых мыслей, чувствований и желаний, это состояние подобное детской невинности, но соединенной с благоразумием мужа и с опытностью старца. Высшая степень – есть безстрастие, о котором св. Лествичник говорит: "под именем безстрастия не что иное разумею, как мысленное в душе человеческой небо; истинно безстрастный тот, кто плоть свою очищает от всякого растления, ум возносит превыше всякой твари, чувства все покоряет разуму и душу свою представляет лицу Господню. Эта святая и блаженная чистота достигается великими подвигами и долгими трудами. Святые отцы достигали ее, как напр. Павел Фивейский, живший 90 лет в пустыне, Антоний Великий, почти столько же времени подвизавшийся в пустыне, Макарий Великий, св. Иоанн Лествичник, Преподочный Сергий, Серафим Саровский, многие другие и наш Богоносный отец схимонах Зосима". Преп. Исаак Сирин в пример чистоты сердца поставляет преп. Сисоя. Он совершенно отрешился от мирских желаний, помышлений и, пришедши в первоначальную простоту, стал как бы младенцем только без младенческих недостатков, преп. Сисой даже спрашивал ученика своего: "ел я, или не ел?" Но будучи для мира младенцем, он для Бога был совершен душою (слова стр. 142). Как редко и как трудно достигают и св. подвижники чистого сердца, свидетельствует нам преп. Пимен. Он говорит, что "многие из их отцов были сильны в подвигах, но по чистоте помыслов – один или два" (Дост. сказ. о подв. св. отц. 252).

Однако святит. Филарет пишет: "что касается до труда, с которым соединено внутреннее очищение, не спорю в том, что оно трудно; и даже, если бы кто назвал оное невозможным и в том спорить не буду. Но трудность разрешается, невозможность исчезает, как скоро приложим веру к слову все из ничего Сотворившего". Слова: невозможная у человеков возможна суть у Бога (Лк. 8:27); вся возможна верующим (Мк.9:23, М. Филарет III: 45).

В своих подвигах и лишениях, схимонах Зосима, конечно, руководствовался наставлениями св. отцов и подвижничеством преподобного Сергия, житье которого было ему хорошо известно не только по книгам, но и по преданиям, как добродетельному иноку Свято-Троицкой Сергиевой лавры. Он спасался всего в 25–ти верстах от лавры. Условия пустынножительства и внешняя обстановка были у отца Зосимы подобны, как у преподобного Аввы; келлиею его служила тесная и малая изба, в углу которой помещалось все его богатство – несколько образов. Пни в лесу служили ему сидением и отдохновением. Близь речки Молохчи – отец Зосима вырыл собственноручно себе колодезь, доставлявши ему прекрасную, ключевую воду.

"Кто может поведать", скажем словами блаженного Епифания, ученика преподобного Сергия, списавшего его житие, кто может поведать все уединенные подвиги этой твердой души, неусыпно соблюдавшей все требования устава подвижнического. Кто изочтет его теплые слезы и воздыхания к Богу, его стенания молитвенные и плач сердечный, его бдения и ночи бессонные, продолжительный стояния и повержение себя на землю пред Господом? Кто сочтет его коленопреклонения и земные поклоны, кто расскажет о его алкании и жажде, о скудости и недостатках во всем, об искушениях от врага и страхованиях пустынных?"

Чувственное видение духов есть принадлежность отшельнической жизни; в монастырях бесы сражаются с иноками более невидимо, принося им греховные помыслы, мечтания, ощущения, очень редко являясь чувственно.

"Пламенея ненавистью к нам, христианам, говорит Антоний Великий, демоны употребляют все средства к возбранению нам доступа на небеса, чтоб мы не взошли туда, откуда они ниспали. Нужна усиленная молитва, нужен великий подвиг, чтобы те, которым они являются, получив действием Духа благодать рассуждения, могли узнавать их. Многообразна их хитрость; многообразны приемы к приготовлению козней. Если демоны увидят, что кто – либо из христиан, в особенности из монахов, начинает подвизаться и преуспевать, то приступают к нему и тотчас же начинают полагать препятствия на пути его. Препятствия эти – греховные помышления, которые немедленно уничтожаются молитвами, постами и верою в Господа. Не успев обольстить сердце тайным действием при посредстве вожделений, они подступают иным путем и покушаются привести в испуг пустыми привидениями, принимая различные образы: то женщин, то зверей, то гадов, то величайших исполинов, то множества воинов. Они дерзки и крайне бесстыдны: побежденные при одном способе борьбы прибегают к другому. Они представляют себя одаренными пророчеством, способны предсказывать будущее. Так действуют они с тою целью, чтобы обольстить делами тех, кого не могли обольстить помыслами. Если же и при этом покушении, они найдут душу укрепленною верою и надеждою, то, наконец, приводят с собою своего начальника. Демоны лукавы, они способны принимать разные образы и виды. Часто представляются поющими псалмы, пребывая при этом невидимыми. Очень часто, говорить Антоний, когда мы читаем, они тотчас повторяют прочитанное, подобно эху. Когда спим, они возбуждают нас на молитву, чтобы не дать нам вовсе успокоиться сном. Иногда, приняв вид монахов, как бы самых благочестивых, вступают в разговор, чтобы обмануть привидением одежды и образа, и обманутых увлечь, куда желают. Их никакъ не должно слушать, возбуждают ли они к молитве, обвиняют ли, обличают ли нас в грехах, которые знают за нами. Они делают это не с целью благочестия или добродетели, но с тем, чтобы привести простейших в отчаяние. Они представляют подвижническую жизнь бесполезною, внушают отвращение к монашеской жизни, как к невыносимо – тягостной; они действуют с целью поставить всевозможные препятствия этой жизни".

"С пришествием Господа на землю, говорит св. Антоний, пал враг, силы его сокрушились, как низверженный тиран, немогущий сделать ничего, он никак не может оставаться спокойным и по крайней мере, угрожает словами. Каждый из вас должен знать это; каждый из вас, на основании этого знания, может презирать демонов.

Все подвижники испытывают в пустынях страхования и, конечно, отец Зосима прошел чрез туже борьбу с демонами, как и преподобный Сергий, которого мучили полчища бесов, об этом мог бы поведать товарищ его по отшельничеству, монах Иона, но вероятно, он был неграмотный, а остальные пустынножители не заботились списать житие своего мудрого духовного отца и наставника.

Драгоценным вкладом в нашу летопись служит небольшая тетрадь, вмещающая в себе рассказ уже слепого старца Симеона Ермолаева, сторожившего часовню схимонаха Зосимы и сердечно преданного его памяти. В ней говорится, что отец Зосима отличался большими умом, святою жизнью и к нему стекались со всех сторон благочестивые люди за наставлением. Слава подвигов старца не только привлекала к нему желавших подражать ему и следовать за ним, по избранному им пути жития иноческого, но стала известна и Царской Фамилии. Проезжали знатные люди, вельможи и дворяне. Чтобы приезжим было удобно молиться с старцем Зосимою, выстроили часовню, которую богомольцы разукрасили образами. Таким образом около келлии отца Зосимы и устроенной им часовни мало – помалу собрались иноки, в числе которых предание называет Иону и Кирилла, и в пустоши Ульяниной образовалось некое подобие пустынного общежития. Братия под руководством самого основателя пустыни отца Зосимы занимались пчеловодством. Из Царской Фамилии, по указаниям одних, была привержена к старцу царевна Елисавета Петровна, впоследствии Императрица Всероссийская, и другие исследователи указывают на сестру Петра Великого – Наталию Алексеевну. В этом недоразумении не может ли нам помочь боголюбивый Симеон Ермолаев. В его рассказе говорится: "на том месте, где теперь находится часовня, был густой лес, в нем проводил из Троицкой Сергиевой лавры отшельническую жизнь старец схимонах Зосима с келейником по имени Ионой. Полагать надобно, что это было в 1750–х годах, потому отшельник Зосима славился своею жизнью и большим умом в царствование Императрицы Елисаветы Петровны, которая, как говорят, очень любила и уважала старца и постоянно его навещала, чтобы пользоваться его советами, проездом чрез эту пустыню из Москвы в Александров к великой княгине, жившей тогда в Александровском девичьем монастыре". Какая же великая Княгиня жила в Успенском монастыре? Согласно данным, изложенным у Н. Стромилова (стр. 4) в царствование Петра Великого была заточена в Александровском монастыре его сестра царевна Марфа Алексеевна, К ней ездили сестры Мария и Феодосия. Александровская слобода досталась, по завещанию императрицы Екатерины I царевне Елисавете Петровне, езжавшей туда неоднократно и Цесаревной и Императрицей. Придворный Егермейстер и родственник по бабке Семен Кириллович Нарышкин был сосед с Зосимовой пустынькой. Архимандрит Леонид указывает (стр. 6), что владельцем пустыньки Ульяниной был тогда ключник хлебного дворца Василий Тимонов, имевший по придворному чину доступ к Царевнам.

Таким образом, вероятнее всего, что Царевна и Императрица Елисавета Петровна чаще других посещала старца Зосиму. Знали же его и все другие Царевны, ездившие в Александровский Успенский монастырь и жившие в этой обители, хотя Зосимова пустынька и не лежала на прямом пути из Сергиевской лавры в г. Александров, но была в 2–3 верстах от большой дороги. Из этого всего следует, что схимонах Зосима обладал великим и редким даром – совета или, так называемого, старчества. Если Царская Фамилия, знатные люди, вельможи, монахи и множество народа прибегали к его мудрым советам и наставлениям, то следовательно он был не только великим подвижником, усердным молитвенником, но и мудрым наставником. Предание говорит, что к нему народ собирался толпами и он с ними беседовал, как проповедник и учитель, имевший свою паству, к которому были искренно и сердечно преданы все окрестные жители, по этому и поныне крестьяне с такою любовию относятся к могиле схимонаха Зосимы.

Хорошо управлять и быть управляемыми говорят св. отцы, – это величайший дар и благодать св. Духа (преп. Кассиан). Как скоро, пишет преп. Симеон Новый, сподобишься найти такого наставника или старца с помощью Божиею, по благодати Его, то покажи к нему крайнее внимание и всякое ему благоугождение, великое смирение и благоговение; высокое почитание, веру чистую и несомненную. Чего ради? Ради того, чтобы не заслужить тебе иначе вместо мзды казнь и муку. Ибо о таковых сказал Спаситель наш и Бог: иже вас приемлет, Мене приемлет (Мф.10:40) отметаяйся же вас, Мене отметается (Лк.10:16). Итак, надлежит нам принимать таковых, как Самого Христа (сл. II – е).

Как необходимо и важно найти себе при помощи Божией – наставника, говорит нам приснопамятный святитель Московский Филарет... Вера, чтобы ей быть спасительною, учит он, требует жизни по вере, ибо вера без дел мертва есть (Иак.2:26) и, следовательно, неспособна довести человека до жизни вечной, чтобы жить по вере и творить добры дела, для сего надобно знать заповеди Божии, соображать разумение и исполнение их с духом веры, верно применять их к разнообразным обстоятельствам жизни. Только невнимательный к себе или самонадеянный может сказать, что для сего ему довольно самого себя и что он не имеет нужды в наставнике или советнике. Мы непрестанно должны быть то в подвиге против греха уже в нас более или менее живущего и действующего, то на страже против греха, готового нас искусить, прельстить, поработить и умертвить. Как укрепиться в сем подвиге? Как не воздремать на сей страже? Как победить привычку ко греху? Как устоять против прелести греха? Как возбудить в себе ненависть ко греху? Как обличить и отразить грех, когда он приближается под благовидною личиною невинных забав и принятых обычаев? Как очистить сердце от греховных желаний, ум от греховных помышлений? Как охранить самые добродетели? Решится ли кто сказать, что это все просто, и что для сего не нужно искать наставника? Конечно нет. Но прилежно ли мы ищем духовных наставников? Охотно ли следуем их советам? В высоких и глубоких предметах верования не довольствуются ли многие собственным только мудрованием, или немногими поверхностными понятыми, в детстве приобретенными? В образе жизни не следуют ли, вместо Закона Божия и заповедей Христовых, обычаям и примерам? Духовное бдение над своими делами и помышлениями, умерщвление плоти, подвиги внутреннего самоисправления, не почитают ли преувеличением набожности? Не живут ли в нравственном заблуждении, с мечтою о своем достоинстве и о праве на вечную награду только за то, что не сделали явно бесчестных и законнопреступных дел? Смиренный и искренно желающий спасения со вниманием слушает и посредственная наставника и успевает в добре; а кто по самонадеянности или рассеянности пренебрегает обыкновенная наставника, тот едва ли воспользуется превосходным (т. V, 246).

Вернемся же к повествованию благочестивого старца Симеона Ермолаева. Богоносный инок, схимонах Зосима, был награжден Господом великим даром – совета или старчества. К нему обращались за наставлением тысячи народа, благочестивые жители Москвы, Александрова и окрестных сел. Ермолаев продолжает так. "В одно из своих посещений Императрица Елисавета Петровна нашла старца Зосиму очень больным, сильно огорчилась и просила келейника его Иону дать ей знать в Москву в случае кончины пустынника Зосимы. "Я приеду к нему на погребение", сказала она. Вскоре после Ее отъезда, это было в половине июня, старец скончался. Есть предание будто бы он завещал, что он желает, чтобы его похоронили без всяких почестей, а если не исполнять его просьбы, он более ста лет не явится. Насколько это завещание справедливо, неизвестно, но известно, что сейчас после его преставления отправили гонца в Москву к Императрице Елисавете Петровне. Известие о кончине старца застало Ее больной; она не могла приехать, но будто бы пожертвовала десять тысяч рублей (т.е. по тогдашнему курсу) на погребение и прислала Владимирского архиерея и певчих, чтобы похоронить его со всеми почестями. Три недели лежал усопший непохороненным и, несмотря на сильные жары, не изменился и не было ни малейшего запаха, могилу ископал он сам себе и выложил кирпичом. Погребение, как передали предки, было великолепное; народу стеклось очень много".

Это было, по исследованию других летописцев, в 1710 – 1713 годах (см. брошюру Арх. Леонида стр. 8) и в виду того, что Царевна Наталия Алексеевна скончалась в 1716 году, когда ближайшая Переяславль Залесская епархия еще не была учреждена (учреждение ее относится уже к 1721 году), a Владимирско – Суздальская была далеко по своему Стольному городу, то естественнее всего предположить, говорить профессор И. Корсунский (см. стр.9), что хоронил схимонаха Зосиму не Владимирский архиерей, а или Крутицкий, живший в Москве, на Крутицах, или, что еще вероятнее, Ростовский архиерей, как ближайший.

Если Великие княгини приняли такое участие в похоронах блаженного старца, схимонаха Зосимы и были настолько огорчены потерею дивного молитвенника и мудрого наставника, то можно себе вообразить, как велико было горе народное, сколько приходило богомольцев в часовню Ульяновой пустыни, чтобы проститься со старцем, лежавшим нетленно в гробу, на виду всех, в продолжение трех недель.

Господь, по неложному слову Писания, не дал преподобному своему видети истления (Деян.2:27; Пс.15:10).

Скорбная судьба Зосимовой пустыни в продолжение 153 лет

Блаженного старца схимонаха Зосимы не стало и опустела Ульянова пустошь. На его могилу поставили большой памятник из белого камня с надписью и только по требованию народа, стекавшегося во множестве, ибо простые люди привыкли слушать его поучения, служились панихиды. Собравшиеся около блаженного старца пустынножители разошлись по монастырям, за исключением не многих, в числе которых был, вероятно, келейник Иона. Не стало праведника, но борьба врага спасения не только не прекратилась в пустыне, но еще более усилилась и ожесточилась. Это непонятно для людей света, руководствующихся воззрениями мира. "Видимый мир, говорит св. Макарий Великий, весь в смятении, в нестроении, в борьбе и никто не знает причины этого явного зла. Думают, что это естественно и делают сие по собственному своему рассуждению, но имеющие в уме мир Христов и озарение Христово знают, откуда воздвигается все это". (Доброт., I. 169).

Подвиги христианина на его узком и тесном пути в царствие небесное должны совершаться в области духов. Об этом редко кто имеет должное и истинное понятие. Странно, что чем образованнее люди, тем они менее сознают свою духовную жизнь и тем более отвергают некоторые Евангельские истины и сомневаются в существовании духов загробной жизни и в особенности падших духов. Казалось бы достаточно иметь убеждение, что души бессмертны, живут после разлучения их с телами, чтобы признать существование и добрых и злых духов. Если души злодеев не умирают наравне с душами людей добродетельных, то это уже значит, что существуют и те и другие. Но бытие их делается вполне ясным и очевидным для того, кто правильно изучил христианство. Можно сказать, что кто не признает существование духов, тот отвергает христианство. Почему? Потому что Сын Божий сошел на землю для борьбы с падшими духами и чтобы победить диавола. Но почему же не все это видят и чувствуют? Потому что многие слепы духовно. Христос сказал: Аз в мир сей приидох, да невидящие видят и видящие слепы будут (Ин. 9: 39). Кто не изучил христианские истины опытно, а знаком с ними только по букве, поверхностно, тот не приобрел духовного зрения и поэтому ничего не видит в мире духовном. Следовательно, кто верует только в то, что видит своими телесными очами, тот не христианин; так веровали язычники, не имевшие понятия об истинном Боге и иудеи, не просвещенные светом Христовым. Вера христианская есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом, говорит св. Апостол (Евр.11:1). Познавать веру значит созерцать те истины, которые содержит св. православная вера ясно, точно и определенно. Истинная вера не есть что – либо маловажное, избыток какой, а есть кровная и существенная нужда, как дыхание, пища, сон, и она не сокрыта, не затеряна так, чтобы следовало каждому отыскивать ее и приводить в ясность, а явлена всем. Не странно ли и не подозрительно ли, что люди более всего не доверяют христианским истинам и сомневаются в существовании духов, когда они обыкновенно доверяют с любовию своим житейским предположениям и умозаключениям? Нельзя себе представить, чтобы было с миром, если бы все желали только видеть, а не верить? Тогда бы люди походили на детей, которые, закопав зерно в земле, каждую минуту возвращаются посмотреть, выросло ли оно. Преподобный Марк Афинский, проживший 95 лет, приобрел веру, что действительно мог преставлять горы и однажды в беседе с Преподобным Серапионом, воскликнул со слезами: "горе тебе земля, ибо христиане на тебе живущие только по имени таковы, а не по делам!"

Св. Апостол Павел пишет, что наша брань не против крови и плоти, но против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесных (Еф.9:12). Какая же эта борьба? Совершающаяся в помышлениях и движениях сердца. Итак, кто не верит в духов злобы, только на том основании, что он их не видит, тот следовательно не вступает с ними в борьбу, потому что их не чувствует. Но разве это доказательство несуществования духов? Если падшие духи не борются с некоторыми людьми, то это значит: они угодны и приятны диаволу, вследствие своего равнодушия ко Христу и неверия в Бога. Такое состояние в людях в особенности у носящих название христианина есть вражда против Бога. Диавол дерзал искушать Христа на земле и преследовал Его до крестной смерти. Неужели уже падшие духи, после этого побоятся подойти к ученикам Христа и преследовать их со всею злобою и клеветою? Кто не чувствует на себе влияния и козней падших духов, тот сам мертв духом, ибо дух его не сопротивляется этому влиянию и не выступает на защиту истины против лжи и клеветы. Кто насильно умерщвляет дух, живущий в сердце, силою заблудшего разума и влиянием врага человечества, тот не чувствует свое ничтожество, немощи своего духа, а потому не ищет помощи в небесных духах и не призывает их на защиту себе. Далеки от него небесные силы, которые поэтому и кажутся ему несуществующими! Жизнь наша – есть борьба, брань и не плотская, а духовная. Дух наш борется с врагами Христа и христианства, с падшими духами, находящимися на земле и в воздушном пространстве, которые возбуждают против нас – нашу плоть, наш разум, нашу волю, наши страсти и злобу других людей, а так как эти духи – без плоти, могущественнее нас, то борьба с ними возможна лишь при помощи благодати Св. Духа, ангела хранителя и небесных духов, которых мы и должны призывать молитвою и благочестивою нашею жизнью, для победы над духами злобы. Со врагом спасения приходится бороться не только каждому христианину, в отдельности, но и целым обществам, в особенности христианским общинам, святым обителям, если в них живет правда Божия, истина. Только сильною борьбой с врагом человечества святые обители добывают себе право существования. И как отдельные люди, так и целые общества, могут доказать, что они служат истине, правде и Евангелию, только скорбями, горями и тяжелыми испытаниями. Те летописи монастырей, которые полны рассказов о том, с какою быстротой возросли обители и как всегда благодействовали, или неправдивы, или, того хуже, доказывают, что их породили духом не служители правды Божией, не Богоносные отцы, вследствие чего и монашествующие заражены пустотою и тщеславием. Блаженный старец, схимонах Зосима, был чист сердцем, истинный подвижник, Богоносный отец, а потому история его обители должна быть поучительна в духовном отношении и требует с нашей стороны особо строгого, правдивого, истинно – духовного взгляда на события и изложение фактов. Враг спасения, уязвляемый и постоянно побеждаемый молитвами и святою жизнью отца Зосимы, не мог остаться покойным и по смерти его. Естественно, он понадеялся на возможность разрушить все созданное старцем и уничтожить в людях память о подвижнике и просвещенном им месте. С этой точки зрения только и возможно изложить последующие события на Ульяниной пустоши.

Как только братия Зосимовой пустыни рассеялась, сейчас же упразднили пустынь, часовню, построенную блаженным старцем и благоукрашенную Царевною, причислили со всем находившимся в ней и при ней имуществом и священными принадлежностями к лежащей не вдалеке от г. Александрова Лукиановой пустыни. Это было в 1722 году, когда в видах имущественных и административных удобств, по управлению обители, правительство соединяло мелкие обители иночества с большими. Существует и опись вещей того времени, найденных в Зосимовой пустыне. Первое место занимает, конечно, икона во имя Пресвятой Богородицы Смоленская (Одигитрии) в серебряном окладе. Вероятно эта икона принадлежала самому старцу Зосиме и, может быть, указывает на то, что он был родом из Смоленской губернии. Затем, "из хоромного строения", по описи значится: "часовня новая, что построена Царевной Натальей Алексеевной для приезду: двор с келлиею и сенями, омшаник (для пчел)". Как видно из той же описи, в Зосимовой пустыне осталось на жительство несколько монахов, конечно, с ведома властей Лукияновой пустыни и согласия землевладельцев г.г. Тимоновых (см. брош. проф. Корсунского стр. 11).

Через шесть лет в 1728 году, Зосимова пустынь была, помощью Божиею, восстановлена. В царствовании Императора Петра II – го, как объясняет один из исследователей истории обители (проф. Корсунский), многие из упраздненных раннее приписных малых обителей вновь были сделаны самостоятельными, в том числе и Зосимова пустынь, в которой за это время упоминается даже строитель иеромонах Иоаким (см. Сураева списки иерархов и настоятелей монастырей Спб. 1877. стр. 724).

Но враг спасения не останавливался в борьбе и хотя прошло 36 лет со дня восстановления обители, но в 1763 году Зосимову пустынь снова упразднили. Как объясняют, новые штаты о монастырях не остались без влияния на судьбу малой обители старца Зосимы. Она была снова упразднена и на этот раз с причислением часовни ее и с присоединением всего скудного достояния ее к приходской церкви близ лежащего села Никульского, причт которого пользовался и доходами от служения панихид, совершаемых в этой часовне, куда особенно много стекалось богомольцев летом.

Теперь настало даже время торжества врагов, желавших совершенно уничтожить память о великом старце и его пустыни. В праздник Зосимовой пустыни, 6–го августа, Преображение Господне, бывал даже крестный ход из села Никульского в Зосимову пустынь и устанавливался обычай – устраивать ярмарку близ пустыни. Масса народа, естественно, вытаптывала луговую и лесную траву Ульяниной пустоши и чрез это уменьшались доходы обедневшего помещика И.А. Тимонова. Чтобы изменить обычаи и порядки, говорят, помещик Иван Александрович Тимонов уничтожил будто бы все документы и акты, касающиеся пустыни Ульяниной и находящейся на ней Зосимовой пустыни (проф. Корсунский стр. 5).

Благочестивый старец Симеон Ермолаев так повествует об этом печальном времени, согласно переданного ему предками. "Опустела часовня, или келлия, говорит он, в которой жил отец Зосима, но на его могилу, на которой был поставлен большой памятник из белого камня, с надписью вроде доски, стекалось много народу, который привык слышать его поучения и теперь служили панихиды, которые служил священник села Никульского, к приходу которого принадлежала пустыня. Священник села Слотина, отец Иаков, сильно завидовал доходу, который получал от панихид священник села Никульского и потому пришел к владельцу этой пустыни господину Тимону и уговаривал его, чтобы вынести образа из Часовни и перенести их в церковь села Слотина, что и исполнилось; также с могилы старца Зосимы был снять памятник и перевезен священником (который стесал топором надпись) в село Слотино. Теперь этот камень находится вместо памятника на могиле священника Иакова в сел. Слотине. Часовню же г. Тимонов обратил в птичную и когда устроили клевушки и все нужное, то перевели всех домашних птиц и двух свиней в новую птичную. Но каково было изумление птичницы, когда она, проснувшись на другой день, увидела свиней и всех птиц мертвыми. При разорении часовни присутствовал Александровский исправник Яков Ильич (фамилии не помню). Говорят, это было в 1798 году (?)".

Святыня поругаема не бывает и не вследствие ли этого поступка Тимонова, желавшего увеличить свои доходы, он вскоре умер. Имение его, от вдовы Татианы Михайловны (бездетной) и холостого глухонемого брата его Егора Александровича, перешло в другие руки. Именно, после Тимоновых, пустошь Ульянина перешла к родственнику их по женской линии, П.В. Плохово, от которого уже к Всеволожским, a последними продано жене коллежского советника Прасковье Ивановне Макаровой.

Наконец, в 20–х годах прошлого столетия по стараниям врагов, память о пустыни, как обители, стала по – видимому совершенно исчезать, ибо часовню, при содействии полиции, окончательно сломали, келлии (шесть келлий) с иконами часовни были увезены в близ лежащее село Слотино, отстоящее от пустыни на семь верст. Священник села Слотино о. Иаков Богословский был благочинным и, говорят, он перевез каменную плиту с могилы старца Зосимы на могилу своей жены (см. у Н.С. Стромилова, стр. 8). Над могилой был оставлен только деревянный крест, который – один со священною могилою были неложными свидетелями основанной некогда старцем Зосимой обители.

Но исследователи летописи свидетельствуют, что чем меньше, по – видимому, стало внешних побуждений и напоминаний к прославлению подвижника, чем меньше стали ценить его люди, тем более Господь умножал Свои таинственные благодатные силы на могиле и на месте подвигов его. Чудесные действия молитв подвижника все более и более умножали веру в святость его жизни, подвига и основанного им дела в простых сердцах поселян, и напоминало, кому следует, о том, что не должно забывать место подвигов блаженной памяти старца и, наоборот, должно блюсти, как память его самого, прославляемого Богом, так и место его хождения и стояния пред Богом и не только блюсти, но и утверждать и расширять то, что он создал. (См. проф. Корсунского стр. 13).

Когда пустошь Ульянова перешла от г.г. Тимоновых в руки других владельцев и именно П.И. Макаровой, то последняя продала в 1847 году лес Ульяновой пустоши на сруб Александровским первой гильдии купцам, известным фабрикантами почетным гражданам И.Ф. Баранову и П.С. Зубову. Приказчиком их был А.И. Алейник, который по устроению Божию, нанял сторожем лесной пустоши Ульяниной крестьянина сельца Каравайкова, благочестивого старца Симеона Ермолаева, знавшего многое по преданию о пустыни Зосимовой и ее основателе и глубоко чтившего схимонаха Зосиму. В то время на месте бывшей часовни над могилою старца Зосимы стоял лишь просто липовый крест с врезанным в середину его малым литым медным крестом, виденным уже в 1839 году помещиком с. Никульского Влад.Вас. Головиным и до сих пор сохраняемый в обители Зосимовой пустыни над колодцем, вырытым, по преданию, также о.Зосимой, в маленькой часовенке за оградою по направлению к речке Молохче. Предоставим слово самому старцу Симеону Ермолаеву. "Долго, говорит он, не существовало никакой часовни, ни памятника. Народ стекался поменее, старики примерли, а молодое поколение приходило только по преданию поклониться святому месту. Пустыня эта была перепродана госпоже Макаровой, а она продала лес Александровским купцам Баранову и Зубову. Тогда при начале порубки сделали сторожем меня (этого самого Симеона, который передал мне все здесь описанное). Во время пилки леса явился пустынник Зосима пильщикам, как будто бы он в монашеском платье ходил и кадил свою могилу. Один из плотников смеялся и уверял, что это нечистый дух ходить в виде монаха и наводит ужас, а не святой муж и за свое посмеяние на другой день внезапно умер. Видели также пастухи огонь на том месте, что и подало мысль раскопать это место (Симеон признался мне, уже слепой, с большим раскаянием). С одним из своих товарищей я раскопал то место и нашел могилу выложенную камнем. Увидал и даже коснулся нетленного гроба! Дивное благоухание повеяло на нас и мы решились открыть гроб и вдруг ударил сильный гром, сделалось темно от тучи и мы испугались и побежали".

"Когда окончили пилку леса, то неизвестно, от чего вдруг среди дня тес, бревна, одним словом, вся пустошь загорелась. Испуганный, я (мой рассказчик Симеон) взял из киота крест и обошел с ним половину пустыни. Пожар миновался. Так как я слушал всегда с особенным интересом предание о пустынножителе Зосиме, имел к нему всегда большое уважение и даже веру, после бывших явлений пастухам и пильщикам, то упросил, после бывшей на пустыньке пожара, владельцев оставшегося леса выстроить часовню на том месте, где было видение и где я обрел могилу. Г–да Баранов и Зубов согласились выстроить часовню, которая доселе существует. Тогда отправился я к сестре Баранова и выпросил у нее пожертвовать несколько образов на пустыню, что она и исполнила и образа с крестным ходом были принесены на пустыню.

Начало опять стекаться более народа, служили панихиды. Владение пустыни перешло опять в другие руки, ее купил г. Волков.

