Миссионерско-апологетический проект "К Истине": "Иисус сказал… Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня" (Ин.14:6)

ГлавнаяО проектеО центреВаши вопросыРекомендуемНа злобу дняБиблиотекаНовые публикацииПоиск


  Читайте нас:
 Читайте нас в социальных сетях
• Поиск
• Авторы
• Карта сайта
• RSS-рассылка
• Новые статьи
• Фильмы
• 3D-экскурсия

• Это наша вера
• Каноны Церкви
• Догматика
• Благочестие

• Апологетика
• Наши святые
• Библиотека
• Миссия

• Молитвослов
• Акафисты
• Календарь
• Праздники

• О посте

• Мы - русские!
• ОПК в школе
• Чтения
• Храмы

• Нравственность
• Психология
• Добрая семья
• Педагогика
• Демография

• Патриотизм
• Безопасность

• Общее дело
• Вакцинация

• Атеизм

• Буддизм
• Индуизм
• Карма
• Йога
• Язычество

• Иудаизм
• Католичество
• Протестантизм
• Лжеверие

• Секты
• Оккультизм
• Психокульты

• Лженаука
• Веганство
• Гомеопатия
• Астрология

• MLM

• Аборты
• Ювенальщина
• Содом ныне
• Наркомания
• Самоубийство

Просим Вас о
помощи нашему
проекту:

WebMoney:
R179382002435
Е204971180901
Z380407869706

Яндекс.Деньги:
41001796433953

Карта Сбербанка:
4276 8802 5366
8952

Вопросы православной миссии и катехизации


Первый на деревне. Священник пытается пробудить сельскую жизнь

От Костромы ближе до Москвы, чем до села Поназырево Костромской области. Здесь живут три с половиной тысячи жителей, и их число постоянно уменьшается. Протоиерей Евгений Кетов строит в Поназыреве храм, в местной исправительной колонии окормляет общину заключенных, в селе создает реабилитационный центр для бывших узников. А еще колет дрова, растапливает чугунную печь и своими руками чинит автомобиль. Наш репортаж - просто зарисовка с натуры, где многие вещи говорят сами за себя.

Сельская новь

...В селе Поназырево пустынно и тихо. Может, это только сегодня - когда тридцатиградусный мороз загнал всех местных жителей по маленьким деревянным домам? Почти вся молодежь уехала в города: в самый близкий - Шарью, в Кострому или в Москву. У старушки Валентины Петровны дочка улетела в Майами. Валентина Петровна ходит в гости к подруге, которая живет на соседней улице. Подруга коротает вечера за просмотром научно-исторических фильмов BBC на DVD-плеере. В них попадаются кадры американских городов - в такие моменты подруга всегда зовет Валентину Петровну к экрану.

...Снег под ногами скрипит. Январские сугробы - по пояс. Они лежат вдоль дорог, там, где летом обочины. Напротив каждой калитки - нет, не протоптанная в снегу тропинка, а скорее, прорытый в снегах "каньон".

...Большой деревянный храм во имя св. Ксении Петербургской в Поназыреве стоит недостроенным. Он тоже густо упакован снегом: снаружи и изнутри. Строители успели возвести стены, а крышу сделали только на треть - на сколько хватило собранных летом средств. В соседних рощах, откуда бригады лесорубов обычно поставляют лес, замело все тропы - мужики физически не могут туда проехать. А значит, достраивать крышу храма не из чего. А значит, то, что уже построено, может за зиму и весну просто сгнить. Этого больше всего боятся прихожане и стараются найти деньги на покупку хотя бы чего-то, чем можно покрыть недостроенный храм сверху.

В Поназыреве была обустроенная церковь, но сгорела. И пока строится новый храм, верующие собираются на службы в обыкновенном кирпичном доме. Там оборудовано все необходимое: алтарь и чугунная печка. На улице - минус 30, а в доме - минус 10. Вода крещенская за ночь в ведре замерзла. Так и молятся прихожане, выпуская изо рта сероватые струйки пара. И хотя этот дом, предоставленный просто доброжелателем, уже выставлен на продажу, прихожане не унывают. У них есть утешение - настоятель. Отец Евгений Кетов.

Не повод для уныния?

Отец Евгений много улыбается.

Он улыбается, когда рассказывает, что старый храм сгорел вместе с его личными вещами и книгами.

Он улыбается, когда говорит, что его приход - примерно тридцать человек на три с половиной тысячи жителей, и это очень мало, но постоянной паствы еще меньше, потому что люди постоянно уезжают на заработки в города.

Он улыбается, когда констатирует, что "градообразующее предприятие" в Поназыреве - это исправительная колония № 2 Костромской области, поэтому жители села делятся на две равные категории: одни сидели, другие их охраняли.

Он улыбается, даже когда его автомобиль утром не заводится на морозе.

Вообще машина сельского священника - почти всегда красноречивый пример упования на волю Божью. Такой автомобиль работает на честном слове и развалиться может на ближайшей кочке. Но именно от возможности передвижения часто зависит сама возможность служения: сельский батюшка и в захолустные деревни на этой машине пробирается, и в Москву за сотни километров отправляется на ней же.

