Миссионерско-апологетический проект "К Истине": "Иисус сказал… Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня" (Ин.14:6)

ГлавнаяО проектеО центреВаши вопросыРекомендуемНа злобу дняБиблиотекаНовые публикацииПоиск


  Читайте нас:
 Читайте нас в социальных сетях
• Поиск
• Карта сайта
• RSS-рассылка
• Новые статьи
• Фильмы
• 3D-экскурсия

• Это наша вера
• Каноны Церкви
• Догматика
• Благочестие

• Апологетика
• Наши святые
• Миссия

• Молитвослов
• Акафисты
• Календарь
• Праздники

• О посте

• Мы - русские!
• ОПК в школе
• Чтения
• Храмы

• Нравственность
• Психология
• Добрая семья
• Педагогика
• Демография

• Патриотизм
• Безопасность

• Общее дело
• Вакцинация

• Атеизм

• Буддизм
• Индуизм
• Карма
• Йога
• Язычество

• Иудаизм
• Католичество
• Протестантизм
• Лжеверие

• Секты
• Оккультизм
• Психокульты

• Лженаука
• Веганство
• Гомеопатия
• Астрология

• MLM

• Аборты
• Ювенальщина
• Содом ныне
• Наркомания
• Самоубийство

Просим Вас о
помощи нашему
проекту:

WebMoney:
R179382002435
Е204971180901
Z380407869706

Яндекс.Деньги:
41001796433953

Карта Сбербанка:
4276 8802 5366
8952

Христианский брак, семейное счастье


"От пятнадцати до сорока пяти"

В силу специфики моей профессии, я не могу говорить об отношениях мужчины и женщины ВООБЩЕ, а могу говорить об этом сугубо СПЕЦИАЛЬНО. И естественно, я не могу претендовать на полноту раскрытия темы.

"Миссионерство посредством печатания"

Я журналист, редактор и моя задача - преодолевать стереотипы о Православии и раскрывать мир православной веры теми способами и средствами, которыми обладает журналист. В чем особенность этих средств? Прежде всего, в том, что прямого, личностного соприкосновения со своим собеседником у журналиста нет. Он пишет, а не говорит, и, естественно, его никто не может перебить. И сам характер такого общения, происходящего в переписке (хотя журналист рано или поздно все-таки вступает с читателем в диалог, получая отклик на свои статьи) дает возможность каждой из сторон сделать паузу и серьезно обдумать свою позицию. В какой-то степени это, конечно, облегчает работу. Потому что тяжелее всегда тому, кто находится "на переднем крае", тому, кто говорит, глядя в глаза своему собеседнику. В общем, для меня журналистика - это миссионерство посредством печатания.

В письмах, которые приходят в нашу редакцию и посвящены "теме любви", как правило, присутствуют два момента: либо это попытка каким-то образом оправдать "гражданский брак" (1), либо попытка, как это ни парадоксально, оправдать измену собственного супруга (чаще всего измену мужа). В таких случаях женщина говорит примерно следующее: "Меня он любил недостаточно. Во всем виновата я сама, поэтому я отпускаю, прощаю и благословляю его на новую жизнь, с новой женщиной" (2). При этом сама супруга очень сильно страдает и переживает. Я думаю, что все эти ситуации связаны с тем, что человек абсолютно не понимает: что такое брак? где он начинается? что означает вступление в брак и разрыв этих отношений?

С точки зрения современной православной журналистики темы "любовь" и "семья" являются наиболее распространенными и болезненными для нашего времени. В основном, она интересует людей от пятнадцати до сорока пяти лет. Почему? Примерно в пятнадцать лет в человеке просыпаются серьезные чувства, первая любовь. А лет в сорок-сорок пять очень часто происходит кризис в семье, кто-то из супругов уходит, решается на второй брак. Но на протяжении жизни эта тема, так или иначе, возникает.

По своему журналистскому опыту могу сказать, что те, кто вступает в подробный разговор о любви и семье - это люди, которым исполнилось примерно лет двадцать. И чаще всего - это женщины. Из опыта журналистского общения мне кажется, что женщины острее переживают проблему чистоты отношений и в большей степени стремятся понять для себя, правильно ли построены отношения с их избранниками?

Мне кажется, что женщины намного болезненнее все это переживают и более хотят быть не просто "любимыми женщинами", но - ЖЕНАМИ. Во время последней переписи населения людям дана была возможность ответить на вопрос (не проверяя по документам): "состоят ли они в браке?" Результаты были поразительные. Намного большее число женщин, нежели мужчин ответили на этот вопрос утвердительно. Соответственно, получается, что существует довольно большое количество мужчин, которые не считают живущих с ними женщин супругами, в то время, как женщины видят в этих мужчинах своих мужей. Понятно, конечно, что это те самые "гражданские браки".

"Презумпция невиновности помыслов"

Прежде, чем перейти к тому, а как же мы ведем себя в диалоге на семейные темы, я хочу сказать, что главное положение, на которое мы опираемся - это "презумпция невиновности помыслов" людей. Это не означает, что человек, живущий в "гражданском браке", совершает нечто прекрасное (такие отношения ни к чему хорошему не ведут). Но я как православный человек понимаю, что причиной такого сожительства является неумение различать добро и зло. И многие, особенно девушки, искренне думают, что совершают нечто хорошее или, по крайней мере, избегают большего зла.