Из дел собора Троице – Сергиевой Лавры за 1872 год видны еще некоторые подробности постройки часовни. Господу угодно было пресечь жизнь И.Ф. Баранова ранее того, как задуманная постройка была приведена в исполнение; он скончался от холеры в 1848 году 5 – го августа, оставив по себе добрую память любовию к ближним и попечением о благолепии храмов Божиих; но его намерение не осталось без исполнения, благодаря попечениям его супруги А.А. Барановой и фабрики П.С. Зубова. По их приказанию, приказчик Алейкин осенью 1848 года построил квадратную деревянную часовню в 5 1/2, аршин, с крыльцом и четырьмя колонами спереди и балясником; по сторонам в ней было два окна с рамами, без решеток; по середине – глава, обитая железом и украшенная звездочками; на главе осьмиконечный деревянный крест, покрытый железом и позлащенный. Когда же в 1851 году сельцо Каравайково с пустошью Ульяниной перешло во владение Е. Н. Волковой, то супруг последней, генерал – майор П.А. Волков, ревнуя о славе Божией и благоговея к памяти блаженного старца Зосимы, о котором также много слышал от соседей и местных жителей, возложил на могилу старца, внутри часовни, доску черного мрамора с надписью "схимонах Зосима". В подножии памятника, такими же буквами витиснуто: "Господи! упокой душу усопшего раба Твоего". Под камнем сверх земли была положена каменная же беловатая плита, но как оказалось впоследствии, памятник был поставлен не над могилою старца, а в стороне несколько, вероятно потому, что уничтожением прежних построек и следов могилы, сторож Симеон был спутан. Для охранения часовни и кружки, имевшейся в ней, генерал Волков назначил сторожем того – же Симеона Ермолаева, нередко проводившего тут безбоязненно и ночи в молитве, пред чтимой им святыней. Часовня продолжала числиться при приходском храме села Никульского. Попечитель храмов села Никульского и соседнего с ним села Исакова, помещик этих сел В. В. Головин, человек благочестивый и пользовавшийся значительным влиянием и уважением среди окрестных помещиков, построил близ часовни и сторожку, приняв, совместно с генералом Волковым, на свое иждивение содержание сторожа (Проф. Корсунского стр. 16). Враг спасения не потерпел радости тех, которым было дорого упрочение порядка и покоя у могилы старца Зосимы. Проф. Корсунский так описывает дальнейшие скорби Зосимовой пустыни (стр.16–22): "едва только начало таким образом упрочиваться дело восстановления святыни места подвигов старца Зосимы, как опять начались и неблагоприятствующие этому делу обстоятельства. Местный благочинный, священник села Долматова о. Василий Парийский почему – то счел нужным довести до сведения Владимирского Епархиального Начальства о построении, без разрешения последнего, часовни над могилою схимонаха Зосимы, о сборищах богомольцев, отправлении молитвенных служб причтом села Никульского и о рассказах о чудесных явлениях на сем месте, истребовав о том предварительные сведения от приходского священника Илии Громова. Донесение о. Парийского об этом тогдашнему преосвященному епископу Иустину последовало 7 июля 1853 года. А преосвященный Иустин сделал такое распоряжение: отнестись к Обер – Прокурору Св. Синода графу Н.А. Протасову чрез секретаря Консистории с сведениями по сему делу и с исходатайствованием указаний на дальнейшее его движение и – к Владимирскому губернатору генерал – майору В.Е. Анненкову с просьбою о производстве, чрез его чиновника особых поручений, следствия как о времени, так и о виновниках построения оной часовни, при чем депутатом с духовной стороны для этого следствия владыка назначил местного же благочинного о. Василия Парийского. Губернатору для производства следствия назначил своего чиновника особых поручений Ф.И. Желтухина. Началось дело 14 июля 1853 года, а кончилось уже 17 января 1855 года [3]. Следователь Желтухин с благочинным о. Парийским прибыли на место, где стоит часовня, в самый тот день, когда наиболее бывает в ней и при ней молящихся, именно 6 августа 1853 года, в праздник Преображения Господня; нашли здесь толпу молящихся и опросили их о причине их сходбища; богомольцы отвечали на это коротко: "Тут почивает схимонах Изосим" и стало быть они собрались из благоговения к нему. Следователи осмотрели часовню и в ней на полу вделанный камень; нашли в часовне не мало икон разных видов и изображений, святцы на бумаге и картины; обозрели вокруг нее следы жилища: обширную яму на подобие подвала, который был хотя и без верхнего надстроя, но покрыт потолком, еще другую яму и возвышение бывших гряд. Измерили расстояние от ближних селений, при чем оказалось, что часовня от села Никульского находится в 1 версте 475 саженях, – от села Исакова в 1 вер. 425 1/2 саж., – сельца Каравайкова 1 в. 250 саж. Обратились с запросами к местному владельцу земли, на которой стоит пустынька, генерал – майору П. А. Волкову и соседнему помещику Вл.В. Головину; опросил и крестьян сельца Каравайкова и села Никульского и вот, что нашли с помощью этих запросов и опросов: гг. Волков и Головин, повторив все рассказанное выше о судьбе часовни прежней и о построении новой, заявили, что в поминаниях крестьян, прихожан церкви села Никульского и села Исакова во главе усопших обыкновенно пишется имя "схимонаха Зосимы"; в синодике гг. Тимоновых, сохранившемся в приходской церкви, упоминаются: "схимонах Кирилл, схимонах Зосима, схимонах Иона". О начале же учреждения Зосиминой пустыньки они могли высказать только догадки, не имевшие твердого основания [4]. Далее, они сообщили об укоренившемся в народе окрестных селений предании о посещении отшельника старца Зосимы Елисаветой Петровной (при чем предание именовало ее то Царевной, то Царицей) и о том, что это обстоятельство послужило поводом к празднеству и однодневной сельской ярмарке 6 – го августа, в день Преображения Господня на сем месте, где по усопшем тогда же и отправлялись приходскими священниками села Никульского и панихиды, и даже один из них, о. Василий, в сей день из села Никульского ходил сюда с крестным ходом. – Г. Волков, кроме того, письмом на имя преосв. Иустина от 7 августа того же 1853 года, сообщил и об обстоятельствах (уже известных нам из вышесказанного) возложения им надгробного памятника на могилу старца Зосимы; в данном же благочинному о. Парийскому объяснении от 9 марта следующего 1854 года, сообщив вышеизложенные сведения о часовне, о посещении пустыньки Елисаветою Петровною, дополнил свое показание таким известием, что "по случаю распри между священниками села Никульского и села Слотина, местным в то время благочинным Иаковом Богословским, происками последнего, часовня была, не известно по чьим распоряжениям, сломана земскою поилицею, при чем был и исправник г. Барыков [5] и заседатель земского суда Тимонов [6] – Крестьяне окрестных селений показали: "место это издревле называется пустынькою; был тут монастырь и церковь, но в чье имя, не известно; разрушена в нашествие Литвы и Поляков; после того остались тут только два отшельника: схимонах Зосима, да его келейник Иона; на место церкви Зосима построить приказал часовню плотнику, крестьянину села Никульского Андрею Кляузину. Зосима тут точно погребен, a где Иона, неизвестно". Старожилы, крестьяне Симеон Ермолаев и Иван Прокофьев, сообщив предания о судьбе пустыньки в разное время, об иконах, которые из нее перевезены в Лукианову пустынь [7] и село Слотино и проч., передали известие, что сами в одно время дорылись до каменного свода склепа, в котором погребен схимонах Зосима. – Наконец священник села Никульскаго о.Илия Громов, поступивший на этот приход лишь в 1848 году, сообщил только о том, что сам застал в пустыньке с прибытием на место своего служения, т. е. часовню, построенную г.г. Барановым и Зубовым. – После всех этих опросов и записания их в протокола по донесении всего исследованного губернским и епархиальным уполномоченными преосвященному Владимирскому Иустину, владыка, по рассмотрении и соображении всего в нем изложенного, представил, с собранными следствием сведениями и с своим, благоприятным судьбе часовни, заключением, в Св. Синод рапорт, от 10 сентября 1854 года за № 9194. На этот рапорт от 12 ноября того же года последовал указ Св. Синода, коим предписывалось: "Часовню не упразднять, но, приписав ее к приходской церкви, поручить причту иметь за сохранением в ней должного порядка и благочиния бдительное наблюдение [8]. Так благоприятно, по милости Божией, кончилось дело, имевшее столь неблагоприятное для судьбы пустыни начало.

После такого счастливого исхода судебного дела о часовне Зосимовой пустыни место это приобрело еще большую известность в окрестностях его. Попечитель местного приходского храма, не раз упомянутый В.В. Головин бывший уездным предводителем дворянства, человек глубоко религиозный, не мало заботился о благообразном состоянии часовни, нередко навещал пустынь и любил, помолясь, посидеть против часовни между двух высоких елей, которые, быть может, застал и сам о. Зосима, основатель пустыни, и которые свидетельствовали о вековом лесе, росшем здесь во время оно. Посещали эту пустыньку и другие соседи – помещики и помещицы. Просвещенная, глубокоуважаемая Е. В. Яковлева, помещица села Дивова, благоговея к памяти подвижника старца Зосимы, кроме частых посещений часовни и молений в ней, собирала все о ней сказания и даже составила краткое "Описание" пустыни [9]. Дворянка Г. И. Неттель, купившая в 1855 году у генеральши Волковой всю землю с пустошью Ульяниной, несмотря на то, что была исповедания лютеранского, также заботилась о благовидности пустыни и не препятствовала чествована памяти схимонаха Зосимы окрестными поселянами. Благодаря этому окрестные жители еще с большим усердием стали притекать к часовне, преимущественно в летнее время; крестьянские женщины с детьми шли туда на богомолье, несли туда разные произведения своего домашнего хозяйства, а взамен брали оттуда с верою – кто песочку из горы, на которой стоит часовня, кто осколок камня, тут попадающегося, кто воды из колодца близ часовни для исцеления детей от разного рода болезней и т.д. Молва о часовне и о получаемых от могилы о. Зосимы исцелениях все более и более росла и распространялась. В виду открытия мощей святителя Тихона Задонского в 1861 году стали говорить даже об открытии мощей схимонаха Зосимы. При этом, к правдивым и невинным заявлениям, как нередко бывает в таких случаях, стали присоединяться и нелепые, безосновательные толки. Стали утверждать, будто какие – то подземные труженики уже строят на могиле отца Зосимы храм, который скоро появится на поверхности земли, будто бы иные слышали даже колокольный звон, выходящий из недр земли и т.д. Вместе и в связи с тем люди неблагонамеренные не только поддерживали, но и расширяли эти слухи, дабы извлечь отсюда себе выгоды. Облекаясь в монашеское одеяние, они легко приобретали себе доверие толпы, записывали имена вносивших им свои лепты имея приют в часовне и сторожке, а особенно в стройке, находившейся близ них и имевшей вид теплицы для грунтового сарая, которую г – жа Неттель дозволила сделать бывшему дворовому человеку Головиных садовнику Роману N., не чуждому общения с помянутыми неблагонамеренными людьми, с целью, вместе с ними, поживиться на чужой счет. – Все эти нестроения и беспорядки, вносившие зло в доброе дело, с одной стороны, вызвали вмешательство полиции и благочинного для прекращения их, а с другой, побудили госпожу Неттель к пожертвованию пустоши Ульяниной, с находящеюся на ней часовнею, в пользу духовного ведомства".

Появление двух монахов у Зосимовой часовни. Помещица Г. И. Неттель. Отец Филипп Ниновийский и его сыновья

В 1855 году Е.Н. Волкова продала свое имение с пустошью Ульяновой жене подполковника Генриете Ивановн. Неттель, лютеранского вероисповедания. Последнее обстоятельство, казалось, должно было повлиять неблагоприятно на судьбу Зосимовой часовни, но Господь, по молитвам блаженного старца, чудесным образом, привлек сердце новой помещицы к возрождающейся Зосимовой пустыни.

Поучительная история этой малой обители, в продолжение чуть ни двухсотлетней борьбы с своими врагами, безотчетно старавшимися стереть с лица земли последние признаки могилы благодатного старца Зосимы, невольно поражает верующих людей одним обстоятельством: а именно, силою, привлекавшею непрестанно то одних, то других поклонников, стремившихся с своей стороны к сохранению памяти о простом старце – схимонахе и к возрождению обители, никогда не отличавшейся благоустройством и многолюдством. Какая это была сила и откуда она исходила? Несомненно это была сила, сокрытая в глубине могилы старца; сила доказывавшая, что там положено семя живое, святое, обладающее неудержимым ростом; сила, могущая заставить камни возопиять, если бы люди безмолвствовали и перестали верить в невидимое, но существующее. Это была сила, доказывающая наше бессмертие и будущее воскресение, – сила духовная, сродственная христианскому Духу, живущему в чистых сокрушенных сердцах. Эта сила, касаясь приходящих чистых сердец заставляла их биться непритворною любовию к Господу, и к правде Его.

"Видишь ли жизнь в останках мучеников? говорит св. Ефрем Сирин. Кто не поверит, что они живы? Видишь ли гробы их, полные жизни? Кто усомнится в этом? Это крепкие твердыни, защищающая от хищников; это укрепленные города, охраняющие от завоевателей; это высокие столпы для прибегающих к ним, потому что избавляют от губителей и смерть не приближается к ним. Кто далек от любви и исполнен гнева на ближних своих, проси в молитве помощи их, чтобы примириться с ближними. Это врачи, неусыпно пекущиеся о нашем здравии, потому что в себе имеют врачевство жизни. Одной веры от тебя требуют и дают тебе все, чего ни просишь. Если в душе твоей не будет сомнения, то, хотя бы и мертв ты был, получишь жизнь!" (5, 55).

"Не смотри, говорит св. Златоуст, на то, что лежит пред тобою нагое тело мученика, лишенное душевной деятельности, а смотри на то, что в нем присутствует иная сила, высшая самой души, благодать Св. Духа, которая своими чудотворениями удостоверяем всех в истине воскресения" (сл. и бес. на раз. случ. I, 127).

"Или невесте, говорит св. Апостол, яко телеса ваша храм живущаго в вас Св. Духа суть (1Кор.6:19). Как же не почитать одушевленные храмы, одушевленные жилища Божия! восклицает св. Иоанн Дамаскин! Владыка Христос даровал нам мощи святых, как спасительные источники, которые источают многоразличные благодеяния и изливают благовонное миро (Исх.17:6). Святые – не мертвые, ибо с тех пор, как имеющий Сам в Себе жизнь и Виновник жизни причтен был к мертвым, мы уже не называем мертвыми почивших в надежде воскресения и с верою в Него. Да и как может чудодействовать мертвое тело? Каким образом, чрез мощи святых изгоняются демоны, отражаются болезни, врачуются немощные, прозирают слепые, очищаются прокаженные, прекращаются искушения и скорби! (Богосл. Еп. Сильвестра 186).

Телеса усопших святых, говорит святит. Филарет, доныне являются в нетлении, с силою чудодейственною и живоносною, для нас живущих для удостоверения, если к стыду времени есть неверующие в воскресение Христовое и в наше будущее воскресение, для укрепления немощных в подвигах против греха и смерти, для возбуждения невнимательных и нерадивых к подвигам благочестия (II, 22).

Когда Иисус Христос, вольным страданием нашего ради спасения, допустил низвести Себя в область смерти для того, чтобы ввести туда собственную силу жизни и таким образом разрушил Царство смерти в самых основаниях его: тогда сила Его немедленно проникла все и в том, что было способно принять ее, тотчас ознаменовало себя животворным действием; много телеса усопших святых восташа (Мф.27:52) Иисус Христос вчера и сегодня и во веки тот же (Евр.14:8). Он как Бог действует вся во всех (1Кор.12:6), действует и ныне, подобно как действовал от начала и действовать будет до конца; действует в малом, равно как в великом, действует как во всей церкви, которая есть тело Его, так и во всех верующих, которые суть члены Его. Он вселяется в сердце, отверстое пред Ним покаянием, верою, любовию к Нему и с Собою вносит в него новую жизнь, вместо плотской – духовную, вместо земной – небесную, преображает любовь человеческую в Божественную и свойства человеческие – в Ангельские. Он обретает и тело в сообразность с душою, непрестанно очищаемое воздержанием и подвигами, как сосуд, в котором долго хранится благовонная масть, приобретает от нее силу благоухания, так самое тело христианина, в котором постоянно обитает благодатная сила Христова проникается ею во всем своем составе и даже ею благоухает для других. Так как сила Христова – нетленна, то, естественно, что она, вселяясь в человеков, которые Христовы суть (Гал.5:24), и телесам их сообщает нетление" (т. II:21).

Итак со смертью блаженного старца Зосимы, пустыня его сохранила прежнюю святость, если не сделалась еще более благодатною, ибо нетленное тело его стало источать силу непобедимую, оживотворяющую благодать св. Духа. Так бедная крестьянка одного из соседних селений имела больного сына; скорбя о немощи своего единственного чада и моля Всевышнего об облегчении недуга сына, она видела однажды во сне явившегося ей старца, указывавшего ей идти в село Никульское, и около него в лесу отслужить панихиду над могилою погребенного пустынника. Восстав поутру, она отправилась в это село и, распросив о указанной могиле, явилась к тогдашнему приходскому священнику о. Петру (впоследствии иеромонах Паисий в Сергиевой лавре), прося его отслужить на ней панихиду; все было исполнено по ее желанию; придя домой, она встречена была уже исцелевшим сыном (Рассказ Семеона Ермолаева и П.Паисия).

Божественная благодать коснулась и сердца, которое казалось много лет неприступным – помещицы Генриеты Ивановны Неттель. Об этом важном событии для Зосимовой пустыни имеются несомненные сведения от самих действующих лиц, живущих еще милостью Божьею. Вот, что рассказывает свидетели совершившихся чудес.

В мае месяце 1860 года, в Зосимову пустыньку пришли два монаха и обратились к сторожу часовни с просьбою указать им, где живет помещица, владеющая Ульяновой пустошью. "Дома ли помещица?" спросили они и объяснили, что пришли, по поручению блаженного Филиппушки Киновийского (или Филарета в монашеском пострижении), узнать, не продаст ли барыня ему три десятины земли с могилою схимонаха Зосимы? Сторож, удивленный таким предложением и вопросом, о котором до сих пор никто не думал и никому не приходило в голову, посоветовал им обратиться к самой барыне. "Не знаю, не знаю, ответил он, станет ли она продавать тут лес, с могилкою и часовней, ничего не могу сказать, а вот сами обратитесь к немке нашей". Сторож вывел монахов на дорогу в усадьбу г–жи Неттель, расположенную в деревне Каравайково, указал направление куда идти и странники распростились с ним. Деревня Каравайково отстояла от пустыньки приблизительно на две версты. Когда монахи подходили к усадьбе г-жа Неттель сидела у окна своего дома и потому еще издалека приметила их. Удивленная лицезрением монахов, которых она вообще не любила, как лютеранка, и считала тунеядцами, бесчестными людьми, попрошайками и затем нерасположенная даже разговаривать с ними, по какому бы то ни было делу, она взволновалась, отчасти испугалась, принимая их за мошенников и кликнула прислугу: "ступайте к монахам на встречу!" Приказывала она. "Остановите их, чтобы не смели идти в усадьбу! Спросите: что им нужно?! Прислуга тотчас исполнила приказание барыни: монахи были остановлены и допрошены. Но когда прислуга вернулась к барыне с изъяснением их просьбы и желания, то помещица Неттель пришла в совершенную ярость. Она сделалась неузнаваема от гнева и закричала: "Ах, они попрошайки, тунеядцы! Кто им сказал, что я продаю?! Разве я нуждаюсь в их деньгах! Гоните их! Чтобы не смели никогда приходить! Скажите им, чтобы они не дерзали и приближаться к моей усадьбе, а то я их прикажу отправить!" Затем разгневанная помещица начала бранить прислугу за то, что она не следит за приходящими, допускает всяких мошенников в усадьбу и не понимает, какое может быть дело у хозяйки с такими людьми. Прислуга дивилась тому, что стало с барыней, которая отличалась добрым характером. Г.И. Неттель совершенно потеряла свой душевный мир и целую неделю не могла опомниться от происшедшего. Но что же произошло? Она, по–видимому, не отдавала себе отчета, не будучи опытна в распознали действий врага спасения и, конечно, не признавая существования злой силы. Она только гневалась, считая себя обиженной и – оскорбленной действиями и предложениями монахов. Ей в голову не приходило о продаже какой – либо части имения, когда муж ее так недавно купил его, надеясь устроить поместье для детей и вдруг кто–то распространил слух о ее желании продать пустошь, вероятно, по причине расстроенных обстоятельств. Это ее глубоко оскорбило и она совершенно потеряла прежний покойный дух, с которым жила до сих пор, довольная судьбой. У ней было три сына и дочь, из которых последняя Юлия составляла всю ее отраду. Сыновья начинали уже выходить из–под власти матери, огорчали ее разными проступками и она только утешалась своею дочерью Юлиею.

Не успела Г. И. Неттель успокоиться от происшествия с монахами, как заболевает ее любимица Юлия. Это обстоятельство отвлекло ее внимание, г-жа Неттель несомненно чувствовала, что приход монахов имеет что – то таинственное. Прислуга ей все-таки рассказала, что когда она проводила монахов и начала следить за уходящими, то, к их удивленно монахи мгновенно исчезли. Прислуга вышла на дорогу, стала искать монахов, но никого не было; непонятно, как могли монахи скрыться с такою быстротой. Хотя помещица Неттель не верила в чудесное, но ей запало в сердце это происшествие и она еще более убедилась, что монахи были несомненно мошенники, подобные цыганам.

Но вот совершилась воля Божия и Господь посетил Г.И. Неттель наибольшим для нее горем – смертью дочери Юлии. Она совершенно потеряла голову и неутешно плакала. Подержать ее было некому; вблизи не имелось немецкого пастора, а к православным священникам она обратиться не желала. Начала она советоваться с детьми, где похоронить Юлию. У сельского храма ей не могли дозволить хоронить лютеранку; оставалось – похоронить в саду. Пошли они все в сад выбирать место. Выбирали; но, при одной мысли, что здесь надо положить незабвенную ее дочь, единственное утешение, Г.И. Неттель упала на колени и так зарыдала, что ее затем еле довели до дому. Дети, увидав горе матери и как будет невыносимо тяжело всем им гулять в саду, если там похоронить Юлию, призадумались и начали упрашивать мать положить сестру где – либо в другом месте. Пришла ночь. Г.И. Неттель, оставшись одна, стала действительно размышлять о неудобствах иметь могилу в саду. С потерею Юлии у нее пропало даже желание устраивать имение; после ее смерти, казалось, дети непременно продадут имение и кому достанется тогда могила ее Юлии... Все эти мысли невольно заставили ее вспомнить о существовании Зосимовой часовни в ее пустоши и опять о приходе к ней двух монахов. Поутру г-жа Неттель позвала своего слугу, спросила его: знает ли он, где часовня и могила старца Зосимы и приказала себя провести на пустошь.

Среди довольно большой поляны, в прекрасном лесу, стояла деревянная часовня, на которой ярко светился позолоченный крест. Высокая трава с цветами, глубокая тишина, красивый лес – произвели на нее успокоительное и приятное впечатление. Г–жа Неттель приказала позвать сторожа и открыть часовню. Ее поразило внутреннее устройство и чистота; черный мраморный памятник Зосимы, крест в головах, образа на стенах, теплившаяся лампада – повеяли усладой и покоем. Г–жа Неттель в туже минуту решила похоронить Юлию здесь "Мне будет отрадно и приятно приходить сюда; вдали от людских взоров" подумала она.

С более легким чувством на сердце вернулась Неттель домой и рассказала об всем детям. Сыновья порадовались такому решению матери; на другое утро, прочитав только свои положенные молитвы, Юлию похоронили, у самой Зосимовской часовни. Когда же г-жа Неттель несколько успокоилась? и горе ее не стало так сильно и остро, то она начала обдумывать, что будет с могилой ее дочери после ее смерти, когда дети продадут имение; кто будет заботиться о ней? Эта мысль напомнила ей историю с приходившими к ней монахами. Теперь она видела уже смысл в их предложены купить три десятины с часовнею и эта мысль стала ей мила, дорога и любезна, так как теперь около часовни лежало ее сокровище. Но как было найти случай, чтобы узнать приходивших монахов; кто такой этот Филиппушка, от которого они приходили? – вот вопросы, которые зародились в ее сердце. Спросить об этом прислугу не хотелось, после истории, происшедшей тогда и выговоров, сделанных ею. Но Господня воля представила необходимый случай. К г–же Неттель приходила для поденных работ старушка–крестьянка весьма богомольная, которую она любила. В следующий приход старушки для работы, г-жа Неттель спросила ее: знает ли она какого–то Филиппушку в Сергиевской Лавре? Старушка объяснила ей, что прекрасно его знает, пользуется его милостями и всегда бывает у него, когда ходит к Троице. Тогда г –жа Неттель рассказала старушке всю историю появления двух монахов в ее усадьбе и добавила: "Вот что моя милая! когда пойдешь в Сергиевскую Лавру, зайди к нему и скажи ему от меня, что я теперь готова, согласна ему продать и за такую цену, какую он пожелает!" Старушка общалась.

Но кто такой был Филиппушка [10]? Блаженный Филиппушка был известен не только в Москве и в соседних губерниях, но и в Петербурге и всей Царской Фамилии. Он был родом из крестьян Владимирской губернии, Вязниковского уезда, деревни Стряпковой и назывался Филиппом Андреевым Хоревым. После двух женитьб он имел трех сыновей и до 1847 года скитался по всем святым местам и юродствовал Христа ради. В 1847 – м году его благословил пожить в Троицкой Лавре приснопамятный митрополит Московский Филарет. Но не много пожил Филипп в Лавре. Душа его искала безмолвия и уединения и он избрал себе жилье, вблизи основанного митрополитом Филаретом Гефсиманского Скита, в густой лесной чаще, за прудом, в полуразрушенной лесной сторожке. В ней то и поселился он с благословения наместника Лавры, архимандрита Антония. Филиппушка думал вести здесь безмолвную подвижническую жизнь, но народ, почитая его за прозорливого старца, толпами стекался к нему. Тогда Филипп, в один прекрасный день, пошел в Лавру и обратился к наместнику Антонию со словами "Благослови меня, широкий (так звал он Антония), выкопать погреб?" Зачем же тебе понадобился погреб? удивился наместник. "Нуж ты только благослови, погребок нам нужен". "Ну, Бог благословит, копай!" ответил наместник. Филипп, по возвращении в пустынь сталь копать с своим послушником Митрофаном пещеры, которые и приобрели впоследствии такую известность. тогда около Филиппа стали собираться монашествующие, ищущие безмолвия и уединения. Через три года явились к Филиппу и двое его сыновей Игнатий и Василий, a затем еще через год пришел и третий сын Порфирий; все они стали жить в пещерах, ископанных собственноручно, Каждая пещера имела не более сажени в ширину и длину; печей не было. Эта жизнь пощение, пещерный сырой воздух, ношение вериг и тяжелого посоха пошатнуло здоровье Филиппа и наместник Антоний постриг его в монашество с именем Филарета в честь его благодетеля и наставника митрополита Филарета, однако подвижнику пришлось недолго пожить в пещерах, ископанных его трудами, по стараниям клеветников и завистников. Пещерники выражали неудовольствие, что к старцу ходить много народа и нарушают их безмолвие. Скитская братия также восстала на Филарета и наместник Антоний посоветовал старцу оставить пещеры. Так он и ушел смиренно из своего владения, взяв с собой и сыновей. Это было первое изгнание его ради правды. Живя в Лавре и обходя леса он вновь остановился мыслью на прекрасном месте, недалеко от пещер, где скитский пруд разделяется на два залива узким мысом пригорка, здесь то отец Филарет и решился поселиться с своими сыновьями. Наместник Лавры распорядился построить ему небольшую келейку на берегу пруда, близ мостика, который был сделан для пешеходов из пещеры в Лавру. На чердаке кельи они совершали свое обычное правило и церковные службы. Почитатели нашли отца Филарета и здесь. Московская купчиха Логинова пожертвовала деньги на храм и 27 сентября 1859 года митрополит Филарет сам совершил освящение верхней церкви в честь иконы Боголюбской Божией Матери. При церкви построены были братские кельи и так основалась киновия или Боголюбивая пустынь. Спустя несколько времени, все три сына старца приняли монашество; Порфирий с именем Прокопия, Игнатий с именем Галактиона и младший Василий с именем Лазаря. Зимою 1863 года здоровье старца так расстроилось, что он, в ожидании скорой кончины, принял схиму, с возвращением прежнего имени Филиппа. Однако он выздоровел, чтобы претерпеть новое гонение Христа ради.

Но вот прибыла в Сергиевскую Лавру старушка крестьянка от Г.И. Неттель с намерением поговеть. Прежде всего она отправилась в киновию спросить у старца благословение на исповедь и передать поручение г–жи Неттель. Отца Филлиппа не было дома и в ожидании его, старушка стала прогуливаться в прилегающем лесу. А старец также прогуливался вблизи и таким образом они наконец встретились. Приняв благословения от отца Филиппа, старушка рассказала ему всю историю появления двух монахов в усадьбе г–жи Неттель и согласие ее теперь продать ему три десятины леса с часовней Зосимы. Отец Филипп, ничего не зная и поэтому не понимая, о чем она говорит, подумал не очень ли уже состарилась богомолка и ответил: "ты идешь к исповеди и говоришь ненужное, неладное; многословие – большой грех!" Посмотрела старушка на отца Филиппа, удивилась ему и замолчала, но чрез несколько минут снова стала ему рассказывать о помещице Неттель, о приходе двух монахов, будто от имени Филиппушки и о поручении, данном ей самой помещицею. Старец опять остановил болтливую старушку увещаниями не говорить лишнего. Наконец, прощаясь с отцом Филиппом, старушка спросила его: что же прикажешь батюшка, передать–то помещице? Старец уже рассердился, начал доказывать, что ему не до покупок, что нет никакого смысла в этом, что она рассказывает, ибо он не имеет понятия о Зосимовой пустыне, никогда там не был и ничего не знает. Изумилась старушка и пошла в Лавру. Встревожился и сам отец Филипп. Вернувшись домой, он рассказал об этом своим сыновьям. Особенно внимательно его слушал сын Прокопий.

Как нам известно у Зосимовой часовни, между двух елей, часто сиживал местный помещик Вл. Вас. Головин, почитавший батюшку Зосиму и старавшийся, насколько возможно, сохранить в целости могилу старца и следы прежней обители. В один прекрасный день сторож часовни рассказал В.В. Головину, как приходили сюда два монаха от имени отца Филиппа киновийского за справкой, не продаст ли ему помещица Неттель три десятины леса с Зосимовой могилой. Головин конечно знал, всем известного, Филиппушку, понравилась ему эта мысль и видя, таким образом, возможность возрождения Зосимовой пустыни, он даже послал от себя крестьянина в киновию спросить отца Филиппа: правда ли, что он желает приобрести эту землю и справедлив ли столь радостный для него слух? Старец принял посланного от Головина при своих сыновьях и подивились они опять все случившейся истории, о которой они ничего не знали до сих пор. В сердце своем блаженный Филипп однако чувствовал, что тут совершилось чудесное проявление воли Божией. Средний сын Филиппушки, отец Прокопий, выслушав вторичный рассказ о таинственных монахах, решился наконец просить благословения отца съездить в Зосимову пустынь, осмотреть ее и расспросить подробно о случившейся истории. Старец находил это лишним, бесцельным, но благословил сына и согласился на его поездку в Ульянову пустошь.