Старенький автомобиль отца Евгения - едва ли не единственный динамично перемещающийся объект на фоне застывшего поназыревского пейзажа. Снаружи это - Audi. А под капотом - гибрид из "Москвича" и "Жигулей". Родные детали давно списаны. Механики в автосервисах думают, что отец Евгений над ними издевается. А батюшка, наверное, просто улыбается им в ответ.

Я вспоминаю слова Чехова: "Люди, которые давно носят в себе горе и привыкли к нему, только посвистывают и задумываются часто". Но тут же понимаю, что это - совсем не про отца Евгения. Казалось бы, сгоревший храм и отсутствие ясных перспектив по постройке нового - чем не повод для уныния? Но священник улыбается. У него много трудностей, но горя нет...

- ...У меня есть испытания, - будто подхватывает мою мысль отец Евгений, когда мы с ним стоим внутри недостроенного храма. - А в испытаниях Господь посылает утешения...

И тут же рассказывает историю, как удалось возвести стены нового храма. Когда старого храма не стало, а спонсоров пока не нашлось, отец Евгений поехал в Санкт-Петербург - помолиться блаженной Ксении Петербургской, ведь церковь в Поназыреве должна быть освящена в ее честь. Рядом с часовней с мощами святой люди всегда просят милостыню, священник подал каждому, и только одна старушка вдруг сказала ему:

- Мне денег не нужно. Вы скажите, с какой бедой приехали?

Как она узнала, что именно с бедой? Отец Евгений ответил:

- Храм сгорел.

А старушка вдруг говорит:

- Я постараюсь вам помочь.

Через несколько дней в Поназырево приехал грузовик со стройматериалами. Так началось строительство новой церкви. У бабушки оказались добрые знакомые.

Кормчие

Отец Евгений окормляет общину заключенных в исправительной колонии № 2 села Поназырево. Мне показалось, что в этом - тоже его утешение. Потому что здесь - на зоне - многое уже получилось: с нуля построен храм. Его торжественно освятили в честь святого праведного Иоанна Кронштадтского в 2009 году. До этого в колонии была только молельная комната.

Тюремный храм расписывал один из заключенных, иконописец по профессии. Сейчас он уже освободился - и отец Евгений рассказывает об этом не улыбаясь. Дело в том, что, выйдя из колонии, вчерашний прихожанин тюремного храма совершенно пропал из виду и - по доходящим до батюшки отрывочным сведениям - запил.

- Как я ни уговаривал, он не захотел остаться со мной в селе, - вспоминает отец Евгений.

Не секрет, что самое сложное для только что освободившегося узника - сделать первые шаги на воле и не сорваться обратно в прежнюю среду. Чтобы вчерашних осужденных хотя бы минимально обезопасить, отец Евгений формирует в Поназыреве своего рода реабилитационный центр. "Своего рода" - потому что формально никакой организации не существует. "Надо дело делать, вывески потом повесим", - считает священник. Но в реальности освободившимся из поназыревской колонии есть куда идти: в старый деревянный дом с огромной белой печью, где отец Евгений настоятельно предлагает приют бывшим прихожанам тюремного храма.

- Я убедился на собственном опыте: если человек сразу после освобождения хотя бы две-три недели у меня живет - потом к преступлениям не возвращается, - рассказывает Евгений.

Побывав в таком "доме милосердия", понимаешь почему. В нем живут совершенно обычной жизнью, но от такой "обычности" в заключении быстрее всего и отвыкают. В каком-то смысле именно она и есть норма: жить мирно с соседом и быть с ним вежливым, работать, чтобы обедать, заниматься хозяйством, отдыхать, читать книги и смотреть фильмы и так далее.

По узкому "каньону", проторенному в метровых сугробах, бывший осужденный Дмитрий идет к колодцу за водой. На улице по-прежнему минус тридцать, и я с ужасом наблюдаю, как он без перчаток переливает воду из ведра в узкое горлышко канистры, плеская себе на руки. Я только глубже прячу руки в карманы, а голову - в плечи.

В доме Дмитрий растапливает большую белую печь. Он увлеченно объясняет мне - городскому жителю - принцип ее устроения. Огонь разгорается, и я, страшно благодарный, прижимаюсь к теплой печи окоченевшими руками. А Дмитрий берет железную кружку, разбивает ею ледяную корку и зачерпывает из ведра ледяной крещенской воды.

- Я собираюсь уйти в монастырь, - говорит Дмитрий. - Если Господь призовет...

Бывший осужденный говорит об этом серьезно и без пафоса. Это не красивая поза, не лихая удаль неофита и не попытка убежать от реальности. Это просто обдуманное решение.

К вере Дмитрий пришел в колонии. Был старостой тюремного храма. За отца Евгения держится, как за спасательный круг. Оно и понятно: кроме дома и порядочной жизни, батюшка готов предложить своим подопечным еще и конкретное дело - построить в Поназыреве церковь. Для некоторых это становится почти что миссией.

- Я строю корабль, - говорит бывший осужденный Владимир.

