Миссионерско-апологетический проект "К Истине": "Иисус сказал… Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня" (Ин.14:6)

ГлавнаяО проектеО центреВаши вопросыРекомендуемНа злобу дняБиблиотекаНовые публикацииПоиск


  Читайте нас:
 Читайте нас в социальных сетях
• Поиск
• Карта сайта
• RSS-рассылка
• Новые статьи
• Фильмы

• Это наша вера
• Каноны Церкви
• Догматика
• Благочестие

• Апологетика
• Наши святые
• Миссия

• Молитвослов
• Акафисты
• Календарь
• О посте

• Мы - русские!
• ОПК в школе
• Чтения
• Храмы

• Нравственность
• Психология
• Добрая семья
• Педагогика
Демография

• Патриотизм
• Безопасность

• Общее дело
• Вакцинация

• Атеизм

• Буддизм
• Индуизм
• Карма
• Йога
• Язычество

• Иудаизм
• Ислам
• Католичество
• Протестантизм
• Лжеверие

• Секты
• Оккультизм
• Психокульты

• Лженаука
• Веганство
• Гомеопатия
• Астрология

• MLM

• Аборты
• Ювенальщина
• Содом ныне
• Наркомания
• Самоубийство

Просим Вас о помощи нашему проекту:

WebMoney:
R179382002435
Е204971180901
Z380407869706

Яндекс.Деньги:
41001796433953

Карта Сбербанка:
4276 8802 5366
8952

Христианское воспитание детей


Трудное счастье усыновления

О страхах

В последнее время средства массовой информации активно продвигают тему усыновления детей-сирот. И увидев по телевизору очаровательных брошенных детишек, многие нередко задумываются: "А не могу ли и я стать тем, кто осчастливит этого ребенка?". Но сердечные порывы тормозятся вполне оправданным голосом разума. Смогу ли я понести такую ношу? Есть ли в моем сердце достаточный потенциал любви и терпения? Будет ли этот ребенок вызывать у меня такое же умиление, когда наступят неизбежные трудности? Итак, какие же сомнения относительно приемных детей имеют реальные основания, а какие являются ошибочными представлениями? На этот и некоторые другие вопросы, способствующие самоопределению потенциальных приемных родителей, отвечают руководитель патронатной службы школы-интерната № 55 г. Москвы – Агафонова Ольга Николаевна и психолог – Стрельникова Ольга Сергеевна.

– Что нужно понимать потенциальным родителям, чтобы решиться на такой серьезный шаг – взять приемного ребенка?

– Нужно понимать, что родить своего ребенка – естественно, а взять приемного – это выше естественного, в каком-то смысле – это подвиг. Здесь и высота больше, но глубина падения тоже. Своего ребенка не вернешь в детский дом, а относительно приемного всегда существует мысль, что откуда его взял, туда можно и вернуть. Не секрет, что процент отказа от приемных детей очень большой, по некоторым данным – около 25%. Хотя, надо сказать, что среди тех, кто отказывается, очень много бабушек-опекунов, которые не в силах растить своих внуков-подростков. Нередко и приемные родители отказываются от детей именно в подростковом возрасте, несмотря на то, что брали их маленькими.

– То есть подростковый кризис воспринимается как дурные гены, хотя на самом деле мы, из благополучных семей, вели себя в соответствующем возрасте не лучшим образом?

– Да. Но когда свои дети становятся дурными, не на кого жаловаться: гены свои, да своего и не денешь никуда. Про приемного же ребенка можно сказать, что, наконец-то, проявились его дурные гены, мы этого ждали-ждали и дождались. Если ребенок начинает пить-курить, родители могут подумать, что у него проснулась генетическая память, хотя причины могут быть совершенно другие: обычный подростковый кризис или нарушение взаимоотношений в семье.

– Какие же именно качества человека определяют гены?

– Гены определяют внешность, темперамент, уровень интеллекта. Считается, что потолок интеллекта врожденный. Можно сказать, что гены определяют потенциал человека. Но насколько реализуется этот потенциал – зависит от обстоятельств. Они могут не дать развиться врожденным способностям, например интеллекту.

– А такие явления как криминал, алкоголизм, наркомания определяются генами в какой-то мере?