Тем временем и старушка–крестьянка вернулась к своей помещице Г.И. Неттель. Сперва обрадовалась барыня возможности получить верные сведения и ответ Филиппушки, но затем страшно рассердилась, когда старушка сообщила ей свой разговор со старцем. "Как он ничего не знает!" закричала она. "Вот плуты – монахи! мошенники! теперь отказывается купить! хочет прижать меня, хочет заставить уступить, даром получить! Вот твой святой отец!" и рассерженная барыня опять приказала настрого никогда не пускать монахов в ее усадьбу, и гнать их без жалости. "Я сама видела монахов, а они говорят, что никого не посылали!" кричала Неттель; с тех пор она снова потеряла душевный мир.

Через несколько дней, отец Прокопий пошел в Зосимову пустынь по неведомой для всех дороге и еле достиг святого места. Прежде всего он посетил помещика В.В.Головина, поговорил с ним, выслушал опять рассказ о появлении двух монахов от имени Филиппушки и затем упросил боголюбивого барина проводить его на Ульянову пустошь, что В.В. Головин исполнил не только с величайшим удовольствием, но и с искреннею радостью. Немного времени постояв на святой поляне, в красивом лесу, на живописном берегу речки Молохчи, среди зеленеющих елей и сосен, в таинственной и успокоительной тишине, отец Прокопий уже почувствовал какое – то особенное душевное расположение к этому месту. "Действительно, хорошо бы здесь быть монастырю!" подумал он. Отец Прокопий с В.В.Головиным несколько раз обошли всю местность и последний посоветовал благочестивому сыну отца Филиппа не думать долго, а принять на себя хлопоты, по приобретению земли этой для киновии. "Если угодно, я буду хлопотать для вас, буду вашим ходатаем у помещицы Г.И.Неттель, моей соседки!" сказал В. В. Головин.

Вернулся о.Прокопий домой, рассказал все своему отцу, братьям и, чувствуя необъяснимое, твердое желание послужить святому старцу Зосиме и восстановлению обители, он решился помолиться и начать хлопотать.

Да, тяжелый крест надел на себя, боголюбивый отец Прокопий, но и спасительный!

Вскоре он опять взял благословение от отца и пошел в Зосимову пустынь. Решаясь лично представиться помещице Неттель, он направился в ее усадьбу, но прислуга еще издалека встретила его и объявила, что барыни нет дома. Тогда В. В. Головин взялся вести переговоры с г–ою Неттель и дать ответ отцу Прокопию. Долго ждал о. Прокопий, но ответа не последовало, так как помещица сперва отказала и г–ну Головину в его просьбе и слышать не хотела более о монахах. Много раз приходил о. Прокопий в усадьбу Каравайково, – но всякий раз прислуга г–жи Неттель встречала его издалека грубыми отказами и уверениями, что помещицы нет дома. Наконец он решился сходить в последний раз, как – то раннею весною во время разлива вод, думая, что теперь она уже не может отговориться тем, что ее нет дома. Взял о. Прокопий с собой послушника, надели они высокие сапоги, ватные подрясники и пошли. Труден был путь, однако добрели до Зосимовой пустыньки, помолились угоднику Божию и направились к усадьбе г–жи Неттель. Перед усадьбой было одно препятствие – речка, довольно сильно разлившаяся. Сколько не думали, как переправиться, оставалось одно средство, – перекреститься и двинуться чрез реку в надежде, что сапоги высокие, a речка не должна быть глубокою. Пошли; в начале речка оказалась действительно мелкою, но затем вдруг вступили в самое русло речки и очутились по горло в воде. Еле выкарабкались наши труженики на берег в своих промокших насквозь ватных подрясниках и начали думать: как им представиться помещице? Но вскоре прислуга г–жи Неттель вышла к ним на встречу и опять объявила, что барыня не может их принять, но на этот раз вследствие каких–то занятий. Взмолились монахи и чуть не со слезами начали просить, чтобы их впустили хоть обсушить платье после переправы через реку. Действительно, они дрожали от холода и мокроты. Но г-жа Неттель выслала им сказать, что они могут высушиться в деревне, если хотят, а никак не у нее. Потеряли они всякую надежду на осуществление заветного желания. Отогрелись, пообсушились в деревне и пошли домой. Отец Прокопий решил окончательно бросить свою мечту и более не хлопотать по столь неразрешимому вопросу.

Пожертвования помещиц г–жи Неттель и Барбашевой. Гонения на схимонаха Филиппа и кончина его. Постройка каменной часовни

Мы знаем уже, что стараниями врага спасения, в виду вновь увеличившегося притока богомольцев Зосимовой часовни, нашлось не мало желающих извлечь себе из этого выгоды. Садовник г–на Головина Роман испросил разрешение помещицы Неттель распорядиться близ стоящим тепличным и грунтовым сараем, в который он и допускал всяких странников, облекавшихся в монашеское одеяние; они записывали имена, вносивших им свои лепты и таким образом обманывали народ. Чтобы прекратить эти беспорядки благочинный священник обратился к полиции и к г–же Неттель. Последняя была смущена таким вмешательством властей и скорбела за могилу своей любимой дочери Юлии. Она также никак не могла вернуть свой прежний покой и отделаться от мучительной мысли: что станет после ее смерти с имением и могилкою Юлии? Всякий раз, как она утверждалась в решении подарить пустыньку монахам, на сердце делалось легко, и когда она начинала гневаться на просителей, то лишалась мирного духа.

С своей стороны, боголюбивый Вл.Вас. Головин не переставал надеяться на помощь Божию и возможность добиться благоприятного исхода дела у упрямой помещицы Г.И.Неттель. И действительно, в конце июля месяца 1866 года, г-жа Неттель решилась навсегда покончить с этим важным и бесконечно длившимся вопросом, она объявила В.В. Головину, что согласна Филиппушке подарить три десятины земли с Зосимовой часовней. 8–го августа г-жа Неттель подписала дарственную запись, чтобы ни ей, ни ее наследникам уже не вступаться во владение означенной землей и не нарушать прав Лавры на обладание ею. В прошении в Лаврский собор было сказано, что она "жертвует три десятины, с произрастающим на оной еловым и березовым лесом, и часовнею, для служения в сей последней братиею киновии молебнов и панихид по схимонахе Зосиме, при часовне погребенном, желающим из обывателей окрестных деревень."

Радости и торжеству Вл.Вас. Головина и отца Прокопия не было предела. Все преданные памяти блаженного старца Зосимы и готовые прийти на помощь праздновали труднодоставшуюся победу над врагами, но как всегда – земные радости кратковременны.

Для отца Прокопия наступил не конец страданий, а начало новых испытаний и скорбей, ибо ничего нет труднее на земле, как построить церковь, a тем более восстановить монастырь. Для врага ничего нет невыносимее, как непрестанная молитва людей и совершение таинств установленных Христом в Своей Церкви.

На первых порах, явились тотчас жертвователи и помощники отцу Прокопию. Следуя доброму примеру г–жи Неттель, соседняя помещица жена капитана Екатерина Васильевна Барбашева, – таким же образом с тою же целию "Поддержания Лаврской кладбищенской в киновии церкви и на содержание при ней находящейся братии", заявила желание пожертвовать 7 десятин и 625 квадратных сажень земли, прилежащей к пустоши Ульяновой. Эта земля находилась близ села Никульского – Исакова и составляла часть пустоши, носившей название "Тухановы луга." Таким образом всего пожертвовано 10 десятин и 625 кв сажень. В. В Головин построил на свой счет две избы с двориком и хозяйственными принадлежностями. Елизавета Васильевна Яковлева пожертвовала старое строение с кирпичного двора для устройства над могилою схимонаха Зосимы каменной часовни, вместо деревянной. Так как в часовне не было необходимых предметов для совершения Богослужения, то о.Прокопий перенес в нее иконы и все принадлежности, как то: ризы, книги, Евангелие, кадила, и т. д. (см. дело упр. собора за 1869 г. № 177)

Не легко было утвердить пожертвованные десять десятин земли за киновиею. Пока это дело прошло все правительственные инстанции и было совершенно окончено – умер отец Филипп, не стало наместника Антония и Вл.Вас.Головина; изменились все порядки и прошло десять лет. Кроме того начало дела совпало с водворением новых судебных уставов 1864 года. Но со времени подачи прошений о своих жертвах, помещицы отказались от прав на владение и нужно было тотчас установить заведывание и управление Зосимовой пустынькой, как в хозяйственном так и церковном отношении. Начальствование принадлежало по праву лицу, заведывавшему самою киновиею Боголюбской Богоматери, т.е. схимонаху Филиппу, который поручил все дела Зосимовой пустыньки своему сыну, иеромонаху Прокопию. Иноки поместились в одной избе, из выстроенных В.В.Головиным, а в другой избе жили рабочие и пеклись хлебы. Братия начала в известное время дня и ночи совершать служения в часовне, а в свободное время трудилась над расчисткой лесной чащи около часовни, над корчеванием пней, копанием и очищением дорожек а так же занимались сенокосом и пчеловодством. Пчеловодство было излюбленное занятие и блаженного старца схимонаха Зосимы, потому на него было обращено особенное внимание, так началось мирное устроение Зосимовой пустыни.

Но враг, по слову Апостола, никогда не дремлет. Мы упомянули уже что старец схимонах Филипп был тяжко болен, но выздоровел чтобы претерпеть, для своего прославления на небе, последнее и самое сильное гонение. В 1867 году распустили слухи, будто в киновии делаются фальшивые кредитные билеты. Несмотря на всю нелепость клеветы, нашлись люди, которые поверили слухам. Начальство Гефсиманского скита сочло нужным обыскать келью схимонаха Филиппа. Разумеется, в ней не нашли ничего подозрительного. Митрополит Филарет, любивший и почитавший Филиппушку, конечно, ни на одну минуту не усумнился в нем и ясно понимал; что это скорбь прилагается Филиппу не без особого промышления свыше. Тем не менее, чтобы удалить соблазн и прекратить молву, он дал совет старцу, на время оставить, созданную его трудами обитель и перейти в какой–нибудь другой монастырь. Старец исполнил желание митрополита, взял с собой сыновей и отправился с ними в Московский Симонов монастырь, а потом в Тульский Богородичный и наконец в Введенскую пустынь, близ г. Покрова, Владимирской губернии. Когда же дело о клевете было окончено совершенным оправданием схимонаха Филиппа, то он вернулся опять в свою киновию и вступил в исправление настоятельских обязанностей.

С 5–го февраля 1868 года – делами Зосимовой пустыни заведывало начальство Гефсиманского скита, так как отец Филипп удалился с детьми. К сожалению, за это время было сделано распоряжение о перевозе всего кирпича в количестве до 25–ти тысяч, пожертвованного Яковлевой на постройку каменной часовни над могилою схимонаха Зосимы, в Черниговской пещерный скит. По – видимому, скит желал навсегда утвердить за собой Зосимову пустынь, но это не состоялось. Тогда помещица Г.И. Неттель, будучи свидетельницею действий скитского начальства, возмущенная до глубины души недоброжелательством к Зосимовой пустыни и не усматривая более осуществления своих надежд, в третий раз решилась отказать киновии в пожертвовании и уничтожить сделанную ею дарственную. Это было возможно, так как еще не последовало Высочайшего соизволения на принятие пожертвования. На этот раз г-жа Неттель рассердилась более, чем прежде и снова запретила прислуге принимать монахов.

К довершению всех бед, вскоре скончался и схимонах Филипп, Удрученный трудами и скорбями, он слег в постель в начале мая 1868 г. и 18 – го числа скончался в самый полдень, после причастия св. Таин из рук своего сына иеромонаха Прокопия.

Если еще при жизни, все считали схимонаха Филиппа блаженным, то теперь после смерти он имеет на это большее право. Он блажен уже потому, что претерпел до конца путь к блаженству, по слову Самого Христа: блажени есте, егда поносят вам и ижденут и рекут всяк зол глаголь на вы лжущие, Мене ради: радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех! (Мф.5:11).

Возрадуемся же мы за него! И да не смущаются сердца наша! Испытующий человеческий разум до сих пор считает непонятным и загадочным, почему Бог допускает бедствия для человечества, а главное: бедствуют неповинные, а виновные или совсем не страдают, или наказуются несоразмерно с их виною. Видя это, слабый верою подвергается искушению в вере, склонный к пороку разрешает загадку, говоря, что нет пользы быть добродетельным, а вовсе неверующий доказывает, что в мире и в человеческих делах господствуют случаи. И среди нас есть, конечно, люди, искушающиеся такими мыслями, а потому – остановимся на малое время на этом важном вопросе и выслушаем приснопамятного святителя Московского Филарета, любившего блаженного старца Филиппа и имевшего власть, чтобы защитить его от людей.

Бедствия и страдания человечества, говорит свят. Филарет, – это странность и противоречие самой природы себе; противоречие, которое должно погрузить размышляющего в безутешное уныние, если он не откроет источника утешения и надежды, – выше природы. Та же природа, которая внушает отвращение и ужас от страдания особенно неповинного, та же самая природа возвещает, что страдание, даже и неповинное неизбежно. Посмотрите, кто не страждет? кроткая птица трепещет от хищной; все, что есть лучшего в растениях, разрушается животными. Зерно должно расторгнуться и совсем погибнуть, чтобы родилось растение и плод и т.д. С начала жизни человек страдает от недостатка сил, от несовершенного развития способностей; под конец жизни, – от утраты сил и способностей. Все согрешили и лишены славы Божией (Рим.3:23), говорит св. Апостол. Следовательно, вопрос: почему бедствуют и невинные, не только разрешается, но и уничтожается этим изречением. Бог действует на жизнь человека не только в качестве судии, но более – как Врач; это совсем другой расчет. Поэтому, когда Он врачует по любви, милосердствует, очищает, приготовляет к блаженству, – мы смотрим и говорим: как Он тяжко посещает! Мы страждем по воле Божией и по воле Того, от Которого всякое даяние благо и всяк дар совершен сходит свыше (Иак.1:17), по воле Того, Который питает птицу, не стоящую ассария, Который сельную траву одевает великолепнее, нежели Соломон облачался во славе своей. Как можно чтобы Тот, Который бережет воробья и траву, не хранил бы человека, хотя бы проводил его сквозь огнь и воду, когда то находить нужным? Как можно, чтобы Тот, Который являет милосердие свое даже злым, не явил правосудия Своего невинно страждущим? Если Благий посылает страдание, то конечно и в страдании есть некоторое благо. Если же есть неповинно страждущие в своих делах, то правосудие и благость Божия с избытком является над ними в делах чудесных, совершаемых в воздаяние за неповинное страдание. Пример в Евангельском слепорожденном.

Господь Сам сказал: Аще мир вас ненавидит, ведите, яко Мене прежде вас возненавиде (Ин.15:18). А св. Апостол пишет, ecи хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут (2Тим.3:12).

"Некоторые могут подумать, говорит святитель (II, 374), что наставление Господа не страшится ненависти мира, не относится к ним". "Дело совсем не для наших времен и обстоятельств. Мы не живем ныне, скажут они, среди врагов и гонителей христианства, как жили первые последователи Христовы; мы живем христиане между христианами: мир, который некогда ненавидел христианский род в продолжении времен, сам переродился в мир христианский". Так мир побежден, однако же не уничтожен: он еще жив и по прежнему ненавидит тех, которые Христовы или стараются быть таковыми. Мир побежденный верою, плененный в ее послушание, допущенный по сему в область ее неприметно внес в нее с собою и распространил в ней свой собственный дух; таким образом, сей враг Христа и Христианства очутился в пределах самого Христианства, прикрывшись именем христианского мира, он действует свободно и учреждает себе мирское христианство, старается обратно перерождать сынов веры – в сынов мира, сынов мира не допускает до возрождения в истинную жизнь христианскую, а на непокорных ему вооружается ненавистью, лукавством, злословием, клеветою, презрением и всяким оружием неправды.

Чтобы понять, почему это так делается доныне, надо вникнуть в вопрос: кто эти клеветники, гонители и мучители? Действительно, кто может среди самого христианства воздвигать вражды, раздоры, смятение, ненависть? Тот, кто терзал христианских мучеников, кто не давал покоя ни одного дня столпам нашей Церкви: Василию Великому, Григорию Богослову, кто несколько раз изгонял Афанасия, заточил Златоуста! Не удивляйтесь, говорит св. Златоуст, когда видите, что праведный, совершающий подвиги, терпит множество бедствий: следовало бы удивляться противному, т.е. если бы диавол, будучи часто поражаем, оставался в покое и кротко переносил наносимые ему раны. Не удивительно, если змий получая непрестанные удары, свирепеет и бросается на ударяющих. Но для чего, спросите, Бог попускает это? Для того, чтобы праведник удостоился больших венцов, a диавол получил сильнейшее поражение (43, Бес. на 1 посл. к Кор.) "Такова воля Божия, учить св. Исаак Сирин, чтобы возлюбленные Его пребывали в трудах, Дух Божий не пребывает в тех, которые в покое Тем и отличаются сыны Божии от прочих, что они живут в скорбях, a мир гордится роскошью и покоем" (Доброт. II:667) Все истинные христиане до скончания века будут гонимы, будут страдать от скорбей, печалей, искушений, клеветы и бедствий, стараниями мира. Человеку, который борется со злом, невозможно не испытывать скорбей. Праведники терпят бедствия для их испытания, а грешники в наказание за свои грехи. Возблагодарим же Господа за все и – вернемся к рассказу.

Погребение отца Филиппа совершал Наместник Лавры архимандрит Антоний с 12–ю иеромонахами и при стечении несметной толпы народа. Его погребли в нижнем Киновийском храме, за правым клиросом. По смерти отца Филиппа и В.В. Головина Иеромонах Прокопий не только не отказался от мысли восстановит Зосимову пустынь, но еще более стал обдумывать способы и средства к осуществлению своей сердечной цели. Отец Прокопий обратился теперь за благословением и помощью к своему старшему брату отцу Галактиону и к сыну Владимира Васильевича, Дмитрию Влад. Головину. Но сколько он не ездил к помещице г–же Неттель, прислуга выходила к нему на встречу и объявляла, что барыни нет дома, а г–н Гловин с своей стороны также не мог добиться толку. Велика была скорбь отца Прокопия и сколько они ни думал и ни молился , желание его послужить памяти подвижника Зосимы не только не уменьшалось, а увеличивалось. В трудные минуты он обращался за советом к наместнику Лавры. Архимандрит Антоний всегда утверждал его в благом намерении и советовал положиться на волю Божию и молиться блаженным старцам Зосиме и Филиппу. "Вы бы купили землю у помещицы, а не ждали бы жертвы", говорил наместник. "Да г-жа Нетель ни за что не продает", объяснял отец Прокопий. Она действительно отговорилась тем, что Филиппушка умер и другому усердствовать не желает, так настал канун годового дня кончины схимонаха Филиппа – 17–e мая, 1869 года. Всенощную должен был служить отец Прокопий и уже находился в храме, когда ему доложили, что какая – то барыня подъехала к киновии и его спрашивает. Это была Г.И. Нетель. Мысль о могиле возлюбленной дочери Юлии ей не давала покоя и она в четвертый раз решалась пожертвовать землю, но за смертию Филиппушки, уже отцу Прокопию. Такие характеры, обыкновенно, весьма нетерпеливы в исполнении их желаний и потому, решившись в этот день покончить вопрос (непременно в этот день или никогда), она сама явилась в киновию. Ей доложили, что отец Прокопий служит всенощную и нельзя говорить с ним, пока не покончится служба. Г. И Неттель покорно выслушала это и терпеливо простояла всю всенощную в церкви. Понравилась ей и киновия. Каково было удивление отца Прокопия! Теперь уже сама помещица стояла в церкви и ждала его; как только он окончил службу, то подошел к ней. Г–жа Неттель объявила ему, что она приехала сделать дарственную на его имя и чтобы он немедленно ехал с нею к нотариусу, отец Прокопий сперва возразил ей, что за поздним временем лучше дело это отложить до завтра, но г-жа Неттель прямо потребовала, чтобы дарственная была бы непременно совершена сегодня. Итак, вопрос о передаче земли решился в годовщину смерти схимонаха Филиппа. Благочестивые сыновья его, конечно, приписали это чудо молитвам блаженных старцев Зосимы и Филиппа.

Отец Прокопий, по поручению своего старшего брата Иеромонаха Галактиона, заведывавшего киновиею, начал усердно работать по приведению в порядок и улучшению Зосимовой пустыни. На официальное утверждение земли за обителию нельзя было рассчитывать в скорости.

Наконец, наступил 1874 год. Господь порадовал всех окончанием бесконечного дела о пожертвовании киновии десяти десятин земли. В ознаменование этой радости, обе жертвовательницы и некоторые соседи помещики и почитатели памяти схимонаха Зосимы пожелали вместе с отцом Прокопием отслужить торжественную всенощную и панихиду. Не видя в этом ничего не позволительного, после того, как уже несколько лет братия киновии жила в Зосимовой пустыне, все означенные лица собрались 14–го сентября в часовню для всенощного бдения и в самый день 15–го сентября на часы и панихиду о упокоении схимонаха Зосимы. Но враги спасения, недовольные восстановлением Зосимовой пустыни, воспользовались этим обстоятельством, чтобы отомстить неприятностью. Местный благочинный села Новинок, священник Иоанн Успенский донес Владимирскому Преосвященному Архиепископу Антонию, что прибывший из киновии при Гефсиманском ските иеромонах Прокопий с иеродиаконом и клиром, по предварительном извещении особыми повестками окрестных жителей села Никольского Головина, того же уезда, вечером и утром 15 сентября сего 1874 года, в приходской того же села часовне, устроенной над гробом схимонаха Зосимы, совершал богослужение при многочисленном стечении народа и сим небывалым доселе богослужением произвел сильное волнение в местных и окрестных прихожанах. Архиепископ Владимирский, в свою очередь, довел о сем до сведения владыки митрополита Московского Иннокентия, отношением от 31 декабря означенного 1874 года, с присовокуплением замечания, что он считает нужным "сообщить" о том "на благоусмотрение" Его высокопреосвященства в виду того, что "никакой священнослужитель не может священнодействовать в чужой епархии без благословения местного архиерея". На этом отношении владыка митрополит, от 16 января следующего 1875 г., дал такую резолюцию: "Учрежд. Собору дознать и о последующем мне донести". Вследствие сего Собор предписал о. Иеромонаху Прокопию "представить объяснение причины и законности Богослужения его в означенной часовне". Отец Прокопий к 1 февраля того же 1875 года представил в Собор рапорт, в котором откровенно объяснял дело, как оно было и как изъяснено нами выше, добавляя при сем, что повесток никаких он не делал и волнения никакого не происходило, a дело произошло просто по усердию жертвователей и чтителей памяти схимонаха Зосимы, из коих один крестьянин деревни Арсак, Антон Николаев Громов, принес, как свой вклад в часовню, икону, которая тогда же и освящена была, а он, иеромонах Прокопий, был лишь исполнителем желания их и совершил богослужение "с дозволения и благословения наместника Лавры отца архимандрита Антония". Учрежденный Собор, прописав все это в своем отношении к Архиепископу Владимирскому и указав при сем на историческое значение Зосимовой пустыни на основании только что напечатанных тогда в декабрьской книжке Душеполезного чтения за 1874 год сведений о ней [11], с своей стороны испрашивал его "архипастырского благословения и разрешения киновийской братии совершать в Зосимовской часовне поминовения в нужных случаях и на будущее время". Архиепископ Антоний отношением от 27 февраля того же 1875 года, уведомил Собор, что "если Высокопреосвященнейшему Митрополиту благоугодно будет разрешить, чтоб в Зосимовской часовне по временам, отправлялось богослужение посылаемыми от Собора монашествующими, то и с его стороны на то препятствий не имеет быть", но только чтобы при этом посылаемые монашествующие предварительно совершения богослужения извещали о своем прибытии местных – благочинных и приходского священника, а равно и известных жертвователей, о чем им, Преосвященным – вместе с сим, сообщено и благочинному села Новинок священнику Иоанну Успенскому. По донесении о том от Собора владыке митрополиту владыка дал резолюцию на этом донесении: "На служение в часовне благословляю", а преосвященного Антония о том же с своей стороны уведомил особым братским посланием от 13 марта 1875 года; учрежденный же Собор о том же дал знать к сведению и в нужных случаях руководству управляющему киновией иеромонаху Глалактиону [12].

Для бедного отца Прокопия это дело не обошлось без большого труда и невыразимых волнений. Наместник Лавры, архимандрит Антоний приказал ему съездить в г. Владимир и попросить прощения у Владыки. Архиепископ Антоний принял милостиво и утешил отца Прокопия не только прощением, но и разрешением совершать в Зосимовой пустыни богослужение, которое и переслал затем официально в духовный собор Лавры.

Теперь, казалось, уже неоткуда было ждать притеснения врага и следовало приступить к постройке давно желаемой каменной часовне вместо деревянной. Явились и жертвователи; во–первых, смежные владельцы Димитрий Владимирович Головин, сын покойного Владимира Васильевича, столь много сделавшего для обители и Елисавета Васильевна Яковлева; во–вторых, неизвестные люди, принесшие 450 руб. денег, и в–третьих, Московская купчиха Агриппина Гавриловна Богомолова, пожертвовавшая до трех тысяч. Митрополит Московский Иннокентий согласился на эту постройку. Владимирская консистория и священник с. Никульского дали подписку, что с своей стороны не имеют никаких препятствий. Так и совершилась эта постройка каменной часовни, под руководством иеромонаха Прокопия.

Построение Храма семейством Д.М. Шапошникова и В.П. Попова, устроение новой обители наместником Свято–Троицкой Сергиевой Лавры Архимандритом Павлом

Каменная часовня, выстроенная на могиле схимонаха Зосимы, не могла удовлетворить духовным потребностям, как монашествующей братии, так и приходящих богомольцев. Естественно, требовался храм. Неутомимый отец Прокопий ни одного дня не проводил без хлопот, направленных к отысканию жертвователей. Кто в своей жизни строил или обновлял храм, тот знает, сколько враг спасения ставит препятствий на этом пути и какими искушениями и скорбями старается помешать святому делу.

Долго искал, много молился боголюбивый отец Прокопий, пока явилась ему на помощь дружественная, добрая и Богом благословенная семья Московского купца Димитрия Михайловича Шапошникова. Сам Димитрий Михайлович был уже занят постройкой в Лукинской женской обители, в Подольском уезде, Московской губернии и по вынесенной им борьбе в этом деле, – хорошо известен Митрополиту Московскому Иоанникию. Заботы о начатой постройке не давали ему времени и возможности войти подробно в рассмотрение просьбы отца Прокопия, который желал вначале, хотя бы пристроить к каменной часовне такой же алтарь и тем сократить издержки.

Прошло почти десять лет после постройки каменной часовни, когда в конце 1887 года, отец Прокопий получил, наконец, обещание Д.М. Шапошникова пристроить алтарь. Рапортом 18–го декабря отец Галактион вошел с представлением в Духовный Собор, прося разрешения исправить существующие постройки и "если потребуется, вновь пристроить каменное здание". Видимо, не считалось удобным иначе выразиться о предполагаемой постройке. Но вследствие такой просьбы, последовало и подобающее разрешение – только исправить обветшалые здания. Тем временем Д.М. Шапошников посетил Зосимову пустынь, почувствовал к ней некоторое расположение и счел неудобным приступать к работам с указом о поправке обветшалых зданий. Он даже вознамерился отложить свое участие в деле, в виду плана, показавшегося ему необдуманными. Но боголюбивый отец Прокопий был рад, что нашел возможным осуществить и такой план первоначальной церкви.

Повторяем, нет больше подвига, как построить храм Божий! Храм – есть земной рай, жилище Божие, видимое небо, святилище Таинств, Лествица, доходящая до небес, для восхождения молитв веры к престолу Всевышнего. "Благословенны рабы Божии, говорит Святитель Филарет, споспешествующие построению храмов, сему делу благодати, попечением, трудом, соединением доброхотных даяний, из которых и малая лепта будет иметь не низкую, а может быть и очень высокую цену пред очами Бога, взирающего на сердце дателя" (III, 181).

Из многих примеров известно, что Господь Сам избирает строителей храмов и далеко не все деньги и капиталы приемлются Богом на построение церкви Христовой и жилища Святому Духу. Блаженному старцу Серафиму Саровскому многие приносили деньги для построения церквей в основанной им женской Дивеевской обители, по повелению самой Царицы Небесной, назвавшейся Верховною Игумениею этого монастыря, но он ни от кого не взял, говоря, что это деньги слез, скорбей и крови, а только принял от помещика Михаила Мантурова, взявшего на себя подвиг добровольного нищенства. Так и для Зосимовой пустыни, Господь избрал строителями первой церкви боголюбивого Д. М. Шапошникова и его семью. Насколько же этот храм был нужен блаженному старцу отцу Зосиме и его обители, это видно из совершившегося затем с строителем его – Димитрием Михайловичем несомненного чуда. Схимонах Зосима явился Д.М. Шапошникову в сонном видении. Он имел вид худощавого, седого старика, с бледным лицом, в монашеском подряснике и в шапке, подобно той, которую носят пустынники. Подойдя к Шапошникову, старец произнес, – "я прошу тебя не оставляй начатого дела, и тебя Господь не оставить и поможет"! Затем отец Зосима со слезами на глазах обнял Димитрия Михайловича. Так три раза попросил он Шапошникова, говоря: "прошу тебя, не оставляй начатого дела, и Господь тебе поможет и не оставить"! Каждый раз обнимал его со слезами. Сперва Димитрий Михайлович не мог отдать себе отчета – кто это говорит с ним, но когда видение исчезло, то он в испуге проснулся и подумал: это наверное приходил схимонах Зосима! В комнате никого не оказалось; было темно. Димитрий Михайлович встал, разбудил жену и сообщил ей свой сон. Благочестивая Агафья Феодоровна также не усумнилась, что это был старец Зосима и стала даже упрекать мужа, что он своею нерешительностью и медлительностью задержал столь необходимую постройку храма в Зосимовой путыни.