Среди православных людей, которые обсуждают эту тему, существует устойчивое мнение, что нецерковные люди вступают в "гражданский брак" и оправдывают его исключительно из своекорыстных и злых побуждений, считают, что нецерковные люди жаждут получить от "гражданского брака" наслаждение и затем предать своего партнера.

Конечно, зачастую за отказом регистрировать свои отношения в ЗАГСе таятся внутренние проблемы. Такие, как нежелание сделать настоящий выбор, недолюбовь друг к другу, непонимание сути любви, нежелание идти на жертвы.

Однако, по моему мнению, все не так просто.

Во всем виновата форма?

Мы ведь видим в наше время множество семей, которые внешне не распадаются, но совершенно потеряли не то что христианскую, а обычную, человеческую близость и искренность в любви. Такие семьи сохраняются просто в силу привычки, комфортности и удобства, например, жилплощади. Люди сосуществуют лишь формально, не обращая ни малейшего внимания друг на друга. Самое страшное здесь то, что любую разобщенность, ложь, лицемерие супругов видят их дети. Очень часто, вступая в диалог с защитниками "свободной любви", мы сталкиваемся с людьми, которые с самого детства имеют опыт жизни в такой семье (или же опыт жизни в неполных семьях).

Ребенок уже с детства чувствует и знает катастрофу, которая произошла в его семье. И, пытаясь уберечься от подобного сценария своей жизни, человек зачастую совершает попытку пройти другим путем и не повторять ошибок своих родителей. Прежде всего, человек хочет любви. Ему кажется, что, если в зарегистрированном браке (а иногда и венчанном) любви не присутствует, то, скорее всего, причина заключается в ФОРМЕ БРАКА, то есть пресловутом "штампе в паспорте". Человек начинает видеть в нем причину зла (которая находится, конечно, в содержании, в характере отношений самих людей, в их греховности).

В этом смысле все люди (защитники "гражданского брака"), независимо от возраста, с которыми мы вели разговор, валили все на форму, совсем не задумываясь о собственных грехах и ошибках. Но особенно много аргументов, связанных с высокомерно-презрительным выражением: "Зачем мне этот штамп в паспорте?" слышны, конечно, от людей молодых. Мне кажется, что это связано с особенностями и особенным отношением молодого человека к форме. В прошлом я сам активно участвовал в анархистском движении. И для меня очень хорошо понятно и очевидно, что большинство молодых людей, которые мнят себя анархистами, борцами с любым формализмом, с любой "окостенелой обрядностью" и т.д., зачастую сами являются страшными формалистами. Например, среди анархистов - людей, отрицающих все, - тут же становилось модным определенное поведение, одежда, привычки, характер отношений и т.д. И все это мгновенно принимало формы неприятия любого иного поведения. Получается, что анархизм - крайняя свобода - делался сразу же крайне тоталитарным.

Но за примерами того, как свобода оборачивается другой стороной, можно и не ходить так далеко. В наши дни, стоит одному человек проткнуть себе губу, и тут же это повторяют десяток других молодых людей. Недаром существует такое понятие, как "молодежная мода". А ведь подлинная духовная свобода предполагает видение самой сути вещей. Для молодого же человека, зачастую, очень трудно отделить форму от содержания. Он страшный формалист. И ему кажется, что причиной развода, на самом деле, является штампик в паспорте.

Ему кажется, что вся беда состоит в том, что люди приняли друг перед другом некие формальные обязательства. А вот если бы они их не приняли, то все было бы (как кажется молодому человеку) по-другому. Тут как раз и возникает идея, что свободное сожительство, "гражданский брак" - это самое лучшее средство для того, чтобы избежать формализации семейных отношений и впоследствии создать настоящую, глубокую, серьезную семью.

Проверка крепости чувств

Парадокс здесь заключается в том, что в России, как мне кажется, не так сильно распространено западное представление о том, что неформальность отношений нужна просто для того, чтобы просто удобнее было получать удовольствие (по крайней мере, я вижу это на примерах писем, которые приходят в "Фому"). От многих своих знакомых, побывавших на Западе, я слышал, что там сложилась та классическая система отношений, которая и называется "free love": "Мне приятно и хорошо с тобой, однако я не хочу ничем тебя обременять. Соответственно, и ты меня ничем не обременяй". Такая "философия жизни" предполагает измену в любой момент. Причем, почти совершенно морально УЗАКОНЕННУЮ сознанием партнеров измену.

У нас по форме все похоже, но содержание, думается, все же иное. По крайней мере, в интеллигентных, образованных семьях, в среде молодых людей, сохраняется очень серьезное, бескорыстное, даже, можно сказать, романтическое, "остаточно-христианское" отношение к браку. И любовь, прежде, чем перерасти в семейную жизнь, должна пройти испытание "гражданским браком". Логика такая: "если мы увидим, что наши чувства подлинные, то мы пойдем под венец и создадим настоящую семью".