– Все перечисленные явления являются социальными болезнями. Их возникновение зависит от окружения ребенка. Если он жил в семье алкоголиков, то алкогольная семья является для него образцом для подражания. Пример взрослых, конечно, действует на ребенка. Если ребенок видит, что мать ведет себя определенным образом, то у него запечатлевается, что женщина должна себя вести именно так. Но, помимо социальных образов и генов, есть еще и личный выбор человека – нравственный выбор, а нравственность не зависит от генов.

Потенциальным родителям также необходимо понимать, что в любом случае они берут психологически травмированного ребенка. Ему нужна не только любовь и забота, но и профессиональное понимание его проблем. С этой целью при нашей патронатной службе существуют курсы патронатных воспитателей. На них мы рассказываем об особенностях детей, переживших разлуку со своими родителями, о тех, которые всю жизнь прожили в детских учреждениях, а также о проблемах, которые могут возникнуть в процессе адаптации в приемной семье. Мы переориентируем людей с позиции обывателя на позицию профессионального отношения к такому ребенку. Пытаемся донести, что нужно быть не только родителем, но и воспитателем, то есть ориентироваться не только на свои чувства, но и использовать какие-то приемы, думать о том, что стоит за поведением ребенка.

– А чем именно детдомовские дети отличаются от домашних?

– Все детдомовские дети – это дети из неблагополучных семей. Они изъяты из семей больных алкоголизмом, наркоманией, либо это те дети, от которых матери отказались в роддоме, то есть дети с разной степенью травмированности.

Если говорить более конкретно, то брошенные дети отличаются в частности нарушением мотивации достижений. Ели у них что-то не получается, то, вместо того, чтобы сделать это несколько раз и добиться результата, они просто отказываются от этой деятельности. Им свойственна логика, что раз у меня это не получается, то я это не буду делать. В связи с этим часто возникают большие трудности с учебой, особенно актуальные, когда ребенок попадает в семью. При малейшей неудаче в учебе ребенок просто отказывается выполнять задание.

– Что же делать?

– Делать уроки вместе, хвалить ребенка за малейшее продвижение вперед, тем самым, поднимая его самооценку. У детдомовских детей низкая самооценка. Это объясняется тем, что, будучи оставлены родителями, они имеют представление о себе, как о "никому не нужных". Это закрепляется и отношением персонала, поскольку, если ребенок ведет себя хорошо в группе, то на него просто никто не обращает внимания. Реакция же взрослых следует только при плохом поведении, что поднятию самооценки это не способствует.

– Бытует мнение, что все детдомовцы – больные и ненормальные?

– Действительно, у всех детей, находящихся в детдоме, есть в какой-то мере эмоциональное, интеллектуальное либо физическое отставание. Но нельзя сказать, что они больные и ненормальные. Они просто отстают от своего возраста. Однако бывают случаи, когда и доходит до патологии.

– Что здесь можно сделать: смириться с тем, что ты берешь психологически травмированного ребенка, и последствия травмы останутся с ним навсегда, или можно что-то сделать, и что именно?

– Чем раньше была травма, тем меньше шансов, что последствия полностью сгладятся, поскольку, чем раньше была травма, тем большее количество сфер она затрагивает, тем больше шансов, что последствия ее будут сказываться всю жизнь. Но это не означает, что совсем ничего нельзя сделать. Но все равно ребенок, взятый в семью уже подросшим, будет отличаться от ребенка из обычной семьи.

А относительно того, что делать, то, прежде всего, нужно принять этого ребенка как своего. То есть не предъявлять к нему завышенных требований, оказывать ему всякую поддержку и стараться реабилитировать его в тех вопросах, которые у него особенно нарушены. Если есть задержка развития, то стараться ее компенсировать, если есть серьезные эмоциональные нарушения, то обращаться к специалистам. Необходимо уделять очень много тепла этому ребенку, гораздо больше, чем обычному, и гораздо больше терпения. Общий рецепт дать невозможно, потому что у каждого ребенка свои реабилитационные программы.

На наших курсах мы только намечаем возможные проблемы, но не даем конкретных рецептов решения этих проблем. Каждый патронатный воспитатель должен заниматься своим самообразованием, подключать и голову, и сердце к решению вопросов, которые возникают в связи с приемным ребенком.

Надо размышлять над каждым поступком ребенка, над его проявлениями и стараться искать выход, причем искать его творчески.

– Можно привести какой-нибудь пример творческого решения проблем?