Димитрий Михайлович заснуть уже более не мог, зажег огонь и стал вдумываться в происшедшее. На сердце была тревога, недовольство собою, какое–то уныние; решился одеться и выйти на воздух. Город спал, все лавки были еще заперты и волнующееся сердце требовало откровенной беседы, совета с кем – нибудь. Таким образом, гуляя по улице, он надумал пойти к своей старшей дочери и мужу ее Владимиру Петровичу Попову. Конечно все еще спали. Зять Владимир Петрович вышел к нему, встревоженный, думая, что случилось что–нибудь. Но Димитрий Михайлович посадил зятя и открыл ему причину своей тревоги. Собралась вся семья и, по милости угодника Божия, блаженного старца Зосимы, все они возгорелись непреодолимым желанием послужить этому святому делу. В.П.Попов послал еще за своим братом Михаилом Петровичем, явилась так же Агафья Феодоровна и на семейном совете решили, что надо сделать все просимое отцом Прокопием. Оба брата Поповы предложили отлить колокол, Владимир Петрович взялся сделать иконостас, утварь, все внутренние принадлежности храма, а Д.М. Шапошников – пристроить алтарь, трапезную часть и колокольню. Все они пришли в восторженное и радостное состояние и разошлись по своим домам, успокоенные, довольные с намерением немедленно взяться за дело.

На следующий день Д.М. Шапошников поехал в киновию к отцу Прокопию, готовый потратить на постройку храма, сколько бы не потребовалось денег, чтобы успокоить боголюбивого попечителя Зосимовой пустыни. План нового храма был заказан г–ну Семеновскому. Митрополит Иоанникий принял просителей очень сердечно и таким образом возбудилось дело о постройке храма. Зимою возили в Зосимову пустынь кирпич. В прошении, поданном Д.М.Шапошниковым в Учрежденный Собор Лавры, от 31–го июля 1888 года, говорится:

"Горя сердечным желанием сделать что – либо доброе на земле для души своей, я возымел непреклонную мысль устроить, на личные свои средства, из каменной Зосимовой часовни, Александровская уезда, Владимирской губернии (в которой часовне находится гроб старца схимонаха Зосимы), церковь, пристроив к ней каменные же: алтарь, трапезу и около церкви корпус в несколько келлий для братии, ради сердечная усердия моего к святому месту, чтимому местными жителями и прошу Учрежденный Собор испросить у Его Высокопреосвященства на сие разрешение для прославления имени Божьего и к сохранению вечной памяти Богоугодного мужа". 2–го августа Собор сделал доклад Митрополиту Иоанникию и 4–го августа последовала на этом докладе резолюция: "Разрешается".

Закипела работа в Зосимовой пустыни. Д.М. Шапошников так предался постройке храма, что оставил все свои дела. 28–го августа состоялась закладка алтаря и трапезной части, на которую, конечно, собралась вся семья Шапошниковых и зять В.П.Попов. Местность пустыни очень понравилась всем и после закладки даже остались работать и помогать постройке жена и дочери благочестивого строителя. Осень была дождливая, сырая; дороги грязные, вязкие и работы шли с большим трудом. Совершенно непривычные к подобной обстановке и к пище, которую варил пастух, они все жили в грязной и темной избе, проводя ночи на полу или на земле. Казалось, чем объяснить такой предъем духа в людях состоятельных, избалованных? Это можно объяснить только той благодатной силой, о которой мы говорили уже, исходящей из могилы блаженного старца, оживотворявшей всех, к кому она касалась, по избранию самого старца Зосимы и по воле Божией. До зимы храм был подведен под крышу. С ранней весны 1889 года начась внутренняя штукатурка и настилка полов, привезли иконостас и к удивлению всех он оказался выше положенной меры. Убавлять его без обезображения казалось невозможным и поэтому решили вынуть земли из храма на 10 вершков и опустить пол. Не без воли Божией произошла эта ошибка в иконостасе! Затем, явилось еще неудобство, могила схимонаха Зосимы – пришлась слишком близко к царским дверям и должна была мешать выходу священнослужителей. В часовне же могила приходилась посредине. Каменные работы были уже окончены и всего оставалось рабочих два человека. Д.М. Шапошникову уезжая в Москву, попросил их сделать под памятником старца Зосимы новый кирпичный фундамент, более высокий, вследствие выемки земли из храма. Под мраморною плитою был белый камень и затем пять рядов кирпича, а под кирпичами – земля. На другое утро каменщики принялись за работу и к обеду окончили фундамент. После обеда, только они хотели положить белую плиту, как – весь фундамент, сделанный на известке вдруг развалился. Что такое?! – Это было несомненное чудо! Рабочие напугались, хотели было уйти, но затем решили разрыть землю и докопаться до склепа, с которого и начать стройку фундамента. Начали рыть, и действительно, склеп оказался не на том месте, а на полтора аршина сзади. Один рабочий даже провалился ногою в свод склепа, и в отверстие они увидели гроб, который им показался дубовым. Это обстоятельство еще более перепугало рабочих, как бы удостоверившихся в существовании могилы схимонаха Зосимы. Они тотчас заделали отверстие склепа и начали от него строить фундамент для памятника.

На утро приехал Димитрий Михайлович и рабочие ему рассказали происшедшее, подивился он, но и порадовался, что могила старца Зосимы теперь значительно дальше от царских дверей. Но когда Д.М. Шапошников вернулся домой, то жена его начала упрекать, что он не посмотрел, в каком состоянии склеп внутри и не надо ли его исправить. В виду ходивших в народе разных слухов, казалось необходимым удостовериться в действительности существования могилы и нетленного гроба (записанный рассказ сторожа Симеона Ермолаева, с его удостоверением о нетлеении мощей блаженного старца Зосимы получен обителию только в 1898 году). Вот почему Шапошниковы вместе с отцом Прокопием на утро собрались ехать в Зосимову пустынь, тотчас Димитрий Михайлович приказал рыть яму и пробовать склеп. От твердости ли кирпича или от другой причины, но посыпались искры, когда рабочие стали ударять ломами. Это уже привело благочестивую семью в страх и трепет, Агафья Феодоровна даже ушла. Когда же было пробито довольно значительное отверстие, то Димитрий Михайлович привязал на палку три восковых свечи и таким способом проник со светом внутрь склепа. Он ясно видел чрез отверстие гроб, заваленный по бокам осколками кирпичей, осыпавшихся от времени и, как ему показалось, на крышке гроба – череп. Может быть в прежние времена на гробах схимонахов и клали такие же черепа, как вышивается на самых схимах. После этого над склепом был уже постановлен памятник. Таким чудесным путем была открыта могила блаженного старца, ради которого созидался храм и возрождалась обитель.

Освящение храма во имя иконы Смоленской Божией Матери было совершено 24–го сентября при весьма удачной погоде, большом собрании народа и воодушевлении всех участников этого дела. Весною 1890–го года Д.М. Шапошников построил еще целый деревянный корпус с 16–ю кельями для монашествующих.

Память о доброй и боголюбивой семье Шапошниковых и Поповых пребудет, конечно, вечно в Зосимовой пустыни и в молитвах ее иноков. С устроением особой церкви и братского корпуса утрачивалась уже всякая зависимость Зосимовой пустыни от прихода села Никульского, к которому была приписана Зосимова часовня указом св. Синода, от 12–го ноября 1854 г. Не могла уже она быть в той же зависимости и от Боголюбской киновии; – требовались новые порядки. Не осталось в живых и прежних начальников, близких к семье схимонаха Филиппа. Новый наместник Лавры, Архимандрит Леонид, очень был рад возрождению Зосимовой пустыни, но по стараниям некоторых лиц, отнесся с нерасположением к простым и боголюбивым старцам, иеромонахам Галактиону и Прокопию, которым пришлось ради Господа претерпеть еще новое гонение. Отец Галактион был устранен от управления киновиею и на его место назначен иеромонах Палладий, а отец Прокопий удален из Зосимовой пустыни. Строителем Зосимовой пустыни был назначен скитский иеромонах Иоанн. В том виде Зосимова пустынь находилась в продолжение двух лет, до весны 1892 года. 14–го января 1892 года вступил в исправление обязанностей наместника Лавры отец Архимандрит Павел, управлявший до этого Толгским монастырем. Объезжая все обители, подчиненные Лавре, он посетил и Зосимову пустынь. Убогий вид пустыни произвел сильное впечатление на него. Обитель не имела ограды, была совершенно открыта. Храм, составлявший несказанную радость пустыни, был в сущности тесен и длинен, так как он образовался из часовни, к которой пристроили паперть и трапезную часть. Зимою промерзали тонкие стены часовни; было сыро; пол лежал на самой земле. Общий вид пустыни, в которой имелся всего один корпус для келлий и затем три старые избы, невольно заставлял вдумываться в положение монашествующих и желать принести посильную помощь. Когда отец наместник отстоял в храме панихиду у могилы схимонаха Зосимы, то он уже в сердце своем почувствовал непреодолимое стремление сделаться устроителем этой страждущей обители. В продолжение зимы 1892–93 г.г. архимандрит Павел начал собирать материал для постройки каменного корпуса с трапезою. Кирпич доставил игумен Махрищского монастыря отец Амфилохий. Первыми деньгами, вложенными в это дело, послужили тысяча рублей, на помин души покойного казначея Лавры Авдия. В 1893 году Иван Евфимович Ефимов заявил свое желание построить каменный Собор на месте первоначального храма и над могилой старца Зосимы, известный своими крупными пожертвованиями не только в Москве, но и далеко за пределами ее, издатель многих духовных брошюр, журналов и книг, печатавшихся в его типографии. Так как храм построенный боголюбивым Д.М.Шапошниковым, по своим размерам не мог долго служить обители, a материал его мог пойти целиком на Собор; следовательно, участие жертвователя оставалось в деле, таким же как было, то архимандрит Павел обратился к Д. М. Шапошникову за согласием и, когда оно получилось, испросил разрешение у Епархиального начальства на разборку первоначального храма и колокольни при ней и перенесете священных предметов, т.е. престола, жертвенника, иконостаса и местных икон, в братский трапезный каменный корпус, с устройством в нем храма во имя Преподобного Сергия, в имеющемся удобном помещении. Этим приобрелась возможность совершать богослужения ежедневно по прежнему и терпеливо ждать постройки каменного Собора. 5–го сентября 1893 года отец архимандрит Павел уже освятил этот храм во имя Преподобного Сергия, а 1–го мая 1894 года по благословению Владыки Сергия совершил закладку Собора с двумя приделами: главный – средний во имя Богоматери, именуемой Смоленской, с правой стороны, в честь Архангела Рафаила, а с левой во имя Преподобного Зосимы, Соловецкого чудотворца.

Долго ждала Зосимова пустынь боголюбивых жертвователей и устроителей, которые бы искренно во имя Божие возродили обитель и вот, наконец, Божественная благодать привлекла сперва горячо полюбивших пустынь – семью Д.М. Шапошникова и Попова, a затем наместника Лавры архимандрита Павла и И.Е. Ефимова. Многие посещали Зосимову пустынь, подобно архимандриту Павлу, но и уезжали без намерения сделаться ее устроителем. Наконец, сам отец Павел много видел, конечно, монастырей и пустынь, однако не возгоралось в его сердце такого стремления служить им всеми силами ума, сердца и достояния. Такова была воля Божия, таково было действие Духа Божия! "Когда случится тебе сделать что – нибудь доброе, говорит св. Варсонофий, ты должен знать, что это дар Божий, данный тебе по благости Божией"!

Ныне устроители святой обители схимонаха Зосимы могут сказать миру с дерзновением: нам подобало делати! Почему так? По Евангельскому слову. Слепой сидел, собирая милостыню и Господь Иисус проходил мимо; слепой не призывал Иисуса и не просил об исцелении и Господу не было никакой причины останавливаться, никакой обязанности действовать, но Господь остановился и сказал: Мне подобает делати. Сказал потому, что Его побуждала живущая в Нем – Благодать. Благодать же призывает человеколюбие и привлекает внимание и сердце.

"Одного ли Христа послал Бог – Отец, говорит святит. Филарет, одних ли Апостолов избрал Христос, делати дело Пославшего их? И тебя, кто бы ты ни был, не послал ли в мир сей Бог, творец твой и провидец путей твоих? И если послал: то не дал ли тебе и дела? Пославший, будучи премудр в великом и в малом, ничего не делает без благой цели! Какое же сие дело? Христа, Сына Божия, послал Бог Отец; Христос избрал Апостолов, чтобы делать дело спасения всех душ человеческих вообще, или, по крайней мере, всех, которые согласятся и возжелают получить спасение; тебя Бог послал в мир сей, тебя Христос призвал в Церковь Свою, чтобы делать дело спасения (пастырям – многих, a мирянам) одной собственной твоей души, – дело, которого никогда не сделаешь ты один, сам собою, без Христа, но которого и Христос не совершит без тебя, потому что сотворивший тебя даровал тебе свободу и также не хочет отнять дар Свой, как ты не хочешь потерять свою свободу..." Святитель говорит далее, что Христос возбуждал Себя к деланию, несмотря на предвидимые затруднения со стороны людей. Святой Евангелист повествует, что когда Господь совершал дело, к которому возбуждал Себя, т.е. исцелил слепорожденного, Иудеи гнали Исцелителя, между прочим за то, что он это сделал в день субботний. Казалось, немного было бы потеряно, если бы слепой получил прозрение одним днем позже, и был бы отвращен соблазн, или, по крайней мере, клевете не было бы дано повода. Такое рассуждение почитается благоразумным у сынов человеческих, но, конечно, Сын Божий видел в нем – безумие, если не последовал ему. Да явятся, сказал Христос, дела Божия на нем. И когда же? Так скоро, как только можно. Дел, порученных от Бога, нельзя отлагать в угодность человекам. Должно исполнять оныя немедленно и неупустительно, пока есть благовременность (М. Филарет III 409 – 415).

Таким образом Божественная благодать, живущая в нетленных мощах схимонаха Зосимы привлекала не всех к деланию, сочувствию и к служению забытой обители, а только некоторых и священноархимандрит Павел свято соблюл данный ему дар Божий. Он тотчас безотлагательно пожертвовал всем, что только имел и приобретал – "да явятся дела Божия на возлюбленной обители!" Чтобы распространить между человеками свет, или иначе сказать истину и добро, говорит свят. Филарет, мы не знаем более открытых способов, как три следующие: слово, власть и пример. Слово действует убеждением, власть – праведно употребляемым могуществом, пример – располагает, к подражанию. Не всем дается дар и право действовать словом разума и премудрости ко власти, особенно высшей и обширнейшей, не многие призываются Провидением; но все могут действовать добрым примером. Посему судите, как важен добрый пример. Вот очень простая тайна света! Добрые дела – вот свет, который всякий издавать может! Добрый пример – вот способ, которым каждый может распространять свой свет между другими! (т. II, 161).

Всем христианам должна быть известна заповедь о милосердии, о благотворениях: будьте милосерды (Лк.16:36), а между тем, в каком, по – видимому, неведении находится христианское общество! Важно каждому подумать и решить: в какой мере каждый из нас должен выполнить обязанности благотворения, какую часть своего достояния должен каждый отдавать нуждающимся ближним? Высшее Евангельское требование, как известно, состоит в том, чтобы быть готовым все свое отдать просящим и нуждающимся, но это, конечно, степень, на которую всякий не может стать сразу. "Но если нельзя сразу стать всякому на такую высокую степень христианского самоотвержения, говорит один проповедник, чтобы все свое отдать на пользу ближних, то, с другой стороны нельзя же и тем довольствоваться, чтобы оделять нищих грошами и копейками, завалявшимися в карманах, имея в сундуках десятки и сотни тысяч рублей, и при этом считать себя серьезно исполняющим обязанности христианского благотворения, припоминая при этом евангельскую вдовицу, стяжавшую себе благословение Христа пожертвованием одной лепты на дело Божие". Примером этим очень многие злоупотребляют. Припоминая эту евангельскую лепту, нужно помнить и то, что в ней заключалось, по слову Христа, все достояние бедной вдовицы и ее – то она со всем усердием и без всякого колебания и тщеславия пожертвовала, чем и привлекла на свое усердие благословение Христа. В законе христианском не положено общих правил благотворения, но каждый христианин, имея в виду общие нравственные требования и условия своего личного положения, обязан соблюсти требование религии и определить размер своих благотворений. "Какими устами скажешь: услыши мя, Господи! говорить свят. Тихон Задонский, когда сам не слышишь бедного или вернее в бедном Самого Христа, вопиющего к тебе!"

Мир особенно стал противиться благотворению монашеских обителей. Мы ответили в начале нашего летописного очерка на обвинения, возлагаемые миром на монашество. А теперь скажем только, что монашеские обители не имеют других источников существования – как благотворения, и поэтому им особенно трудно бороться с насущными потребностями. Если существуют противники монастырей, то мы уверены лишь потому, что они не знают истинных монастырей, не знакомы с деятельностью большинства обителей, с пользою, которую они приносят своей окружной местности и судят о монашестве по тем богатым и городским монастырям, где мир же стремится уничтожить порядок, благочестие и приходящие, светские люди, захватывают в свои руки влияние на все дела обители. Какое отрадное чувство производят пустынные обители и как становится понятным значение их для монашествующих и всех приходящих! Теперь благодаря Бога и привлеченных к Зосимовой пустыни жертвователей обитель эта, выстрадавшая себе право существования и устройство, приняла вид совершенно благоустроенной. Превосходная каменная ограда, в 300 сажень длины, окружает гористый берег речки Молохчи, казавшийся прежде пустынным, голым, заброшенным. На углах ограды – возвышенные башни, в которых расположены уютные малые кельи для монашествующих. К востоку, у ограды же, высится трех этажная 16–ти саженная колокольня; под нею ворота. Над святыми воротами, готов уже небольшой, но особенно располагающий к молитве храм. По средине построен вчерне собор, покрывающий собою священную могилу схимонаха Зосимы. Невольно мысль переносится к ужасам, творившимся прежде, ко времени старания врага человеческого стереть с лица земли и признаки могилы старца Зосимы, к устройству несчастным помещиком из часовни – птичника.. Все это, наконец, прошло и возврат к прежнему – невозможен! Над могилою теперь большой соборный купол! Вправо от собора – двух этажный корпус (низ каменный, а верх деревянный, в котором внизу просфорня, а вверху живут старшие, начальствующие лица. За собором виднеется еще хижина, оставленная на память о страданиях первоначальной братии пустыни; в ней варили себе пищу и жили монахи. Один вид этой хижины, покосившейся на бок, покрытой ветхим тесом, может образумить мирян столь восстающих на монахов, ищущих себе, по их мнению, покой и довольство в монастырях! Тут ли, в этой ли убогой избе жили те люди, которые служили страстям мира? Нет, тут не только мерзли, изнемогали в нужде, но и работали слуги алтаря Божия, пустынники (как напр. боголюбивый строитель иеросхимонах Иоанн), терпеливо ожидавшие, что Господь возродит обитель по молитвам блаженного старца Зосимы и тут молились такие простые и ничтожные на вид люди, ради которых Господь, может быть, привлек Своею благодатию боголюбивых самоотверженных и доброхотных даятелей – в лице наместника Лавры архимандрита Павла и его друзей и воздвиг их усилиями несокрушимую, обширную, непрестанно славящую Бога, обитель. Страдания, тревоги, лишения иеросхимонаха Иоанна и его братии не будут конечно никогда забыты современными начальниками и иноками. Они выстрадали право существования обители. Теперь она уже пришла не только в благоустроенный вид снаружи, но и зацвела духовно, благодатно, богомудро. За крепкою стеною пустыни собралось уже до 50–ти монашествующих. В 1897 году на место умершего иеромонаха Иоанна был назначен строителем духовник Гефсиманского скита, иеромонах Герман, известный давно многим истинно духовным инокам и даже иерархам и любимый народом. Около отца Германа собрались монашествующие, как простосердечные дети около любимого отца. Не скроются эти подвижники и боголюбивые труженики от взора народа, ищущего правды духовной; их скоро найдут скорбящие, недужные, страждущие и просветится обитель блаженного схимонаха Зосимы. Тогда мир устремится искать себе отрады, облегчения, утешения, в эту самую пустынь, которую злоба мира хотела уничтожить до основания.

Не увидит здесь мир ни довольства, ни покоя, а будет свидетелем бедности, недостатков, трудов и древнего, монастырского порядка, длинных служб по церковному уставу. Стройное, старинное пение, так называемое – столповое, произведет совершенно иное впечатление, чем обычное светское пение в городах. Увидит мир, как совершается ежедневно к вечеру монашеское правило по Саровскому уставу со многочисленными поклонами, с умною молитвою, с слезными прошениями и воздыханиями за благотворителей, попечителей, жертвователей обители, а так же и за обидящих, осуждающих по неведению. Братия живет по примеру св. отцов под руководством своих старцев, открывая им ежедневно свои помышления и грехопадения, выслушивая опытные указания и наставления. Живущие здесь монахи истинные труженики: летом работают на огородах, косят сено, чистят лес, это занятие для свободного времени, для отдыха. Не прекращается работа в мастерских и келлиях. Таких послушаний – до четырнадцати: 1) день и ночь читают псалтирь за благодетелей, 2) пишут образа, иконы, 3) занимаются токарным производством, 4) столярничают, 5) переплетают книги, 6) пекут просфоры, 7) пекут хлебы, 8) работают на кухне , 9) шьют одежды, 10) занимаются малярной работой, 11) в кузнице, 12) в слесарной, 13) шьют сапоги, 14) лудят посуду. Таким образом братия постоянно находится в трудах.

Летом местность Зосимовой обители очень приятна и привлекательна; среди хвойного леса дышится легко здоровым воздухом. За колокольней выстроена очень хорошая гостиница, на которую употреблены келлии, пожертвованные Д.М. Шапошниковым. В шесть лет Архимандрит Павел воздвиг большую прочно построенную обитель, но она не имеет еще никакого обеспечения. Заметим к пользе жертвователей, которые еще так необходимы, что благотворительность доставляет не только Царство Небесное, но и безопасность и избыток в настоящей жизни. Так сказал Тот, Кто властен это сделать. Подающий из своего имения бедным, сказал Христос, сторицею приимет в этом веке и живот вечный наследит(Мф.19:29).

Сам Иисус Христос, Божественный наставник, да наставит всех нас и каждого делати дела, угодные Богу и полезные бессмертной душе нашей, дóндеже день есть и доводит оны до совершенства так, чтобы они могли ходить вслед с нами, до нового лучшего невечернего дня блаженного воскресения и жизни вечныя. Аминь.

Примечания

1. Не потому ли крестьянки носят на могилу старца Зосимы своих больных детей, веря, что он особенно покровительствует юношеству.

2. Примечание. Источниками нам служили: 1) н.с. Стромилова: Зосимова пустынька. Владимир 1870 г. 2) бывшего наместника Троице – Сергиевой Лавры о. Архимандрита Леонида. Зосимова пустынька и ее основатель блаженный старец Зосима. Оттиск из журнала "Воскресный День" Москва 1888 г. 3) Профессора И. Корсунского. Зосимина пустынь. Лавра 1895 г. 4) тетрадь рукописная: описание пустыни, находящейся в Владимирской губ., в Александровском уезде, в приходе села Никульского, писанное со слов старца Симеона, который был сторожем несколько лет в этой пустыне при часовне и запомнил многие из рассказов его предков. 5) две рукописный тетради о позднейших событиях в Зосимовой пустыньке, составленные Иеродиаконом Гурием. 6) записная книжка Иеромонаха Прокопия, Попечителя Зосимовой пустыни. 7) Д.С. Дмитриева очерк жизни схимонаха Филиппа. Сергиев Посад 1892 г. издание 5 – е.

3. Дело это хранится во Владимирской духовной Консистории, озаглавливается: "О самовольном построении часовни в Александровском узде в лесных Дачах генерал – майорши Волковой" и значится по общей описи (по 2 столу) под № 149, а по архиву 129, 763. Этим делом пользовался Н. С – Стромилов в своем описании Зосиминой пустыньки.

4. Эти догадки можно видеть изложенными у Н. С. Стромилова на стр. 13–14 его брошюры о Зосимовой пустыньке.

5. Василий Иванович

6. H. С. Стромилов при сем замечает (стр. 15), что В. И. Барыков был не исправником, а предводителем дворянства (уездным) в то время, когда И.А. Тимонов был дворянским заседателем в земском суде; исправниками же были (за время с 1815 по 1820 год, когда Барыков был предводителем дворянства) П. И. Казаринов и Н. В. Бибиков.

7. Напр. они указывали, с голоса народной молвы, что находящийся в Лукиановой пустыни больших размеров Нерукотворенный образ Спасителя принадлежал первоначально Зосимовой пустыни и из нее взят в пустынь Лукианову. См. у Н. С. Стромилова, стр. 15.

8. Все эти сведения о ходе дела в 1853–1854 году мы извлекли из брошюры Н.С.Стромилова, который сам имел под руками это дело из архива Владимирской консистории. Справ. также в деле Учреж. Собора Сергиевой Лавры за 1875 г., № 35 л. 6 на обороте. Благоприятному исходу дела о часовне в то время много содействовал, по свидетельству H.С. Стромилова (стр. 16) В. В Головин.

9. Этим "Описанием" пользовался Н.С. Стромилов (стр. 16) в своем очерке Зосимовой пустыни.

10. См. очерк его жизни Дмитриева изд. 5 е.

11. Эти сведения сообщены тем же H.С. Стромиловым и вошли в помянутую раньше брошюру его.

12. См. все это дело "по жалобе о богослужении в часовне при гробе схимонаха Зосимы близ киновии без разрешения Владимирского архиерея" в бумагах архива Учрежд. Собора Сергиевой Лавры за 1875 год, № 35.

Житие преподобного Евфимия священно–архимандрита суздальского чудотворца. Составил настоятель Спасо–Евфимиевского монастыря Архимандрит Серафим Чичагов ко дню 500–летия кончины преподобного Евфимия 1404 г. 1–го апреля 1904 г.

Память о преподобном Евфимии, суздальском чудотворце, названном современниками "великим", почти исчезла. Житие его, составленное иноком Григорием и, по преданию, тем самым Отрепьевым – самозванцем, жившим послушником в суздальском Спасо – Евфимиевском монастыре, весьма кратко и далеко не напоминает русским людям всех подвигов и заслуг преподобного – друга, собеседника и сподвижника, великого молитвенника за землю Русскую преподобного Сергия и, несомненно, заслуживающего быть причисленным также к печальникам земли Русской. Рукописное житие инока Григория хранится в архиве монастырском. Хотя, действительно, источников для составления более подробного жизнеописания Евфимия не сохранилось, но, однако, существует, кроме предания суздальского, несколько исторических указаний на участие преподобного в событиях того времени и в судьбе суздальских и нижегородских князей. Преп. Сергий и Евфимий одновременно основали две знаменитые лавры и при том последний на северном конце древней и обширной столицы, которая служила одновременно крепостью, для защиты Суздаля от врагов. Евфимиева лавра быстро разрослась, украсилась и возвеличилась, потому что она была сердечною заботою суздальского князя Бориса, всех знаменитейших бояр и жителей обширного, богатого города. Уже на основании всего этого можно понять, какое значение имели в истории Суздальского края Евфимиева лавра и сам преподобный, который приобрел всеобщую любовь строгою жизнью, подвижничеством, даром прозорливости и совета. Влияние его на современников было громадно.

Но падение Суздаля, возвеличение Владимира и Москвы, перенесение центров торговли, а за наше время обход Суздаля всеми путями сообщения, окончательно разорили город, заставив жителей и купечество искать убежища и деятельности в иных городах, а развивавшееся, к прискорбию, в современных людях равнодушие к отечественной истории довело знаменитый Суздаль с его святынями до положительного забвения и запустения. Спасо–Евфимиевская обитель, лишенная при утверждении монастырских штатов, в начале царствования Императрицы Екатерины II, всех своих земельных богатств и средств к существованию, не могла уже вновь оправится и заработать себе обеспечение. Теперь редко в России, кто знает об открытых св. мощах преподобного Евфимия, так же, как и о том, что в суздальском Богородичном соборе почивает первый русский епископ Феодор, грек, привезенный сюда св. равноапостольным князем Владимиром, просветитель Ростовского и Суздальского края, крестивший русский народ. Справедливо называют Суздаль митрополией Москвы. В Спасо–Евфимиевском монастыре погребены князь Димитрий Михайлович Пожарский и весь его род. Не ошибся один из археологов, написавший несколько лет тому назад в распространенном журнале, что о преподобном Евфимии мы теперь слышим только со сцены театра: "Прошусь в монахи я к Евфимию в Суздаль", говорит Андрей Колычев Малюте в "Василисе Мелентьевой" (Р. Вести. 1900 г. июль). Необходимость в более подробном житии преподобного Евфимия, написанном современным языком, ощущалась, конечно, давно, и в виду приближающегося 500 – летия кончины этого великого молитвенника за Русскую землю, мы сделали попытку составить настоящее жизнеописание в связи с историческими событиями и церковными делами того времени [13].

Архимандрит Серафим (Чичагов).

I. Рождение преподобного Евфимия. Великий князь Иоанн Даниилович Калита. Воспитание Евфимия. Преподобный Дионисий и основание нижегородская Печерского монастыря. Поступление Евфимия в монастырь. Ученики св. Дионисия: Евфимий, Макарий и Павел

Преподобный Евфимий, названный современниками "великим" родился в 1316 году в Нижнем Новгороде, при великом князе Иоанне Данииловиче и при митрополите Петре – чудотворце.

С восшествием Иоанна Данииловича на престол великого княжения, в северной России воцарились мир и тишина. Монголы перестали опустошать ее страны и превращать селения и города в пепелища, орошенные кровью. Значение города Владимира, как столицы, начало падать. Иоанн Даниилович поселился в любимой Москве, куда переехал из Владимира и св. митрополит Петр, которому полюбились красивое местоположение города и, в особенности, сам добрый князь. Во исполнение просьбы митрополита Петра, великий князь заложил в 1326 году на Кремлевской площади первую каменную церковь во имя Успения Богоматери при огромном стечении народа. При этом митрополит устроил себе собственными руками в церковной стене каменный гроб. Действительно, через несколько месяцев, зимою, скончался знаменитый митрополит Петр, собиратель Русской земли и преемником ему был избран епископ ростовский Феогност из греков. Благоразумный Иоанн Даниилович, видя, что бедствия России произошли от несогласия князей, с самого восшествия на престол старался присвоить себе верховную власть над князьями древних владимирских уделов, в чем и успел, особенно после кончины Александра Васильевича Суздальского, который, будучи внуком старшего сына Ярослава, имел законное право на великокняжеское достоинство. Тверской князь Александр Михаилович ни за что не хотел подчиниться Московскому великому князю и Иоанн на этот раз изменил своему благоразумию и прибег к хитрости и коварству. Он пожаловался на тверского князя хану Узбеку. Последний вызвал его в Орду на суд и приказал лишить жизни. Князю Александру и его сыну Феодору отрубили головы. Тогда Иоанн присвоил себе верховную власть над тверским княжением. В 1340 году внезапный недуг заставил Иоанна променять княжескую одежду на мантию схимника и он скончался 31 марта, указав наследникам путь к единовластию и величию. Москвичи единогласно ему дали имя "собирателя земли Русской". Набожность, усердие к строению храмов и милосердие к нищим помогли Иоанну снискать общую любовь. Он всегда носил с собою мешок или калиту, наполненный деньгами для бедных, почему и призван Калитою. В Москве он построил много церквей, в том числе, кроме Успенской, каменную Архангельскую и Иоанна Лествичника. В Нижнем – Новгороде до сих пор, по преданию, указывают на место, где находился дом родителей преподобного Евфимия, в семи саженях от приходской Мироносицкой церкви. Замечательно, что по другую сторону церкви, на том же расстоянии находился дом родителей преподобного Макария, впоследствии также ученика св. Дионисия и духовного друга Евфимия.