Мотив, повод к жизни в "гражданском браке" очень "благородный, добрый" и, более того, я бы сказал, что он опирается на присутствие остаточного христианского чувства в людях. По мнению многих современных молодых людей, с которыми мы переписывались или общались, "гражданский брак" - это хорошее средство проверить крепость своих чувств. Отсюда и делается вывод, что любовь, прежде чем перерасти в семейную жизнь, должна пройти испытание "гражданским браком". И только после того, как у обоих партнеров возникнет уверенность друг в друге, возникнет желание быть семьей - только тогда, дескать, становится возможным зарегистрировать свои отношения...

"Бери от жизни все"!?

При этом я вижу здесь и другую проблему. Зачастую люди, согласившиеся на отношения "сожительства", не имеют сформировавшейся нравственной, не говоря уже о духовной позиции. Взаимная симпатия, с их точки зрения, уже является достаточным аргументом для жизни в "гражданском браке"...

Громадное влияние на молодежь оказывают современная мораль и нравственность, которые открыто отвергают брак и утверждают гедонистскую модель поведения - "бери от жизни все!" А кроме того, современное искусство (кино, например), внушает им, что единственный способ выразить свое отношение к другому человеку следующий: как только ты почувствовал, что влюблен, надо бросить все и быть вместе с ним. Причем, желательно, в одной постели.

Что касается интимных отношений, то у молодых людей сложился устойчивый стереотип, что "все через это проходят". Сохранение невинности до брака и целомудрие в браке - это уже невидаль, нонсенс, которые "200 лет назад пройдены человечеством как вредные для здоровья заблуждения". Точно таким же нонсенсом кажется и многодетность. В глазах взрослых людей сокрыто недоверие: "Как это можно жить в браке и не изменять?!" Молодым стыдно: "Дожила до пятнадцати лет, а интимного опыта не имею!".

На страницах модных журналов, на экране, на рекламных плакатах - все обнажено. Что делать в этой ситуации? Христианин может бороться, а человек нецерковный - получает дополнительный толчок, который лишний раз убеждает его - "ну, если все так поступают, то, как же можно жить иначе?" То есть, слабое остаточно-нравственное воздействие забивается в молодом человеке воздействием общекультурным (если здесь вообще можно говорить о культуре в позитивном смысле). Плюс мораль современного общества. И мы получаем готовые стереотипы о том, что брак - это "тюрьма", чем больше партнеров, тем лучше и т.д.

Здесь я вынужден сделать оговорку. По моему опыту, в Православную Церковь входят сегодня люди, в основном, с высоким интеллектуальным уровнем развития и с очень серьезными нравственными поисками. Точно так же, то, что говорю сейчас, касается, в первую очередь, образованных и интеллектуальных людей. Это, в основном, студенчество и люди, имеющие высшее образование. Я не могу судить, что происходит с молодыми людьми, относящимися к другим слоям населения. Они к нам не обращаются, поэтому я не могу сказать, по каким причинам они вступают в "свободные" отношения, в "гражданский брак". И, соответственно, это еще одна "лакуна", о которой я не могу и не буду говорить.

"Люби грешника, но ненавидь грех"

Итак, мы исходим из "презумпции невиновности", из хороших намерений, которые обращаются в дурной результат. Вспомните классическую святоотеческую формулу: "Люби грешника, но ненавидь грех". Мы получаем сравнительно много писем на тему "свободной любви". И очень сложно (и невозможно) испытывать антипатию к людям, которые ИСКРЕННЕ уверены в своей правоте. Например, одна наша читательница написала, что она живет в "гражданском браке" и это (она считает) нравственно, "потому что честно".

Конечно, эта позиция мне глубоко чужда. Но только, пытаясь понять позицию собеседника, строя диалог на доброжелательности, открытости и доверии - можно что-то сделать, как-то повлиять. Во всех остальных случаях я не получу никакого результата. Я думаю, от православных людей очень часто ждут удара и осуждения. Этого ни в коем случае делать нельзя (и не только потому, что осуждение запрещено в Евангелии).

Итак, что же мы говорим в первую очередь тем людям, которые обращаются к нам по поводу нравственности или не-нравственности "гражданского брака"? (Оговорюсь, что здесь не рассматривается каноничность аргументов, а просто говорится о том, что он очень сильно воздействует на нецерковного человека).

"Репетиция" настоящей семьи

Первый аргумент заключается в том, что, когда человек хочет избежать зла, когда молодые люди думают, что на основе "свободного" сожительства можно создать какие-то крепкие отношения, то они опираются на мысль, будто такое сожительство не является браком, будто бы "гражданский брак" является некой репетицией перед созданием настоящей семьи. "Если я не расписался, не венчался, то еще не произошло ничего непоправимого, ничего серьезного. При всех наших чувствах мы свободны от обязательств, мы любим друг друга просто так - чисто и светло". Примерно такую позицию мы ощущаем в аргументации тех, кто пишет в "Фому".

В ответ на это мы говорим: вы просто не поняли, что, на самом деле, уже создали семью и взяли друг перед другом те же обязательства, которые берут супруги в обычном зарегистрированном браке, но не осознали этого. Такое положение грозит бедой вашей семье, которая УЖЕ ЕСТЬ. Большинство людей, вступающих в "гражданский брак" говорят, что они искренне друг друга любят и живут так для того, чтобы их друг (или подруга) были свободны. Они не хотят быть причиной несчастья другого, а отнюдь не для того, чтобы использовать свою "половину" в корыстных целях. Мы говорим о том, что если вы любите друг друга - не бойтесь друг друга любить всецело.