– Одна наша очень хорошая патронатная воспитатель, мама двоих кровных и двоих приемных детей, женщина эмоциональная и с творческим мышлением, рассказала, например, про игру, которую она устраивает у себя в семье. Для того чтобы сблизить себя и приемных детей и в тоже время кровных не отдалить, она придумала игру в так называемые тайные письма, которые пишутся молоком. Каждый ребенок может написать ей личное послание, о котором никто не узнает, кроме нее и этого ребенка. Надо сказать, что она постоянно что-то придумывает и своим добрым отношением не вызывает ревности у детей. Первое время возникла сильная ревность со стороны младшей кровной девочки, потому что приемные дети оккупировали мать и не подпускали к ней кровных. Поэтому она стала придумывать разные способы для того, чтобы уделять внимание и кровным детям, и приемным. Например, наедине сказала своей младшей дочери, что она ее все равно любит больше всех.

– Разве это педагогично, ведь дочь расскажет об этом другим детям?

– Насколько мы знаем, она преподнесла ей это как секрет, который знают только они, который объединяет их без участия всех остальных. Возможно, если бы мать ей не сказала этих слов, то девочка так и не смогла бы принять приемных детей. Кроме всего прочего, нужно еще понимать, кому и что можно сказать. Эта девочка – очень умный, деликатный и продвинутый для своего возраста ребенок. Она никогда не скажет своим приемным братьям об этом, потому что, во-первых, понимает, что это может их обидеть, а во-вторых, осознает, что если она будет афишировать свои личные отношения с матерью, тем самым она этих отношений лишится.

Творческий подход состоит в частности в том, что бы найти подход к каждому конкретному ребенку. Для одного какой-то подход сработает, а для другого будет бесполезным или, наоборот, навредит.

– Действительно ли серьезна проблема и одна из основных причин возврата приемных детей – это сложность взаимоотношений кровных и приемных детей?

– Подобные возвраты происходят не из-за детей, а из-за взрослых. Кровные дети, как бы они сами не относились к приемным, все равно займут позицию родителей. Если родитель настроен на то, что приемный ребенок будет жить в семье, то дети, рано или поздно, примут эту позицию. Если же родители колеблются или начинают себя неправильно вести по отношению к приемным детям, то конечно, кровные дети повторяют и выявляют это как индикатор. Они просто показывают, что уже существует проблема отвержения семьей этого ребенка, но не дети являются ее причиной. Причина все равно в родителях.

Если в семье есть свои дети, то психологи рекомендуют брать приемных детей младше своих, чтобы установилась естественная иерархия.

Не стоит брать приемных детей, когда свои дети маленькие. При проявлении агрессии со стороны приемных детей, маленькие дети не могут защититься, конечно, у родителей сразу возникает желание вернуть приемного ребенка обратно. Хотя из этого правила есть и исключения.

 Правильные и неправильные мотивы

– Можно ли поделить мотивы взять ребенка на "правильные" и "неправильные", то есть те, которые принесут больше разочарований, чем радости?

– Неправильный мотив – это попытка решить внутрисемейную или личностную проблему за счет ребенка. Например, супруги чувствуют, что между ними холодок прошел, и думают: "Возьмем ребенка, и он нас объединит. Вместе будем ему помогать, объединяться вокруг него". Нет. Из этого ничего не получится. Надо сначала решить свои проблемы, ребенок только увеличивает их. Один родитель принимает сторону ребенка, другой не принимает, возникает соперничество, непонимание, ревность и прочее. В результате? Ребенок возвращается к нам.

Приведем другой пример. К нам приходит женщина, внутренне очень закрытая от других людей. Друзей у нее нет, она ни с кем не общается, можно сказать, что она сама себя заперла внутри себя. Она хотела взять ребенка, чтобы он ее вывел из внутреннего состояния одиночества, чтобы стал близким человеком, и через него она бы вышла на окружающий мир. Я не знаю, откуда у нее идет это глубинное одиночество, но она просто не может строить отношения с другими людьми. Но дело в том, что ребенок и сам травмирован, у него также нарушена и привязанность и доверие к миру, поэтому он только бы усугубил ее проблему, но не решил бы ее. Вероятно, у этой женщины были проблемы с доверием, она никому не доверяла и никому не хотела открываться. При этом думала, что ребенку как раз можно довериться. Но дело в том, что когда не доверяешь людям, то найдешь повод не доверять и ребенку. Намерение этой женщины взять ребенка было продиктовано попыткой решить через него свои внутренние психологические проблемы. Человек должен понять, что он хочет – что-то получить от детей или отдать. И правильный мотив – это как раз отдача.