Кто были родители преподобного Евфимия и как их звали, – нигде не упоминается, но, судя по местожительству, они должны были принадлежать к посадским людям, богатым благочестием и преданным всем сердцем св. Церкви. Неизвестно также, какое имя было дано первоначально их сыну при крещении в Мироносицкой церкви. Инок Григорий, писатель жития Евфимия, называя его "благословенною отраслью благочестивых родителей", говорит, что Евфимия с юных лет отдали в учение и, как было принято в то время, конечно одному из священнослужителей. Отрок с великим прилежанием изучал духовные книги и, к удивлению всех, всегда чуждался детских игр. Научившись читать, он предпочитал безмолвие, так что с юности возлюбил небесное более земного. Несомненно, избранный от чрева матери на служение Богу, он особенно радовался, когда его приводили в храм. Родители удивлялись необыкновенному разумению отрока, соединенному с чистотою сердца. Все свободные минуты он сидел за книгами, углубляясь в божественное писание и видно было, что он находил в книгах то, что искало его пламенное сердце. Примеры подвижников благочестия в особенности увлекали его. В церкви он любил уединяться в темном углу, где ему не мешали внимательно слушать чтение, службу и самому молиться. Однажды глубоко запали ему в душу слова божественного Павла: "братие, не дети бывайте умы, но злобою младенствуйте" (1Кор.14:20). С сердечным умилением он слушал о трудах и подвигах тех мужей, крепких верою, которые, по слову апостольскому, "проидоша в милотех, и в козиях кожах, лишени, скорбяще, озлоблени, в пустынях скитающеся и в горах и в вертепах и в пропастех земных, их же не бе достоин весь мир"(Евр.11:37–38). Внимательно слушая в церкви призыв Спасителя к самоотвержению и крестоношению в след Его, благочестивый отрок, проникнутый теплотою веры, всецело предался духовным услаждениям подвижнической жизни. Прилагая пост к посту, молитву в молитве, он приготовил себя к отречению от мира и ждал только указания Божия, в какой монастырь удалиться ему и кого избрать себе руководителем.

Около 1330 года прибыл в Нижний Новгород инок Дионисий и выкопал себе пещеру на берегу Волги. Откуда он был родом, точно неизвестно. Одни предполагали, что он был постриженник Киево – Печерской лавры, откуда прибыл в Нижний с копией с чудотворной иконы Печерской Божией Матери. Вскоре к нему стали собираться ученики и слава о его подвижнической жизни и прозорливости распространилась по городу. Евфимий, как только прослышал о знаменитом отшельнике, то стал стремиться к нему и просить благословения родителей на монастырский подвиг. Неизвестно, в котором году решился Евфимий окончательно покинуть мир, но инок Григорий так повествует о его прибытии к Дионисию:

"Как олень, жаждущий источника вод, устремился он в новозданную обитель и припал к ногам преподобного Дионисия, не будучи в силах ничего вымолвить от обилия слез, заглушавших его голос. С любовию поднял его старец и спросил о причине пришествия. Отрок молил только об одном, чтобы ему быть причтенным к избранному стаду Дионисову. Умилился старец благоразумию чудного отрока и воздал хвалу Богу: "истину", сказал он, "произнесли святые уста Твои, Господи! Исповедуюся Ти, Отче небесе и земли, яко утаил еси сия от премудрых и разумных и открыл еси то младенцам. Ей, Отче, яко тако бысть благоволение пред Тобою и ныне воля Господня да будет".

Отроку же Дионисий сказал:

"В час добрый пришел ты сюда и доброго дела желаешь, возненавидев долу влекущий мирской мятеж, чтобы спасение восприять".

Он ввел Евфимия в свою пещерную келлию, где долго беседовал с ним о пользе душевной и затем, собрав христоименитое стадо свое, постриг инока перед учениками своими в иноческий образ. Возрадовался духом Евфимий и возблагодарил Бога, что сподобил его желаемого.

Теперь Евфимий начал ревностно трудиться под руководством опытного и праведного наставника. Он обрек себя на великие подвиги, на алкание и жажду, поучаясь непрестанной молитве и говоря всегда одно угодное Богу. Днем без лености исполнял все монастырские послушания, а ночью, уединяясь в пещере, он молился со слезами и многочисленными поклонами. Кроткий и смиренный, он вскоре расположил к себе всю братию. Чтобы достигнуть совершенства, Евфимий старался во всем подражать своему наставнику и для этого внимательно наблюдал за его жизнию и подвигами. Желая скорее изнурить свою плоть, он попросил дозволения о. Дионисия вкушать пищу только через два или три дня, но опытный наставник не согласился на такой подвиг его, превосходящий силу и меру возраста Евфимия. Преподобный велел ему вкушать хлеб вместе с братиею, хотя бы и не до сыта, что и исполнял Евфимий, беспрекословно повиновавшийся своему настоятелю и ни в чем не имевший своей воли. Но после бессонных ночей он часто делал только вид, что принимает пищу, дабы братия не подумала о его чрезмерном воздержании. С каждым месяцем и годом укреплялся дух Евфимия, хотя Дионисий, испытывая его, заставлял исполнять все неприятные послушания: печь хлебы, носить дрова и воду. Наконец, видя глубокое смирение Евфимия, чрезвычайное трудолюбие его, вся братия начала почитать его за необыкновенного подвижника и не за человека, а за ангела Божия. Так протекли многие годы и Евфимий возмужал и созрел для иноческого подвига. Преподобный Дионисий сперва подвизался в пещере один, а потом собрал около себя двенадцать учеников; для остальных он основал над пещерами монастырь.

В настоящее время нижегородский Печерский монастырь находится не на том месте, где вырыл пещеры преподобный Дионисий со своими учениками. Эти старинные пещеры лежат версты на две ниже теперешнего монастыря и вот вследствие какого обстоятельства. Древний монастырь преподобного Дионисия, расположенный на половине высокого берега, имел уже внутри стен 6 храмов и 7–й вне ограды, когда в 1596 году 18 июня, в третьем часу ночи, верхняя часть горы с лесом, вероятно от напора ключевой воды, вдруг сдвинулась к реке, потопила стоявшие у берега суда и разрушила монастырские здания, как деревянные, так и каменные. На этом месте находится теперь с 1798 г. приходская церковь села Старых Печер. Под нею в пещере покоятся под спудом мощи схимника Иоасафа, погребенные за 30 лет до разрушения монастыря и найденные на третий день по разрушении. В этой церкви, кроме других древнейших икон, остались, как думают, от прежнего монастыря царские резные двери. Вскоре после разрушения монастыря, царь Феодор Иоаннович дозволил архимандриту Трифону переместить его вверх по Волге, на семь холмов, на нынешнее место.

В числе двенадцати ближайших учеников преподобного Дионисия был еще совсем юный Макарий, упомянутый нами выше, который основал впоследствии известный Макарьевский монастырь на Волге. Отец его Иоанн и мать его Мария были почитаемы в Нижнем – Новгороде за их примерную жизнь. Испрошенный у Господа по молитвам благочестивых родителей, Макарий был крещен также в приходской церкви Мироносиц. Он возлюбил духовную подвижническую жизнь не только со времени научения грамоте, но, как говорили родители, чуть не от рождения; особые знамения Божии проявлялись на нем еще в младенчестве. Его были принуждены часто носить в храм, потому что заметили, как он там бывает покоен и доволен. Сметливый, понятливый, разумный, он изучил весьма быстро Священное Писание и прославился по всему городу любовию к Церкви еще в отрочестве. Посторонние раньше родителей заметили, что благочестивый Макарий рожден не для сего Mиpa. Десятилетним мальчиком он посещал, кроме своей Мироносицкой церкви, еще Печерский монастырь, потому что ему очень нравился иноческий образ жизни. Взирая на подвиги монахов и слушая там чтение жития святых, Макарий привыкал к иноческой обстановке. Двенадцатилетним мальчиком он задумал оставить родителей и поступить к преп. Дионисию, только не в силах был побороть в себе любовь к отцу и матери. Но, наконец, воспользовавшись удобным случаем, Макарий убежал из дому и пошел по направлению к Печерскому монастырю. По дороге он встретил мальчика – нищенку, одного с ним возраста и роста, разговорился с ним и вдруг в его молодой голове блеснула мысль обменяться с нищим одеждами, дабы его не узнали монахи и могущие встретиться с ним горожане. Он предложила нищенке свои одежды; тот не отказался променяться своими лохмотьями с ним. Тогда Макарий пошел прямо в монастырь. Поклонившись преп. Дионисию в землю, он стал просить его принять в число братии.

"Откуда ты и кто твои родители", спросил его старец.

Макарий побоялся открыться и назвался безродным сиротою. Видя пламенное желание отрока жить в обители, св. Дионисий занялся им и сказал ему: "В твои юные годы неудобно переносить иноческие подвиги... Поверь мне, чадо, что трудно и прискорбно носить иго монашеского жития. Ты еще весьма молод. По моему мнению, тебе невозможно переносить постнические труды и терпеть напасти от бесовских козней. Говорю это из участия к тебе и страшусь, дабы вместо спасения души ты не возлюбил бы чего – нибудь мирского, тобою теперь оставляемого и не почел бы правый путь спасения тяжким и строптивым".

Макарий заплакал и как бы ничего не слыша продолжал умолять старца взять его к себе. Детские его ответы, необыкновенно сильное желание, знакомство с писанием, пламенная вера тронули преподобного. Удивляясь его юному разуму, он помолился об отроке. На молитве сердце старца склонилось к принятию отрока и, провидя к нему будущего подвижника, о. Дионисий, наконец, сказал:

"Чадо, благое твое намерение да будет согласно с твоею волею".

Старец оставил его у себя и приказал готовиться к принятию ангельского образа. При пострижении отрок получил имя Макария, в честь Макария Египетского и, затем, Дионисий приказал ему жить в своей келлии. Когда же родители Макария узнали о месте его нахождения, то покорились воле Божией.

В числе учеников Дионисия был еще Павел, прозванный "высоким", – "старец книжный и чудный", скончавшийся 1 января 1383 года и оплаканный самим Дионисием, как великий подвижник.

II. Великий князь Симеон Гордый. Суздальский князь Борис Константинович и избрание преподобного Евфимия в основатели монастыря во имя Преображения Господня. Войны и моровая язва. Молитвенники за землю Русскую; митрололит Алексий и преподобные Сергий и Евфимий

Смерть великого князя Иоанна Данииловича Калиты заставила русских князей поспешить к хана Узбеку. Тверской и суздальский князья – два Константина – могли искать великого княжения, но Симеон, сын Иоанна Калиты напомнил хану о долговременной верности отца его, обещал заслужить царскую милость и, при помощи подкупов, добыл себе великое княжение. За строгое обращение с другими князьями и за свое уничижение пред ханами Симеон заслужил имя Гордого. Торжественно воссев на престол в соборном храме Владимирском, он у гроба отца поклялся жить с братьями в любви, иметь всегда с ними одних друзей и врагов и взял с них также клятву; но события требовали строгого правления, так как Россия переживала постоянные смуты. О дружбе и любви нельзя было и помышлять при таком количестве врагов, окружавших злосчастную Россию. Не успел Симеон покорить себе новгородцев, сопротивлявшихся единовластию московского великого князя, как мятеж в Орде, смерть хана Узбека и воцарение Чанибека потребовали его путешествия в Орду на поклонение окровавленному трону. Митрополит Феогност, сопровождавший великого князя чуть не поплатился жизнию за отказ увеличить церковную дань татарам. Тем временем возгорелась война псковитян и новгородцев с ливонскими немцами. В 1345 году Россия испытала нашествие Литвы и через три года (в 1348 году) шведы со своим королем Магнусом подступили к Орехову се преступною целью силою оружия обратить Россию в католическую веру и подчинить римскому папе. Король Магнус послал объявить новгородцам, чтобы они избрали русских ученных для споров со шведами о вере и если не хотят воевать с ним, то приняли бы католичество, новгородский архиепископ Василий, все чиновники и граждане, изумленные таким предложением, благоразумно ответили королю:

"Если он хочет знать, какая вера лучше – греческая или римская, то может для состязания отправить людей ученых к патриарху цареградскому, ибо мы приняли закон от греков и не намерены входить в суетные споры. Когда же Новгород чем – нибудь оскорбил шведов, то Магнус да объявит свои неудовольствия нашим послам".

Началась война. Шведы приступили к Орехову, предлагая жителям на выбор смерть или римского папу. Хотя Орехов сдался, но в битве на берегах реки Ижоры шведы потеряли много людей и, ощущая большой недостаток в провианте, предпочли удалиться со стыдом, чем ожидать русских князей, идущих со всех сторон на помощь новгородцам. Так, по молитвам угодников Божиих, скрывавшихся в пещерах и лесах, помиловал Господь несчастную Россию от кровопролитной войны за веру.

Суздальский князь Константин Васильевич имел трех сыновей: Андрея, Димитрия и Бориса. Андрей прожил недолго, Димитрий одно время владел владимирским великокняжеским престолом, а Борис был нижегородским, суздальским и городецким князем. Князь Борис, чрезвычайно благочестивый, часто посещал в Нижнем – Новгороде преподобного Дионисия. Милостивый, щедрый и добрый, он очень любил монашество, надеялся на их молитвы и, ничего не предпринимая без благословения старцев, снабжал Печерский монастырь всем необходимым. Однажды он открыл преподобному Дионисию свою благочестивую мысль: "Благослови меня, отче святый", сказал князь, "и помолись обо мне прилежно, чтобы сподобил меня Господь получить желаемое. В граде Суздале, нашего княжения, доселе не обретается мужского общежительства иноческого; сердечно бы желал я, чтобы Господь помог мне, твоими молитвами, создать там церковь каменную во имя Преображения Господня и составить при ней общежительное братство. Даруй мне из твоей обители одного из учеников твоих, который был бы способен на сие великое дело сооружения храма и собрания обители".

Преподобный Дионисий похвалил князя за столь благочестивое и полезное намерение, благословил его и отпустил с миром, обещав прислать в настоятели будущей обители одного из ближайших своих учеников. Великий князь Борис Константинович вернулся в Суздаль, торжествуя духовною радостию и, в ожидании прибытия ученика преподобного Дионисия, велел свозить камни и приготовлять у себя все необходимое для созидания храма Господня и будущей обители. Св. Дионисий же собрал у себя ближайших двенадцать учеников и, по вынутии жребия, объявил иноку Евфимию, что он должен идти в Суздаль к великому князю Борису, а иноку Макарию, что он пойдет вниз по Волге для основания монастыря. Евфимию было в то время (1351 года) 36 лет от роду. По словам летописца, инока Григория, "возраст мужества украшался в нем старческим разумом". Испугался Евфимий своей участи и со слезами припал к ногам возлюбленного Дионисия, говоря: Отче, не оставь меня сирым и не отлучай от своего преподобия, чтобы не был я пришельцем на земле чуждой".

Но преподобный ответил:" Господня земля и исполнение ея (Пс. 23:1). Ты, же чадо, не впади в ров преслушания, иди со Христом в путь свой и не скорби, ибо духом молитвы мы будем неразлучны".

Много полезного для души сказал преподобный Дионисий, долго беседуя с Евфимием и затем, по дару прозорливости, предсказал ему будущее родного Нижнего Новгорода.

"За умножение беззаконий наших", произнес Дионисий, "по нашем отшествии к Богу, будет запустение граду сему и Божиим церквам и обителям разорение от безбожных агарян. Ты же, чадо, не унывай, ибо Господь будет тебе Хранителем на всякое дело благое; дойдешь ты до богоспасаемого града Суздаля и там узришь в преславном храме Богоматери священно–епископа Иоанна чудотворца, приявшего звание сие ради дел своих".

Евфимию было очень тяжело расстаться с его возлюбленным отцом и наставником и со слезами исполнил свое послушание. Не дойдя верст пять до Гороховца, блаженный Евфимий нашел красивое место на озере в дремучем лесу и здесь временно остановился. Построив малую церковь во имя святителя Василия Великого, он собрал незначительную братию, основал общежитие и затем направился в Суздаль (1352 г.).

Трудные обстоятельства, которые переживала Россия вследствие междоусобий князей, нашествия литвы и шведов, желавших обратить русский народ в католическую веру, усложнились еще во время княжения Симеона Гордого появившеюся неожиданно моровою язвою, известной в летописях под именем черной смерти. Она началась в Китае, где истребила около 13–ти миллионов людей, перешла в Европу с торговыми кораблями и произвела мятеж во всех странах. Французский народ потребовал казни всех жидов, предполагая, что они сыплютъ яд в колодцы. В Лондоне схоронили на одном кладбище до 50–ти тысяч человек. В 1352 году язва перешла в Россию, во Псков и Новгород и свирепствовала до зимы с такою силою, что едва треть населения осталась в живых. Нельзя себе вообразить этого ужасного зрелища. Юноши и старцы, отцы, матери и дети лежали в гробах друг подле друга. В один день исчезали целые семьи. Священники отпевали сразу по 30–50 человек за обеднею; погребали за городом – в лесах. Все боялись друг друга – сын убегал от отца, мать от сына. Видя такой гнев Божий и общую гибель, все говели, молились в храмах, служили молебны. Многие поспешили отречься от мира и заключились в монастыри. Раздавая свои богатства, имущества и земли церквам и монастырям, все готовились к вечной жизни. Несчастные псковитяне послали в Новгород за архиепископом Василием, прося его приехать и совершить кругом города крестный ход с мощами. Он исполнил их желание, но на обратном пути скончался от язвы. Скоро язва перешла в Новгород, Киев, Чернигов, Смоленск, Москву, Владимир, Суздаль, Нижний Новгород и охватила всю Россию. В Москве в короткое время скончался митрополит Феогност, великий князь Симеон Гордый, два сына его и брат Андрей Иоаннович. Великий князь Симеон имел не более 36–ти лет от рождения и был ровесникок преподобному Евфимию. Видя внезапно приближающуюся смерть пред собою, он принял пострижение с именем Созонта и написал духовное завещание, в котором приказал братьям слушать нового митрополита Алексия.

Наказывая злополучную Россию за ее междоусобия и неустройства, Господь воздвигал в то же время великих благочестием подвижников и молитвенников за нее. В это ужасное время, которое даже летописцы не находили слов и сил, чтобы достойно изобразить, в Суздале и в радонежских лесах основались две дивные обители по благословению нового святителя и чудотворца Алексия, собравшего во едино духом все, что было истинного чистого сильного, святого, дабы призвать милосердие Божие погибающему отечеству и вымолить спасение. Вражду, царившую в землях русских, надо было победить любовию, пороки искоренить – примерами благочестия и тяжелое иго свергнуть единодушной молитвой, подвижничеством и крепкой верой.

Знаменитый святитель Алексий, крестник великого князя Иоанна Калиты, был сыном черниговского боярина Феодора Бяконта. При крещении ему дали имя Елевеерия. С юношеских лет он был призван Господом к монашеской жизни и принял пострижение, к огорчению родителей, в московском Богоявленском монастыре. Митрополит Феогност обратил особенное внимание на него и, убедившись в его добродетелях, назначил Алексия своим наместником. Святитель Алексий 19–ти лет управлял всеми церковными делами, жил в митрополичьем доме, между тем как владыка Феогност ездил в Царьград, в Орду и в отдаленные епархии. Феогност, умирая, написал о нем патриарху и затем единодушным выбором княжеского двора и всего народа его поставили в митрополиты. Этот поистине святой владыка своею любовию и правдою привлек к себе подвижников земли Русской и соединился с ними духом в одну непобедимую, всесильную рать, близкую к Господу по чистоте, искренности и блаженной простоте. С этою святою дружиною, он победил древнего врага православной веры и России, державшего в своих огненных когтях полтора столетия замученных последователей веры Христовой и в начальники ее предназначил нового победоносца, смиренного инока Сергия Радонежского.

Ростовский боярин, сын благочестивых родителей Кирилла и Марии, переехавших в Радонеж вследствие разорения, обид и несчастий; избранник Божий, указанный дивным Промыслом Божиим еще во чреве матери, великий постник от рождения, кроткий и целомудренный Варфоломей, пасший на полях радонежских коней, по своей простоте и бедности никому неизвестный, уже удостоился явления небесного Ангела, отверзшего ему разумение к познанию слова Божия. Рано в его душе, воспитанной примерами и уроками благочестия, раскрылось чувство любви к молитве и готовность к подвигам для угождения Богу. Блаженному Евфимию, который был старше Варфоломея всего на три года, будущему его другу и собеседнику, суждено было принять иноческий образ тотчас, как родилось в нем это стремление, но Промысл Божий судил избраннику своему Варфоломею покориться воле родительской и сообщить сперва этот же дух подвижничества отцу и матери при конце их многоскорбной жизни и привести их к ангельскому образу. Собралась вся семья под покровом Богоматери в ее обители Хотьковской с овдовевшим Стефаном и смиренным братом его, устроившим спасение своему роду, дивным Варфоломеем. Но вот смерть старцев, нашедших убежище в доме Пречистой, возвестила юному Варфоломею о наставшем часе исполнения его заветного намерения. И мы видим идущими двух братьев по малопроходимым лесным чащам, удаленным не только от жилищ, но и от путей человеческих. Не сомневающиеся в обещании Божием, что где двое или трое собраны во имя Его, то Он посреди них, испрашивают указания Сына Божия на избрание места для прославления Святой Троицы. Раздается первый стук топора, повторяющийся во всех концах дремучего леса и вскоре водружается простой деревянный крест. И с каждым днем, месяцем и годом лучи, исходящие от креста, становятся светлее, блестящее и приметнее для взоров и сердец православного русского народа. Тропинка, ведущая к нему, все делается шире, возженный светильник в убогой келлии близ креста, 23 – х летний святой и преподобный Сергий, все ярче и виднее для многострадального отечества...

III. Основание Суздальского монастыря во имя Преображения Господня

Блаженный инок Евфимий, помолившись в Богородичном Владимирском соборе и испросив благословение у св. мощей благоверных великих князей Андрея Боголюбского, Георгия и Глеба, вышел из знаменитого града на дорогу, ведущую в Суздаль, в его обетованную землю... Солнце стало склоняться, когда он увидал издали множество блестящих крестов и глав, выступавших из яркой зелени, окутывающей обширный и величественный Суздаль. Вот он первопрестольный град, прославленный святынями, просвещенный равноапостольным князем Владимиром и первым русским епископом Феодором, почивающим теперь под сводами дивного Рождественского собора Богоматери! И чем он ближе подходил к нему, тем величественнее казался Суздаль...

Наконец, его взорам представился обширный Кремль, обнесенный высоким валом и деревянной, рубленной из сосны стеною – "городом с пятнадцатью высокими башнями". С правой стороны Кремля тянулась главная улица с множеством церквей и монастырей и в конце стояла обитель преподобной Евфросинии. Справа и слева от нее виднелись еще улицы и девические монастыри, из которых Александровская лавра особенно блестела золотою главою. Святой город! Чего только он не видел за время своего существования? Сколько было кругом него битв кровавых за веру, за отечество!

Вошел инок Евфимий в святые врата обетованного города, перекрестился, обернулся назад в сторону родного Нижнего и хотя ничего не было видно в светлом голубом небе, но мысленно он попросил еще раз благословения у своего возлюбленного отца и старца Дионисия...

Обширный Кремль теперь казался еще красивее; из бойниц выглядывали страшные пушки, оберегающие спокойствие жителей. Самая вымокая башня Ильинская украшалась золотым двуглавым орлом. Напротив нее, в сторону реки Каменки, виднелась другая башня Дмитровская, с резным медным всадником на шпице. Она называлась Дмитровской потому, что по ту сторону речки, напротив нее был расположен Дмитровский монастырь. Подойдя к Ильинской башне, взглянул Евфимий вдоль площади и остановился мыслью на видневшемся девичьем монастыре Положения ризы Пресвятой Богородицы, прилегавшем к земляному валу и к кремлевской стене. Скромная, но сильная духом обитель! В ней спасалась во время татарского нашествия Батыя дочь великого князя Михаила Черниговского, преподобная Ефросиния, просватанная за князя Мину Иоанновича, умершего до венца. Молитвами преподобной Ефросинии был спасен и сохранен монастырь от полчищ злочестивого Батыя, казнившего ее отца… Она молилась с поднятыми к небу руками, и кровожадные татары не смели подступить к стенам обители. Много чудес совершается и поныне на ее могиле. И благоговейный инок Евфимий с чувством осенил себя крестным знамением, смотря на три невысоких главки Ризоположенской церкви. Воины охраняли величественную Ильинскую башню. Блестели на солнце их алебарды. Евфимий очутился на Кремлевской площади и прямо перед ним стоял каменный необыкновенной красоты собор Рождества Богоматери, с невысокою каменной же колокольнею, обнесенный низкою оградою. Внутри соборного двора виднелся архиерейский дом и за ним Дмитриевская башня. Влево стоял двор великого князя Бориса Константиновича, вблизи церкви святителей Афанасия и Кирилла и на большом валу красовались в местности, именуемой "Теремки", княжеские дома с высокими теремами, откуда открывался прекрасный вид на реку и окружающую местность. Речка Каменка, названная так потому, что вытекает из – под камня. Извилисто протекала посередине города и имела один берег гористый, а другой – пологий, видневшийся на большое пространство. Кроме Кремлевского вала, имелась еще насыпь, окружавшая весь город, начиная от Кремля, полукружием, на протяжении двух верст, обнесенная палисадником. В этой насыпи было трое въездных ворот.

Какая старина, какая святость! Перед иноком Евфимием был собор, похожий на киевский, заложенный св. равноапостольным князем Владимиром в 990 г., когда он после закладки своего города Владимира на реке Клязьме, явился в Суздаль с епископом Феодором греком, испрошенным у греческого патриарха Сергия вместе с митрополитом Михаилом и епископами Иоакимом и Фомой. В кратком сказании о епископе Феодоре говорится: "Прием святитель Феодор паству словесных овец в Суздальской стране, и видя их помраченными многобожия прелестью, впервые сотвори к Богу с постом и со слезами довольную молитву, начат потом, возлагая на Бога упование, святи семя слова Божия, возделывая слезами и многия плодя (производя) труды и подвиги апостольские, труждаяся, идольския капища разрушая, храмы же святые в тех местех во славу Божию созидая и укрошая; множество народа развращенна уловив в веру Христову не точию во граде, но и в окрестных его местех, моля, уча и наказуя старыя яко отцы, юныя яко дети. И тако многими своими труды и поты свирепство претвари, преложив их из свирепых волков в кроткие агнцы. Зряще бо народи богоугодное житие его, по премногу удивляющеся, обращахуся в веру Христову и приимаху святое крещение".

Совершив великий апостольский подвиг, святитель Христов Феодор скончался в 993 году.

"Что тя наречем, святителю Феодоре", поет св. православная Церковь, "ангела ли, яко подобно бесплотным на земли пожил еси, апостола ли, яко первый в стране нашей св. Евангелие проповедал еси, мученика ли, яко за Христа Господа живот твой положити готов был еси, обращая люди от неведения к свету благоразумия. Тем же днесь пресветлую память твою совершающе, по долгу хвалим преславное житие твое".

"Гроб, где же лежит честное тело твое, в надежде на помощь твою, нас укрепляет и упованием обвеселяет верныя, святителю преславне и всечестне Феодоре"...

За святителем Феодором, по преданию, управляли суздальскою паствою святые Леонтий и Исаия, которые продолжали просвещать страну Суздальскую и Ростовскую. За ними шли: святитель Симеон, преосвященный Нестор, епископ ростовский и суздальский (в 1156 г.), преосвященный Леон, второй преосвященный Нестор, преосвященный Лука.. На место святого Луки киевским митрополитом Никифором, по просьбе великого князя Всеволода, сына Георгия, внука Владимира Мономаха, посвящен в епископа Ростову, Владимиру и Суздалю его духовник Иоанн. Этот святитель Иоанн установил праздновать память святителя Леонтия, ростовского чудотворца. Затем, оставив свою кафедру, он переселился в Суздаль, в монастырь св. бессеребренников Космы и Дамиана, где и скончался. Его заместил второй Симеон, епископ владимирский и суздальский, посвященный при великом князе Георгии Всеволодовиче. Он пас Церковь Божию двенадцать лет и при нем великий князь Георгий заложил в Суздале каменную соборную церковь Рождества Богородицы. На место Симеона митрополит Кирилл поставил св. епископа Митрофана, правившего во Владимире одиннадцать лет. Он был сожжен во Владимирской соборной церкви во время нашествия Батыя. Тот же митрополит киевский Кирилл поставил на место замученного Митрофана блаженного епископа Серапиона во Владимир, Суздаль и Нижний Новгород. Но он пас свою паству всего один год и два месяца и погребен во Владимирском соборе. Преемник его, епископ Феодор, управлял десять лет обширною епархиею и также погребен во Владимирском соборе. Наконец, на его место был посвящен Иаков и вскоре за ним, при великом князе Борисе Константиновиче, святитель Иоанн великий чудотворец.

Итак, прибыл Евфимий в собор, когда в нем шла вечерня. Подивился он великолепию отделки и убранству церкви. Показали ему могилу св.епископа Феодора в соборной стене. Со слезами умиления поклонился он великому святителю и просветителю земли Русской. На стене под сводом была надпись. "В лето 6498 первый благоверный и великий князь Владимир просвети суздальскую землю святым крещением и паству вручи епископу Феодору". Трое входных дверей были медные, расписанные золотом с господскими и другими праздниками. Их привез с собой св. Владимир из греческого города Херсона, в котором принял святое крещение. Показали Евфимию и остальные святыни, взятые св. Владимиром в Корсуни: разные церковные вещи, выносные кресту, орудия страстей Господних, животворящий крест, облачальный архиерейский амвон. На правой стороне, близ архиерейского места, имелось государево место, с балдахином и двуглавым орлом. По стенам, в пределах и у колонн, помещались гробницы великих князей суздальских, родственников их и древних архиереев.