Что же такое настоящая любовь? Она заключается в подлинных, а не "свободных" обязательствах друг перед другом. И дело не в форме как таковой (3), а в том, что эта форма свидетельствует о серьезности намерений, о готовности принять на себя ответственность. Мы говорим это не с целью того, чтобы сагитировать людей на заключение какого-то скоропалительного супружества, а чтобы объяснить: отвержение формы имеет серьезные последствия. И, кроме того, противоречит их же собственной логике ("штамп в паспорте - это пустая формальность"). Если человек презирает форму, то верно ли делать так, чтобы от этого презрения страдали любящие сердца? Ведь зачастую непременно страдает хотя бы один из "гражданских супругов", а также - практически всегда - родители!

Здесь мне придется сделать "лирическое отступление". Западное юридическое понятие брака стало абсолютно не альтруистичным, и это тоже является дополнительным фактором для наших молодых людей. В первую очередь, речь идет о том, что у пары, вступающей в брак, возникают юридические отношения по поводу совместного имущества, детей и т.д. Но самое главное для нашего романтически настроенного молодого человека, который вступает в брак (и в этом отношении христианство совершенно солидарно с ним), то, что отношения, которые он строит - это формальное подтверждение альтруистической, христианской (в своем корне) и одновременно внешне выглядящей романтически-сказочно идеи, что "люди отдают, обручают себя друг другу на всю жизнь, пока смерть не разлучит их". Но - действительно! - С христианской точки зрения любовь сильнее смерти, поэтому, если супруги действительно любят друг друга, их отношения продолжаются и дальше - после смерти. В какой форме? Мы не знаем.

Но брак, с точки зрения христианства, - это союз навсегда. Два человека дают очень серьезное обещание перед Богом (если это Венчание) или перед людьми (если это обычная регистрация в ЗАГСе), что они будут вместе, несмотря на все трудности, которые могут их ожидать. Преодолевая конфликты и трудные периоды, они пройдут рука об руку всю свою жизнь. Это и есть содержание брака, которое отражено в его форме. Отказываясь от формы, люди отказываются и от ответственности. Этим они заранее друг друга обманывают.

Между "поженились" и "умерли в один день"...

Следующий аргумент. Очень важно донести до человеческого сердца (и я надеюсь, что мы в своих ответах читателям это делаем), что между словами "поженились" и "умерли в один день" лежит целая жизнь, и от самих супругов зависит, будет ли она счастливой.

Давайте обратимся к литературе. Например, к "Алым парусам" Александра Грина. Эта книга - о человеческом счастье. Но лишь в том случае, если не пытаешься ее домыслить, если мы верим, что Ассоль и Грей на самом деле встретились и проживут свою жизнь, как в сказке. А если представить себе, что через два-три года Грей уже ходит по каким-нибудь кабакам в порту, а Ассоль сидит в каюте одна и даже не знает, где ее муж? Тогда это страшная история. И главное, пошлая, грязная и гадкая. Или другая ситуация. Ассоль встретила своего принца, плывут они на корабле. Разразился шторм, она упала и сломала себе позвоночник, и теперь лежит пластом или вовсе - умерла. После этого Грей к следующей девушке поплывет на своих алых парусах?

Этот аргумент действует не только на молодежь (современные молодые люди возможно и не читали "Алые паруса"), но и на людей 40-летних. Особенно он действенен в тех случаях, о которых я говорил, когда супруга пытается оправдать изменившего ей мужа. Они именно потому это делают, потому что следуют логике Грина. Эта логика романтическая до самопожертвования. А самопожертвование - основа христианства.

Однако здесь у человека возникает еще одна острая проблема. Он не хочет осудить, не хочет арканным силком держать в семье "половинку", которую действительно любит. А дальше получается, что в силу непонимания христианского смысла семьи, непонимания того, насколько тяжела (с точки зрения духовной) измена, он пытается оправдать поступок своего супруга. То есть, не просто не осудить его, а чуть ли не дать ему благословение, сказав, "да, у нас была вовсе не семья, а там она будет". Мы видим здесь вывороченное наизнанку юношеское отношение к браку.

Опять возникает парадокс. "Пострадавшая" сторона считает, что эта формальная семья (где муж изменил жене) была лишь прелюдией к тому чувству, которое испытал супруг с другой женщиной. Причем муж прожил в семье 20-25 лет! Они "считали", что любят друга и вместе растили детей... Теперь все это для него рассыпалось, а жена пытается, любя его, признать: "Да, настоящей любви я дать ему не смогла, и вот теперь, наконец, у него начинается настоящая семья и настоящая жизнь, а все прочее было прелюдией". И тут в диалоге с женщиной я вспоминаю "Алые паруса"...

Родители, дети и супруги

Еще один аргумент против "свободной" любви (оказывающийся для многих людей неожиданным), следующий. Отношения между "партнерами" (это слово мне ужасно не нравится, зато оно отражает саму суть "гражданского брака") требуют от людей колоссального доверия друг к другу. Эти отношения намного более тесные физически, чем у родителей с детьми (4).