– Что вы скажете по поводу "правильности" мотивов как альтруизм (желание помочь сироте), или желание иметь близкого человека рядом?

– Я считаю, что альтруистического мотива не может быть, за ним обязательно скрывается какой то иной. По поводу чистого альтруизма могу рассказать один пример. Была у нас одна семья, и, по крайней мере, казалось, что у них был чисто христианский мотив: жалко этих детей в детских домах, у них трое своих растет, почему бы не взять еще одного, тем более и деньги на его содержание платят. То есть мотив был такой, что и нам не трудно, и проблему детей сирот решим. Как выражалась эта мама: "Всем миром мы должны решить проблему детей сирот, как бы мне не было при этом трудно, к своим троим еще одного взять". Семья была православная, было благословение батюшки, дети ходили в воскресную школу. Но все-таки семья этого ребенка отвергла. Потому что растить своих – совсем не то же самое, что чужих. Альтруистического мотива оказалось недостаточно, чтобы в семье оказались ресурсы для воспитания приемного ребенка. Простые детские проблемы были для них решаемы. Но когда пришел ребенок с травматическим опытом, то принесенный им негатив оказался для них разрушительным.

Относительно мотива – иметь рядом близкого человека – надо сказать, что здесь также есть неправильность. Взрослый по отношению к ребенку не может рассчитывать на то, что тот станет ему близким человеком. Он может только сам стать близким человеком ребенку. Близкий человек – это тот, кто может оказать поддержку, ребенок же не может оказать таковую. Он может только рассчитывать на поддержку взрослого. Взрослому не стоит рассчитывать на то, что ребенок будет понимающим, заботливым и участливым. Взрослый для ребенка – как "дойная корова", из которой он вытягивает все: и эмоционально, и физически. Поэтому рассчитывать на отдачу со стороны ребенка было бы опрометчиво.

– Если женщина, у которой есть свои дети, берет еще и чужих, как понять ее мотив?

– Может быть, я приведу не самое корректное сравнение, но, как мне кажется, правильное. Есть такие женщины, у которых имеется избыток того, что они могут отдать. Они как кормилицы имеют столько "молока", что могут вскормить и своего, и еще десяток чужих. Также как есть женщины "молочные", так есть и женщины с избытком душевного тепла. Конечно таких людей единицы, но они есть. Это женщины с очень большим материнским потенциалом. В нашей патронатной практике есть такая женщина, у которой двое своих и двое приемных детей. Она работает только на отдачу, только на детей. Кроме детей ее больше в жизни ничего не интересует. Все мысли нацелены на то, как их вырастить. Даже деньги интересуют ее только в контексте того, как детей обуть, одеть и накормить. То есть происходит некая переориентация личности только на материнские заботы.

Еще один мотив, который можно назвать, это потеря собственного ребенка. Это "правильный" мотив, если так можно выразиться.

– А я как раз могу привести случай из своего детства, когда погиб мой одноклассник, и его мать – прекрасная, эмоционально теплая женщина – через некоторое время взяла приемного ребенка. Это был мальчик примерно такого же возраста. Насколько я слышала потом из разговоров, у них так и не возникло близких отношений, приемный мальчик так и остался чужим.

– Я могу прокомментировать эту ситуацию. Дело в том, что в таких случаях не советуют брать ребенка того же пола и того же возраста. Замещение – неправильный мотив. Приемный ребенок никогда не сможет заменить родного. Поэтому, например, если девочка погибла, то надо взять мальчика, чтобы не было никакого сравнения, никаких параллелей. Ребенок должен быть совершенно другим. Надо чтобы с новым ребенком начиналась новая жизнь. А если родители берут такого же мальчика и думают, что он заменит им прежнего, что он будет такой же, то обязательно увидят, что это не так, и тогда наступает разочарование. К нам часто приходят люди, которые потеряли своего ребенка и просят подобрать им ребенка такого же пола и возраста, мы их отговариваем.