Помолился блаженный Ефвимий и стал ожидать исполнения слов своего возлюбленного старца Дионисия… "Дойдешь ты до богоспасаемого града Суздаля, сказал старец и там узришь в преславном храме Богоматери священно–епископа Иоанна чудотворца, приявшего звание сие ради дел своих".

И действительно, когда кончилась вечерня, то из алтаря вышел преосвященный Иоанн. Уже по его светлому, чистому облику уразумел Евфимий, что он и есть священно – епископ Иоанн чудотворец. Народ пошел просить его благословения, и блаженный Евфимий подошел последним. Поклонившись ему в ноги, он приветствовал знаменитого владыку и передал поклон от старца Дионисия. Преосвященный Иоанн обласкал его и пригласил к себе. На дому блаженный Евфимий передал ему причину своего прихода. Долго они беседовали этот вечер о преподобном Дионисии, Печерском монастыре и о плачевном состоянии отечественных дел, как государственных, так и церковных. В этой же беседе они породнились духом, а преосвященный Иоанн убедился в добродетелях и подвижнической жизни смиренного и кроткого Евфимия.

Много лет жил владыка Иоанн простым монахом в монастыре и занимался духовными подвигами, так что слава о нем дошла и до суздальского князя Андрея Константиновича, который, затем, начал обращаться к иноку Иоанну за молитвами и наставлениями. Когда скончался один из епископов, то великий князь Андрей отправил о.Иоанна в Царьград, где он и был хиротонисан в 1340 году в епископа. Со смертью же Иакова его призвали в Суздаль.

На другой день узнали о приходе Евфимия и великий князь Борис Константинович. Обрадовавшись этому известию, он принял блаженного ученика Дионисия с великой радостью и вместе с ним вернулся к епископу Иоанну. Великий князь рассказал святителю о своем великом уважении к преподобному Дионисию, о подвижнической жизни его, о прозорливости и как старец этот благословил его соорудить храм во имя Преображения Господня с иноческим общежитием. Святитель ответил князю:

"Без всякого сомнения, дерзай на это благое дело, ибо ты принял от прозорливого старца благословение и молитву. Вот уже он послал к тебе послушного ученика своего, трудолюбивого Евфимия, который с помощию Божиею может начать это дело и в поте лица своего довершить".

Тогда великий князь Борис поклонился святителю Божию Иоанну в ноги и начал умолять его указать ему место для основания монастыря. Не откладывая святого дела до завтра, они тотчас собрались и вместе с блаженным Евфимием пошли за городскую черту избирать место.

Идя вверх по гористому берегу реки, любовались они красивыми видами Суздаля. Понравилась Евфимию эта местность. Теперь он хорошо рассмотрел женский монастырь св. мученика Александра Перского, в котором имелось много гробниц благоверных суздальских княгинь и их чад. Рядом с Ризположенским монастырем, по завещанию преподобной Евфросинии, был выстроен другой монастырь Святой Живоносной Троицы для вдов, так как в первом спасались только одни девицы. Выйдя за город, с северной стороны, они очутились на громадной свободной площади, расположенной на крутом берегу Каменки. Отсюда открывался широкий вид на всю окрестность. Понравилось им всем это место. Посоветовались они, помолились и решили. Святитель Иоанн призвал благословение Божие и указал место для будущего храма. Тотчас великий князь послал за людьми и инструментами. Когда сделали крест, то Иоанн водрузил его на месте престола и опять помолился, чтобы храм во имя Преображения Господня создался благодатию Св.Духа. Благочестивый великий князь Борис Константинович сам начал копать ров для основания храма и велел оповестить бояр о великой его радости. Немедленно собрались все знатные жители города на эту площадь и к вечеру совершилась закладка церкви.

Работа закипела дружно при множестве свободных рук и когда клали фундамент, то блаженный Евфимий испросил благословения святителя Иоанна, по обычаю того времени, теперь же скласть себе могилу у северной стены, близ будущего св. жертвенника. Для этого он сам обтесал своими руками три больших камня.

Молитвами святителя Иоанна и подвигами преподобного Евфимия храм соорудился поспешно, так как материал весь был давно заготовлен великим князем Борисом. Затем благочестивый князь украсил церковь богатыми иконами, дорогою утварью и приготовил его к освящению. "Когда храм был довершен", говорит летописец, "то явился, как земное небо на радость и веселие всем живущим в граде Суздале".

К великому утешению великого князя святитель Иоанн со всем освященным собором освятил храм и за литургией рукоположил инока Евфимия во пресвитеры, поставив его архимандритом новой обители. Первая братия собралась тотчас, как только построили келлии, для чего князь Борис пожертвовал не мало золота и серебра.

IV. Труды и подвиги преподобных Сергия и Евфимия. Междоусобия в Российском государстве. Мятежи и неустройство церковное. Поездки митрополита Алексия в Орду. Краткое княжение Иоанна Кроткого и действия великого князя Димитрия Иоанновича. Построение Суздальского мужского и Покровского женского монастырей. Чудо епископа Суздальского Иоанна

Трудами, молитвами и слезами блаженных иноков Сергия и Евфимия почти одновременно устроились их знаменитые лавры. Тяжелые времена, наставшие для многострадальной России, и моровая язва побуждали многих искать спасения в иноческих обителях и недолго пожил в одиночестве преподобный Сергий, а Евфимий должен был с поспешностью строить келлии, чтобы удовлетворить желания благочестивых людей, умолявших их причислить к общежитию Спасо–Преображенского монастыря. Слух о подвижнической жизни Сергия и Ефвимия быстро пронесся по всем селениям и городам соседних областей. Одни рассказывали о их строгом воздержании, о их трудолюбии и других подвигах; иные прославляли их за простоту, смирение и кротость; многие свидетельствовали о дарованной им Господом власти над духами злобы. И вот, один за другим, стали приходить к ним скорбящие, болящие и ищущие спасения, сначала ради душеполезной беседы, а потом чтобы жить под руководством их в беспрекословном послушании. С детскою любовию учились они у великих наставников духовным подвигам. Когда построились первые 10–15 келлий, то преподобные обнесли их высокими деревянными оградами и к святым воротам приставили вратарей. День начинался в этих обителях с глубокой полуночи, когда вся братия собиралась в церковь на полунощницу, утреню, трети, шестой и девятый час, литургию, на вечерню и повечерие. Усердно молились все вместе за митрополита Алексия, других епископов, за своих великих князей, бояр, благотворителей, за творящих милостыню, за болящих, страждущих и умерших. Непрестанная молитва, по заповеди Апостола, была их постоянным правилом и в церкви и в келлии. Блаженные Сергий и Евфимий управляли обителями более всего своим примером, стараясь быть всем слугами, а не начальниками. Они сами работали с братиями, тесали бревна для келлий, пилили доски, кололи дрова, носили воду, пекли хлебы, варили пищу, кроили и шили одежды. Целый день неустанно работая, они проводили ночи в слезной молитве в своих келлиях. Питаясь более хлебом и водою, они, вследствие трудолюбия и строгого воздержания, отличались крепостию тела. В дни усиленной борьбы против них врага спасения они еще более усиливали свой пост и молитвенные подвиги. Понятно, что не только братия обителей, но их духовные дети, посетители, поклонники и все, кто их видел, считали их за земных Ангелов. Братия всеми силами старалась подражать им. В свободные часы от молитвы все вместе с настоятелями выходили на монастырские работы, возделывали огороды, пашни и свой лес. Но условия, при которых росли обе лавры преподобных Сергия и Евфимия, были различны. Великий Сергий, избравший дремучий лес, нуждался во всем более Евфимия и до 1357 г. имел не более двенадцати монашествующих, тогда как у великого Евфимия в это время собрался уже целый обширный монастырь. К преподобному Сергию чаще приходили его земляки ростовцы и жители селений, расположенных по большой дороге в Москву, а в самом Суздале и вблизь лежащих вотчинах жили многие князья, бояре, которые постоянно все обращались в своих духовных нуждах к кроткому Евфимию. Между ними были: Бутурлины, Голицыны, князья Шуйские, Пожарские, Борятинские, Куракины, Каземировы, Молвяниновы, Гундоровы, Ошанины, Секирины, Сабуровы, Волоховы, Забелины, Побединские, Шишкины и др. Москвичи стали прибегать к молитвам преподобного Сергия, а жители Суздаля, Владимира и отчасти Ростова – к преподобному Евфимию. Смиренному Евфимию, привыкшему к отшельнической жизни в пещере блаженного Дионисия, было очень трудно и скорбно продолжать свои подвиги под стеною обширного города, изобилующего богатым купечеством и знатным боярством. Смущаясь новою жизнию своею, он, разумеется, искал, по временам, уединения и поддержки духовной. И вот, для этого он предпринимал путешествия простым богомольцем в радонежские леса. Там, в тиши и уединении, он беседовал о будущей жизни и суетности земного странствия с великим о. Сергием, молился с малочисленною братиею и совершал богослужение, когда они не имели еще игумена и священнослужителей. Укрепленный духом, возвращался он в Суздаль, где соскучившаяся в его отсутствие братия встречала его со слезами радости. Впоследствии эти путешествия блаженного Евфимия для собеседования с великим Сергием получили еще другое основание. Вследствие возникавших дел государственных, о примирении удельных князей, о влиянии на знатнейших бояр и некоторых общественных вопросов, для выяснения обстоятельств и взаимодействия, преподобному Евфимию приходилось посещать Троицкую обитель. Предание говорит, что приходил в Суздаль и преподобный Сергий. Близость города к монастырю Евфимия принуждала его часто вступаться за обиженных граждан и невинно осужденных. Он являлся в суды, в присутственные места, обличал клеветников и освобождал невинных. Достаточно было его слова, чтобы приостанавливалось судопроизводство, и начальствующие лица меняли свои суждения. Сам преподобный Евфимий носил скудную одежду, под которой скрывались тяжелые железные вериги. Он очень заботился, чтобы заповедь о странноприимстве исполнялась в его обители; помогал странникам не только пищей, но и одеждою. Современники и летописцы свидетельствуют, что он выкупал многих несчастных должников и вообще принимал живейшее участие в жителях Суздаля, находящихся в скорбях, бедствиях и несчастиях. Так понимал он о своих обязанностях по отношению к миру. Общежитие было основным уставом собранной братии. Если кто из них утаивал что – либо по искушению диавольскому, то преподобный налагал на него епитимию. В церкви и за трапезою никому не позволял беседовать; все должны были чинно безмолвствовать на своих местах. Запрещал также без особенной нужды ходить из келлии в келлию, чтобы избежать празднословия. Никто не должен был вносить своего мудрования в обитель, но быть готовым ко всякому послушанию, чтобы без ропота переносить все монастырские службы. Приходящих преподобный одевал сперва в длинную свитку из черного грубого сукна, или подрясник и назначал на черное монастырское послушание, пока он не навыкал уставу обители. Потом только давалась монашеская одежда, или, как ныне принято называть, рясофор. Облечение в рясофор сопровождалось всегда малым пострижением. Так преподобный Дионисий постриг Евфимия и Макария, но мантия благословлялась не скоро, когда инок приобретал духовный опыт и жил несколько лет в трудном подвиге. Преподобный Евфимий строго наблюдал за порядком в обители, обходил келлии вечером после своей молитвы и через малое оконце замечал, кто занимается чтением, или молитвою или рукоделием. Святой архимандрит радовался, когда видел истинных тружеников, благодарил мысленно Бога и тут же молился за них. Увлекающихся же разговорами призывал на утро к себе и кротко наставлял, напоминая об обязанностях и опасном их пути, если они не исправятся. За немощными своими детьми преподобный неослабно следил и с большою любовию, терпением и знанием человеческого сердца их, приучая к самоотвержению и строгому послушанию. Так как ходить на речку Каменку за водою было затруднительно, пропадало много времени, a после дождей или при весеннем разливе вода в ней становилась нечистая, то преподобный выкопал в монастыре своими руками прекрасный колодезь, который впоследствии во все времена почитался за чудотворный. По следующему событию можно судить, какой духовной красоты достиг преподобный Евфимий. В один из праздников Преображения Господня он пригласил епископа Иоанна совершить литургию в обители. Пришел к обедне и великий князь Борис Константинович. Будучи весьма благочестивым и добрым, великий князь удостоился во время божественной службы таинственного видения. Он увидел, что святителю Иоанну и архимандриту Евфимию сослужит светлый юноша в блестящих ризах. После литургии, в келлии настоятеля, великий князь улучил удобное время и наедине спросил святителя о виденном им. Епископ Иоанн сперва не хотел открыть ему тайны, но потом сказал: "Благоверный князь, когда я служил божественную литургию с добрым пастырем сего словесного стада, то с нами священнодействовали только иноки сей обители и не было другого пресвитера. Но если уже Бог тебе сие открыл, то не могу утаить от тебя, что виденный тобою был Ангел Господень, который иногда присутствует при литургии, когда я, грешный, удостаиваюсь служить вместе с великим Евфимием, ты же никому сего не говори, доколе я жив". После литургии была предложена обильная трапеза для всех участников торжества и богомольцев. По окончании ее преподобный Евфимий просил святителя благословить братию и сказать ей что–нибудь в назидание.

"Отцы и братия", произнес святитель Иоанн, "не подобает мне немощному и неключимому беседовать с вами о пользе душевной; всем нам разумно, что всякому хотящему спастися прежде всего должно держаться веры правой, ибо непросвещенный верою не безопасно может жительствовать и без нее не представить Богу жертвы добрых своих дел. Надлежит быть тому и другому, дабы совершен был Божий человек и не хромал на пути к жизни вечной. Вера, действуемая любовию, спасет нас по слову Апостола, любовь же он поставил во главу всех прочих добродетелей, дабы достойны мы были небесного звания и жили, согласно Евангелию Христову, в молитве, смирении и воздержании от брашен и пития и от всех телесных сластей и в послушании даже до самой смерти, имея ее непрестанно в памяти своей с сокрушением сердца о грехах своих". Напомнив заповеди о страхе Божием, смиренномудрии и труде, вспомнил святитель и о том, чтобы "не отлагать со дня на день времени исправления своего: ибо не знаем мы, что принесет нам утренний день, и многие, совещавшись о грядущем, до него не достигли. Если же будем чуждаться злых и припряжемся добродетели, испрашивая себе милости от человеколюбия Божия, то возможем избежать широкого пути погибельного и тесным – подвизаться, вводящим в жизнь вечную".

Со вступлением в великое княжение Иоанна, прозванного Кротким, междоусобия в Российском государстве увеличились и дошли до последней крайности. Мятежи усилились и даже вспыхнули в самой Орде – убийства, предательства, кровопролития и измены, не остановила даже моровая язва, истреблявшая сотни тысяч людей. Какой–то ужасный стон стоял в воздухе и над нашим отечеством. Муром, Тверь и Новгород обливались кровию. Муромский князь Юрий Ярославович ссорился с своим родственником Феодором Глебовичем. Хан вытребовал их на торжественный суд в Орду. Но Феодор Глебович превозмог и получил не только княжение, но и самого князя Юрия, который затем умер в несчастии. Вражда между Василием Тверским и его племянником Всеволодом Холмским не могла никак прекратиться, несмотря на вмешательство великого князя Иоанна. Митрополит Алексий собрал их в 1357 году во Владимире, усовещевал, но не и мел успеха. Тверской епископ Феодор хотел даже покинуть свою епархию, чтобы не быть свидетелем этого междоусобия. В 1358 г. враждующие были представлены на суд хана и последний, без всякого расследования, выдал неповинного Всеволода послам князя Василия, который стал обходиться с племянником, как с невольником и начал отнимать имения у бояр Холмских и налагать тяжкие дани на чернь. В Новгороде возгорелся мятеж по случаю смены посадника. Только появление среди шумного воинского стана владыки Моисея схимника, изведенного из 25–ти летнего затвора просьбою народа, а также его мольбы, просьбы и благословение прекратили кровопролитие.

Неутешительное зрелище представляла и сама Церковь Российская. Она наводила соблазн на верующих. Против св. митрополита Алексия восстал новгородский архиепископ и написал жалобы греческому царю и патриарху из–за каких–то церковных сборов. Это оскорбило достоинство митрополита. Наконец патриарх Филофей вместо законного митрополита, избранного великим князем, поставил двух митрополитов: святого Алексия и какого–то грека Романа. Высокочтимому святителю Алексию пришлось отправиться в Константинополь с жалобами на беспорядок в церковных делах. Тогда патриарх Филофей в намерении примирить обоих митрополитов, объявил св. Алексия митрополитом киевским и владимирским, а Романа – литовским и волынским. От такой меры порядок не восстановился. Наконец необыкновенный случай доставил св. Алексию возможность оказать важную услугу отечеству. Жена хана Чанибека Тайдула, страдая от тяжкой глазной болезни, пожелала получить помощь от митрополита Алексия. Хан написал великому князю: "Мы слышали, что небо ни в чем не отказывает молитве главного попа вашего: да испросит же он здравие супруге моей!" Святой Алексий поехал в Орду с надеждою на помощь Божию и по его святым молитвам Тайдула выздоровела. Хан всячески постарался изъявить ему свою благодарность и пожаловал России разные льготы, но в 1357 году вспыхнул небывалый еще мятеж в Орде и хан Чанибек быль убит сыном Бердибеком, который умертвил своих двенадцать братьев. Митрополит Алексий очевидец столь ужасного преступления, едва успел возвратиться в Москву, как хан Бердибек прислал угрожающие требования ко всем русским князьям. Они пришли в ужас и трепет, проведав о жестоком нраве нового хана. Тогда св. Алексий снова поехал в Орду и чрез ходатайство матери Бердибека, исцеленной им Тайдулы, добыл милости для государства и Церкви. Великий князь, его семейство, бояре, народ встретили святого митрополита при возвращении в Москву, как спасителя отечества, великого утешителя, и восьмилетний сын Иоанна, Димитрий (будущий герой Донской) надежда и радость отечества, умиленный всеобщей любовию к святителю Алексию, заплакал и сказал владыке необыкновенно выразительно: "О, Владыка ты даровал нам житие мирное. Чем изъявим тебе свою признательность!"

Успокоив таким образом Россию, митрополит переехал на временное жительство в Киев, стараясь среди развалин и печальных следов долговременного запустения обновить церковное устройство. Недолго княжил великий князь Иоанн. На 35 – м году от рождения он скончался монахом, оставив малолетнего Димитрия главою Русского государства. Царство Капчакское явно клонилось к падению. Новая смута окончилась убийством хана Бердибека и воцарившийся хан Наврус потребовал прибытия русских князей с дарами. Это произошло тотчас после кончины великого князя Иоанна Кроткого. Хан даровал великое княжение суздальскому князю Димитрию Константиновичу, меньшему брату князей Андрея и Бориса. Временно никто не стал оспаривать права его на великое княжение. Он въехал во Владимир, столь близко стоящий от Суздаля и был встречен народом восторженно, обещая снова возвысить достоинство древней столицы. Святой Алексий благословил его на княжение, но возвратился в Москву, чтобы исполнить обет святителя Петра и жить близ его чудотворного гроба. Однако новый мятеж в Орде изменил положение дел в Русском государстве. Убийство хана Навруса и царицы Тайдулы послужило боярам московским случаем объявить юного князя Димитрия Иоанновича соперником Димитрия Суздальского! Новый хан Муруш послушался московских бояр и назначил суд над послами, который окончился признанием малолетнего Димитрия главою российских князей. Но так как этот хан мог послать только грамоту, а не войско в Россию, то князь Димитрий Суздальский не уважил его суда и не пожелал выехать ни из Владимира, ни из Переяславля. Все московские бояре, несмотря на зиму, подняли тревогу, сели на коней и выступили с войском под предводительством юных князей Димитрия Иоанновича, его меньшего брата и двоюродного брата князя Владимира Андреевича.

Димитрий Суздальский, не ожидавший такого нападения, бежал в Суздаль, а князь Московский занял трон Андрея Боголюбского во Владимире, погостил там три недели и, утвердив своих воевод и наместника, вернулся в Москву.

К этому времени относится, вероятно, начало построения высокой каменной ограды в Суздальском монастыре преподобного Евфимия. Город, открытый с северной стороны, требовал защиты, и монастырь мог представить из себя превосходную крепость в случае нашествия и набега неприятеля. Когда исторические события несколько успокоились и воцарилась временная тишина, преподобный Евфимий испросил благословения у святителя Иоанна на построение теплой церкви во имя преподобного Иоанна, списателя Лествицы, которого он так почитал за его наставление, с трапезою каменною на зимнее время для братии, так как число монашествующих все увеличивалось и доходило до трех сот человек; прежняя трапеза не могла вместить всех. Затем предпринял преподобный Евфимий и постройку больничной церкви во имя Святителя Николая со всеми служебными келлиями.

Однажды пришел к святителю Иоанну благоверный князь Андрей Константинович, брат великого князя Бориса и во время беседы рассказал ему о данном им обете построить монастырь.

"Святый Владыко, хочу просить у тебя благословения, которое может даровать мне твоя духовная любовь", произнес он.

"Ничто не возбраняется тебе, государь", ответил святитель.

"Прошу твоего благословения", продолжал князь, "основать женский монастырь, если на то будет Божия воля. Случилось мне однажды, когда я плавал по Волге от Нижнего Новгорода, попасть в сильную бурю так что ладьи наши готовы были сокрушиться о множество злейших волн и всем нам грозила смерть. Тогда мы все сидевшие в лодках, начали молиться Богу; с ними и я стал просить Всесильного Бога, чтобы он избавил нас от опасности и дал обет построить церковь во имя Пресвятой Богородицы честнаго и славного Ея Покрова и основать монастырь для жития и упокоения инокинь и с того часа волнение реки стихло и сделалась она совершенно покойна; ныне хотелось бы мне исполнить свой обет".

"Его же требуеши и я не возбраняю", ответил святой владыка.

Тогда благоверный князь сказал:

"Пошлем за преподобным отцом архимандритом Евфимием и испросим у него место на той стороне реки Каменки, на берегу, где весьма удобно построить монастырь".

Согласились они и послали за архимандритом Евфимием.

Войдя и поклонившись в ноги святителю и благоверному князю, преподобный Евфимий спросил, что им угодно от него.

"Возлюбленный", ответили они оба, "вместе просим тебя". И рассказал князь тоже, что только что открыл святителю.

"О Самодержче", воскликнул Евфимий. "Господня есть земля и концы ея как глаголет св. Евангелие: аще кто хощет дом свой добре правити сей Церковию Божиею попечется. Если это угодно Богу может осуществиться и ты требуешь для создания монастыря, то буди благословенно место то".

По тогдашнему духовному обычаю князь встал и поклонился преподобному Евфимию. Заплатив затем за землю, князь приобрел ее для своего будущего монастыря и построил деревянную церковь во имя Пречистой Богородицы. Епископ Иоанн вручил монастырь родственнице блаженного Евфимия по матери его, которую избрал из числа инокинь обширной Суздальской лавры во имя великомученика Александра. Немного времени спустя пришел святитель Иоанн с преподобным Евфимем посетить обитель и с пастырскою любовию, по молитве, благословил пребывающих в нем инокинь. Преподобный Евфимий, по дару прозорливости предсказал, что после его преставления распространится обитель эта и будет славною во всех концах земли русской.

В жизни святителя Иоанна в Суздале было весьма замечательное событие, которое обнаружило его святую, непорочную жизнь. Соборный причт, питая вражду к святителю Иоанну за то, что он нередко подвергал их наказанию за предосудительные поступки, уговорил протодиакона повсюду разглашать, будто бы их архипастырь ведет предосудительную жизнь. Худая молва о святителе тотчас разнеслась по городу и граждане пришли в архиерейский дом и с бесчестием и поруганием выгнали Иоанна из города. Святитель, молча, снес это оскорбление. Он вышел из города, преследуемый соборными священнослужителями и толпою грубого народа. Остановясь в недалеком расстоянии от города Суздаля, к юго –западу, на ровном и открытом месте, святитель обратился к востоку, преклонил колена, поднял руки к небу и воскликнул: "Господи, Боже мой, я сделался позором миру, Ангелам и человекам, но Ты знаешь мою невинность: прости им, Господи и не постави сего во грех!"

При этих словах святитель указал перстом на соборных священнослужителей. Едва окончил свою молитву преосвященный Иоанн, как суд Божий открылся над его врагами: они ослепли. Видя такую казнь Божию, граждане Суздаля пали на землю и со слезами испросили у святителя прощения и благословения. Епископ Иоанн простил и вернулся к себе. Там он стал молиться за врагов своих и они прозрели.

Так как это событие случилось 6–го сентября, в тот самый день, когда святая Церковь вспоминает чудо, бывшее в Хонех от архистратига Михаила, то суздальские граждане, по изволению святителя, устроили храм в память Михайлова чуда, на том месте, где произошло ослепление врагов Иоанна. Впоследствии тут образовалось село и его назвали именем святителя – Иванским и предоставили его архиерейскому дому.

Святитель Иоанн управлял обширною епархией 11 лет. В 1363 году к горю всей паствы, но вероятно вследствие неприятностей, он решился сложить с себя сан Епископа и принял схиму, переселившись в Боголюбов монастырь. В 1372 году октября 15–го дня он скончался и его похоронили в Суздальском соборе.

Тяжело было архимандриту Евфимию расставаться с таким покровителем и духовным другом, но, по молитвам его, Господь вскоре привел в Суздаль самого ближайшего его друга, самого отца и наставника преподобного Дионисия. В 1364 году св. митрополит Алексий благословил Дионисия быть епископом суздальским и нижегородским и таким образом исполнилось пламенное желание преподобного Евфимия, о котором он так горевал, покидая пещеры Печерского монастыря.

V. Осада Суздаля великим князем Димитрием. Помощь преподобного Евфимия. Посещение Евфимия преподобным Сергием. Путешествие их в Нижний и борьба с великим князем Борисом. Моровая язва. Нашествие монголов и Литвы. Борьба с тверским князем Михаилом. Путешествие в Орду Димитрия Московского. Второе и третье нашествие литовцев. Мамай. Война с болгарами. Церковные дела

1363 год был тяжелый для Суздаля и молитвенников его. Епископ Иоанн ушел и принял схиму в Боголюбском монастыре, а великий князь Димитрий Иоаннович осадил город, чтобы смирить Димитрия Константиновича и заставить его отречься от Владимира. Юный Димитрий, желая господствовать безопаснее, искал благосклонности и в другом татарском царе Авдуле, сильном Мамаевою ордою. Посол этого хана явился с милостивою грамотою, и Димитрий обязан был вторично ехать во Владимир, чтобы принять его, согласно с древними обычаями. Угождая обоим ханам, великий князь оскорблял того и другого; по крайней мере утратил милость Сарайского и, возвратясь в Москву, узнал, что великий князь суздальский Димитрий Константинович опять занял Владимир, получив от хана Сарайского ярлык на великое княжение. Тогда юный Димитрий выступил с полками из Москвы и через неделю не только выгнал из Владимира Димитрия Константиновича, но и осадил его в Суздале.

Спасо – Евфимиевский монастырь должен был готовиться к защите. Преподобный Евфимий, как только мог, упрашивал великих князей примириться и ему удалось повлиять на юного Димитрия, дабы он оказал великодушие суздальскому князю, дозволив ему властвовать хотя в Суздале. Но не успели оправиться от одной беды, как появилась другая. С частою переменою ханов в Сарае князья получили возможность сильно бороться против единовластия Димитрия Московского. Теперь новый хан Азис сам задумал низвергнуть юного Димитрия Московского и для того дал великое княжение Димитрию Константиновичу, а Нижний Новгород – младшему брату и другу Евфимия, Борису Константиновичу. Новая вражда грозила ужасным бедствием и преподобный Евфимий, связанный духовно с суздальскими князьями, был вынужден вновь действовать и даже на время ехать в Нижний Новгород, как говорит предание. Ему удалось уговорить Димитрия Константиновича не пользоваться больше ханским ярлыком, так как ему грозило беспощадное преследование на этот раз Димитрия Московского. Неизвестно, внял ли он молитвам преподобного или, видя слабость свою, решился наконец уступить, но он дал знать Димитрию Иоанновичу, что предпочитает его дружбу милости хана Азиса и навеки отказывается от достоинства великокняжеского. Димитрий Московский изъявил ему за это благодарность. Тогда Димитрий Константинович пожелал занять престол Нижегородский по смерти брата своего Андрея, на который воссел младший – Борис Константиновичу и для этого обратился за помощью к Димитрию Московскому. Последний, по совещании с митрополитом Алексием, решил попробовать примирить двух братьев. Для этой цели митрополит вызвал из пустынной Троицкой обители св. игумена Сергия и просил его съездить в Нижний Новгород объявить князю Борису, чтобы он ехал судиться с братом к Димитрию Иоанновичу в Москву. Предание говорит, что преподобный Сергий прежде всего прибыл в Суздаль к своему собеседнику и другу Евфимию, знакомому лучше его с князьями суздальскими, обстоятельствами дела, характерами ссорящихся удельных князей и с предназначенным в епископа нижегородского Дионисием. Полюбовался св. игумен Сергий Евфимиевой лаврой, изобиловавшей каменными храмами, богатыми вкладами, множеством келлий и хозяйственными постройками. Для монашествовавших пришествие знаменитого игумена Троицкой пустыни было истинным праздником и молитвенным торжеством. Усладившись взаимною беседою и богослужением, оба преподобные двинулись в Нижний Новгород к великому князю Борису Константиновичу. Последний принял их, как дорогих послов, возлюбленных братьев своих, но на призыв в Москву для суда с братом Димитрием ответил решительным отказом: "Князей судит Бог", ответил он.

Никакие увещания и просьбы преподобных не могли убедить князя Бориса отказаться от Нижнего Новгорода. Тогда преподобный Сергий, исполняя данное ему от митрополита Алексия повеление, при помощи Дионисия, затворил все церкви в Нижнем, но и эта мера не привела ни к чему. Так вернулись обратно настоятели двух лавр в свои монастыри, а св. игумен Сергий доложил митрополиту о неудачном исполнении данного ему поручения. Димитрий Иоаннович решился тогда послать к Нижнему войско московское, под предводительством Димитрия Константиновича. Князь Борис, увидев необходимость повиниться, выехал на встречу к брату, уступил ему Нижний и согласился взять один Городец. Дружба Димитрия Нижегородского с великим князем Димитрием Московским наконец укрепилась еще женитьбою последнего на дочери первого Евдокии.