Представляете, насколько близкие (даже чисто физически) отношения детей и родителей! Но оказывается, что они даже и не сравнимы с тем контактом, доверием и уровнем открытости, которые существуют между супругами! И, приводя этот аргумент, я пытаюсь апеллировать к тому, что человек, будучи в здравом уме и твердой памяти, никогда не откажется от своего ребенка. И ребенок, в свою очередь, вряд ли перестанет считать их мамой и папой (даже, если у него складываются не очень хорошие отношения с родителями).

Если какая-то из сторон отказывается от другой (родители от детей или наоборот), то все видят, что происходит нечто ужасное. Все видят, насколько запущенно нравственное состояния этих людей. Но почему-то люди отказываются видеть в "гражданском браке" тот же самый момент предательства: они уже стали фактическими супругами, между которыми происходит теснейшее общение, и вдруг отказываются друг от друга. Так что апеллировать надо именно к этому: насколько немыслимо расторжение отношений детей с родителями, настолько тяжело и расторжение брака, даже "гражданского". Надо либо заранее осмысливать, в КАКИЕ отношения ты вступаешь и не делать этого, либо (если вступил в брак) все же войти в логику этих отношений, принять ее. Эту логику я уже назвал: ответственность друг за друга и любовь (такие же нерасторжимые, как у родителей с детьми).

"Кризисы любви"

При этом, мы обязательно говорим и предупреждаем о неизбежности кризисов в отношениях между супругами. Одна из причин распада брака состоит в том, что человек не готовится к тому, что в браке постоянно происходит "кризис любви", ведущий, в конечном итоге, к ее укреплению. Конечно, эту мысль нелегко донести до нецерковного человека. Но говорить об этом обязательно надо. Это Промышление Творца о падшем человеке, и трудности, ведущие, на самом деле, к укреплению человека, происходят не только в браке.

Как только заканчивается эта мимолетная связь, и выстраиваются более глубокие отношения - люди начинают узнавать друг о друге все больше и больше. Любой человек, конечно, не идеален, грешен, а в браке - самой близкой форме отношений двух человек - очень быстро выявляются недостатки другого. И в определенный момент "вторая половинка" узнает о своем (или о своей) супруге НЕЧТО, требующее от этой "половинки" смирения и пожертвования чем-то своим, требующее что-то ломать в себе, требующее отбросить эгоизм и самость. Либо требующее серьезного и осознанного решения, оставаясь с ним (с ней), спорить, бороться с этим НЕЧТО. Другими словами, в определенный момент времени в браке одна из сторон должна принять решение - принимать человека таким, какой он есть, или нет? А если нет - пытаться исправить эти недостатки, или нет?

Недавно я видел пару, которая очень трудно шла к соединению. Они испытывали друг ко другу симпатию, но вместе с тем каждый постоянно открывал в другом плохие черты. И часто перед ними вставал вопрос: можно ли, несмотря ни на что, друг друга возлюбить? Любовь побеждала сознательно: "но все равно он хороший".

В браке постоянно возникает вопрос (по своей сути, конечно, эгоистический и не христианский): "А зачем мне его нужно ТАКИМ любить, терпеть и прощать? Зачем мне перед ним смиряться и тратить на него силы?" То есть, возникает противоречие между подлинной любовью (которая всегда САМООТВЕРЖЕННА и отдает себя другому человеку) и собственным эгоизмом, восстающим против этой любви.

По роду деятельности мне приходится читать много художественной литературы. И обращая внимание на любовные рассказы своих современников, я очень часто видел, как герой, вступающий в недолговечные связи, рисует ОДНУ И ТУ ЖЕ ГЕРОИНЮ. И хотя из книги видно, что ее герой вступает в связи с разными женщинами, но при этом выглядят они все на одно лицо. Почему? А потому, что он никого из них не узнал глубоко, индивидуально. Каждый из этих рассказов заканчивается тем, что при возникновении первого же "камешка", конфликта, ссоры со своей возлюбленной, человек убегает в мир собственных дел. Женщины в этих рассказах выглядят не лучше. В общем, каждый из героев - и мужчина, и женщина - уходит в свою жизнь и никто даже не пытается служить по-настоящему другому человеку.

Автором рассказов даже и не осознается такая плачевная ситуация. Под его пером - это нормальные отношения. Но нет! Если ты хочешь узнать человека, ты должен вместе с ним жить, трудиться. Вместе с ним проходить через кризисы, искать выход из них, спорить, думать - кто прав, просить прощения и т.д. Причем это будет происходить многократно. Среди психологов читается, что существуют даже определенные сроки кризисов в семье. Но мне кажется, что кризис в любви происходит постоянно.

В "гражданском браке" человек изначально настроен на то, что отношения будут безоблачными. А если они вдруг станут напряженными, то путь к отступлению свободен, ты можешь тут же убежать. Это заложено изначально, в самой сути "гражданского брака" и чаще всего это приводит к разрыву, реже - к осознанию того, что надо вступать в настоящий брак.

Я часто привожу такой пример. На войне, конечно, тяжело всем. Но если ты сидишь в окопе, с пулеметом - это одно. А если гуляешь по нейтральной полосе и цветочки собираешь - скорее всего тебя убьют первым, именно потому, что ты не понял, где ты, что происходит, с кем тебе необходимо быть и что делать на самом деле. А человек, сидящий в окопе, понимающий, где он находится, может, и до Берлина дойдет.

Можно ли обращаться к личному опыту?