Также нужно, чтобы люди пережили полностью свое горе. Есть определенные стадии переживания горя. Если же человек "застрял" на одной стадии, то ему брать ребенка еще нельзя, хотя он иногда и хочет. Хочет вроде бы заполнить пустоту, приходит, плачет, просит: "Дайте мне сейчас прямо, сейчас, потому что я не могу в пустой квартире находиться". Но так нельзя, потому что человек должен полностью пережить это внутренне, проделать работу по переживанию своего горя. Боль и память о своем ребенке останется на всю жизнь. Речь о том, чтобы человек не находился в острой фазе своего горя, когда он не может спокойно говорить о своем ребенке, когда любая вещичка ребенка вызывает слезы. Когда же он уже может спокойно говорить, значит, психологически способен взять приемного ребенка.

Еще есть мотив – "опустевшее гнездо", когда родители вырастили своих детей, тем уже по двадцать лет, внуков еще не предвидится, а потенциал родительский еще очень большой. Это хороший мотив. Как и отсутствие собственных детей. Это, наверное, самый хороший мотив. Имеется ввиду хороший в плане успешного построения приемной семьи. Когда семейной паре уже около сорока, а детей у них нет, они часто воспринимают приемного ребенка как родного.

– Были ли случаи возврата приемных детей в практике вашей школы-интерната и с чем именно они были связаны?

– Они были связаны как раз с тем, что не была выявлена истинная мотивация людей. В нашем интернате было пять возвратов. Эти семьи были не готовы к принятию ребенка. Им нужен был ребенок не для того, чтобы реализовать свой родительский потенциал, а для других целей. В одной семье – это была попытка решить внутрисемейные проблемы, в другой – чистый альтруизм, чуть-чуть может быть "замутненный" тем, что за ребенка все-таки платят деньги. В другом случае, казалось бы, мотив неплохой – "опустевшая гнездо", а оказалось, что это была попытка профессиональной самореализации. То есть человек брал ребенка не для того, чтобы мамой стать. Педагог по образованию, у которого не сложились отношения в школе, взял ребенка дл того, чтобы с ним заниматься всяческого рода педагогическими изысками, развивать, развивать и развивать его. Ребенок пришел в семью, а у него игрушек нет. Спрашиваю: "Почему нет?" "Мы готовимся к школе". Ребенок готовится к школе так, что у него даже времени поиграть нет. Ей доставляло удовольствие именно учить. Но что ребенку надо – об этом она не особенно задумывалась, т.к. это было на втором плане. Все остальные озвученные нам проблемы были просто поводом для возврата.

Еще была одна причина – очень трудное поведение, действительно трудное. У мальчика была большая агрессия, может быть, даже психическое отклонение, сильная склонность к аффектам. Но может быть, причина была в том, что именно эта семья ему не подходила. Этому мальчику нужны были жесткие границы, которые эта семья не могла установить, в ней не было мужчины. Здесь не принято было так вызывающе себя вести. Есть разные семьи, в некоторых, если ребенок периодически устраивает истерики, это воспринимается нормально, потому что и взрослые здесь так же себя ведут. А есть случаи, когда экспрессивный ребенок переворачивает мебель, а взрослые уже хватаются за сердце – им кажется, что он что-то ужасное творит. Но, правда, эта семья от него не отказалась окончательно и берет его на выходные.

– А что, есть такие семьи, которые воспринимают перевернутую детьми мебель как норму?

– Например, та женщина, которая четверых воспитывает, достаточно строгая и пресекает подобное на корню. Она может и силу применить, и не боится этого. А вышеописанная семья испытывает страх перед его вспышками, и это самое плохое в данном случае.

– Как сказал Толстой в своем бессмертном творении "Все счастливые семьи похожи друг на друга, а все несчастные несчастны по-своему". Действительно ли есть что-то общее, присущее людям, выстроившим счастливые приемные семьи?

– Счастливые приемные семьи объединяет желание иметь ребенка, наличие психологического пространства для ребенка: то есть для него должно быть свободное место, отсутствие завышенных требований по отношению к ребенку, надо принимать его таким, какой он есть, с чем-то смиряться. Если же не смириться, то возникнет разочарование, будет расти раздражение, ребенок будет отторгаться. Должна быть готовность справляться с трудностями, поддержка со стороны ближайшего окружения. Люди, которые воспитывают приемного ребенка, тратят очень много душевных сил и тоже нуждаются в поддержке.