Казалось, что для Суздаля и Москвы должен был настать мир. Но вдруг в 1364 году появилась опять ужасная моровая язва, которую завезли купцы в Нижний Новгород. Несколько лет свирепствовала она всюду в России и народ искал спасения в монастырях, под покровом великих подвижников Сергия и Евфимия. Жестокая язва несколько раз проходила и возвращалась. В Смоленске она свирепствовала три раза и наконец в 1387 году осталось в нем только пять человек жителей, которые, по словам летописцев, вышли и затворили город, наполненный трупами. Москва незадолго до язвы претерпела еще страшный пожар, истребивший весь город, так что бояре и купцы ничего не спасли из своего имения.

Не прошло и трех лет после примирения суздальских князей, как им пришлось вместе бороться против сильного монгольского хищника – Темира. Этот мурза овладел течением Волги, разорил села князя Бориса, но по молитвам великого Евфимия, их ходатая, князьям удалось отбросить татар за реку Пьяну. При переправе через реку многие татары утонули в ней и были истреблены нижегородцами, а сам Темир бежал в Орду, где хан Азис велел его умертвить.

Великий князь Димитрий Московский, готовясь к решительной борьбе с Ордою, старался утвердить порядок внутри отечества, прекратил междоусобия тверских князей, но грозила ему беда от нашествия Литвы. В конце 1368 года Ольгерд разбил русские войска и подступил к Москве, где великий князь с двоюродным братом Владимиром, митрополитом Алексием и со всеми знаменитейшими людьми затворился в Кремле. Три дня Ольгерд стоял под стенами, грабил церкви, монастыри, не приступая к городу; каменные стены и башни устрашили его, a зимние морозы не позволяли заняться осадой. Довольный корыстью и множеством пленников, он удалился. Как только эта буря миновала, великий князь отправил брата Владимира защищать псковитян от немцев.

Не успела Москва отдохнуть от нашествия Литвы, как возобновилась вражда тверского князя Михаила с Димитрием Московским. Сестра Михаила была замужем за Ольгердом и, чтобы поддержать тверского князя, Ольгерд в 1370–71 г. предпринял вторичное нашествие на Россию, но по молитвам печальников земли русской – св. митрополита Алексия, Сергия, Евфимия и др., он отступил от стен московского Кремля и потребовал мира. Необыкновенная зима способствовала Ольгерда отступлению; она началась рано и не дала даже земледельцам убрать хлеб. В декабре и январе было удивительно тепло; в начале же февраля поля открылись совершенно и крестьяне сжали хлеб, засыпанный осенью снегом. Эта оттепель испортила дороги; реки разлились, и подвоз съестных припасов прекратился.

Оставленный своим зятем, Михаил Тверской обратился в Орду за помощью к Мамаю, где и получил новый ярлык на владимирское княжение. Хан предлагал ему даже войско, но Михаил благоразумно отказался и занял своим войском Переяславль Залесский. Поднялась тревога в Суздале и Владимире. Посланцы Михаила надеялись преклонить к себе граждан владимирских, но они единодушно ответили: "у нас есть государь законный, иного не ведаем". Видя свое бессилие, наконец, Михаил возвратился к себе в Тверь. Между тем, сильный Мамай не мог простить Димитрию Московскому ослушание. Великий князь долго советовался с боярами и с митрополитом Алексием, что ему делать и решился сам ехать в Орду. Народ ужасался, уверенный, что ему готовится верная погибель. Митрополит проводил его до берегов Оки и приказал во всех монастырях денно и нощно молиться за великого князя. С нетерпением ждали вестей из Орды. Вся Россия трепетала от тяжких испытаний. К тому же на небе появились различные знамения, предвещавшие государственное бедствие. На солнце видны были черные пятна; долговременная засуха грозила голодом, производила необыкновенные туманы, столь густые, что днем в двух саженях нельзя было разглядеть лица человеческого; птицы не смели летать и стаями ходили по земле.

Эта тьма продолжалась около двух месяцев. Луга и поля совершенно засохли, скот умирал. В конце осени вернулся из Орды великий князь с полною удачею. Мамай подтвердил его великое княжение. Но не успокоился Михаил Тверской, которому великий князь привез из Орды его сына Иоанна, остававшегося в залоге у хана, поднялся войной и Олег Рязанский, не желавший подчиниться единовластию Димитрия. Не опасаясь ни Литвы, ни татар, великий князь скоро нашел причину объявить войну Олегу, неуступчивому соседу и разбил его. Но Михаил Тверской всячески убеждал Ольгерда нарушить его вечный мир, и Россия снова испытала нашествие Литвы. Новгородцы кинулись помогать великому князю, но Михаил Тверской опустошил Торжок и прославился там разбоями и злодействами. Ольгерд опять двинулся на Москву, но встреченный великим князем Димитрием убоялся бодрости и неустрашимости последнего и заключил мир. Затем, неожиданно (1374 г.), появились в Нижнем Новгороде послы Мамая. Прибыв с воинскою дружиною, они нагло оскорбили князя Димитрия Константиновича и граждан. Князь, во исполнение предписания из Москвы, приказал их всех умертвить, более тысячи воинов, а главного мурзу Сарайку заключить в крепость. Прошло около года и мурзе объявили, что его разлучат с дружиною. Испуганный, он бежал из–под надзора, явился в дом епископа Дионисия, зажег его и начал обороняться. Одною стрелою чуть не ранили самого суздальского епископа, так что народ всех их умертвил.

В следующем 1375 году гордый Мамай послал войско опустошить пределы нижегородские. Владимир и Суздаль готовились к обороне услыхав об опустошениях Мамая. Михаил Тверской воспользовался злобою Мамая, чтобы отнять Владимир у московского князя и, получив грамоту на великое княжение, объявил войну Димитрию. Мамай обещал ему войско и Ольгерд также. Тогда начался общий сбор во всей России, возбудивший необыкновенную деятельность. Все удельные князья собрались под знамя Димитрия Московского. Последний осадил Тверь. Все области Михаила Тверского были разорены, города взяты, скот истреблен, люди отведены в плен. После этого тверской владыка явился с знатнейшими тверскими боярами в стан к Димитрию, требуя милости и спасения.

В 1376 году князья суздальские ходили воевать в Болгарию и взяли знаменитую Казань, а в следующем году испытали нашествие полчищ Мамая. Димитрий Суздальский известил о том великого князя, который немедленно собрал войско. Но долго ждал он монголов и надеясь, что они раздумали идти к Нижнему, послал воевод гнаться за ними, а сам возвратился в столицу. Но войска Мамая ударили на русских внезапно и быстро. Погибло множество воинов и бояр, князь Симеон Михайлович был изрублен, сын князя Димитрия Константиновича, Иоанн, утонул в реке. Татары, одержав полную победу, на третий день явились под стенами Нижнего Новгорода, где царил полный ужас. Князь Димитрий Константинович бежал в Суздаль, где поднял тревогу, а жители спасались, плывя на лодках вверх по Волге. Неприятель умертвил всех, кого мог захватить, сжег город и таким образом наказал за убиение своих послов. Области Рязанская и Нижегородская был усыпаны пеплом. Чтобы довершить бедствия, мордовские хищники явились по следам татар, но князь Борис Константинович настиг и потопил их в реке Пьяне, где еще плавали трупы русских воинов; а на следующую зиму опустошил без битвы всю землю Мордовскую. Эта месть снова возбудила гнев Мамая, ибо земля Мордовская находилась под властью хана. В 1378 году Нижний Новгород, едва возникнув из пепла вторично был взять татарами и сожжен, а также и весь уезд. Московский князь, узнав заблаговременно о замыслах Мамая, имел время собрать полки встретил татар в области Рязанской, на берегах Вожи. Монголы обратили тыл, бросая копья. Русские кололи, рубили и топили их в Воже целыми тысячами. Довольный столь блестящим успехом, великий князь Димитрий возвратился в Москву. Мамай затрепетал от гнева и, собрав новое войско, быстро двинулся к Рязани. Тамошний князь Олег не приготовленный к отпору, бежал и предал отечество в жертву варварам. Но Мамай, удовлетворенный кровопролитием, не пожелал идти далее Рязани и возвратился к берегам Волги, отложив решительный удар до иного времени. Тем временем великий князь Димитрий Moсковский успел смирить Литву. Ольгерд умер в 1377 году не только христианином, но и схимонахом, приняв крещение.

Ни одного года не проходило без войны, бедствия или тяжелого испытания, так что русская земля не знала мира и покоя. Только спасавшиеся в глубоких лесах и дебрях имели возможность не участвовать в ежедневных тревогах и страхах народа. Поэтому положение обители преподобного Евфимия, находившейся под большим городом, было трудное, опасное и тревожное. Ежедневно являлись гонцы и послы великому Евфимию с разными просьбами о молитвах за князе и бояр и войско, или убитых, утопленных и без вести пропавших в плену. Великий подвижник и молитвенник целые ночи напролет молился со своими единомышленниками – иноками о спасении России, о избавлении от испытаний и бедствий и о ниспослании любви и мира земле русской.

Не было мира и в церковных делах на Руси. Еще в 1376 году патриарх Филофей сам собою поставил Киприана, ученого серба, в митрополиты для России. Но великий князь, негодуя на это, объявил, что русская Церковь, пока жив св. Алексий, не может иметь другого пастыря. Отверженный Киприан жил в Киеве и управлял литовским духовенством, в надежде скоро занять место св. Алексия. Между всеми московскими иереями отличался тогда священник села Коломенского Митяй, так что Димитрий избрал его себе в духовные отцы и вверил ему хранение великокняжеской печати. Это был самый важный сан печатника по тогдашнему обычаю. Со дня на день возрастала милость государя к этому человеку, наставнику и духовнику всех бояр, а равно сведущему в делах мирских и церковных. Он величался как царь, жил пышно, имел много слуг. Прошло несколько лет и великий князь Димитрий предложил ему место спасского архимандрита. Хитрый Митяй не соглашался. Тогда силою его ввели в монастырь, где надели на него клобук, к удивлению народа и неудовольствию духовенства. Св. Алексий давно мыслил вручить пастырский жезл кроткому игумену Сергию, основателю Троицкой лавры, но последний решительно отказался. Св. Алексий скончался в 1378 году, и Митяй самовольно возложил на себя белый клобук и начал самовластно судить дела церковные. Он медленно готовился к путешествию в Царьград желая, чтобы Димитрий велел прежде поставить его в епископа. Великий князь призвал для того всех архиереев в Москву. Никто не смел противоречить, кроме одного епископа, а именно Дионисия Суздальского, с твердостью объявившего, что в России один митрополит законно ставит епископов. "Кто научил тебя нарушать уставы церковные?" спросил Дионисий великого князя, "не подобает сему быть!" Возмущенный и смущенный Митяй воскликнул: "Как дерзнул не прийти за благословением к нареченному митрополиту, или не ведаешь, что он имеет власть над всеми?"

"Ни единой власти не имеешь надо мной", ответилъ Дионисий "и тебе бы подобало прийти благословиться у меня, ибо я епископ, а ты только иерей. Если же хочешь судить правильно, то рассуди по божественным писаниям, кто больше: епископ или иерей?"

Раздраженный Митяй грозил отомстить Дионисию, когда он вернется из Царьграда, и великий князь долго спорил.

Полтора года продолжалось своеволие Митяя. Тогда Дионисий решился сам поехать в Константинополь, но великий князь ему запретил. Враг уловил блаженного Дионисия, и он совершил нечестный поступок. Опасаясь насилия и темничных уз, он стал проситься на свою кафедру в Суздаль и дал обещание великому князю, что без его воли не поедет в Царьград. Поручителем своего слова он даже поставил преподобного Сергия, и Димитрий, смирившись пред таким великим посредником отпустил на честное слово Дионисия в Суздаль. Теперь надменный Митяй раздражился не только на Дионисия, но и на Сергия за их единомыслие и обещал обоих изгнать.

"Молю Господа сокрушенным сердцем", сказал смиренный Сергий "да не попустит хвалящемуся разорить место сие святое и изгнать нас без вины".

Сергий удалился в свои радонежские леса, будучи чужд всему мирскому, но Дионисий из Суздаля пришел сперва в Нижний, где несколько помедлил и видя, что церковное волнение не утихает, спустился на судах Волгою к столице ханской, а оттуда, проехав на Дон, продолжал плавание в Царьград, где был принят с честью. Митяя к которому питал такую большую доверенность, что дал ему от себя белые листы за своей подписью, чтобы он воспользовался ими в Константинополе сообразно обстоятельствам, или для написания грамот от имени Димитрия, или для нужного займа денег. Сам государь, все старшие бояре, епископы, проводили Митяя до Оки. В Грецию отправились с ним три архимандрита, протопоп, несколько игуменов, шесть бояр митрополичьих, два переводчика и целый полк людей под главным начальством великокняжеского боярина. Казну и ризницу везли на телегах. Но Господь, по слову преподобного Сергия, сокрушил все замыслы Митяя. В виду Царьграда, на море, постигла его нечаянная смерть, а данною ему доверенностью воспользовался митрополит Пимен Переяславский и бояре, которые на белых листах написали грамоту от лица великого князя на имя вселенского патриарха Нила о поставлении Пимена на митрополию русскую, и Пимен был посвящен.

Оскорбленный вестью о кончине Митяя, великий князь, едва веря самовольству послов своих, объявил Пимена наглым хищником, и призвав в Москву Киприана, встретил его с великими почестями, а Пимена велел остановить на пути и за крепкой стражей отправил в Чухлому. Главный боярин и все сообщники Пимены были наказаны заточением.

Дионисий же, который мог исхлопотать себе митрополию, заботившийся только о спасении русской церкви и о противодействии обманутому князю, получил степень архиепископа по уважению к личным его заслугам.

VI. Куликовская битва. Нашествие Тохтамыша. Увольнение митрополита Киприана. Междоусобия суздальских князей. Кончина великого князя Димитрия Донского и преподобного Сергия. Нашествие Тамерлана. Кончина преподобного Евфимия

Получив известие о нашествии Мамая со всем царством на Россию, князь великий Димитрий Иоаннович разослал гонцов по областям великого княжения, призывая к оружию. Повеление его было исполнено с редким усердием. Казалось, вся Россия пробудилась от глубокого нравственного сна. Полтораста лет слишком томилась многострадальная Русь под тяжелым татарским игом и, наконец, Господь услышал слезные молитвы церкви православной и преподобных ее. От одного благословения на подвиг великого молитвенника преподобного Сергия воскресло мужество целого народа, привыкшего стенать и малодушествовать под игом дикого и злобного врага. "Народ сто лет привыкший дрожать при одном имени татарина, повествует история, "собрался наконец, с духом, встал на поработителей и не только нашел в себе мужество встать, но и пошел искать татарских полчищ в открытой степи и там повалился на врагов несокрушимой стеной, похоронив их под своими многотысячными костями. Как могло это случиться? Как воспитались, откуда взялись люди, отважившиеся на такое дело, о котором боялись и подумать их деды? Да, совершилось чудо по молитвам и предстательству печальников земли русской, святых Алексия, Сергия, Евфимия, Макария и может быть многих неизвестных нам по имени великих иноков... Святая дружина этих избранников Божиих, сильная верою в помощь Всевышнего, близкая ко Господу по чистоте сердца и простоте духа, поднявшая примером своей праведной жизни упавший дух родного народа и предводимая новым победоносцем, смиренным Сергием Радонежским, стала грудью на защиту веры и отечества... и совершила великое чудо!

Прибыли гонцы и в Богоспасаемый град Суздаль. Возгорелся духом и великий Евфимий со своею братиею обители Милосердного Спаса. Трепетавшее его сердце чувствовало, что подвиг христолюбивого воинства окончится победой, но еще более утвердился он в этой надежде, когда пронесся слух, что блаженный старец, игумен обители Живоначальной Троицы благословил князя Димитрия на этот страшный подвиг крестом, иконою, радостным упованием на Господа и Его Пречистую Матерь, на помощь, великую милость и пресветлую славу и дал ему в помощь двух иноков – богатырей Александра Пересвета и Андрея Ослябу... "Иди, Господине, небоязненно", сказал преподобный Сергий, "Господь поможет тебе на безбожных врагов". A затем, понизив голос, сказал тихо одному великому князю: "победиши враги твоя". С непоколебимым упованием стал посылать смиренный Евфимий князей суздальских, владимирских, нижегородских и городецких, дружинников их и бояр на святое дело на защиту дорогой веры и родины. Засветились храмы Божии бесчисленными огнями пред иконами и огласились пением молебнов... Целыми днями и ночами бодрствовали и молились иноки с оставшимися женами, старухами и детьми о даровании победы князю Димитрию, об освобождении многострадальной родины, и вся лавра пребывала в строгом посте, дабы участвовать в великом подвиге русского народа. Великие княгини и боярыни раздавали милостыню и несли свои жертвы в храмы Божии. На папертях храмов юродствовали неведомые миру рабы Божии и предрекали ужасное кровопролитие, но благополучный конец...

"Скоро, под личным начальством великого князя Димитрия Иоанновича и его двоюродного брата князя серпуховского Владимира Андреевича русские войска достигли Куликова поля. 8 сентября 1380 года, с раннего утра, они стали в боевой порядок между реками Доном и Непрядвою, готовые встретить безбожного врага. В это самое время является перед великим князем инок Нектарий, посланный с другими братиями от преподобного Сергия, принеся мир и благословение ему и всему христолюбивому воинству. Святой старец провидел духом нужду еще раз укрепить мужество великого князя перед самою битвою и прислал ему в благословение Богородичную просфору и своеручную грамматку. Грамматка эта увещевала великого князя сражаться мужественно за дело Божие и пребывать в несомненном уповании, что Бог увенчает их дело счастливым успехом".

Так повествует история.

Полилась кровь человеческая и напоила землю русскую досыта. Наконец, дождались города, монастыри и веси известия о победе князя Димитрия на Куликовском поле и о гибели многочисленных сынов и отцов своих. Пение благодарственных молебнов смешалось со слезами и заупокойными молитвами осиротевших жен, детей, родителей. От зари до зари слушали плачущие рассказы об ужасах этой небывалой, кровавой бойни. Грозный бой начался в самый полдень при устье реки Непрядвы, и вдруг с татарской стороны выехал вперед громадный богатырь, тщеславный своею силою, подобно древнему Голиафу и стал вызывать на единоборство кого – либо из русских витязей. Страшно было смотреть на это чудовище; смутились наши храбрые воины… Прошло несколько минут томительного ожидания и наконец все видят, что из полка князя Владимира Всеволодовича выступает один из иноков Троицкой обители, схимонах Александр Пересвет. Пламенея ревностью по вере Христовой и любовию к дорогой родине, он не стерпел поношения от дерзкого татарина всему воинству православному, выехал вперед и, обратившись к великому князю и другим, сказал: "не смущайтесь, велик Бог наш и велика крепость Его. Желаю с ним переведаться и выхожу против него во имя Господа Сил. Отцы и братия, простите меня грешного". Как молния устремился инок – воин на своем быстром коне с тяжеловесным копьем против страшного печенега. Раздались громкие восклицания, и оба противника сблизились, ударяя друг друга… Еще минута – и оба богатыря пали на землю мертвыми. "Тогда – то (как повествует один из святителей) закипела битва кровавая, заблестели мечи острые, как молнии, затрещали копья, полилась кровь богатырская под седлами, покатились шлемы золоченые под ноги конские, а за шлемами и головы богатырские"... И много доблестных русских воинов полегли костьми на поле том. Из 150000 воинов осталось не более 40000, а татар было побито вдвое больше. Пораженный Мамай бежал с поля, усеянного трупами его изуверов. Нашего великого князя нашли лежащего без чувств, но он был жив. Воскресла Русь и прославила Милосердаго Господа! Когда великий князь Димитрий возвратился со славою в Москву, то благодарный народ дал, ему наименование Донского, а сподвижнику его князю Владимиру Андреевичу прозвание Храброго.

Но блаженное время продолжалось недолго, ибо явился новый враг хан Тохтамыш, который, разбив Мамая, овладел престолом Золотой Орды и потребовал покорности себе от русских князей. Завидуя славе Димитрия Донского, некоторые русские князья ждали только случая, чтобы предать его врагу. Поэтому гнев Божий постиг опять злополучную Росою. 23 августа 1382 г. хан Тохтамыш внезапно появился под Москвой, не встретив препятствия и противодействия от князя Димитрия Константиновича Нижегородского, который, узнав о быстром устремлении неприятеля, предательски изменил родине и послал хану двух своих сыновей с дарами. Москва пала, ибо защиты не было. Великий князь Димитрии Донской потерял бодрость духа и удалился в Кострому со всею семьей, а митрополит Киприан, заботившийся только о себе, скрылся в Тверь. Войско Тохтамыша рассыпалось по всему великому княжению. Владимир, Звенигород, Юрьев, Можайск и Дмитров разделили участь Москвы.

Татары посетили Суздаль, но по молитвам преподобного Евфимия не решились нанести вред городу, тем более, что князья его оказали покорность новому хану. Возмутилось сердце блаженного старца, столько лет ведшего по пути спасения князей суздальских и нижегородских и увидевшего их теперь предателями своей родины. Смелым и обличительным словом вознамерился Евфимий повлиять на диавольское обольщение князя Димитрия и предсказал ему, что если он не покается и не исправится, то погибнет весь род их и будет выгнан из уделов их княжения.. Не легко было терпеть измену отца и дядей великой княгине, жене Димитрия Донского.

Сергиева и Евфимиева лавры остались невредимы, и когда Тохтамыш покинул Москву, то великий князь поспешил на свое место. Многие иереи были жертвою мести татар и требовалось поставить новых, также освятить оскверненные алтари, а митрополит Киприан покойно жил в Твери. Некому было утешить и ободрить москвичей! Великий князь послал бояр своих за митрополитом Киприаном и объявил его, как малодушного беглеца, недостойным управлять Церковью. Оставалось возвратить Пимена из ссылки и поручить ему российскую митрополию. Киприан со стыдом уехал в Киев, но, однако, великий князь, не питая уважения к Пимену, вспомнил труды и заслуги архиепископа Дионисия, в особенности по его борьбе с сектою стригольников и велел ему ехать для поставления в митрополиты в Царьград. Воля великого князя была исполнена, св. Дионисий поставлен митрополитом, но на возвратном пути из Греции его задержал в Киеве князь Владимир Ольгердович, объявив, что Киприан есть глава всей Российской Церкви. Митрополит Дионисий умер под стражею в Киеве.

В 1383 г. скончался князь суздальский и нижегородский Димитрий Константинович, приняв схиму. Сыновья его находились в то время в Орде и князь Борис Городецкий поспешил туда же, чтобы оспаривать у племянников наследство. Хан отдал Нижегородскую область Борису, а племянникам его, Симеону и Василию, Суздаль, удержав Василия заложником в Орде. Когда же князя Василия выпустили из Орды с грамотою на княжение в Городце, то он не удовлетворился этим и вместе с братом Симеоном пошли на нижегородцев. Престарелый Евфимий продолжал грозить ссорящимся князьям гневом Божиим.

Борьба кончилась тем, что Нижний Новгород был занят племянниками Василием и Симеоном, а князь Борис удален в Городец.

В 1389 г. неожиданно заболел великий князь Димитрий Донской и, предчувствуя свою кончину, призвал св. игумена Сергия, бояр и написал завещание, утвердив порядок престолонаследия. 19 мая его не стало на 40 – м году жизни. Глубокая эта скорбь поразила Российское государство, ибо никто из потомков Ярослава Великого, кроме Мономаха и Александра Невского, не был столь любимым народом и боярами.

Через два года покинул землю и великий заступник земли русской преподобный Сергий (25 сентября 1391 г.) на семидесятом году жизни. По смерти Димитрия Донского князь Борис Константинович исходатайствовал себе в Орде грамоту на княжение в Нижнем Новгороде. Вступившему в великое княжение Василию Димитриевичу и московским боярам было ясно, что для прекращения предательства и междоусобия пора покончить с князьями суздальскими, и когда великий князь поехал в Орду, где его приняли с ласкою и небывалыми почестями, то он исходатайствовал себе признание его также государем Нижегородской области. На обратном пути, не доезжая Москвы, великий князь Василий отправил из Коломны своих бояр с ханской грамотой, с царским послом царевичем Уланом в Нижний, где князь Борис, недоумевая, что ему делать, собрал вельмож на совет. Но знатнейший из них, именем Румянец, оказался предателем и на предложение князя Бориса затворить городские ворота, ответил:

"Посол царев и московские бояре едут сюда единственно для утверждения любви и мира с тобою. Впусти их и не оскорбляй ложным подозрением. Окруженный нами, верными защитниками, чего можешь страшиться"!

Князь Борис согласился. Московские бояре, въехав в город, ударили в колокола, собрали жителей и объявили великого князя Василия их государем Тщетно Борис созывал свою дружину, и коварный боярин Румянец тогда открыто заявил, что они уже не его подданные. Тут же нижегородцы предали князя Бориса, как изменника, великокняжеским слугам. Приехавший затем великий князь Василий утвердил новое правление, поставил своего наместника и окончательно присоединил Суздальское княжество, основанное Андреем Боголюбским, к Московскому. Так исполнилось предсказание великого молитвенника преподобного Евфимия. Князь Борис скончался два года спустя, а племянники его, князья Василий и Симеон, бежали в Орду, где скитались по диким монгольским степям. Впоследствии Симеон прибегнул к милости великого князя и умер в независимой Вятской области.

Престарелому Евфимию пришлось еще пережить нашествие в 1395 г. грозного хана Тамерлана и быть свидетелем великого чуда Богоматери, совершенного во спасение православной России. Возвращенный снова в Москву, митрополит Киприан, по просьбе великого князя Василия для успокоения столицы разрешил принести из Владимира икону Божией Матери, с которой Андрей Боголюбский переехал из Вышгорода и победил болгар. Это перенесение совершилось в сопровождении бесчисленного множества народа, громко восклицавшего: "Матерь Божия, спаси землю русскую!" Митрополит, все епископы, духовенство, великокняжеская семья и бояре встретили святыню на Кучкове поле и принесли в Успенский собор. Тем временем Тамерлан, пленив владетеля елецкого со всеми его боярами, двинулся к Дону и шел берегами его, опустошая селения. Казалось, что он хотел идти к Москве, но... вдруг остановился. Простояв целых две недели на одном месте, он повернул на юг и покинул русские владения. По сличении времени оказалось, что он отступил в тот самый день и час, когда жители Москвы приняли к себе икону Владимирской Божией Матери... Святой Евфимий доживал свой 88–й год и уже чувствовал скорое приближение конца. Не изменяя своего молитвенного правила, он по прежнему прилагал к строгому посту обильно подаваемую милостыню, а сам ходил в убогой одежде, не снимая с себя зиму и лето подрясника, подбитого овечьей шкурой. Множество болящих исцелялось по его молитвам. Вот уже 52 года (1404) управлял он созданной им обителью, возвеличенной в лавру, и достиг маститой старости, украшенной сединами! Изнеможение телесное дало ему уразуметь кончину. Так рисует один из настоятелей (архимандрит Серафим Чичагов), в своем слове на кончину преподобного, обстановку и горестное это событие для монастыря:

"Мн. представляется, говорит проповедник, среди нашей древней обители, обнесенной этими же высокими каменными стенами и башнями, но покрытыми деревянными кровлями, невдалеке от небольшой соборной церкви Преображения, под тенью развесистых лип деревянный домик с обыкновенным крыльцом, сенями и двумя комнатками, освещенными теплящимися лампадами. Среди одной из них виднеется худощавый старец среднего роста, украшенный сединами, с светящимся лицом, истощенным от постов, стоящий в изношенной одежде из овечьей шкуры, с тяжелыми цепями от вериг на груди и спине, но молящийся. Только по руке, подымающейся с трудом для крестного знамения, можно заметить, как мало осталось в нем жизненных сил. Сени, крыльцо и обширная полянка перед домом теперь заполнены иноками, послушниками, монастырскими рабочими, мирскими людьми. Вдали виднеются все такие же келлии, которые разместились по сторонам холодного Преображенского собора и теплого храма во имя преподобного Иоанна Списателя Лествицы, с каменною трапезою. У всех собравшихся у дома настоятеля горестные и заплаканные лица, ожидающие со страхом приближающуюся разлуку с их отцом, наставником и благодетелем. Все бы хотели умереть с ним вместе и никто не может утешить их в предстоящем их сиротстве. Великий старец благодетельствовал и жителей града, выкупая должников, освобождая узников и исцеляя болящих по данной ему благодати. Но вот настал час скорби и воли Божией! Уразумев близость своей кончины, великий старец Евфимий велит позвать к себе братию. В одно мгновение вся келлия наполняется плачущими и скорбящими. Видя их горе и слезы, преподобный утешает их, обещая, что это святое место не оскудеет после его кончины, если только братия будет жить во взаимной любви и посему уразумеют они о его дерзновении к Богу. Затем старец просит у всех прощения, молитв, благословляет каждого, лобызает, а братия с рыданиями целует его руки, ноги и одежды… Наконец, духовник приближается со Святыми Дарами для причащения умирающего. Немногие из старшей братии остаются свидетелями мирной кончины преподобного… Как бы в легком сне, он предает душу свою в руки Божии. Келлия тотчас наполняется дивным благоуханием, и лицо Евфимия просветляется еще более, чем при жизни..."

Это произошло 1–го апреля 1404 года.

Великое горе постигло обитель и град Суздаль! С подобающей честью братия погребла преподобного Евфимия в том самом каменном гробу, который он сам себе приготовил при заложении храма. Близость духа учат свв. отцы, не измеряется расстоянием местопребывания и временем, но зависит от мысли, желания, любви, созерцания, молитвы и веры. Вера нас сближает с умершими наставниками, почти также как живущими. Наконец, вера посредством молитвы приобретает их сильную помощь. Если бы братия преподобного знала вперед, что тело его не истлеет, то она не провожала бы его в могилу с хвалебными песнопениями, прославляющими Бога. Поэтому нам ли горевать, что имеем теперь в преподобном Евфимии еще более совершенного молитвенника и наставника, чем первоначальная братия его. Он наш утешитель в скорбях, целитель в болезнях тела и духа, заступник и ходатай пред Богоматерью и Сыном Божиим Иисусом Христом!

VII. Чудеса преп. Евфимия и последующая краткая история монастыря. Открытие св. мощей

Преподобный Евфимий, разлучаясь со своею обителью телесно, не переставал покровительствовать ей и за гробом. Так, один из преемников его, соименный ему настоятель, приняв управление монастырем, сделался не пастырем добрым, а наемником, хулил и позорил христоименитое стадо, некоторым из братии наносил тяжкие побои. Наконец, видя явное нерасположение оскорбленной братии, решился похитить монастырские сокровища и ночью бежал из обители; но, отойдя недалеко, заснул тяжким немощным сном. В ту же ночь святой Евфимий, явясь некоторым монахам в сновидении, указал место спящего хищника, и последний тогда же был найден, одержимый огненною болезнью. Больного привели в церковь, где он принес раскаяние в грехах от юности своей, и после Евангелия во время литургии, получив исцеление от недуга, счел за лучшее удалиться из обители, как недостойный преемник настоятельской власти.