Я считаю, что в полемике с поборниками "свободной" любви (да и просто в рассказе о семье и браке) обязательно необходимо обращаться к личному опыту. Вообще в миссионерстве попытка "отбояриться" общими фразами и абстрактными разговорами обречена на провал. Обратите внимание, что диакон Андрей Кураев постоянно приводит примеры из своей жизни. Практически любая проповедь митрополита Антония (Сурожского) неотделима от него самого. Человек делится с другим человеком своей верой, своей жизнью, своим опытом.

Однако необходимо всегда быть готовым, что с тебя спросят за твою собственную жизнь, скажут: "А ты-то сам пробовал? А ты-то сам что делал?" Миссионер должен быть готов и к покаянию, к исповедальному слову, должен быть достаточно открыт. И, естественно, миссионер должен постоянно себя проверять: насколько ты сам соответствуешь тому, о чем говоришь?

Я думаю, что почти всегда объяснять что-то вразумительно можно только тогда, когда ты сам пережил подобную ситуацию. Посмотрите, зачастую, сильнее всего против сектантства свидетельствует человек, который сам был адептом какой-то секты, и потом раскаялся. Так же сильно может свидетельствовать о красоте христианской любви и христианского брака, во-первых, тот, кто имеет этот опыт. А, во-вторых, христианин, имеющий опыт, "свободного" сожительства, а потом раскаявшийся. Он будет понимать язык своего оппонента - защитника "свободной" любви, - но знать, конечно, намного больше него.

Однако, в таких вопросах всегда есть проблема сохранения тайны своей личной жизни и людей, которые с тобой живут. Всегда боишься за своих близких. Мне самому нелегко отвечать на вопросы о себе, своей семье... Мне кажется, что адекватно ответить на них можно только литературно, художественно описав какой-то эпизод из жизни. Я пишу миниатюры... Пытаюсь эмоционально передать то, что не поддается логическим законам. Не этому ли служит литература?

Кстати, я не раз видел, что когда люди открывались и честно писали о себе - в их жизни происходили тяжелейшие драмы. Другие ведь не только могут не оценить открытость, но еще и ударить в это открытое место. Ты панцирь-то снял, вот тут тебя и могут клюнуть. Тут уместно вспомнить о бисере и свиньях. И если ты видишь свинство, то разбрасывать жемчуг не надо. Надо уметь говорить целомудренно, осторожно. Но все равно без личного опыта никуда не уйти в миссионерстве. В каких случаях можно открыть этот опыт?

Сразу оговорюсь, что здесь, как и вообще в миссионерстве, не существует универсальной схемы. Но считаю, что если твой собеседник что-то не знает о браке и семье (но это знание несравненно обогатило бы его), если ты его зовешь не к одному лишь тяжелому, мрачному труду ради некоего "райского будущего" (которое даже христианин не может до конца представить - что уж говорить о понимании этого термина нецерковным человеком), то открывать свой опыт семейной жизни можно. Причем личный опыт эффективнее всего действует на собеседника. Делясь им, можно действительно убедить человека, что "свободные" отношения могут покалечить не только его жизнь, но и жизнь близких, дорогих и любимых ему людей.

Свидетельство миссионера должно быть направленно на то, чтобы рай входил в жизнь твоего собеседника. Причем это не тот "рай", который можно увидеть на экране телевизора, а намного более глубокое и целомудренное представление о рае как о мире, примирении с Богом. Подлинный рай можно раскрыть словами "верность", "умиление", "взаимная жертва", "глубокое уважение друг друга", "искренняя привязанность". Итак, если ты знаешь, что человек все это мог бы получить, но не получает, то ты можешь раскрываться перед ним, рассказывать ему о своем опыте жизни "вне рая и в раю".

Что делать, если нет личного опыта?

Если же мы говорим о христианах, не имеющих семейного опыта, то их возможности воздействия на нецерковных людей, имеющих такой опыт, ограничены и таких возможностей намного меньше, чем у христиан, имеющих семью (или живших когда-то в "гражданском браке"). Однако есть очень существенный момент, о котором я говорил в самом начале своей статьи. Кроме желания любить и быть любимым (которое может двигать человеком и в неверном направлении - на этом построен "гражданский брак"), существует колоссальное влияние на нецерковную молодежь современной морали и культуры.

Для многих подростков ситуация в современном обществе выглядит безальтернативной. Есть формальный, тоскливый, "кислый" и, главное, непонятный, выбор в пользу семейной жизни. Но зачем его делать, если "мои родители постоянно ругаются, а у Васи они вообще развелись, у Светки мама вступает в брак четвертый раз". Такой выбор они делать не хотят. А реальный выбор современного молодого человека состоит между двуполым и однополым "гражданским браком". Я не преувеличиваю: включите на некоторое время вечером телевизор, и вы это поймете.

В свидетельстве о том, что "не все мы так думаем, и альтернатива на самом деле присутствует", и состоит миссия молодых христиан, не имеющих опыта семейной жизни. Об этом могут свидетельствовать все христиане. Есть очень много нецерковной молодежи, которая даже и не подозревает о целомудрии, о супружеской верности, о том, что можно получать удовольствие, отдавая... Нужно говорить об этом, восстанавливать реальную картину того, что может человек. Но делать это трезво, не впадая в крайности и не идеализируя и не принимая на себя каких-то "повышенных обязательств". Главное, не говорить, что если "я вступлю в брак, то буду добрым, целомудренным и замечательным христианином".