– Каков размер государственного пособия на содержание приемного ребенка и как решается вопрос с жильем при его совершеннолетии?

– Мы можем сказать только про такую форму устройства как патронат. Зарплата патронатного воспитателя – 3,5 МРОТ, и также выплачивается пособие на питание ребенка в размере около 6 000 рублей ежемесячно. А еще мы обеспечиваем ребенка комплектом одежды.

Относительно жилья можно сказать, что если ребенок не может вернуться на закрепленную жилплощадь, если таковая у него имеется, то к своему совершеннолетию он получает жилье. В нашем интернате как минимум двадцать человек в год получают квартиры. Но я могу говорить только о ситуации в Москве, относительно других регионов у меня нет информации. Но, видимо, там мало кто получает жилье.

– Не будет ли ребенок упрекать приемных родителей в том, что они плохие, потому что не родные, особенно в подростковом возрасте?

– Я думаю, что это зависит от отношений, которые сложатся с ребенком. Родные дети в подростковом возрасте могут выдавать своим родителям не менее "приятные перлы". Одна наша девочка уже два года живет в семье, но до сих пор в кризисных ситуациях попрекает родителей тем, что они не родные, и поэтому она их слушаться не будет. В данном случае можно посоветовать приемным родителям каждый раз задумываться, что стоит за этими словами. Если ребенок говорит: "Я вас ненавижу", то это совсем не значит, что он действительно ненавидит. Это просто значит, что в этот момент ему очень плохо, и он недоволен тем, что делают родители.

– Как правильно себя вести приемным родителям с соседями, детьми на детской площадке или в школе? Что делать, если в приемных детей будут тыкать пальцем или просто коситься на них, потому что они детдомовские?

– Если человек будет спокойно относиться к тому факту, что он взял детей из детского дома, то и окружающие будут воспринимать ситуацию соответственно. Если же человек будет сразу убегать на другую детскую площадку, спасаясь от расспросов знакомых, то как раз это вызовет у них подозрения. Лучше говорить правду. Люди не настолько интересуются чужими проблемами, чтобы предавать этому большое значение. Через некоторое время об этом перестанут думать, потому что у всех хватает свих проблем. Надо занимать позицию, что в этом поступке нет ничего постыдного, я сделала это и горжусь этим. Одна семья научила своего шестилетнего приемного мальчика так отвечать на вопрос: "Плохо или хорошо, что ты живешь в приемной семье?" – "Это не хорошо и не плохо, – отвечал мальчик. – Это факт нашей жизни".

– Можно ли рассчитывать на то, что приемный ребенок полюбит новых родителей?

– Ребенок привязывается к тому и любит того, с кем он находится в данный момент вместе. Если родной родитель находится далеко от ребенка и у них нет непосредственных отношений, то приемный родитель становится более близким человеком. Ребенок общается с ним изо дня в день, делится с ним своими чувствами, проблемами, поэтому приемные родители становятся такими же значимыми людьми, как родные. Об этом свидетельствует весь существующий опыт. Даже если раньше у ребенка была психологическая связь с кровными родственниками, то она отпадает или слабеет. Приемный ребенок так сильно тянется к приемным родителям, что это идет в ущерб отношениям с кровными родственниками. Он, скажем так, жертвует отношениями с кровным родственниками в пользу приемных, потому что чувствует, что здесь его дом, здесь его близкие люди, а кровные и приемные родственники не совместимы между собой.

Любовь ребенка также зависит от того, насколько его полюбят патронатные родители, потому что ребенку свойственно отвечать на любовь. Если родитель в душе отвергает ребенка и просто пытается лепить из него что-то, то рассчитывать на ответную любовь особенно не приходится. Отношения детей к родителям – это зеркало отношения родителей к детям. Что взрослый отдает, то и получает. Больше отдает, больше и получит. Также надо сказать, что разные дети в большей или меньшей степени способны к отдаче, то есть способность любить зависит от индивидуальных особенностей ребенка.

Наталья Смирнова

Православие и мир - 17.03.2009.

 

 
Читайте другие публикации раздела "Христианское воспитание детей"
 

Миссионерско-апологетический проект "К Истине"

Читайте также:



© Миссионерско-апологетический проект "К Истине", 2004 - 2017

При использовании наших оригинальных материалов просим указывать ссылку:
Миссионерско-апологетический проект "К Истине" - www.k-istine.ru