Другой опыт покровительства св. Евфимия явлен в следующем событии. В 1501 году при архимандрите Константине обитель пострадала от пожара. Настоятель впал в сердечное тяжкое сокрушение, предполагая, что обитель пострадала за его грех, что он волею или неволею оскорбил угодника Божия. Блаженный Евфимий опять является в сновидении одному из иноков и повелевает сказать Константину: "ничтоже имею нань". Вскоре братские келлии были воздвигнуты щедрым даянием христолюбцев.

Издревле пророческими устами была предречена праведным награда; хранит Господь вся кости их и ни едина от них сокрушится. В новозаветном учении также видим светлое обетование: не может град укрытися верху горы стоя и никтоже вжигает светильник и поставляет его под спудом, но да сияет на свещнице. Сие исполнилось над светильником православия, преподобным Евфимием. В 1507 году архимандрит Кирилл возымел желание расширить храм Преображения Господня. Работники, копавшие землю под фундамент, по правую южную сторону храма, обрели могилу, покрытую досками, обложенную тремя камнями, приготовленными за полтора столетия св. Евфимием, и поведали архимандриту о найденном. Последний повелел ударом колокола благовестить братии радость велию, а сам поспешил к епископу Симеону с радостным донесением. Святитель в ту же минуту явился с сонмом братии, открыл гроб, и все удостоились узреть сияющий лик праведного и даже ризы его нетленные. Это обретение совершилось 4 июля 1507 года (а по другим 1509 года). В 1511 году главный храм, по окончательном возобновлении, был освящен, а в боковом пределе устроен престол во имя преподобного Евфимия, и с того времени монастырь стал именоваться Спасо – Евфимиевым. В 1657 году 22–го февраля мощи были перенесены в соборную монастырскую церковь, а в 1823 году переложены в новую сребропозлащенную раку. При этом св. мощи обносимы были вокруг обители с торжественною духовною церемонией, в воспоминание чего доныне в 9–е воскресение по Пасхе бывает ежегодно крестный ход вокруг монастырских стен.

Летописец передает нам следующие чудотворения от св. мощей преподобного Евфимия.

Боярин, родом из Новгорода, случайно прибывший в Суздаль, был подвержен сильному влиянию нечистого духа: страшные видения ужасали его днем и в особенности ночью. Он притек за помощью к раке преподобного: несколько дней сряду водили его в церковь Преображения Господня, и каждый раз несчастный должен был убегать, угрожаемый бесами и даже терпя от них удары копьями. Но вот однажды его, убежавшего от утрени, силою привлекли к раке св. Евфимия и узрел он осиянных небесным светом Святителя Николая и пр. Евфимия; они повелели ему прослушать св. литургию для получения прощения грехов и исцеления от лютой болезни. Прослушав литургийное Евангелие, молящийся больной почувствовал совершенное освобождение от бесовского над ним глумления. Писатель житья был очевидцем подобного же чуда над неким умоиступленным Симеоном.

Некий отрок Иван лежал три года на болезненном одре по причине расслабления всех его членов. Но когда принесен был к раке св. Евфимия, то, чудно исцелев, возвратился в дом свой.

Приведен был также к раке преподобного один юноша, именем Герасим – безумный, и ему молитвами святого возращен был здравый смысл.

Был в обители келарь, по имени Киприан. Он увлекся угождением приходящим гостям, a братию начал обижать оскудением и даже лишением трапезы. Св. Евфимий предостерегал и вразумлял его в двух сновидениях, угрожая погубить жезлом и пожечь горящею свечою; но Киприан, каждый раз обещая исправиться, не исполнял того, приписывая явления своей мечте или, как говорят ныне, игре воображения. Вдруг постигает его ужасное расслабление во всем теле, и тогда вынужден он был просить о принесении его к раке преподобного. Здесь братия были зрителями раскаяния Киприана и чудесного исцеления. Чудо это передал летописцу старец Патрикий черноризец, который и на себе самом удостоился испытать следующее уврачевание.

Служа обители еще в мирском звании с именем Петра, он с товарищами ревностно занимался ловлею рыбы для братии в городе Гороховце и вдруг впал в болезнь "студенную, яже есть трясавица". Сокрушаясь духом о немощи продолжать свое послушание, Петр воззвал к угоднику Божию о помощи, и св. Евфимий, явясь молящемуся в сновидении, осенил крестом чело его, утешил, послал на работу, и пробужденный Петр почувствовал себя свободным от изнеможения.

Один из братии, по имени Никодим, неленостный и благочестивый труженик, подвергся болезни – сведению ног до того, что лишился движения и даже отчаялся остаться в живых. По убеждению посещавшей его братии, больной возверг скорбь свою на св. Евфимия, и блаженный в сновидении, помазав ноги больного мастию, уврачевал недуг.

Боярин Димитрий Перепечин, часто посещавший обитель, внезапно пришел в такое состояние души, что не узнавал своих домашних; устрашаемый разными видениями, не знал куда деваться из дому. По совету друзей, отроки боярские отвезли больного к спасскому архимандриту и старцам, а они передали его с рук в руки известному в то время благочестием параэкклисиарху Сильвестру. Ухаживал он за больным, сколько мог и велел друзьям Димитрия водить его к многоцелебной раке. После многократных сопротивлений зараженного Димитрия и побегов его из храма, наконец, священноиноки и черноризцы, отроки боярские, с ними же и летописец, удостоились зреть предивное исцеление Димитрия Перепечина от мощей преподобного.

Тот же летописец повествует о целебной силе медового кваса Евфимиева, который доселе благочестивые богомольцы приемлют, как врачевство недугов безмездное. Житель одной из ближайших весей шесть месяцев одержим был тяжкой болезнью, которая, как большею частью у древних летописцев названа "трясавицею". Изнеможенный до крайнего бессилия, больной поручает брату своему принести медового квасу от чудотворца Евфимия. Брат исполнил поручение, но не вполне: вышед из обители, раздумал, что едва ли принесет больному пользу этот квас и не лучше ли прибегнуть к врачевствам знахарей. И тогда же, вероятно, томясь жаждою, выпил квас. Внезапно почувствовав себя худо, увидел он перед собою белоризца седовласого, вещающего с гневом: "как смел ты, дерзкий, принебречь даром Божиим, его же ради хощет Бог исцелити брата твоего во имя раба своего Евфимия? Иди и проси исцеления себе и брату твоему от раки святого чудотворца!" Летописец с братиею удостоен был видеть исцеление посланного и слышать об уврачевании пославшего.

Этим оканчиваются повествования древнего летописца о чудесах св. Евфимия. Кончилась повесть, записанная рукою смертного; но не скончаема во веки веков неувядаемая слава чудотворца. Как прежде истекали, так и теперь продолжают совершаться чудеса от св. мощей его.

Еще прозорливый наставник Евфимия св. Дионисий, напутствуя его благословением на предлежащие подвиги, предрек ожидавшую Нижний Новгород горькую будущность, сказав, что за умножение беззаконий будет, по нашем отшествии к Богу, запустение граду сему и Божиим церквам и обителям разорение от безбожных агарян. Впоследствии сбылось это пророчество на многих градах и весях нашего отечества, – не миновала бедствий и Евфимиева обитель, не мало перенесла она несчастий сокрушительных, и только по ходатайству своего молитвенника была восстановлена. Не отвергаем доказательств историка Карамзина, что татарская тирания, гибельно сокрушавшая нашу народность, в то же время способствовала возвышению духовенства и в особенности процветанию монастырей. Ордынские ханы, хорошо понимая авторитет нашего духовенства, в те времена руководившего умами самых владетельных особ, не без задней мысли запрещали под смерной казнью своим подданным грабить и тревожить монастыри; владения церковные освобождались от налогов ордынских и княжеских. Вследствие сего не по одной только набожности и высокому уважению к иночеству, отличавшим людей того времени, многочисленные толпы поселян и горожан старались укрываться под сенью безмятежных обителей, где подвижничество увенчалось не только славою, но и целостью достояния. Люди даже знаменитые, решаясь менять богатые одежды на убогую власяницу, приносили с собой в монастыри богатые вклады, завещали им недвижимые имения. Так, без сомнения, благоденствовала Спасская обитель, осыпанная щедрыми дарами князя Бориса при самом основании своем. Но эта гарантия ханских грамот, вероятно, утратила свою силу в позднейшее время, именно в 1445 году, когда явились в Спасский монастырь не званные гости. Внук славного героя Димитрия Донского, великий князь московский Василий Темный, возвратясь в Москву из бесполезного похода против царя казанского Улу – Махмета и распустив полки, вдруг получил известие, что Махмет, незадолго перед тем разбитый русскими близ Мурома и Гороховца, снова осадил Нижний Новгород и послал двух сыновей, Мамутека и Якуба к Суздалю. Наскоро собрав московскую рать, Василий пришел в Юрьев, где встречен был нижегородскими воеводами, которые, терпев долгое время недостаток в хлебе, ночью зажгли свою крепость и бежали оттуда. Через несколько дней примкнули к московскому войску, дружины князей можайского, верейского и боровского; но и за всем тем вся рать составилась не более как из 1,500 человек. Впрочем и эта малая горсть воинов была одушевлена присутствием вождей – самого великого князя и Владимира Храброго. 6 июля, расположившись станом близ Суздаля на реке Каменке и в ожидании неприятеля, они оделись в латы, подняли знамена, но долгое время прождали понапрасну. Василий ужинал и пил с князьями до полуночи; а пробудясь на рассвете и отстояв утреню, располагал было снова заснуть, как вдруг дают ему знать о переправе татар через реку Нерль. В общей тревоге великий князь выбежал из шатра с оружием в руках, наскоро устроил боевой порядок и с трубным звуком и распущенными хоругвями ударили на врага. Схватка самая жаркая была на чистом поле, близ Евфимиева монастыря. Первый натиск русских был гибелен для татар; потеряв на месте до 500 убитыми, они обратились в бегство, за ними поскакали врасыпную москвитяне без всякого порядка, – каждый старался заехать вперед, чтобы настичь обоз царевичей и захватить пленных. Вдруг неожиданно бегущие татары остановились, сомкнулись и в несколько минут решили дело: россияне были истреблены, а сам великий князь с простреленной левой рукой, с тремя отсеченными на правой руке пальцами, с тринадцатью язвами на голове, пораженный "в плещи и груди от стрельного ударения и сабельного", должен был отдаться в плен вместе с Михаилом Верейским и знатнейшими боярами. Царевичи вдоволь натешась грабежом в окрестных селах, два дня отдыхали в Евфимиевом монастыре и злобно здесь посмеялись над знаменитым пленником: сняв с него золотые кресты, отправили их в Москву к супруге и матери великого князя в знак своего торжества.

Таково было первое бедствие Спасской обители, сопровождавшееся разорением ее: ибо нельзя думать, чтобы хищническая рука пощадила монастырские сокровища, тем более, что незадолго перед сим в 1411 году приходивший во Владимир казанский царевич Талыч разграбил там соборный храм; уцелело лишь то, что успел скрыть в потаенном, доселе неоткрытом, месте ключарь Патрикий, преданный за то татарами мученической смерти. Конечно, надобно предполагать, что подобные меры сбережения ценного имущества были принимаемы и монастырем, в особенности, когда за несколько дней знали о приближении неприятеля. Быть может и суждено грядущим поколениям воспользоваться редкостным открытием.

Далее видим еще другие бедственные случаи, в которых утратилось не мало древнейшего монастырская достояния. Так в 1501 году при архимандрите Константине обитель сильно пострадала от разрушительного пожара и только беспримерное усердие мирян – жертвователей способствовало скорому ее воссозиданию. Главнейшею наградою для обители за понесенное бедствие было последовавшее за ним вскоре обретение честных многоцелебных мощей угодника Божия и пр. Евфимия. После сего целое столетие для нее было периодом спокойствия и процветания. Два самодержавные монарха российские Василий Иоаннович и Иоанн Грозный, имевшие обычай не только государственные торжества, но и семейные радости ознаменовывать щедрыми пожертвованиями в церкви и монастыри, не лишали своих благодеяний и Спасский монастырь. Таковые вклады рассылались Василием по разрешении Елены младенцем Иоанном и от сего последнего при рождении от Анастасии первенца Димитрия (скоро после рождения умершего). Иоанн Васильевич Грозный даже сам лично посещал Суздаль для поклонения святыне. Вообще Суздаль привлекал к себе благочестивые приношения от двора с того времени, как несчастная Соломония сослана была за безчадие на горькое заточение в один из монастырей его. Ей сочувствовали подданные, но естественно всех более родственники и наконец сам Василий Иоаннович, если верить преданию, что провидение наказало его за небывалое дотоле на Руси расторжение брака поздним раскаянием в горестной ошибке. Как бы то ни было, но драгоценный покров, присланный к праху умершей государыни – узницы в Покровский монастырь, множество священных вещей, осыпанных крупным жемчугом и дорогими каменьями, и потом опочивание вблизи мощей ее близких ей по плоти много подтверждают предание. Приводим эту мысль, чтобы усилить убеждение в том, что Евфимиева обитель, которой обязан началом своим Покровский монастырь, не могла остаться забытою от всех знаменитых почитателей памяти усопшей невинной Соломонии (в монашестве Софии).

Быть может, богатство и почти всегда неизбежное с ним самозабвение навлекли Божий гнев, или Промыслу угодно было горнилом испытания возвысить чистоту и блеск избранных сосудов, – о том смертный рассуждать не смеет. Известно только, что Спасо – Евфимиев монастырь еще раз подвергся бедствию и притом тягчайшему. В первых годах XVII столетия темный человек, бродивший из одного монастыря в другой, как бы для выведывания о их богатствах, нужных для его обширных замыслов, известный под именем Григория (Юрий Отрепьев), принят был архимандритом Левкием в Спасо – Евфимиевскую обитель и прожил в ней целый год. Известно, что он отличался уменьем не только хорошо списывать, но и сочинять каноны святым лучше современных ему книжников. В этом отношении Отрепьев оставил по себе памятник и для нашей обители. Можно предположить что Григорий, впоследствии бывший в Польше, передал там, между прочим, сведение о Суздале и о Спасском монастыре, как удобнейшем пункте для воинского стана по местоположению и средствам к продовольствию и обороне. И вот в 1608 году, когда второй Лжедимитрий, истощив напрасные усилия овладеть Москвою, придумал действовать на провинции наши обольщениями, угрозою или силою и для того разослал по разным пунктам отряды изменников и ляхов, и когда Суздаль имел несчастие первый заклеймить себя вероломством, целовал крест самозванцу и принял польская пана Лисовского с изменником воеводою Феодором Плещеевым от Сапеги, то Лисовский, называемый у некоторых нынешних писателей удалым, потерпевши тяжкие удары по бедру под стенами Троицкой лавры, счел за лучшее удалиться от своего вождя Сапеги и расположился в стенах беззащитного Спасского монастыря. Удалый вождь, пировавший здесь более года, оставил незабвенные следы своего пребывания: многолюдный, обширный и богатый Суздаль разорен им до того, что осталась едва десятая доля населения, и те нищие, разоренные. Есть предание, что храбрый вождь неоднократно пытался показать удальство свое в беззащитном женском Покровском монастыре, где были заманчивые для него богатые вклады от русского двора; но здесь достижение гнусной цели – грабежа было труднее, чем разбитие полков Шереметева или отражение князей Лыкова и Барятинского, подступавших к его стану, потому что Лисовский был устрашен и прогнан от обители явлением святой Софии. Когда уже истощены были средства держаться в Суздале, Лисовский с атаманом Просовецким [14] весною 1610 года ушел в Псков, разграбив на пути Калязинский монастырь, а в Пскове, по словам нашего историка, злодействовал, торгуя добычею разбоев и святотатства, пируя с жителями, как братьями, и грабя их, как неприятель. Можно после этого представить, в каком бедственном положении оставался Спасский монастырь после того, как проводил из врат своих злодея. Таково было последнее испытание для Спасо – Евфимиева монастыря, которым он, как и все отечество наше, искупил себе благо – отишие и процветание в дальнейшем существовали: ибо с восшествием на престол Богоизбраного отрока Михаила и с продолжением преемствующей ему по крови и призванию Свыше династии для святой Руси настали такие времена, в которые они целым составом и отдельными отраслями своими стремятся к достижению ниспровержимого внутреннего благоустроения и довольства и к твердому ограждению от внешних зол и напастей.

Знаменательность монастыря в историческом отношении, a тем паче по нетленному опочиванию в нем святого угодника, в древности привлекали сюда богатые вклады бояр, великих князей, а потом и царей русских. Достаточно сказать, что пред отчислением от монастырей крепостных людей, за Спасо–Евфимиевым монастырем числилось более 10.000 душ. Знаменитые боярские роды не только усердствовали приношениями преподобному Евфимию, но даже искали счастья похоронить бренные останки своих в недрах земли, близ лежащей к многоцелебным мощам его; таковы князья Хованские и Пожарские. Глубокое благоговение свое к святому месту герой Пожарский выразил, как нельзя доказательнее в то время, как из Ярославля шел к Москве на ратное дело. С первого ночлега, поручив главное начальство над войском князю Ивану Андреевичу Хованскому и Козме Минину, он поспешил в Суздаль "помолиться Всемилостивому Спасу и у родительских гробов проститься". Известно, что в начале 19–го столетия правительство наше озаботилось отысканием могилы спасителя погибавшего отечества, князя Д.М. Пожарского; но встретило в изысканиях затруднение от того, что в былое время невежественная рука сгладила надписи на всех надгробных памятниках, существовавших в особой палатке, против придельного алтаря во имя преподобного Евфимия. Она была двух ярусная; в нижнем ярусе погребались князья Хованские и Пожарские. Эту палатку бывший архимандрит Ефрем в 1765 и 1766 годах, за ветхостью, сломал, a лежавшие над гробами усопших камни с надписями снял и употребил на церковные строения. Доселе говорят в Суздале, что он сделал это по крайнему огорчению на уничтожение монастырского крепостного права. И в самом деле не мудрено, что в простоте сердца покойный архимандрит вознегодовал на умерших бояр за то, что при жизни своей не успели они, на вечные веки, укрепить за монастырем те села и деревни, которые, например, Димитрий Михайлович дал обители по родном брате своем Василии и по сыне Феодоре. И так оставалось только предание, заявлявшееся однакож по временам с 1810 года в литературе, а главным образом устное, сохранившееся преемственно в братии Спасского монастыря. Сими указаниями с примерною опытностью воспользовавшийся граф А.С. Уваров оказал всем соотечественникам незабвенную услугу открытием драгоценной могилы.

Примечания

13. Источниками служили нам: 1) Рукописное житие преподобного Евфимия, хранящееся в монастыре. 2) История Карамзина, томы 4 и 5. 3) Сказание о жизни и чудесах преп. Макария Желтоводского. Москва, 1858 г. 4) Сказание неизвестного о построении г. Суздаля, вмещающее всю историю княжества, суздальских монастырей и святынь. 5) Историческое описание суздальского Спасо-Евфимиевскаго монастыря Л. Сахарова. Владимир 1878 г. 6) Житие преподобного Сергия. Лавра 1898 г. 7) Жития святых, изд. 1858 г. С. Петер, апрель и июнь и 8) Служба святителям Феодору и Иоанну, епископам суздальским.

14. Летом 1868 года в саду, примыкающем к настоятельским келлиям, найден был камень, на котором письмена сгладились, но явственна фамилия Плещеева: не надгробный ли это памятник над сподвижником Лисовского Федором Плещеевым? Ибо из истории не видно, чтобы он после выхода из Суздаля состоял при Лисовском.

Приложение I

Тропарь Глас 3 преподобному Евфимию, суздальскому чудотворцу

Яко светозарная звезда, пришел еси от востока на запад, оставль отечество твое Нижний Новград, и дошед богоспасаемаго града Суздаля, в нем обитель сотворил еси, и собрал еси монахов множества: и прием дар чудес от Бога, Отче Евфимие, был еси о Христе собеседник, и спостник преподобному Сергию, с нимже у Христа Бога испроси Благоверному Императору нашему Николаю Александровичу здравие и спасение, и душам нашим велию милость.

Кондак Глас 2

Волнений множество неблажно преходя, безплотныя враги струями слез твоих погрузил еси, богомудре Евфимие преподобне: тем и чудес дар приял еси: моли непрестанно о всех нас.

Молитва преподобному Евфмию суздальскому чудотворцу

Преподобне, преблаженне Отче наш Евфимие, не забуди нас грешных и недостойных рабов твоих, но поминай нас всегда у Престола Вседержителева во святых своих и благоприятных молитвах, помяни стадо свое еже паставил еси: и непрестай присещати чад своих: аще бо и преставился еси от нас телом, но духом пребываеши с нами. Сохраняй убо и соблюдай нас всегда многомощными твоими молитвами от неприязненных прелестей, от враг видимых и невидимых, от всяких скорбей и напастей. Моли всемилостиваго Бога нашего о Благочестивейшем, Самодержавнейшем Великом Государе нашем Императоре Николае Александровиче всея России, о покровении святыя обители сея, града сего и живущих в них; моли о всех верою и любовию чтущих тя и молящихся тебе. Молися, святый отец угодниче и праведниче Господень, Христу Богу, Спасителю нашему, о прощении и оставлении грехов наших, о избавлена нас от вечнаго осуждения, и да сподобит всех нас препроводити время живота нашего в покаянии, умилении и соблюдении святых его повелений, и сотворит, по велицей милости своей, быти нам небеснаго Своего царствия участниками, со угодившими ему праведниками, во веки веков. Аминь.

Приложение II. Список настоятелей Спасо – Евфимиевского монастыря

Достоверно неизвестно, кто преемствовал преп. Евфимию; упоминаемый же, вслед за ним, в Прологе и Синодике соименник его Евфимий Подрез, ученик, как сказано там, знаменитого Иосифа Волоцкого, в год преставления преподобного (1404) едва ли еще существовал на свете, потому что сам его святой наставник, современник Иоанна III и Василия Иоанновича, получил известность в конце XV столетия. Так он писал о жидовской ереси, занесенной в Русь жидовином Схарией и поддерживаемой нечестивыми сообщниками его, священниками Дионисием и Алексием, из которых последний до того умел замаскировать злые свои замыслы, что по смерти митрополита Геронтия, в 1490 г., возведен был Иоанном на степень сего первосвятителя. "И тогда, как пишет Иосиф, православные увидели чадо сатаны на престоле угодников Божиих Петра и Алексия, увидели хищного волка в одежде мирного пастыря". А в 1533 г. Иосиф был в распре с новгородским архиепископом Серапионом, за которую гнев великого князя лишил Серапиона епархии, так что она была сиротствующею в течение 17 лет.

Вслед же за Подрезом преемственно настоятельствовали:

1. Исаакий.

2. Иоаким.

3. Кассиан.

4. Герасим.

5. Константин.

6. Кирилл.

7. Геннадий.

8. Давид.

9. Фома упоминается в 1484 г.

10. Евфимий " " 1484 – 8 5 г.

11. Исаакий " " 1500 г.

12 Герасим " " 1506 г.

13. Кирилл " " 1519 г.

14. Герасим " " 1526 г.

15. Герман " " 1540 г.

16. Филипп " " 1541 г.

17. Иссаакий " " 1542 г.

18. Герман " " 1542–43 г.

19. Иоанникий " " 1544 г.

20. Иов " " 1546 г.

21. Герман " " 1548 г.

22. Авраамий " " 1555 г.

23. Михаил " " 1558–1560 г.

24. Авраамий " " 1560 г.

25. Константин упоминается в 1564 г.

26. Герман " " 1564 г.

27. Савватий " " 1565–69 г.

28. Павел " " 1573 г.

29. Иоанникий " " 1574 г.

30. Иов " " 1575 г.

31. Иосиф " " 1580 г.

32. Иов " " 1581 г.

33. Левкий " " 1587–89 г.

34. Иов " " 1596 г.

35. Герасим " " 1606–08 г.

36. Митрофан " " 1616–22 г.

37. Порфирий " " 1630–33 г.

38. Дионисий " " 1640 г.

39. Иоасаф " " 1641–48 г.

40. Варлаам " " 1649 г.

41. Иоаким " " 1651 г.

42. Авраамий " " 1662 г.

43. Варлаам " " 1665 г.

44. Тимофей " " 1665 г.

45. Павел " " 1666 г.

46. Тимофей " " 1680 г.

47. Феодосий " " 1682 г.

48. Тихон " " 1685–90 г.

49. Исаакий " " 1691 г,

50. Тихон " " 1692 г.

51. Иаков " " 1697 г.

52. Варлаам " " 1697–1708 г.

53. Досифей " " 1709 г.

54. Кириак – с 1713 г.

55. Никодим " " 1720 г.

56. Даниил " " 1726 г.

57. Павел – в 1726 г.

58. Питирим – с 1727 г.

59. Симеон " " 1735 г.

60. Кирилл " " 1736 г.

61. Феодосий " " 1760 г.

62. Ефрем " " 1762 г.

63. Соломон " " 1776 г.

64. Гервасий " " 1777 г.

65. Мисаил " " 1778 г.

66. Иоасаф " " 1791 г.

67. Феодорит " " 1795 г.

68. Филарет " " 1802 г.

69. Вениамин упоминается в 1809 г.

70. Мельхиседек " " 1810 г.

71. Августин " " 1818 г.

72. Парфений " " 1820 г.

73. Серафим " " 1836 г.

74. Лаврентий " " 1840 г.

75. Иоаким " " 1842 г.

76. Амвросий " " 1853 г.

77. Илларион " " 1860 г.

78. Досифей – с 3 ноября

79. Серафим (Чичагов) – 14 августа

Многие из этих начальников опочили в Спасо – Евфимиевом монастыре или в подведомых ему владениях. как, например, Ефрем, скончавшийся 12 мая 1774 года, погребен, по завещанию, в Липицах под бывшею там церковью. Некоторые удостаивались перевода на высшие места, как, например, предместник нынешнего настоятеля, архимандрит Илларион, – в ставропигиальный Яковлевский монастырь, а в 1788 году архимандрит Гервасий перемещен в ставропигиальный Бизюков монастырь, отсюда в новгородский Юрьев и потом в 1796 году хиротонисан в епископа, Иоасаф в 1675 году – в митрополиты казанские, Иов в 1506 году – в епископа на суздальскую епархию и Кирилл в 1520 году в архиепископа ростовского.

Привилегии здешних архимандритов в священнодействии дарованы первому основателю монастыря, преподобному Евфимию, "его же, как сказано в рукописи, святитель Иоанн посвяти во иеромонаха и архимандрита и повеле ему священнодействовати в митре сиречь и шапце и с рипидами, и вручи ему правление монастыря и паству духовную словесных овец". Право сие подтверждено было в начале прошлого столетия архиерейскою грамотою следующего содержания: "От преосвященного Игнатия епископа суздальского и юрьевского Спасова–Евфимиева монастыря архимандриту Кириаку. В нынешнем 714 году февраля в день бил челом ты нам преосвященному епископу в Суздале словесно, чтоб тебе служить в обители своей с палицами и с рипидами на ковре и мы о том преосвященному Стефану митрополиту рязанскому и муромскому докладывали; и как к тебе сия наша грамота придет и тебе – быв обители своей, или куды позовут, кроме соборныя церкви, с палицею и с рипидами на ковре служить по нашему благословению. Писана в Москве на нашем архиерейском дворе лета 1714 апреля в 1–й день". В недавнее время, по представлению бывшего настоятеля, о.архимандрита Иллариона, монастырь возведен в разряд 1–го класса, и с того времени, а может быть и ранее, литургийное служение совершается при отверстых царских вратах. По описи за 1660 год значатся в ризнице даже прикладные сулки к архимандричьим жезлам. В наличности их теперь не имеется. Вероятно этими преимуществами почтены были только лично некоторые из настоятелей.

Серафим Чичагов, священномученик

Цитировано по:

Слова и речи преосвященного Серафима Чичагова,

ныне епископа Кишиневского и Хотинского, произнесенные

им в бытность его священником и архимандритом, с

приложением составленных им: Летописного

очерка Зосимовой пустыни и Жития преподобного

Евфимия, Суздальского чудотворца. –

Кишинев : Епарх. тип., 1911. – С. 232.

Азбука веры

***

Молитва священномученику Серафиму Чичагову:

  • Молитва священномученику Серафиму Чичагову. Храбрый офицер, священник, а потом архипастырь-мученик, автор многих литературно-исторических трудов, в частности "Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря", послужившей канонизации преподобного Серафима Саровского, композитор, иконописец, врач, исследователь, разработавший своеобразную медицинскую систему. Священномученик Серафим Чичагов - покровитель православного воинства, врачей и ученых. Ему обращаются за молитвенной помощью в болезнях и немощах, при семейных неурядицах, укреплении веры в гонениях и искушениях

Акафист священномученику Серафиму Чичагову:

***

Житийная и научно-историческая литература о священномученике Серафиме Чичагове:

Труды священномученика Серафима Чичагова:

 

 
Читайте другие публикации раздела "Творения православных Святых Отцов"
 



Разделы проекта:

• Поиск
• Соцсети
• Карта сайта

• RSS-рассылка
• Subscribe
• Новые статьи

• О проекте
• Помощь
• О центре
• Контакты

• Библиотека
• Авторы
• Фильмы
• 3D-экскурсия

• Наша вера
• Догматика
• Таинства
• Каноны
• Литургика

• Церковь
• Благочестие
• О посте

• Буддизм
• Индуизм
• Карма
• Йога

• Иудаизм
• Католичество
• Протестанты
• Лжеверие

• Атеизм
• Язычество
• Секты
• Психокульты

Читайте нас в социальных сетях

• Ваши вопросы
• На злобу дня
• Книга

• Апологетика
• Наши святые
• Миссия

• Молитвослов
• Акафисты
• Календарь
• Праздники

• Мы - русские!
• ОПК в школе
• Чтения
• Храмы

• Нравы
• Психология
• Добрая семья
• Педагогика
• Демография

• Патриотизм
• Безопасность
• Вакцинация

• Оккультизм
• Веганство
• Гомеопатия
• Астрология

• Аборты
• Ювенальщина
• Содом ныне
• Наркомания

• Лженаука
• MLM

• Самоубийство



© Миссионерско-апологетический проект "К Истине", 2004 - 2021

При использовании наших оригинальных материалов просим указывать ссылку:
Миссионерско-апологетический "К Истине" - www.k-istine.ru

Контакты редакции

Top.Mail.Ru