По специальности он - художник по дереву. Речь у него образная. Слово "корабль" он повторяет много раз - оно точно передает, что значит для него строительство храма:

- Я строю корабль... Да, это мой корабль, который понесет нас к новой жизни. На этом пути будут бури, но на нашем корабле мы через них пройдем. В нем есть где укрыться. Но чтобы на нем плыть, нужны силы. У нас на корабле есть кормчий. И с ним мы будем идти вперед и вперед...

В каком-то смысле этот кормчий - отец Евгений: община бывших осужденных держится исключительно на его авторитете и уверенном энтузиазме. Но попутно с ресоциализацией священник вводит своих подопечных и в мир подлинной церковной жизни. А значит, рядом с этими людьми всегда и другой - главный - Кормчий.

Невысокая мораль

В тюремном храме святого праведного Иоанна Кронштадтского отец Евгений с осужденными служит молебен, на котором также присутствуют: начальник колонии подполковник внутренней службы Олег Николаевич Бачериков, замначальника колонии подполковник внутренней службы Алексей Николаевич Глущенко и пресс-секретарь УФСИН по Костромской области Ольга Юрьевна Юдина. Тяжеловесное перечисление должностей, званий и имен-отчеств выглядит в тексте неуместным. Столь же неуместным мне показалось видеть в этих офицерах, как это часто бывает, "элементы механизма исполнения наказания", а не живых людей.

- Когда человек заходит в храм, участвует в богослужении - кроме сознания, включается еще и подсознание, - говорит Алексей Николаевич Глущенко. - А на уровне подсознания нет разделения на осужденных и надзирателей, на обычные для зоны "враждующие лагеря".

Алексей Николаевич - статный, открытый и обаятельный офицер. Никогда раньше такого в колониях не встречал. Отец Евгений о нем говорит: "хороший человек, настоящий мужик, осужденные его уважают". Я тоже зауважал этого офицера, когда он в тридцатиградусный мороз рассказывал, что на каждое Крещение погружается в прорубь...

- Когда осужденный и сотрудник колонии причащаются из одной Чаши, понимаешь, что рядом с тобой - да, преступник, который отбывает наказание, но ты не смеешь его осуждать, - говорит один из офицеров. - Преступник - человек, который оступился, но это не значит, что на нем можно поставить крест: мол, все - пропащий. У него есть шанс исправиться. Ему нужно помочь и сделать так, чтобы он не вернулся сюда после освобождения...

Осужденные, которые ходят в храм, как раз полны решимости не возвращаться. В общине тюремной романтики типа "не в последний раз на зоне" нет и в помине. И для многих осужденных мысль о начале новой жизни напрямую связана с тем, что они приобретают в церкви.

- Мы сидим в тюрьме, чтобы каяться, - говорит осужденный Игорь. - А покаяние нужно, чтобы выйти на свободу и не совершать старых грехов.

В иной ситуации такие слова можно было счесть всего лишь высокой моралью, но сейчас они звучат из уст заключенного - просто и взвешенно. И им веришь.

- А можно, теперь я у Вас спрошу, - неожиданно говорит Игорь.

- Конечно...

- Мне кажется, очень полезно в вашем журнале печатать статьи богослова Алексея Осипова. Нам здесь это нужно, важное чтение такое...

Книги и бревна

До Поназырева отец Евгений служил в монастыре: его пригласили, потому что очень нужен был семейный священник - некоторым паломникам найти контакт с таким батюшкой проще, чем с монахами. До монастыря он построил храм в большом районном центре в Курганской епархии, с нуля организовал приходскую жизнь.

Я спросил отца Евгения:

- Вам не обидно, что теперь Вы в деревне, где постоянной паствы - человек пятнадцать-двадцать?

- Никогда об этом не думал... - ответил отец Евгений и улыбнулся.

- Нет, служить здесь - закаляет силы. Я многому учусь. Правда, чувствую, что коснею. Когда меня в своем время перевели из города в монастырь, я был страшно рад: Литургию служил четыре раза в неделю и святоотеческую литературу читал каждый день по три-четыре часа минимум. Семья разрослась до семи человек. А здесь, в Поназыреве, заботы хозяйственные - строительство, доски, деньги, отопление... Читать времени нет. А от этого и проповеди труднее идут, даже речь более сбивчивой стала, как я чувствую... Раньше проповедь как будто сама лилась... Да нет, это все восстанавливается. Надо просто несколько месяцев много читать - и голова на место встанет...

- Вот храм достроите - полегче будет... - попытался утешить я.

Отец Евгений в ответ улыбнулся. А потом как будто спохватился:

- Ну, я поеду. Нам бревна привезли...

Константин Мацан

Фома - 26.03.2012.

 

Журнал "Фома"

 

 
Читайте другие публикации раздела "Основы православной миссии и катехизации"
 

Миссионерско-апологетический проект "К Истине"

Читайте также:



© Миссионерско-апологетический проект "К Истине", 2004 - 2018

При использовании наших оригинальных материалов просим указывать ссылку:
Миссионерско-апологетический "К Истине" - www.k-istine.ru

Рейтинг@Mail.ru