"Всегда радуйтесь!"

Христианину на своем опыте надо показать, что дело не в том, будто он хочет быть угрюмым, тоскующим, бесполым, и в этом видит залог своего спасения. Дело совсем в другом: просто в жизни есть еще и другие радости, нежели вкусный гамбургер и поход в ночной клуб. И удовольствие, получаемое, например, от секса - это не единственная и НЕ ГЛАВНАЯ радость в жизни. Причем, мнение, что Церковь запрещает радость интимного общения (как считает большинство наших современников, далеких от Православия) - это ложь. Вопрос в том, что радость эта должна быть всеобъемлющей и истинной.

Мне кажется, что слово "радость" здесь очень важное. Очень часто христиане, говорящие о целомудрии, делают это с мрачными и "постными" физиономиями. А против них выступают люди румяные, веселые, счастливые друг другом и своими отношениями. Таким образом, с точки зрения нецерковных людей, получается, что христиане - это люди, не способные радоваться, быть счастливыми и жить полной жизнью. Самое главное - не рассказывать о семье и целомудрии с мрачным видом, наморщенными бровями и аргументами "потому, что нам Бог запретил". Для нецерковного человека Божья заповедь - вовсе не аргумент. Да и не запрещал Господь своим ученикам радоваться!

Исходить всегда нужно из того, что миссионер должен показать людям другую радость. Многие молодые люди пришли в Православие потому, что смогли окунуться в другую жизнь, в новую атмосферу. Например многие стали верующими в поездках "Реставроса" или в детских и юношеских лагерях отдыха, организованных молодежным Центром при Свято-Даниловом монастыре, и т.д. Причем, и поездки "Реставроса", и лагеря были организованы, конечно, православными людьми. Но организованы для всех, а не только для самих себя. Придя туда, нецерковные люди вдруг обнаружили, что в Православии есть и радость, и очень глубокие переживания, и серьезные размышления о жизни, а не только трехчасовые богослужения и хмурые лица. При этом есть и романтика, и альтруизм, присутствующие в РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ, а не только в упомянутом выше произведении Александра Грина.

Если человек это поймет - мир вокруг него начинает выглядеть совсем иначе. Многие миссионерские неудачи происходят из-за того, что мы забываем апостольский призыв: "Всегда радуйтесь" (1 Фес. 5:16) и не делаем его лейтмотивом собственной жизни. Конечно, у каждого христианина в жизни есть скорби, но (особенно миссионеру) надо уметь преодолевать их, понимая, что скорби неизбежны, а вот радость наша - Христово Воскресение - это "солнечный зайчик" от Царствия Божия, который нам дан. И мы почему-то не всегда хотим смотреть на него, увидеть его отраженным в нас, предпочитая выставлять напоказ именно скорби.

Честный разговор

Тут важен момент подлинности позитивного свидетельства. Сладкие, паточные рассказы могут все испортить. Надо уметь показать, что человеческая жизнь трудна, что в семье бывают проблемы. Но для альпиниста трудности, которые он преодолевает - это часть романтики. Если новичку просто говорить о красотах вершин и не предупреждать, что ему предстоит вынести, то при первой же попытке восхождения он навеки разочаруется в горах и будет обличать романтические песни во лжи. Надо говорить и о сложности, и о новых прекрасных горизонтах.

Мне кажется, что рисование "веселых картинок" о православных семьях перед нецерковными людьми - это огромная ошибка. По сути, это обман. Например, мне очень не нравится, как в православных иллюстрированных журналах порой рассказывают о многодетных семьях. И получается: "много рожавшая жена красивее тех, кто не рожал; и детки все такие милые-пригожие, все слушаются; и мужу сразу (как только десятый ребеночек родился), о чудо, и зарплату прибавили, и квартирку двухкомнатную дали" (5).

Я думаю, что нам необходимо честно и открыто говорить о трудностях православных семей. Хотя бы для того, чтобы подготовить людей к трудностям. Однако строить разговор на том, что кругом - сплошной ужас, тоже нельзя. Есть очень хорошая христианская книга "Полианна" Элионор Портер. Там говорится о девочке, потерявшей родителей, живущей у тетки, которая выглядит неприступной и злой, хотя таковой не является. Полианна рассказывает, что папа научил ее игре, которая заключается в том, чтобы находить повод радоваться всему (ну прямо православный призыв "Всегда радуйтесь!").

Но если мы будем говорить о трудностях с "тоской зеленой", то люди начнут ужасаться, и, конечно, миссионерски это будет тоже совершенно неоправданно.

В этом разговоре уже шла речь о том, что христианам доступны все радости супружеской близости. Но радость эта, зачастую, оказывается и ярче, и полнее, потому что, в отличие от "свободных" союзов, содержит в себе, кроме счастья супружеской близости, еще и благодать взаимной верности (которую люди не боятся обещать и дарить друг другу на самом деле); благодать иных, не похожих на привычные миру, отношений с детьми; благодать единого, духовного понимания и восприятия смысла жизни; благодать надежды и веры в то, что любовь и супружество не завершаются смертью, но устремлены за пределы физического бытия, в Жизнь Вечную. Для православных супругов эти радости стоят выше радости плотского общения, и поэтому, парадоксальным образом, большинство из них бывают более счастливы и в физической близости.

Это не значит, что у всех христиан все складывается сказочно-прекрасно. Но я еще раз повторюсь (думаю, что это очень важная мысль): мы должны уметь рассказывать нецерковным людям о радостях любви, о том, что сказка об Ассоли и Грее не заканчивается объятиями и алыми парусами, что сказка может быть воплощена в жизнь. И если мы радуемся не потому, что надели улыбающиеся маски, а действительно радуясь тому, что нам даровал Бог - люди это оценят.

Идеал все-таки существует

На страницах журнала "Фома" мы говорим о "свободной" любви. О ней же говорят и другие журналы - откровенными фотографиями. Они раскрывают человеческие тайны ради человеческих страстей, ради умножения греха. Мы тоже открываемся, выходим "на позор"(6), но делаем это совершенно с иной целью: чтобы человек ушел от порнографии. Мы противопоставляем ей открытость душевную, сердечную, открытость совести. Но и тут можно увлечься, впасть в "порнографию духа", как точно назвал это поэт Андрей Вознесенский. И надо все время молиться, очень внимательно проверять самого себя, чтобы избежать этого.

У Православной Церкви существует вековой положительный опыт брачных отношений. Миссионерам (да и всем христианам) нужно показывать, что сегодня, несмотря на обилие разводов и лицемерия, все-таки существует идеал. Если мы не будем действовать, то оставим их один на один с либеральной доктриной, которая по самым разным причинам призывает человека к скотскому, животному существованию. К извлечению из жизни острых ощущений и удовольствий, что, в конечном итоге, для самого человека такая жизнь оборачивается трагедией, опустошенностью.

Содомский идеал людям преподносится постоянно. А идеал Мадонин (по Достоевскому) очень сложно провозглашать. К подлинному идеалу предъявляются сверхстрогие требования. И если в очень хорошей семье человек однажды увидел перебранку - то для него это может перечеркнуть все разговоры о счастливых браках. Но когда он слышит, что развелись еще полмиллиона пар - для него это в порядке вещей. Человек устроен так, что видит в других, прежде всего, дурное. А надо, чтобы он стремился видеть хорошее. Журналистское искусство в известной мере и позволяет это сделать. Дальше разговор переходит в область журналистского искусства, и здесь я умолкаю, я не смогу объяснить, КАК это делается. Надо читать то, ЧТО делается, и смотреть, насколько это удачно получается.

Примечания

1. Здесь и далее под термином "гражданский брак" следует понимать не закрепленное никакими официальными документами сожительство мужчины и женщины.

2. К христианскому прощению изменившего мужа такое поведение женщины обычно не имеет никакого отношения. Здесь присутствует совершенно не христианское мнение, что Бог 20-25 лет назад, якобы, "совершенно случайно" свел и соединил браком двух людей, которые, "как оказалось", не были предназначены друг другу. И теперь, "наконец-то", мужчина обрел свою истинную "половину".

3. Хотя мне приходилось приводить пример и о форме. Если для вас форма настолько несерьезна, если вы так презираете этот штамп в паспорте, но при этом из за формы переживает кто-то из вас, родители, близкие люди, то почему вы так настойчиво отказываетесь эту несерьезную форму принять – пойти в ЗАГС и зарегистрировать свои отношения (не говоря уже о Венчании)? Иногда сами люди, которые с нами полемизируют, дают нам дополнительные аргументы. Например, известно, как тяжело сложилась судьба одной из вдов моряка с затонувшей подлодки "Курск". Они жили в "гражданском браке", родился ребенок, и они не успели зарегистрировать свои отношения в ЗАГСе. Этот случай обычно приводится, как пример черствости и жестокости государства. Но он свидетельствует и о другом. Что мешало им, прежде, чем рожать ребенка, пойти и просто на всякий случай, памятуя о том, что человек не вечен, пойти и зарегистрировать свои отношения? Полемизируя со сторонниками "свободной" любви, я часто привожу этот пример, и он действует.

4. Библия уже в первых главах пишет об этом. Описав сотворение жены, Бог говорит человеку: "Оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей; и будут одна плоть" (Быт. 2:24). Эти же слова приводит Христос в ответ фарисеям, когда они спросили у Него: "Позволительно ли разводиться мужу с женою?" (см. Мф.19:3-12).

5. На практике мне известны только два случая, когда многодетным христианским семьям давали квартиры. И в обоих случаях семья потеряла либо маму, либо отца.

6. По-славянски "позор" означает "место для всеобщего обозрения"

Владимир Гурболиков,

заместитель главного редактора журнала "Фома"

Журнал "Фома"- 09.07.2004.

 

Фома

 

Фото - журнал Миссионерское обозрение

 

 
Читайте другие публикаций раздела "Христианский брак, домостроительство, семейное счастье"
 

Миссионерско-апологетический проект "К Истине"

Читайте также:



© Миссионерско-апологетический проект "К Истине", 2004 - 2018

При использовании наших оригинальных материалов просим указывать ссылку:
Миссионерско-апологетический "К Истине" - www.k-istine.ru

Рейтинг@Mail.ru